Приложение «Lovegen»

Тэхён был измучен — его ноги немели каждый раз, когда он делал шаг в свою спальню, покалывание в груди тоже не давало ему покоя. И за те три часа, что он провёл в кафе, единственное, о чём он думал, был Чонгук. Это было странное чувство — чувствовать чужие эмоции, так что он хотел узнать о природе и истине легендарных брачных уз. А кто лучше разбирается в этом вопросе, чем сам гений генотипов? Тэхён отложил своё желание и отправился в кабинет Намджуна. Тот лежал в неудобном кресле рядом со своим столом, его длинные ноги свободно вытянуты, а голова была запрокинута назад, тёмно-синие глаза любовались тусклым белым потолком. Омега вздрогнул от звука книг, которые с шумом упали на стол рядом с ним, заставив его слегка подпрыгнуть. Намджун издал смешок, демонстрируя свою улыбку с ямочками на щеках. — Так о чём ты хочешь меня спросить? — спросил альфа, сосредоточив взгляд на своих книгах на столе, аккуратно разложив их стопкой в углу. — О брачных узах, — мягко сказал Тэхён, поворачивая голову, чтобы посмотреть на своего шурина, красивые ресницы оттеняли его персиковые щеки. — Что? Что ты хочешь знать? — промычал Намджун, слегка удивлённо приподняв бровь. — Объясни мне, как это работает, хён, — попросил Тэхён, садясь правильно, показывая, насколько он заинтересован в этой теме. — Последние несколько часов я чувствую эмоции Чонгука, и это сводит меня с ума. Альфа некоторое время смотрел на Тэхёна, потом тяжело вздохнул, садясь в кожане кресле. — Это естественно для таких пар, Тэхён. Чонгук и ты предназначены друг другу, сколько процентов, ты сказал, у вас в «Lovegen»? — 100%… — ответил Тэхён с застенчивой улыбкой, отводя взгляд от Намджуна. Альфа был потрясён, нахмурив в брови и раскрыв рот. — Блять… Я имею в виду, чёрт возьми… Боже… Так много? У тебя больше очков, чем у нас с Джином… — Это абсолютное совпадение, верно? — спросил омега, смотря вопросительно. — Верно, у нас с Джином 97%, и это уже шокирует. Я могу только представить, как со временем увеличится связь между вами двумя… — сказал альфа, почёсывая подбородок и поправляя очки. — Что ты имеешь в виду? — растерянно спросил Тэхён. — Связь с родственной душой драгоценна, Тэ, — начал объяснять Намджун, мягко улыбнувшись. — Ну, когда ты впервые встречаешь свою вторую половинку, ты сразу же чувствуешь к ней привязанность: ты точно почувствовал это к Чонгуку, когда впервые увидел его. — Как нить, тянущая нас друг к другу… — сказал омега, вспомнив, как легко ему было впустить Чонгука к себе. — Точно, но между альфой и омегой это сильнее, намного сильнее, чем у любого другого генотипа, а поскольку Чонгук чистокровен — он должен чувствовать это намного сильнее, его чувства должны обостряться, когда речь заходит о тебе, — объяснил Намджун, пытаясь найти правильные слова, чтобы не напугать забывчивого омегу перед ним, который был напряжён, а его красивые глаза тревожно метались из стороны в сторону. — После того, как будет сделана метка во время спаривания… Связь будет запечатана, вы с Чонгуком теперь способны чувствовать друг друга, если вы находитесь в опасности или в беде, он почувствует немедленно это, как детектор эмоций… — Это буквально делить свою душу, — пробормотал Тэхён, немного потерявшись в своих мыслях. Намджун согласно угукнул, снимая очки. — Действительно, альфы склонны становиться собственниками и чрезмерно заботливыми. В то время как омеги становятся более эмоциональными и зависимыми, — поясняет Намджун с улыбкой, думая о своём соулмейте и о том, каким плаксивым он иногда становится, когда нуждается в его альфа-внимании. — Кроме того, невозможно слишком долго находиться в разлуке со своей второй половинкой: мы чувствуем потребность быть с нашими парами… Как вопрос жизни и смерти, — хихикнул альфа, заставив Тэхёна нежно улыбнуться. — Должно быть, это мило… — Что? — спросил альфа, наклонив голову. — Быть такими же, как и вы с Джином: вы оба прошли через многое и остаётесь как всегда сильными, это восхитительно, — сказал Тэхён, тепло улыбаясь Намджуну, который улыбнулся в ответ, красуясь своими ямочками. — Ты тоже можешь так… Просто будь сильным. Джин в конце концов придёт в себя… Возможно, если он встретится с Чонгуком первым, его фамилия не будет иметь большого значения… — сказал Намджун успокаивающим тоном. — Я не понимаю, почему он так ненавидит Чонов… Я имею в виду, да, эта ужасная женщина забрала у вас вашу работу и выперла на улицу, но из-за неё у Гука трудности… — сказал омега, нахмурив своё красивое лицо. — Я знаю, Тэ, кое-чего ты не понимаешь, но я обещаю, что всё наладится, — мягко сказал Намджун, а Тэхён только вздохнул, взъерошив свои светлые волосы. — Кстати, разбитое сердце сказывается на чистокровных намного хуже, так что будь осторожен с этим. — Что ты имеешь в виду? — спросил омега, всё ещё ничего не понимая. — Разбитое сердце и смерть — единственное, что способно разорвать брачные узы между обреченными родственными душами, — начал объяснять альфа, в то время как Тэхён смотрел на него с нахмуренными бровями. — И это оказывает влияние на альфу больше, чем на омегу. — Я не собираюсь причинять Чонгуку боль, — довольно резко ответил блондин. Как он вообще мог подумать о том, чтобы причинить боль Чонгуку? Альфа — его вторая половинка, он такой милый и заставляет сердце Тэхёна буйствовать и наливаться теплом одновременно. И он был уверен, что чувство, растущее в его груди, было любовью, глубокой и сильной любовью. Но Тэхён не был готов произнести это вслух. Чёрт возьми, он даже не был готов думать о том, что влюблён, потому что любовь может так легко ранить, а это страшно. — Только будь осторожен, Чон Чи — опасная женщина, которая без колебаний причинит вам обоим боль ради собственной выгоды, я серьёзно, Тэ, — предупредил Намджун. — Я буду осторожен, хён… Спасибо, — сказал омега, слегка надув губы, и в его голубых глазах отразилось беспокойство. Намджун кивнул с лёгкой улыбкой, которая исчезла, как только Тэхён покинул кабинет. Она сменилась озабоченным выражением, как только он взял свой ноутбук и начал лихорадочно стучать по нему. Живот неприятно запульсировал, когда он набрал «разбитое сердце» в строке поиска. Он сохранил несколько файлов в облаке, которые не были стёрты техническим отделом, когда Чон Чи уволила его, так что теперь он решил проверить недры данных генотипа. Это был вопрос безопасности для Намджуна, потому что он был уверен, что Чон Чи в конце концов вмешается в отношения между Тэхёном и Чонгуком. Он должен быть готов преодолеть потенциальный разрыв сердца. И ответ пришёл довольно быстро, даже когда потребовалось провести дополнительные исследования. ДНК-совместимые феромоны.

____________________________________

Тэхён узнал больше о запечатывании брачных узах со своей второй половинкой. Ощущение того, как Чонгук заставляет его чувствовать это, было настолько глубоким и душевным для него, что у него терялись слова, чтобы описать это. Это было затянувшееся чувство, которое постоянно напоминало ему о Чонгуке. Тэхён также постоянно испытывал странное чувство дежавю, как будто те моменты, которые он делил с альфой, уже происходили ранее. Омега также мог знать, что чувствует Чонгук, но это ограничивалось только сильными эмоциями и только тогда, когда другой позволял это. На следующий день, когда Тэхён отправился в новую квартиру Чонгука, чтобы помочь ему привести в порядок его вещи, они снова занялись сексом на новом матрасе альфы, с кучей неразобранных коробок. Было так трудно сопротивляться их желаниям, даже когда Тэхён любил обвинять возбуждающие гормоны Чонгука, хотя знал, что тоже виноват. И теперь он мог чувствовать сильные эмоции Чонгука по отношению к нему, который чувствовал себя почти подавленным, что заставляло его бояться. Была ли это любовь? Омега не был уверен, но это было удивительно, да и страшно. Потому что любить слишком сильно — ужасно. А Тэхён был в ужасе от того, что ему может быть очень больно. — Обрати на меня внимание, — заныл Чонгук, надувшись, потому что Тэхён был погружён в свои мысли и не отвечал на вопросы альфы. — Сегодня ты ещё прилипчивее, — Тэхён улыбнулся, тихонько хихикая. — Я знаю… Я просто скучал по тебе, — сказал Чонгук, пряча лицо в шее Тэхёна, вдыхая его сладкий аромат и слегка целуя бледно-красную метку. Омега тепло улыбнулся, запустив пальцы в чёрные волосы Чонгука, чувствуя, какие они пушистые и мягкие. Даже когда Тэхён успокаивал своего партнера, он так чувствовал себя в защите и безопасности с Чонгуком, что никогда не хотел покидать его. Он не мог представить свою жизнь без альфы, возможно, сила их связи была глупостью, ведь они встретились всего несколько недель назад. Она была так глубока, словно они знали друг друга целую вечность. — Мы должны разобрать твои вещи, Гук, — сказал Тэхён, пристально глядя в тёмные глаза Чонгука. — Я должен просто нанять кого-нибудь, чтобы он сделал это за меня, — ухмыльнулся альфа. Тэхён усмехнулся, игриво закатив глаза. — Ты не можешь позволить людям делать всё за тебя, давай, это будет весело!  — Позже, — Чонгук надул губы, — позволь мне пообнимать тебя ещё немного, — сказал он, и Тэхён вздохнул, позволяя своим рукам пробежаться по мускулистой спине альфы. — Может быть, скажешь мне, что тебя так расстроило вчера? — мягко спросил Тэхён, его голос был глубоким, слова тянулись, как сладкий мёд, посылая толчок в сердце альфы. После минутного молчания Чонгук вздохнул. — У меня был очень тяжёлый разговор с матерью, — сказал он, его голос звучал холодно, а глаза были устремлены в сторону от его возлюбленного. — Всё так плохо? — снова спросил омега, наклоняя голову, чтобы лучше видеть лицо альфы. Чонгук промычал. — Я узнал то, чего предпочёл бы не знать. Тэхён чувствовал, как тревога возвращается к альфе, что заставляло его собственное сердце тоже сжаться. Преимущества брачных уз. — Разве не лучше знать правду, чем жить во лжи? — тихо произнёс Тэхён, лаская пальцами обнажённую кожу альфы. — Наверное, ты прав, — сказал Чонгук с тяжёлым вздохом, теперь смотря в глаза своему парню, казалось, там тысячи невысказанных слов. — А тебе бы это понравилось? Знать что-то, что причинит боль? Тэхён несколько секунд молчал, а потом улыбнулся Чонгуку и кивнул. — Я бы предпочёл знать правду, даже если это как-то повлияет на меня. — Пожалуй, ты прав… — простонал Чонгук, обхватывая руками обнажённого Тэхёна и обнимая его изо всех сил. — Я н-не могу д-дышать. — Извини, — усмехнулся альфа, клюнув омегу в губы. — Не меняй тему, — ответил Тэхён, изогнув бровь. — Тэ… Я хочу защитить тебя, ладно? — выдал Чонгук, гладя волосы омеги, а глаза смотрели почти виновато. — От чего же? Я не понимаю, Гук… — Мой отец умер от разбитого сердца… Моя мама сделала его своим соулмейтом, чтобы разбить ему сердце, а он просто позволил себе умереть… — сказал Чонгук, нахмурив брови и поджав губы. — Мне жаль, детка, — сумел выдавить Тэхён после того, как был потрясён до глубины души. — Значит, твоей маме не суждено было стать второй половинкой твоего отца? — Нет… Ей был самец-омега, — пробормотал альфа. — Неужели? — не поверил Тэхён, чьи глаза стали большими и круглыми от удивления, обрамлённые красивыми ресницами. Чонгук согласно промычал в ответ. — Да, но моя мама обманула его и заставила порвать с моим отцом, — сказал он, снова погрузившись в свои мысли, в то время как Тэхён на мгновение замолк. — А ты бы так поступил? — внезапно спросил альфа, поднимая голову и глядя на омегу. — Что? — Оставить меня в таком состоянии… — Почему ты спрашиваешь меня об этом? — ответил омега, его брови тоже были нахмурены, а губа выпячена. — Потому что я знаю свою мать… Так что, пожалуйста, скажи мне, что ты будешь сражаться за нас, — взмолился Чонгук, его тёмно-карие глаза сияли в естественном свете, проникающем через окно. Его чёрные волосы беспорядочно падали на глаза, делая его невероятно красивым. Тэхён улыбнулся этому зрелищу. — Обещаю, — сказал он, и Чонгук просиял, показав свою очаровательную кроличью улыбку. Их губы встречаются на краткий миг. — Можно тебя кое о чём спросить? — спросил альфа, отодвигаясь от Тэхёна всего на несколько дюймов. Омега кивнул с безмятежным видом. — Ты иногда видишься с отцом? Лицо Тэхёна изменилось в одно мгновение, превратившись в хмурое выражение, в глазах виднелась жесткость и холод, синева в них казалась более острой. Чонгук тут же пожалел, что задал этот вопрос. — Нет, никогда, я не хочу видеть его снова, — глубокий голос омеги звучал сурово и холодно. — Но почему? — спросил Чонгук, мысленно пнув себя, как только задал этот вопрос. — Ничего страшного, если ты не хочешь мне говорить… — Я доверяю тебе, Чонгук, — сказал Тэхён, усаживаясь на матрас, а следом за ним и Чонгук, который, склонив голову, следил за каждым движением Тэхёна. — Даки… — Даки? — растерянно уточнил альфа. — Да, моего отца зовут Джедак… Все зовут его Даки. Что ж, он — мужчина-омега, я уже говорил тебе об этом. Он действительно наслаждался, используя свою омежью сущность, чтобы заманивать альф… Его единственной проблемой было отчаянное желание чувствовать любовь, быть любимым, — сказал Тэхён, сделав паузу, чтобы сделать глубокий вдох. — Мой второй отец бросил его, когда был беременным мной, и начал страдать от тяжёлой депрессии… Он даже несколько раз пытался покончить с собой, когда я ещё был внутри него. Из-за этого Джина пару раз отдавали в приёмные семьи… После моего рождения меня тоже отдали в приёмную семью… — Мне очень жаль, Тэ… — выдавил альфа, сжав голое бедро омеги и укутав его тело зимним белым одеялом, чтобы не дать омеге замёрзнуть. Тэхён покачал головой со слабой улыбкой. — Когда я впервые встретил Даки, мне было четыре года… Джину было одиннадцать, и мы вернулись жить к нему и нашей бабушке. Всё было прекрасно, пока не умерла моя бабушка. Даки продолжал обвинять меня, потому что он был единственным омегой без пары, и продолжал обвинять Джина, потому что к нему цеплялись, пока Даки не смотрел… Тэхён снова замолк, пытаясь найти правильные слова, чтобы лучше объяснить ситуацию. — У Джина сильная личность: он никогда не боялся кричать или драться с альфами, которые пришли встретиться с Даки, — сказал омега с хриплым смешком. — Но Джин забеременел в пятнадцать лет… По иронии судьбы Даки выгнал его из дома. К счастью, приёмная бабушка Намджуна приняла их и помогла им. Джин работал, пока бабушка Ким заботилась о ребёнке, а Намджун продолжил свои занятия, — сказал Тэхён с искренней улыбкой, вспомнив, какой доброй женщиной была бабушка Ким. — Мне было всего восемь, и я должен был продолжать жить с Даки… Джин был несовершеннолетним, беременным несовершеннолетним, и не мог заботиться обо мне или быть моим законным опекуном. Джин продолжал обещать, что вытащит меня из дома моего отца, но всё без толку… Даки стал алкоголиком, постоянно приводил альф в наш дом, утверждая, что ищет свою вторую половинку… Его психическое состояние не позволяло ему заботиться обо мне должным образом, но всё же это было лучше, чем приёмная семья… Ты даже не представляешь, как они обращаются с омегами, — сказал Тэхён со смешком, а Чонгук просто подошёл к нему, обняв за плечи, чтобы успокоить. — Но потом к нам переехал этот парень Сивон, мне было тринадцать… — голос Тэхёна надломился, заставив Чонгука нахмуриться, напрягшегося от предстоящей информации. — Он всё пытался приблизиться ко мне, говоря, что я такой красивый и что от меня так сладко пахнет… Сначала это был просто пристальный взгляд, лёгкие прикосновения и дразнящие замечания, пока мне не исполнилось четырнадцать и у меня не началась первая течка… — Я больше не могу слушать… — голос Чонгука тоже надломился, который чувствовал, как напряглась его грудь, а живот скрутило, требуя убить того, кто причинил боль его паре. — Успокойся, Чонгук, я чувствую твою ненависть… — мягкий голос омеги был как ваниль для альфы, поглощая его собой и успокаивая. — Я убью того, кто обидит тебя, Тэ… Ты же знаешь, что я могу, — прорычал себе под нос Чонгук, стиснув зубы и не в силах сдержать рык. Но Тэхён только успокаивающе похлопал его по спине с нежной улыбкой и тёплым взглядом голубых глаз. — Я знаю… — сказал омега, забавляясь с того, что именно он утешал альфу, хотя сам подвергся сексуальному насилию в детстве. — Джин сумел спасти меня, Намджун и его двоюродный брат надрали парню задницу, обо всём сообщив в полицию… Даки всё плакал и говорил, что не знал… Но я знаю, что он знал: как он мог не знать? Я имею в виду… Даки думал, что парень был его родственной душой, и пытался преуспеть в своей жизни, но… Как он мог не заметить, что меня оскорбляют? Знаешь, что первая течка, когда ты только подросток, действительно болезненна и неприятна, потому что ты ещё не достиг половой зрелости, но он всё равно винил в этом меня… Я думал, что умираю, и на мгновение мне действительно захотелось умереть… — выдавил Тэхён в конце и подавил болезненный всхлип. — Иди сюда, малыш, — сказал Чонгук, прижимая к себе омегу, давая ему тепло и безопасность. Успокаивая его. Через мгновение Тэхён разорвал объятия и откашлялся, глядя Чонгуку прямо в глаза. — Джин стал моим законным опекуном, когда ему было 21, так что Служба охраны детей-омег разрешила… И бабушка Ким тоже взяла меня в свой дом, она была ангелом… — А что случилось с этим мудаком? — альфа снова зарычал, а Тэхён поклялся, что видит оттенки красного в его обычно тёмно-карих глазах — черта, часто проявляющаяся, когда альфа был зол. — Судья сказал, что он не виновен, потому что я был течным, — усмехнулся Тэхён, получив ещё одно рычание от альфы. — Он только получил запрет на приближение ко мне, а Даки, у которого случился психический срыв, был госпитализирован в психиатрическую больницу. — И с тех пор вы его не видели? — спросил Чонгук. Тэхён покачал головой. — Два года спустя Джин сказал мне, что его выписали из психиатрической больницы и он хочет нас видеть, но я не хотел… Я думаю, что Джин встречался с ним пару раз, сказав мне, что Даки устроился продавцом в вашу семейную компанию, так что Намджун тоже там работал… Но я отрёкся от них: я больше не хотел иметь с ним ничего общего и ничего о нём не знал… Они уважали это. «Так он познакомился с моим отцом? Возможно… Приложение «Lovegen» было выпущено, когда мне было шестнадцать, через два года после тех событий… Два года прошло после посягательства на Тэ», — Чонгук почувствовал, как его грудь снова сжалась, а желудок скрутило — его чуть не вырвало. Был ли Ким Джедак безжизненным существом после потери своей пары? Его истинная пара. Или он вернулся, чтобы развалиться вконец. Чонгук действительно хотел знать. Чонгук и Тэхён долго оставались в объятиях друг друга, не обмениваясь словами, а просто обмениваясь сладкими поцелуями и теплом. Тэхён чувствовал себя невероятно защищенным в объятиях Чонгука. А Чонгук почувствовал себя невероятно убаюканным в объятиях Тэхёна. Как будто вместе они заполняют то, чего им не хватало. — Мне нравятся твои губы… — прошептал Чонгук между поцелуями с нежной улыбкой. — Мягкие и сладкие, совсем как ты. Тэхён улыбнулся в ответ, снова сокращая расстояние между их губами и захватывая в поцелуй Чонгука, наслаждаясь сплетёнными с альфой языками. Чонгук наклонил голову, чтобы углубить поцелуй, не церемонясь с тем, чтобы толкнуть Тэхёна на матрас и забраться на него, прижавшись к нему. — Мы слишком часто занимаемся сексом, — хихикая, начал говорить Тэхён, в то время как Чонгук уже целовал его шею и ключицы. Чонгук поднял голову с веселой ухмылкой. — Ты должен эксплуатировать меня, пока я не состарился и мой член не стал плоским и морщинистым. — Фу, Чонгук, почему ты такой? — пропыхтел Тэхён, всё ещё хихикая, пока альфа слезал с него. — Кроме того, держу пари, что ты всё ещё будешь горячим, когда состаришься. Чонгук снова остановился, чтобы посмотреть на Тэхёна, ухмыляясь и наклоняя голову, чтобы оценить красоту под ним. — И ты тоже… Всё такой же красивый. Тэхён покраснел, отводя глаза от Чонгука, но альфа схватил его за подбородок, заставляя омегу посмотреть на него, наслаждаясь видом взволнованного Тэхёна. На мгновение они впали в транс, просто глядя друг на друга. — Ты единственный, кто смотрит мне в глаза так, — промурлыкал омега, глядя в тёмно-карие глаза альфы. Их взаимное любование было нарушено, когда громко зазвонил дверной звонок, заставив Чонгука застонать от досады, а Тэхён шумно выдохнул. — Это, должно быть, Хоби и Чимин, — сказал альфа, беря телефон, чтобы проверить время. — Как долго мы были в постели? — спросил Тэхён, пытаясь сесть на матрас, но безуспешно, так как Чонгук сидел на нём и был отнюдь не пушинкой. — Примерно четыре часа, — усмехнулся Чонгук, наклоняясь, чтобы поцеловать Тэхёна, и простонав, когда в дверь снова позвонили. — Иди в душ, детка, если не хочешь, чтобы они учуяли мой запах на тебе, что мне бы очень понравилось, — сказал альфа, спрыгивая с Тэхёна и хватая серые спортивные штаны и чёрную футболку. Тэхён закатил глаза. — Милый, я отчётливо вижу стояк в этих штанах, — сказал омега с усмешкой. — Тогда наслаждайся видом, — продерзил Чонгук с ухмылкой и игривым подмигиванием, заставив омегу фыркнуть, с любовью глядящего на альфу. Затем Чонгук вышел из спальни, закрывая за собой дверь и напевая «бабушка Хосока, бабушка Хосока», чтобы избавиться от своего стояка, пока не добрался до входной двери своей квартиры. Это срабатывало каждый раз. Спасибо, бабушка Чон.

•°•°●○●🖤●○●°•°• ____________________________________