Damn tomboy

В голове пусто. Мыслей нет, неожиданно вдруг пришедшего Намджуна тоже нет, так что Чимину лишь остается плыть по течению лавы в ад, а там уж посмотрим. Сказанная фраза горячим парнем до сих пор не дает сердцу покоя, а панорамное окно больше не выглядит заманчивым. Чимин всё-таки решил плыть по обжигающей дороге, всё же пути назад у него нет. Он определенно приглянулся вампиру. С одной стороны, Чимин очень переживал за свою девственную попку и, возможно, его самолюбие чуть-чуть задевала возможность быть деткой. Также он очень надеялся, что Юнги идет в ногу со временем и, конечно, что у него всё в порядке с размерами. С другой стороны Чимин думает, что всё не так плохо. Это вампир, и он берет энергию из крови людей, а не демон похоти, которому для этой цели необходимо присунуть всему, что движется. Возможно, Чимин немного похитрил, ибо за неделю до собеседования выпивал сок сельдерея, заедая крыжовником и шиповником. Наверное, вампиры чувствуют запах крови из человека, так что Пак уверен, что его кровь сделали невероятно охуенной еще и яблоки. Чимин сделал вид, словно он и вовсе не расчитывал на вакансию детки, но будто бы быстро взвесив все «за» и «против», в итоге мило улыбнулся, показушно проходясь взглядом по открытой шеи напротив. — Малыш, ты где-то учишься? — спросил Юнги, поглаживая уже бедро парня. — Да, в Сеульском Национальном Университете. На хореографическом. — слегка невинно пролепетал мальчишка, смотря на вампира из-под накрашенных ресниц. Юнги же, в свою очередь, прошелся оценивающим взглядом по шее и ногам Чимина, отчего тот немного замялся, но всё же взял себя в руки и немного потянул на себя подол юбки, открывая еще больше пространства для изучения. Чимин определенно гордился своим телом, ведь ему было что показать. И нет, ему даже не стыдно! — Тебе нужны деньги, чтобы оплатить учебу? — спросил вампир, следя за реакцией Чимина на его действия. — Ну, что-то вроде того.- смущенно пробормотал Пак, стараясь лишний раз не вздыхать. — Тогда, я не стану кусать тебя в шею, -неожиданно. — Тебе ведь еще учиться. Дай мне поглядеть на тебя. — вампир резко поднял того и усадил себе на колени, разводя бедра Пака в стороны. Нежно приподняв парня за мягкие булки, Юнги поднял юбку выше. Поза была невероятно смущающая, ведь почти вставший член младшего, выглядывавший через кружевные трусики, упирался практически в щеку вампира. Чимин положил ладони на спинку дивана и яростно пытался не смотреть вниз, прямо как на колесе обозрения. Вы когда-нибудь видели человека, который действительно ни разу не посмотрел вниз? Вот и Пак сейчас стоит на коленях и смотрит на то, как его папочка гладит внутреннюю сторону бедра, находясь в опасной близости к паховой области. Ему вдруг поплохело от того, что у него вот-вот встанет, а этот кровосися еще больше начинает изучать своими по-блядски идеальными руками ноги бедолаги. Причем он выглядит так, будто осматривает больного перед операцией, ну или трупа перед вскрытием. Чимину точно невольно стало бы стыдно за свой стояк, но он продолжает упорно смотреть на то, как подрагивают ресницы Юнги, как красиво выглядят его волосы. Аут. Красный код, блять, красный код. Горячий и влажный язык вампира прошелся по тому месту, которое он так старательно изучал. Видимо, там тоже ничего так кровь. Прямо как шея. Лучше бы шея. Ей богу, член Чимина определенно уже выглядывает из-под изящной кромки трусиков, якобы говоря «вылезь из своих фантазий, Чимин-ши». Но вместе с усмешкой вампира приходит еще больше развратных фантазий. Он вдруг думает, что это идеальная поза для отсоса, если он еще закинет одну ногу на плечо Юнги. Когда вампир одной рукой придерживает его за зад, а другой поднимает одно колено и фиксирует его на своем плече, Чимину приходит мысль, что прежде ему стоило почитать побольше о вампирах на форумах. Возможность того, что он нагло ворвался в его мысли, улетучилась, прежде всего, с того, что Юнги начал еще активней лизать его бедро, а потом впился в нежную кожу острыми клыками. От неожиданности Чимина пошатнуло, но вампир стойко держал его на месте, подставляя под его попу опору в виде своей большой ладони, а другой придерживая и поглаживая ляжку, что покоилась на плече. Это не то чувство, когда у тебя берут кровь из пальца или вены. Это лучше. И то, что его щека и висок всё же оказываются прижаты к твердому члену младшего, добавляет эйфории в ясное ощущение чего-то тянущегося внизу. Чимина охватывает смелость предположить, что укус вампира похож на возбуждение. Именно так он и предполагает. И никто не смеет ему чего сказать. У вас нет папочки-вампира, а у Чимина есть. Это, пожалуй, весомый аргумент. Он уверен, что его приняли, ведь томные вздохи где-то снизу говорят о том, что информация про крыжовник из интернета, на редкость, оказалась правдивой, что заставляло внутренне ликовать. Процесс длился минуту, после чего, последний раз застонав от удовольствия (Чимин хочет думать, что виной всему возбуждение), вампир оторвался от столь приятного вкуса, и откинулся на спинку дивана, снова усмехаясь от забавной реакции его детки. Чимин выглядел так, будто бы пробежал марафон для тех, кто хорошенько до этого полакомился афродозиаком. Лоб влажный, в горле сухо от регулярных тихих стонов, а в голове лишь возбужденные карие глаза напротив. Легко откинув младшего, что тяжело дышал, на диван, Юнги довольно облизнулся и в последний раз опустил взгляд на шикарные ноги парня, что были без единого волоска, затем на его пах. Выглядывающая красная головка вовсю сочилась выделениями, и выглядела довольно притягательно и привлекательно. Хотя Чимин был полностью привлекательным и очень во вкусе бледного. В обоих значениях. Опустившись к лицу своего детки и посмотрев на него взглядом высокомерной сучки, Юнги прошелся теплым дыханием по пухлым губам мальчишки: — Ты принят, малыш.