Часть 1
22 мая 2020 г., 04:00
Альден не должен был здесь быть. Сегодня не его дежурство, а нижние этажи он со своим званием и вовсе не обязан проверять. Но Керал перепутала списки, и Альдену пришло распоряжение. Он уже хотел разобраться с ситуацией, но Анель, как назло, накануне отправилась на Недивины, а разговаривать с мажортестой так, без посредника в лице авитара, — чистой воды самоубийство. Альден, конечно, уважает главнокомандующего и старается следовать его приказам, но это была очевиднейшая ошибка. Он попытался передать дежурство кому-то из подчиненных, но половина оказалась ранена в последнем сражении, треть забрала с собой Анель в качестве подстраховки, а оставшиеся уже отдежурили сутки. Правда, на просьбу подменить они — оставшиеся — сразу же отозвались покорными согласиями, едва драться не начали за право выручить командира, но уже у самого Альдена рука не поднялась выдергивать их на всю ночь. Поэтому они условились, что солдаты спят крепким сном до полуночи, а потом выходят посменно на два часа. А до полуночи — дежурит сам Альден.
И вот он здесь — коротает последние минуты двенадцатого часа, ужасно медленно бродит в мрачных душных коридорах нижних этажей, куда спускается только во время приемов пищи, да и то не всегда. Как будто кто-то специально подстроил всю эту череду совпадений, чтобы загнать его сюда именно сейчас. Альден усмехнулся своим мыслям — забавно, если кто-то из богов действительно решил подкроить его судьбу. Интересно, кто конкретно из пантеона?
В глубине коридора что-то глухо звякнуло, и Альден мгновенно выбросил лишние мысли из головы, выхватил из-за пояса клинок и полностью обратился во слух. Звук повторился — и Альден с нечеловеческой скоростью бросился туда, откуда он издавался.
Шум привел его ко входу в малую кухню, где готовили пайки и хранили сухие припасы. Дверь оказалась приоткрыта, но внутри не горел свет. Альден остановился, но входить не спешил. Он догадывался, кто опять нарушил режим и вышел из комнаты после отбоя. Но чтобы удостовериться, решил подождать.
Ждать пришлось недолго. Через несколько секунд темноту коридора прорвал неровный свет огня. Задержался на пару мгновений — ровно столько, чтобы разглядеть окружение и найти какой-нибудь необходимый предмет, — и погас. А сразу после этого послышался тихий вздох. Альден вздохнул следом и скользнул в кухню.
Похоже, сегодня в его жизнь вмешалась все-таки Лермат.
— Кир? — негромко сказал в пустоту Альден.
Он почти ничего не видел, но прекрасно знал, что Кир сейчас испуганно вздрогнул, замер в надежде, что его не заметят, но — вздох снова повторился — сдался.
— У тебя разве сегодня дежурство? — обреченно шепнули из темноты.
— У нас разве сейчас не отбой? — ответил вопросом Альден и вслепую шагнул вперед.
Нашарил рукой старую скрипучую табуретку, подтянул ближе и сел. Здесь было тепло, в отличие от коридора, где холод и духота сплетались в странную мучительную смесь. Где Кир — там всегда тепло. И это даже не романтический бред. Сегодня Альден к романтике не расположен.
Был. Кажется.
— Мне не спится, — попытался оправдаться Кир. — Жажда замучила. Решил сходить воды выпить.
Послышался глухой стук и тихий-тихий всплеск — Кир поставил на столешницу чашку с водой. Альден покачал головой.
— Ты врешь, — вынес вердикт он.
— Ты… да как ты можешь это знать! — возмутился собеседник. — Ты же даже лица моего не видишь!
— Кир, я всегда знаю, когда ты врешь. Как и когда с тобой что-то не так. Мне не нужен для этого свет. Кстати о свете, раз уж тебя все равно засекли…
Кир недовольно пробормотал что-то и щелкнул пальцами. На кончиках ногтей, как на фитилях, занялись крохотные огоньки. Их свет не заполнял всю кухню, но Альден теперь видел лицо напротив — и этого было достаточно.
Кир устало оперся локтем о стол и поднял ладонь повыше, чтобы огоньки ничего не подпалили. Вторую руку он держал на керамической чашке с водой.
— Итак, — ровно произнес Альден, — что случилось?
— Ничего, — опустил взгляд Кир.
— Врешь.
— Вру…
И снова молчание. Альден не давил, просто наблюдал, подмечал детали. Кир для него — открытая книга. Но, в отличие от сотен других открытых книг, эта была интересной. И сколько бы Альден ее ни читал, он каждый раз находил в ней что-то новое и удивительное, но при этом знакомое, пробирающееся прямо в душу. Вот и сейчас он в сотый раз видел, как уже изученные до последней трещинки губы поджимаются, тонкие брови, правая из которых чуточку куцая из-за старого шрама, сводятся к переносице, а пальцы сжимают кружку, по которой уже в сотый или тысячный раз ползут темные круги копоти.
— Не смотри на меня так, — осадил Кир. Альден от неожиданности дернулся, а цепкий взгляд сорвался и растерянно скользнул к чужому лицу.
— Как — так? — уточнил Альден.
Что именно вложил в это понятие Кир? Может, ему неприятно, что Альден вглядывается, потому что считает, будто недостаток освещения — его, Кира, вина? Или же стесняется своего неухоженного вида? Судя по растрепанным каштановым волосам, он долго ворочался на кровати до того, как пришел сюда (Альден поймал себя на мысли, что хочет зарыться пальцами в эти забавно торчащие вихры, наверняка невообразимо мягкие). А может, Киру показалось, будто Альден злится из-за чашки? Нет, огневик лучше всех знает, что с этой эмали очистить темные следы довольно легко. Может…
— Презрительно, — ответил, наконец, Кир, и огоньки на его пальцах загорелись ярче и отразились в блестящих глазах. — То есть, я знаю, что ты меня не презираешь, потому что мы это уже обсуждали. Но мне… кажется.
Альден нахмурился и, пускай ему и хотелось и дальше смотреть на Кира, поспешил спрятать взгляд на темных очертаниях полок.
— И часто тебе так кажется?
— Нет, только сегодня. — Кир снова вздохнул. Альден заметил, что на душе невольно стало легче. Последнее, что он хотел бы услышать, так это то, что все это время его взгляды были Киру неприятны. Огневик стушевано добавил. — Просто ты же сам советовал, что я должен говорить все, что мне кажется, что я чувствую. Вот я и говорю. Я стараюсь разобраться со своими эмоциями. Знаешь, как… инсив.
— Не знаю, — хмыкнул Альден и перевел-таки взгляд на Кира. Строчки открытой книги виднелись ему все отчетливей. — Потому что ты не «как инсив». Ты и есть инсив.
Кир понурил голову и что-то неразборчиво пробормотал. Под ключицами екнуло, но Альден не подал виду, встал с места и медленно, чтобы не напугать поспешными действиями, пошел ближе к парню.
— И причина твоего бодрствования именно в этом, — спокойным, ровным тоном вещал он. — Кто-то из недалеких по званию и уму членов лагеря решил самоутвердиться за счет, как ему кажется, низших. И ты попал под раздачу. Что он сказал?
Шаг за шагом, все ближе. Не ускоряясь и не замедляя темп. Только так можно достичь полного, абсолютного доверия. Не то чтобы Альден много понимал в человеческих взаимоотношениях, но интуитивно он знал, что и в какой момент необходимо Киру. Или же его действительно направляла Лермат? Надо будет поблагодарить ее, так или иначе. Только тайком. Возможно, Кир присоединится к нему? Когда они справятся с этой ситуацией, безусловно.
— Сказал, что я не инсив, потому что инсивы никогда не бросают свою семью, — сжавшись еще сильнее, пробормотал Кир.
Альден скрипнул зубами. По двум самым больным местам… Ублюдок, который это сказал, наверняка успел хорошенько изучить Кира. Хотя, редко чистокровные инсивы интересуются биографией тех, кто сменил камни. Значит, скорее всего, это был человек, знающий о брате Кира — Алистер занимал достаточно высокую должность в каннорской армии, чтобы разведчики о нем слышали. Разведчики, разведчики…
Без лишних слов Альден взял Кира за плечи, повернул к себе — Кир повиновался его движениям, как податливая глина, — обхватил его горячее запястье и подтянул к камню под чужими ключицами. Огневик секунду не соображал, что от него хотят, но когда Альден коснулся свободной рукой собственного амулета, обхватил пальцами свой камень.
— Ты мог словами попросить, — натянуто рассмеялся Кир.
Секунда — и прочная связь установлена. Теперь поток не засоряется. А Альден к болезненному трепету в груди уже привык. Он все равно чувствует боль, когда Киру больно. Нет разницы, испытывает он свои эмоции или они смешиваются с эмоциями самого Кира.
— Конечно. Ведь я подошел к тебе исключительно для того, чтобы напомнить о потоке, — дернул бровью Альден.
Кир поднял на него глаза и улыбнулся шутке. В его свободной руке еще горел огонь, и Альден залюбовался тем, как отражается пламя в зеленых глазах. Светлячки в траве. Вечное лето во взгляде напротив.
— А еще для чего? — простодушно спросил Кир.
Альден с трудом увел мысли из уютного уголка, в который их отправили чужие глаза, и ответил:
— Чтобы сказать, что Милен — просто идиот и, как попугай, повторяет все за старшей сестрой. Которая, к слову, со своим узким умом уже давно рискует потерять должность разведчика.
Кир распахнул рот и захлопал глазами. Альден все-таки не сдержался и улыбнулся — так мило огневик выглядел в это мгновение.
— Д…да как ты это делаешь?! — восхищенно воскликнул Кир.
— Немного логики и многолетние наблюдения за чужими повадками, — честно признался Альден и как бы невзначай скользнул ладонью вдоль чужого плеча.
Догадаться, кто именно сказал Киру насколько болезненные слова, оказалось совсем несложно. Мила — девушка с гнильцой, она не могла сдержаться от того, чтобы не осудить кого-нибудь за спиной. Но она слишком хитра, чтобы в открытую говорить свои мысли, пусть даже и — Альдена покоробило — низшему классу. А вот ее младший братец был потупоголовее. И, имея настолько низкое звание, что его даже произносить стыдно, жил в общих комнатах на нижних этажах. Как раз там, где жили нечистокровные инсивы.
— В любом случае, он не тот человек, который стоит твоих нервов и бессонной ночи, — вывел Альден и сложил руки за спиной. — Тебе нужно поспать. Давай вернем все, как было…
Со стороны могло бы показаться, что он отстранился. Альден одно мгновение и сам так думал. Но альтернативный исход событий, промчавшийся в голове со скоростью, достойной своего владельца, понравился ему куда больше.
Кир нехотя поднялся с места и залпом допил воду, чтобы поставить чашку на место и уйти. И в эту секунду Альден добавил:
— …и пойдем ко мне.
Кир поперхнулся, и огонь на его руке замерцал. В этом мерцании Альден позволил себе довольную улыбку. Не то чтобы он специально подгадывал момент, но… возможно.
Огневик прокашлялся, отставил чашку и искоса, как напуганный олененок, посмотрел на Альдена.
— К… тебе? — переспросил он.
— Да, — абсолютно ровным и обыденным тоном подтвердил Альден. — Думаю, в таком состоянии тебе нужно тихое и мирное место для сна. Нет, конечно, если ты хочешь вернуться в общую комнату, то…
— Не хочу, — смущенно потер затылок Кир и улыбнулся, как будто ему было стыдно за то, что идея Альдена пришлась ему по душе.
Он быстро сполоснул чашку, вернул ее на место. Альден ждал у выхода и невольно любовался тем, как ловко огневик удерживает пламя на руке и одновременно управляется с водой и посудой. Кир уже пошел было к Альдену, как вдруг притормозил и странно на него посмотрел. Светлячки в зеленых глазах превратились в жгучих саламандр, и от их вида что-то потеплело под ребрами и ниже.
— А ты ведь… один живешь? — вспомнил Кир, неспешно подходя ближе.
— Да.
— Получается, у тебя и кровать в комнате одна?
— Да, — не меняя интонации ответил Альден.
Саламандры бешено закрутились вокруг зрачка.
— Так мы, значит, на одной кровати спать будем?
— Нет, я лягу на полу у двери, — дернул уголком губ Альден.
Кир рассмеялся. Он всегда понимал, когда Альден шутит, а когда предельно серьезен. Хотя даже сам Альден не всегда понимал. Наверное, иногда он для Кира — тоже открытая книга.
Огневик подошел на расстояние вытянутой руки, и Альден не удержался от небольшой шалости — и легко задул пламя на чужих ногтях, как свечку. Кухня погрузилась в полумрак, только блеклый свет из коридора позволял видеть очертания и образы. Огни в зеленых глазах исчезли, но не пропали бесследно — они там, это ощущалось даже в темноте.
Запястье обхватили горячие, но уже не обжигающие пальцы. Альден перехватил их, переплел со своими и потянул Кира на себя, увлекая в коридор и дальше, к лестнице, к комнате, к новой странице в открытой книге…
