Гадание

День выдался жарким, душным и каким-то липким. Санса поправила взмокшие от пота волосы. Стоящая скамья в тени Королевского сада не спасала от палящего солнца. Записку, которую она получила вчера перед сном от Маргери, взволновала её до предела. В письме говорилось, что у неё к Сансе было важное дело на будущий вечер и, что они прекрасно проведут время. Для обсуждения своего будущего времяпровождения Санса должна была ждать её в саду. Сейчас её это мало волновало, она чувствовала жуткую жару, что мозги могли вскипеть в ту же секунду. Вот если Маргери не явится прямо сейчас, она встанет и уйдёт, прохлада её комнаты лучше всех приятных идей юной невесты короля. — Леди Санса, как вы сегодня красивы, — прощебетала розочка. Она появилась внезапно, сразу, как только Санса подумала об уходе из этого пекла. Маргери была свежа, как цветок после утренней росы, по-видимому погода её совершенно не беспокоила. Своих стражников она успешно оставила у поворота к скверику, где в тени сидела Санса. Недалеко, чтобы в случае опасности они успели прийти на помощь, но и не настолько близко, чтобы расслышать о чем секретничают девушки. "Да уж, красавица, каких ещё не видели: вспотевшая, сопревшая и к тому же пыльная," — пронеслось в мыслях у Сансы. — Маргери, как я рада вас видеть, —робко произнесла рыжеволосая девушка. — Простите, моя дорогая, что я заставила так долго меня ждать. Это всё скучные дела невесты нашего доброго короля, — Маргери одарила Сансу самым нежным взглядом из всех своих. — Знаете, леди Санса, давайте сразу к делу, а то меня сейчас разорвет от эмоций. Как вы относитесь к гаданию? — Гаданию? — изумилась Санса. — Именно, к гаданию, — лицо Маргери озарилось лукавой улыбкой.

***

Провести приятный вечер в тот день не получилось. Главным атрибутом того ритуала была лунная кровь, но у Сансы в этом месяце таковой не было, и гадание пришлось отсрочить на конец месяца. В течение месяца обе девушки и некоторые кузины, которые решились на ворожбу, должны были собрать свою кровь. Весь смысл был в том, чтобы пролить в пламя пару капель, произнести некие слова и смотреть в огонь, пока он не очертит тебе твоего суженого. Об этом Маргери рассказала одна из её многочисленных родственниц, а той рассказала служанка, ей поведала её сестра, которая работает в борделе, а сестре во время её работы рассказал Красный Жрец. Да, это был обряд иной веры. Веры в Пламя и Владыку Света. — Только не стоит об этом рассказывать, ничего плохого не случится, — пробормотал тихим голосом Маргери. — Ты же хочешь узнать своего суженого? — продолжила юная роза.

***

— Суженого… Голос в голове у Сансы заговорил, как только она открыла дверь своих покоев. — Суженого… Голос звучал в скрипе дверных петель. — Суженого… Он был в звуке ее шагов по пустому коридору, был в потрескивании факела — Суженого… Дверь в покои Маргери открылась с тихим шорохом.

***

— Санса! Мы думали ты не придёшь! — воскликнула одна из присутствующих девушек. Другие сразу же на неё зашикали, чтобы та замолчала. Санса проскользнула в комнату, тихо, шурша юбками. В комнате царил мрак. Шторы были задернуты, свечи все до единой были погашены, лишь в жаровне горел небольшой огонь, рядом с которым сидела Маргери, не отрываясь смотрела в пламя, и что-то постоянно нашёптывала. Её глаза были расширены, она как будто смотрела не в пламя, а куда-то за пределы видимого. Шёпот был, как тихий ветер в листве осенних деревьев. — Суженого… Суженого… Суженого… Звук в голове у Сансы раздался набатом. Внезапно Маргери оторвалась от огня и посмотрела на присутствующих каким-то безумным взглядом. На губах у неё расцвела довольная улыбка. — Что? Что ты увидела? — затараторили девушки, перебивая друг друга. — Тише, тише, милые мои, вы же не хотите, чтобы сюда сбежался весь двор, — улыбаясь, произнесла Маргери. — Я… видела Ренли. Её голос дрогнул. — А потом я увидела Джоффри… — она запнулась, — а за его спиной стоял его младший брат, Томмен. Я правда совершенно не знаю, что это означает, но Ренли и Джоффри — это все правда, — задыхаясь прощебетала она. Девушки в восторге заохали, зашептались, но Маргери не дала им захлебнуться в этом сумрачном восхищение. — Санса… — Суженого….. — Санса! — Простите, я немного задумалась, — она смущенно опустила глаза. — Ты последняя, — глаза Маргери хитро заблестели. — Давай же, узнаем твоего суженого. — Суженого…. — Да, да. Давайте узнаем, —улыбнувшись, прошептала Санса. Она подошла к жаровне, сжимая в руках бутылек с алой жидкостью. К ней подошла Маргери и взяла её руки в свои. — Как только ты выльешь кровь в пламя, произнеси такие слова: "Возьми, пламя, мою кровь, хочу увидеть я любовь, пусть кровь моя сгорит, пусть муж со мной заговорит." Санса не заметила, как осталась одна у огня. Остальные девушки удалились в тень комнаты. Руки, держащие пузырёк с кровью предательски дрожали. — Суженого… Глубоко вздохнув, Санса выплеснула содержимое в жаровню. Кровь зашипела на раскаленных углях. — Суженого… — Возьми пламя мою кровь, — на секунду Сансе показалось, что пламя в стало ярче и больше, — хочу увидеть я любовь… Пусть кровь моя сгорит, пусть муж со мной заговорит. Нет, не показалось, пламя и правда стало ярче, жарче и больше. Сколько же раз она ещё произнесла эти глупые слова? Она не помнила. Губы шептали одно, а в голове звучало другое. — Суженого, суженого, суженого… — это был не голос Маргери и не её собственный. — Суженый я… Суженый я… Твой…Суженый, — голос спокойный, тихий, но уверенный. Мужской. Санса смотрела в пламя и не видела ничего, но голос… Он принимал форму. Как золото, которое заливали в каменные заготовки, чтобы придать ему нужный облик, так и он заполнял собой пустоту, превращаясь в мужскую фигуру. Она видит какого цвета у него волосы, цвета вороного крыла, чернющие, как… Как у Пса. От этой мысли ноги стали ватные. "Но это не Пес," — мысль молнией проносится у девушки в голове, и она знает, что это правда. Его глаза серые и печальные, повидавшие все ужасы жизни. Они похожи на глаза Джона, но это не Джон. Она продолжает нашептывать слова и разглядывать мужчину. Санса понимает, что он обнажён, и она в праве разглядеть все, что захочет, и от этого ей становится душно. Он хорошо сложен, силен, широкие плечи, узкие бёдра, кое-где видны шрамы. Он солдат, почему-то думает Санса. Но что-то в нём не так. Она не понимает, пока не обращает внимание на его руку. Но почему она сразу этого не заметила? Его левая рука железная. Но не просто железная болванка, она живая. Она будто выросла из его плеча. Рука подвижная, гибкая, как и его вторая. Он смотрит на неё, не отрывая глаз. Она продолжает шептать а в голове его голос. — Твой, твой, я твой. Моя, моя, ты моя… Санса протягивает руку, хочет дотронуться до него. Иллюзия резко обрывается криком Маргери : — Санса! Последнее, что она слышит в своей голове: "Джеймс Баки".