Богиня-шиппер или Проклятые чудеса

Тем временем, пока демон с ангелом уже несколько часов, начиная с раннего утра, на этот раз совместно прочёсывали окрестности, проклиная всех и вся (этим промышлял только Кроули, но он старался за двоих), Богиня с лёгким сердцем вышла из очередного спа-салона. Всего за это время она посетила несколько заведений, так что смогла в полной мере оценить, как именно люди ухаживают за собой. — И все же я прекрасно провела время. Это же надо, додуматься обёртывать своё тело всякими водорослями, или массировать спину с помощью нагретых камней. Поразительно! Но больше всего Богине все же понравился маникюр. В очередной раз девушка вытянула вперёд руки, чтобы полюбоваться изображением ангелочков на ногтях правой руки и демонят на левой. Она могла бы ещё долго предаваться этому занятию, если бы взгляд не упал на листовку, приклеенную на фонарный столб. — Упс, кажется, я совсем потеряла счёт времени, что и неудивительно. Азирафель вот уже Зефирку разыскивать начал, да ещё и с листовками. Как мило с его стороны! В тот же миг лёгкое сияние телепортации окутало Богиню. Она не успела даже возмутиться, как оказалась в густых кустах в каком-то парке. Рядом раздавались голоса. — Ангел, я тебе говорю, она точно где-то здесь! — Дорогой, но мы же по очереди проверяли уже все эти кусты. Надо заметить, что они жутко колючие, я снова в них не полезу! — Как будто мне такой своеобразный массаж приносит удовольствие, — недовольно пробурчали совсем рядом с девушкой, и та поспешила превратиться в кошку, перед тем как прямо перед ней высунулось недовольное лицо демона. От такой неожиданной встречи Кроули немало удивился. Конечно, он всего минуту назад очень сильно хотел, чтобы животное поскорее нашлось и Азирафель перестал волноваться, но он и подумать не мог, что желаемое так быстро станет реальностью. — Иди-ка сюда, паршивка. Зрелище копошившегося в кустах Кроули не было самым плохим в жизни Азирафеля. Но когда это действо начало затягиваться, он напрягся. Ангел уже встал со скамейки, на которую успел присесть, чтобы немного передохнуть, и собирался подойти к другу, как тот вдруг резко развернулся, стоя наполовину все ещё в зарослях и держа с героическим видом добытую кошку под лопатки на вытянутых руках. Кроули выглядел чертовски довольным собой, от чего Азирафель не смог не умилиться. Богиня растерянно переводила взгляд от одного к другому, насколько это было возможно в таком положении. — Дорогой, ты все-таки нашёл её! Выходите же скорее на дорожку! Отдав животное законному хозяину, который сразу начал сюсюкаться, Кроули с недовольством осмотрел свой внешний вид. Успел он перепачкаться знатно. Его горестные размышления были прерваны лёгким прикосновением губ к грязной щеке. К тому моменту, как Кроули осознал произошедшее, Азирафель успел отстраниться и теперь с ласковой полуулыбкой наблюдал за его реакцией. Сказать, что демон был удивлён, значит, ничего не сказать. — Герою полагается награда, — пояснил ангел, заметив удивлённый взгляд золотистых глаз, которые стало видно из-за съехавших очков. — Кроме того, я хотел бы предложить отпраздновать возвращение Зефирки у меня в магазине. Как ты к этому относишься, дорогой? — Отличная идея, — после этих слов, компания не спеша направилась в сторону Сохо. Вернувшись домой, Азирафель сразу же понёс Зефирку мыться. Кроули также решил привести себя в порядок щелчком пальцев. Ему следовало выглядеть прилично на случай, если ангел захочет его снова поцеловать (против этого демон ничего не имел, а был только всеми руками за). Пройдя в заднюю комнату на первом этаже, падший привычным движением устало растёкся по своему излюбленному дивану, предварительно сняв очки. Через некоторое время к нему присоединился Азирафель, неся в руках хрустальные бокалы, бутылка же коллекционного вина сама появилась на низком журнальном столике. Разлив напиток по бокалам и расположившись в кресле, ангел решил произнести тост. — За то, чтобы каждый был на своём месте! Кроули согласно кивнул. Чокнувшись, каждый из них пригубил немного пьянящего напитка. — Хм, мне кажется, к этому сорту послужило бы прекрасным дополнением какое-нибудь пирожное или другая сладость, — задумчиво изрёк Азирафель спустя какое-то время. Демону было несложно исполнить его желание, ему действительно хотелось угостить ангела, поухаживать за ним. Он уже было поднял руку, чтобы совершить привычный щелчок, но вместо этого оглушительно чихнул, чуть не пролив содержимое бокала на себя. Прямо из воздуха начали появляться все возможные сладости и угощения, и было их явно больше, чем требовалось друзьям. Несколько кусков какого-то пышного торта даже приземлились на голову демону, который вскочил на ноги в попытке прекратить это безобразие, в очередной раз за день запачкав костюм. Кроули был готов взвыть от досады. Тем временем на столике возвышалась уже приличная горка из разнообразных яств. И она наверняка бы продолжила расти, если бы не щелчок пальцев, но на этот раз уже Азирафеля. — Кажется, ты несколько перестарался. Нам за раз столько не одолеть, — проговорил ангел, но, заметив кислое выражение лица друга, поспешил добавить. — Ничего, у меня на втором этаже на кухне стоит холодильник, мы сможем убрать все туда, и тогда ничего не испортится. Азирафель ободряюще улыбнулся Кроули, да так, что у того самого уголки губ расплылись в ответной улыбке. Волшебство момента разрушил кусочек теста, который шлёпнулся с кончика носа демона на пол. Его проводил один печальный взгляд и один раздражённый. — Всё, к черту, — выругался Кроули и начал стягивать с себя пиджак. — Зачем каждый раз менять костюм, если все равно в конечном итоге он весь оказывается в каких-то пятнах! Азирафель несколько опешил от такого поворота событий и теперь наблюдал, как постепенно раздевается демон напротив. Пришёл в себя он когда падший обхватил руками край майки, готовый снять и её тоже. — Дорогой, ты уверен, что это лучший вариант? — ангел не сомневался, что полуобнажённый Кроули прекрасен в своём великолепии, но эта картина обещала быть жутко смущающей, да и сама ситуация неловкой, поэтому он предпринял попытку переубедить возлюбленного. — Конечно! — уверенно воскликнул собеседник. — Это скорее всего не последний раз на сегодня, когда я пачкаю одежду. А если одежды не будет, то и пачкать будет нечего, верно? — Верно, — тихо проговорил Азирафель, видя, как исчезает последняя преграда между его взглядом и мускулистым торсом Кроули, который, откинув ставший ненужный на его взгляд предмет гардероба, вновь занял своё место на диване по-змеиному изогнувшись. Конечно, Азирафель видел тело Кроули и до этого. Например, когда они менялись местами, чтобы избежать наказания. Но тогда перед ним стояла цель привыкнуть к чужой оболочке, прижиться на новом месте, так сказать, чтобы натурально сыграть свою роль. А сколько времени он потратил, чтобы более менее сымитировать развязную походку демона! Теперь же никакой угрозы (по крайне мере пока) не существовало, и ангел мог изучать, ласкать и мягко прикасаться взглядом к поджарому телу из-под ресниц. В комнате воцарилось молчание. Кроули, смакуя вино, осознал, что несколько погорячился со своим решением, поскольку стал подмерзать. Но менять что-либо было поздно, ведь его ангелу явно доставляла удовольствие открывшаяся картина (пожалуй, Азирафель не был так скрытен, как он полагал). И это знание согревало его лучше всякой одежды, но ангел не был бы ангелом, если не побеспокоился о ближнем. — Тебе не холодно, дорогой? Змеи же любят тепло, насколько мне известно, а по магазину часто гуляют сквозняки. — Всё в порядке, ангел. На самом деле это было не совсем так, и мурашки уже устраивали целые марши, спускаясь от головы вниз по позвоночнику. Кроули задумался над тем, что ангелы, в отличие от демонов, наверно никогда не мёрзнут, и что Азирафель должен быть достаточно тёплым. Как хорошо было бы свернуться вокруг него тугими кольцами, и греться, греться… Мысли о тепле также бродили в голове и у ангела. Он подумывал над тем, чтобы предложить демону один из своих свитеров, которые хранились на полке в шкафу у него в спальне. Но тот, скорее всего, откажется, аргументируя свою позицию тем, что не хочет испортить ещё и одежду Азирафеля. Значит, стоило найти какой-то другой способ согреть строптивца. На ум почему-то пришли объятия, видимо к ним располагала сложившаяся обстановка. Да, ему было бы приятно скользить руками по загорелой коже, нежно касаясь её подушечками пальцев и одаривая каждую клеточку долгожданным теплом и любовью. И, пока ангел не успел отмахнуться от всех этих жутко смущающих мыслей, его потаённое желание претворяется в жизнь. На этот раз с негромким чихом Кроули оказывается сидящим у него на коленях. Взгляд голубых глаз встречается с взглядом цвета расплавленного золота, и если бы сейчас у Азирафеля был в руках бокал с вином, он бы обязательно выскользнул из ослабевших пальцев. Не разрывая зрительного контакта, Азирафель постепенно обвивает руками талию демона, притягивая того ближе к себе. Кроули чувствует трение ткани рукавов рубашки ангела об обнажённую кожу, и это будоражит. Руки будто зажили своей жизнью, изучая открывшиеся им просторы. Пальцы мягко пересчитали позвонки, щекотно пробежались по рёбрам и замерли у основания черных как смоль крыльев, скрытых от посторонних глаз. Пространство и время перестают иметь для них значение. Каждый из них растворяется в сидящем напротив. Теперь нет ничего более важного, чем тот, кого ты с таким трепетом и такой силой сжимаешь в объятиях. Два бессмертных существа, которые тянулись друг к другу всю свою жизнь сквозь века, наконец, обрели покой и единство. Их фигуры окутывают волны любви, их сущности переплетаются между собой, образуя причудливые узоры из света и тьмы. Все ясно без слов, и становиться несколько обидно, что для осознания понабилось столько лет и один побег кошки. Знание того, что ты любишь и любим, заставляет человеческие сердца биться чаще, а в груди зарождается что-то светлое и необъятное. Наверно, это счастье. Кроули с Азирафелем поддаются навстречу одновременно. Оба целуются с напором, вкладывая все накопившееся чувства и переживания в движение губ и скольжение языков. Каждый из них открывает для себя новые, до этого неизведанные грани другого. Этот поцелуй, как и последующая за ним физическая близость, станут завершающими аккордами в становлении наших героев единым целым отныне и навсегда. И сейчас даже Богиня не будет в силах сказать, кто желал этого в тот момент больше.