Ты готов, Волчара?

Голова раскалывалась. Нечеловеческим усилием заставив себя открыть глаза, я осмотрелась… и тут же пожелала все развидеть. Нет., нет, нет, нет, не может быть! До боли знакомое темное подземелье, тускло освещаемое несколькими факелами, четверо стражников, тычущих мечами в моем направлении, тяжелые кандалы на запястьях. Твою ж мать. Пиздец, товарищи, приплыли. С трудом поднимаю руки, осматривая левую ладонь — ничего. Странно. Автоматически тянусь к ушам в попытке понять, в кого же меня запульнуло. Длинные, острые. Лавеллан. Ну что ж. Эльф так эльф. Тихий стон рядом током бьет по нервам. Зелёная вспышка на мгновение ослепляет. Рядом ещё одна пленница. Человек. Инквизитор. Интересно. То есть меня не запихнуло в персонажа. Ну и слава Богу, Создателю, Митал и кто тут ещё есть. Не придётся мучаться от боли и в итоге терять руку. Так, сейчас по сценарию должны прийти Кассандра и Лелиана. А, вот и они, легки на помине. Тяжелая дверь с грохотом распахивается и в темницу быстрым шагом входят две женщины. С интересом осматриваю оживших героев любимой игры. Да, все-таки графика хоть и на высоте, но в реальности они выглядят совсем иначе. Волосы Кассандры взъерошены, глаза мечут молнии, она совсем не кажется такой спокойной как на кат-сцене. Да и Лелиана не так расслабленна, чувствуется, что она готова вот прямо сейчас выхватить лук и сделать из нас ёжиков. Кассандра медленно обходит нас по кругу, склоняется к плечу Тревельян и… — Назовите нам хоть одну причину не убивать вас прямо сейчас. Боже. Практически дословно, с поправкой на количество присутствующих. Потрясно. — Конклав уничтожен. Все, кто там был, погибли. Кроме вас. Я решаю промолчать, Тревельян тоже. Искательница наклоняется и хватает ее за руку, требуя. — Объясни это, — и метка, как по заказу, вспыхивает зеленью. «Ну, допустим, я могла бы, — усмехаюсь про себя. — Правда, хрен кто мне поверит.» Тревельян потерянно смотрит на левую руку. — Я не могу. — Что значит «не могу»?! — коршуном кружит вокруг неё Кассандра. — Я не знаю, что это и откуда взялось. Искательница вспыхивает от гнева, подлетает к Тревельян, хватая ее за грудки, и практически рычит. — Врешь! Я смотрю на Лелиану, на долю секунды опережая ее реакцию. — Она нам ещё нужна, Кассандра. Хах, это точно. Вы даже не представляете насколько нужна. Поворачиваюсь к Тревельян и вижу полную растерянность в ее глазах. — Ничего не понимаю. И только теперь взгляды женщин сосредотачиваются на мне. А я уже надеялась, что про меня все забыли. — Вы помните, что случилось? Как все началось? — спрашивает Лелиана, требовательно смотря мне в глаза. Ну чего, ответить стандартной фразой? Благо, я практически дословно могу пересказать чуть ли не всю игру, 1000500 часов, просиженных за компом в Dragon Age это позволяют. — Помню, как мы бежали. За нами гнались твари, а потом… женщина? — Женщина? — Она протянула мне руку, — вовремя вступила Тревельян, а я решила добавить отсебятины и кивнула в сторону будущего Инквизитора. — А я схватилась за неё. Несколькими движениями Кассандра оттеснила Соловья. — Ступай в головной лагерь, Лелиана. Я свожу их к разрыву. Кивнув, женщина удалилась, а Искательница стала снимать с нас кандалы. — Что все-таки случилось? — спросила Тревельян. По очереди подняв нас на ноги и связав руки, Кассандра ответила. — Будет проще один раз показать. Ну что ж, пойдём глянем на эту дырень в реальности.

***

Мы быстро преодолели лестницу и холл Церкви и вышли на мороз. Твою ж коромыслом. Брешь выглядела настолько жутко, что даже не пришлось притворно удивляться. Тревельян же вообще казалась напуганной до усрачки. — Мы назвали его «Брешью». Это огромный прорыв в мир демонов, который с каждым часом становится все больше, — мрачно объяснила Кассандра. — И это не единственный прорыв. Просто самый большой. И все они появились после взрыва на Конклаве. — От взрыва бывают такие последствия?.. — недоуменно спросила Тревельян. Ага, ну да, конечно. Расхреначь сферу с магией древнего эльфийского бога и вуаля. Почти ядерная бомба в действии. — От этого да. Если мы ничего не предпримем, Брешь может разрастись настолько, что поглотит наш мир, — и, словно в ответ на слова Искательницы, Брешь с грохотом вспыхнула, а метка Тревельян взорвалась болью. Женщина вскрикнула и упала на колени. Я резво плюхнулась рядом и положила связанные руки ей на плечо в попытке поддержать. — Кажется, твоя метка реагирует на эту штуковину, — кивнула я на дыру в небесах. — Да, — Кассандра наклонилась к нам. — Каждый раз, когда Брешь растёт, метка тоже увеличивается… и мало-помалу тебя убивает. — Может быть она же может и остановить процесс? — украла я фразу Искательницы. — Возможно, — ответила она. — Но времени мало. — Ты сказала может… сделать что? — спросила у меня Тревельян. — Закрыть Брешь, — спокойно ответила я, а Кассандра добавила. — Возможно ли это — мы в скором времени выясним. Это наш единственный шанс. И твой… — Ты все еще думаешь, что это сделала я? Сама сотворила с собой такое? — изумилась Тревельян. — Вероятно ненамеренно, — тут я не удержалась и понимающе фыркнула. — Что-то явно пошло не так. — А если я вообще не виновата? — вспыхнула аристократка. — Кто-то точно виноват, — и я точно знаю, что это за говнюк, — а вы наши единственные подозреваемые. — И я тоже? У меня-то нет метки! — возмутилась я. — Но ты вместе с ней вышла из того разрыва, — возразила Кассандра. — Ты можешь быть сообщницей. Я понимающе кивнула. — Хотите доказать свою невиновность? Это единственный способ, — указала на Брешь Искательница. Тревельян тяжело вздохнула. — Я понимаю. — Мы сделаем все, что сможем. Все, что потребуется, — завершила я за неё фразу. Кассандра удовлетворенно кивнула, помогла нам подняться и повела к воротам Убежища. Со всех сторон доносились крики перепуганных людей, обжигали затылок осуждающие, почти ненавидящие взгляды. Ну-ну. А скоро на Тревельян с благоговением смотреть будут. — Они считают вас виновными. Им это нужно, — заметила Искательница наши затравленные взгляды по сторонам. — Жители убежища скорбят по её святейшеству Верховной жрице Джустинии, главе Церкви. Конклав собрала она. Это был шанс договориться о мире между магами и храмовниками. Она свела лицом к лицу их лидеров. Теперь они все погибли. Мы шустренько топали по дороге к мосту. Я искоса рассматривала Тревельян. Рыжие вьющиеся волосы, стянутые в короткий хвостик на затылке, бледная кожа, куча веснушек и тёплые янтарные глаза. Красивенький Инквизитор получился. Правда в игре все всегда такие чистенькие, а тут приличный слой грязи, покрывающий всю одежду и, частично, лицо и руки Тревельян. Бросила взгляд на свои руки — мдаа, не чище. Аж зачесалось резко все и захотелось срочно помыться… и зеркало. Интересно же! Что там за эльф такой, который теперь я. За размышлениями даже не заметила, как мы добрались до моста. Пара солдат распахнули ворота и я, прервав мечтания о горячей ванне и огромном пушистом полотенце, снова посмотрела на Брешь. Пиздец, по-другому не скажешь. Ведь это все по-настоящему! Пусть я знаю, что должно произойти, но ведь меня вполне реально могут убить. Жуть. — У нас внутри все бурлит, как и на небе. Но мы должны взять пример с Верховной жрицы и думать не только о себе, — продолжала Кассандра. — Пока Брешь не будет закрыта. Жестом остановив нас, она вытащила из ножен кинжал и разрезала веревки, стягивающие наши запястья. — Будет суд. Большего обещать не могу. Идём. Уже недалеко. — Куда ты ведёшь нас? — потирая запястья спросила Тревельян. — Надо испытать твою метку на чем-нибудь поменьше Бреши, — уклончиво ответила Искательница. — О, я уверена, у нас будет такая возможность, — недовольно пробурчала я. Мы пересекли мост и остановились перед ещё одними воротами. — Откройте! — приказала Кассандра. — Мы идём в долину. Ну, понеслась…