Damn tomboy

Чимин не знал, что делать ему с этой информацией. Ни ответа, ни привета не вылилось из Пака в их «диалог», он просто не понимал. Он не хотел сложностей, не хотел лишних волнений, но всё обернулось иначе. Он не представляет, как будет жить дальше, что скажут родители, сможет ли он накопить на собственную студию; казалось, что так продолжаться больше не могло — он не выдерживал. Бледный торс своим свечением ангела доставал до глаз Чимина даже с далекого расстояния от экрана телефона. Толстый детородный орган оттуда, казалось, имел силу проткнуть его глаза и сердце. Этим произведением господин испортил всю малину. Пак видит только сейчас, как далеко они с этим зашли. Выглядит ли он как шлюха-содержанка? Не думает ли Юнги о нём так? Они заигрались, но видит Бог, Чимин не может остановиться. Его внимание, укусы, взгляд, энергетика — он признает, что ему это нравится. На это открытие ему хватило пару часов и заторможенное восприятие всего вокруг. Телефон, оставаясь включенным бесконечное время с открытой откровенной фотографией, уже разрядился. Чимин только сейчас заметил свой голод и нужду в туалет — он явно помешался на этом дурном вампире. На утро позавтракав яблоком и чаем с шиповником, Пак начал собираться. Это первый раз, когда он по «собственной воле» поедет в эту хибару. Он нашел твиттер того аниме-красавчика, который был полон философских изречений и волчьих мемов. Не удивительно как-то. От него он узнал, что расписание Юнги свободно как раз в воскресенье, то есть сегодня. С довольной моськой Чимин начал ебаться с марафетом. Невъебические стрелки, красные вырви-глаз тени с персиковыми блестками, прямые брови, румяна, блестяшки на скулы и нежно-розовые губы. Волосы разделены ровно по пробору; Пак долго дрался с плойкой, пытаясь замутить объем. На нём короткий белый топ с надписью, короткие шорты в черно-белую среднюю клетку, белые массивные кроссовки и красные забавные носки. А, и еще рюкзак красный. Вот. Он готов и он охуенен. Никто и не спорит, Чимин-а. Завалившись в такси и игнорируя странный взгляд водителя, Чимин уткнулся в телефон и продолжил кукарекать с твитов этого Намджуна. Смешной мужик, слушайте. Спустя дорогие пол часа ему стало не до смеха. Он стоял на дороге и пялился как баран на новые ворота. Хотя, почему новые-то. В дом его пустила какая-то горничная, крича остальным что-то по типу «О боже мой, шлёндры мои, дождались выходного, а еще предупредите господина Мин вообще-то». Ему предоставили полнейший, так сказать, олл инклюзив. Дорогой диван, апельсиновый сок в руках и горничная сбоку. Чимин чувствует себя в ебанной дораме, когда ещё женщина такая сука приперлась к «бывшему» мужу, чтобы требовать деньги и какие-то там всратые акции, но этот чёрт такой типа дохуя занятой президент компании. Дорама дорамой, а перед ним его папочка. Ну, знаете, так называют дети своих отцов. А отцы еще такие в майке и трико, узнаете? Так вот… Недоумение было большим, это он и не скрывает. А вампиру, так сказать, по одному месту. Он что-то пустил по воздуху в ухо одной горничной, что та прямо-таки вылетела вместе с остальными из дома. Ну, Чимин догадывается о содержании его просьбы, что радует — не будет людей в доме. Но он, вообще-то, все ещё возмущен! Как быть таким охуенным рядом с этим? Он тоже выпил? Он умеет спать? Так много вопросов и так мало ответов… Всё же, на один вопрос Чимин нашел ответ — Юнги спит стоя с открытыми глазами. Ну, он вылупился чего-то, не двигается и не моргает совсем. Пак начал нервно теребить лямку майки, хмуря брови. Хуя-се высокомерная заноза, вот это актерство, Чимин-ши! Он «разбудил» господина громким звоном стакана об стеклянный столик. Тот нервно шею чешет, на Чимина совсем не смотрит. Бесит. — Привет, папочка! Я разбудил вас? — говорит с сарказмом. — Что ты? Нет! Я был на заднем дворе и сейчас переоденусь! — но он его не услышал. Пак начал наконец экскурсию. Тут есть даже библиотека. Чимин старался не заржать, понимая, что попал в ебучий мем а-ля «Он был его поэмой, но тот не умел читать», и тут же удивился, смотря на полки с детективами, ужасами и прочей не поэмой. Совпадение? Не думаю. Ну и Чимин уже успокоился и тоже так не думает. Прошло достаточно времени, так что он решает идти сразу в комнату вампира. Поднялся по лестнице, поправил лямки майки, натянул шорты выше, огладил обеими ладонями свою задницу и постучал. Ритуал не на каждый день. Его папочка сидел на кровати в черных свободных штанах и черной футболке. Ну, выглядело это очень сексуально. Чимин бросил свой рюкзак в сторону и туда же сбросил тапочки с ног. Юнги довольно ухмыльнулся. — Мой малыш пришел отработать? — руки жмякали мягкие ягодицы, а лицо господина выгодно расположилось у живота Чимина. Носом он задел конец майки и повел им вверх, проходясь языком по коже. Чимин запустил ладошки в его волосы и прижал к себе еще ближе. Еще горячее. — Почему это я ваш малыш, а? Называйте вещи своими именами, папочка. — Чимин позволил Юнги упасть спиной на кровать, затем оседлал его бедра и наклонился к чужим губам, — Разве малыш может так? — он медленно и сексуально двигал бедрами, словно танцует какую-то латину, а затем соприкоснулся губами с другими тонкими. Это их первый поцелуй. Из долгого, нежного, полный любви поцелуя он в скором времени превратился в страстный, мокрый. Большие ладони грубо держали за ягодицы, прижимая к своему возбуждению. Маленькие пальчики ласкали бусинки сосков через футболку. — Ты самая настоящая сучка, Пак Чимин, — один шлепок по заднице, два засоса на шее, три сорванных стона Чимина. — Очень плохой мальчик. — Да, Юнги! — Чего ты там сказал? Упс.