Глядя на мир сквозь мыльные пузыри

По небу ходили тёмные тучки. Дождя не было, но день выдался пасмурным. Люди шли по своим делам, закутавшись в тёплые вещи. В парке никто не гулял, канал казался серой атласной лентой на его фоне. За окном все было таким беззвучным и грустным… Осень, она и есть осень. Даже в квартире было не так, как обычно. Пришлось включить свет. Я сидела за столом и дописывала последние уравнения домашней работы по алгебре. Сузуме лежа на кровати читала какую-то книгу, кажется роман. Рен был у себя и тоже что-то делал. По комнатам витало какое-то уныние. Нет привычной суеты, ругательств – всего, чем мы обычно занимаемся. Неожиданно в дверь позвонили. Я как раз закончила с домашней работой, сняла очки и пошла, открывать дверь гостю. Но меня опередили. Рен держал дверь открытой, не впуская гостя. Его профиль выражал недовольство. Я подошла ближе и выглянула на лестничную площадку. В дверном проёме стоял высокий мужчина в костюме. Внешне он немного напоминал мне Рена. На его лице отражались гнев, ярость, он был зол и переводил взгляд с Рена на меня и обратно. - Опять баб домой водишь,- грубо сказал мужчина. - Ши-чан, кто там?- из комнаты вышла Сузуме и остановилась на пол пути ко мне. - Да, ещё и не одну,- с презрением высказал гость. – И на это ты променял своё будущее?! Я стояла на месте и не могла сдвинуться с места. Присутствие этого человека давило на меня, а его оскорбления по отношению к Рену вообще выходили за рамки. В каком-то смысле мне даже стало жалко моего «друга». Так откровенно, без эмоций выносить все эти обвинения и ругательства не каждый сможет. - Ши-чан, пойдём-ка с тобой погуляём,- сказала Сузуме, взяла меня под руку и потащила к нам в комнату, чтобы одеться. Через пять минут мы уже выходили из подъезда. Рен и незнакомец так и стояли в дверях, пока я и Сузуме не вышли из квартиры. Всю дорогу до парка мы с ней молчали, а меня никак не покидало чувство беспокойства за Рена. С чего это вдруг я так забеспокоилась за него? Возможно, потому что этот мужчина может сделать с ним всё, что угодно? Рен ведь сын какого-то высокопоставленного человека. А что если это его отец пришёл? Тогда неудивительно, что он так на него накинулся. Кому будет приятно осознавать, что его сын ничего не делает для того, чтобы стать будущим владельцем компании? - С тобой всё в порядке?- спросила Сузуме, когда мы уселись на лавочку в парке. - Да,- кивнула я и начала шарить рукой в сумке, которую захватила с собой. - Ши-чан, мне нужно с тобой поговорить,- сказала Сузуме, когда я вытащила из своей сумки баночку с мыльными пузырями. - О чём?- спросила я, надувая пузырёк. - О Рене,- я дунула сильнее, чем было нужно, пузырёк лопнул, и мой взгляд медленно пополз на подругу. Кажется, я догадываюсь, что она хочет мне сказать… - Правда, он похож на Дайске? - Ну, да,- ответила я и посмотрела на ровную гладь канала. – Даже слишком похож. Особенно по характеру. - Не думаю что Рен такой же, как и Дайске. - Он не такой. Не хуже, но и не лучше. - Он ведь нравится тебе,- сказала Сузуме без единой тени эмоций на лице, вглядываясь в воду. Я выдвинула нижнюю челюсть вперёд и ответила: - Мы бесим друг друга. Разве, похоже, что он нравится мне? - Ты же что-то чувствуешь к нему. Разве ты можешь это отрицать?- с каким завидным спокойствием она это говорит… - С чего ты решила?- пробубнила я. - Ты не могла не обратить на него внимания. Он ведь изо всех сил пытается его привлечь. А ты, наверняка, как только его увидела, удивилась, что это такое ты к нему чувствуешь. - Ты что экстрасенс?- сыронизировала я. – Но мне всё равно бы хотелось, чтобы он мне не нравился. Чтобы мне вообще никто не нравился. Никогда. - Первый неудачный опыт так ранил тебя?!- вдруг воскликнула Сузуме. Наконец-то проявление эмоций. Она бы всё равно не смогла долго держаться. – Так же нельзя! - Всем можно, а мне нельзя?! Через несколько минут мы уже возвращались домой. Разговор с Сузуме не давал мне покоя. Она первый раз так в лоб мне о чём-то говорит. Тем более о парнях. Всю дорогу мы шли молча, не глядя друг на друга. Каждый думал о своём. Я думала о том, что же мне теперь делать. Может быть, Рен действительно мне нравится, но я не могу признаться себе в этом. Но мы ведь постоянно подкалываем, друг друга, делаем всё, чтобы только взбесить. Как такие чувства вообще могли возникнуть? Невозможно… Но это объясняет мои желания в тот раз. Всё не спроста, не спроста… Войдя в подъезд и поднимаясь на лифте, я чувствовала что-то давящее на душу. Грудь как будто свинцом налилась и больно щемит сердце. А что если у нас с Реном что-нибудь да сложится? Говорят, противоположности притягиваются. Но почему я думаю только о себе? Ведь я могу и не нравиться Рену. Кому может понравиться девушка, которая постоянно орёт на тебя и раздражается по любому поводу и без повода? В том-то и дело, что никому. Я открываю дверь своим ключом, захожу в квартиру, Сузуме закрывает дверь за нами обоими. - Рен. Ты где?- говорю я. Стоит тишина. Так тихо у нас ещё не было. Я снимаю ботинки и, расстегивая куртку на ходу, прохожу в зал. - Может быть, он ушёл?- следует за мной Сузуме. Войдя в зал, я на секунду замираю на месте. Рен сидит на краю дивана и, облокотившись на подлокотник, подпирает голову рукой. Взгляд устремлён в окно, на улицу, но глаза смотрят как будто сквозь, в пустоту. Лица его я не вижу, оно скрыто чёлкой. Чувствуется, что в воздухе висит подавленность и печаль. Сняв куртку и бросив её на край дивана, я подхожу к Рену и встаю прямо перед ним. Он не обращает на меня внимания. - Рен,- зову я. Он молчит, не поворачивается. Неожиданно я начала беспокоиться за него. Желание помочь так и подталкивало его обнять, утешить. Такого ещё не было. Протянув руки к его лицу, я аккуратно поворачиваю его к себе и заглядываю в глаза. Рен смотрит на меня, но его глаза как будто не видят. Неужели всё так плохо? На щеке краснел след от пощёчины. – Это был твой отец?- Рен кивнул. – За что он тебя так? - Он сказал, что я ему больше не сын… Эти слова повторились у меня в голове несколько раз. Как может отец отречься от своего собственного сына? Разве такое вообще возможно? - Ты что-то натворил?- продолжаю спрашивать я. Что же он такое сделал, что его отец так зол на него? - Я перестал ходить на занятия с моим учителем и пропал на целый месяц. Папа говорит, что мне совсем плевать на него, на его компанию, на своё будущее… - Какие ещё занятия? - Игры на саксофоне. - Ты играешь на саксофоне? Не знала. А пропал-то почему? - Надоело однообразно ходить в школу, возвращаться домой, заниматься. Вот и ушёл. А всё это вот так обернулось. - Твой отец мог быть в плохом настроение. Я уверена, твой отец совсем, не хотел сказать то, что сказал. Не думаю, что отец так спокойно может отречься от своего сына. Вот увидишь, он приедет, и извинится,- ободряюще улыбаясь, сказала я. - Иди сюда,- откидываясь на спинку дивана и утягивая меня за собой, сказал Рен. В мгновение ока я уже сидела на его коленях и была крепко прижата к его груди. - Ты чего?- я упиралась руками в плечи Рена. Где Сузуме? Почему она меня не спасает. Я вот-вот превращусь в помидорку. Мои щеки так горят от смущения… - Ты меня утешаешь, а это меня успокаивает ещё больше,- прижимая меня к себе крепче, ответил Рен. – Но, чтобы я был абсолютно спокоен…- приподнимая мой подбородок, он подтягивает меня к себе. - Ну, нет! То, что ты меня обнимаешь это ещё ладно, но это! Ни за что!- отстраняюсь подальше я. - О, хорошо. Теперь я буду тебя обнимать, когда захочу,- улыбается Рен. - Что?- восклицаю я. - Ну, ладно тебе. Давай всего один разок,- даже когда Рену плохо он всё равно остаётся в своём репертуаре и придвигается ко мне всё ближе и ближе. - Ни один, ни два, ни три раза! Нет!- отвечаю я и пытаюсь встать. - Почему нет? Это же всего лишь поцелуй,- эти слова меня ещё больше бесят неужто поцеловать девушку для него ничего не стоит, как будто подарить кусок мыла? - Большего я не прошу. Хотя, моя рука, видимо, так не думает,- я чувствую, как рука Рена действительно ползёт вверх под моей кофтой. Его прохладные пальцы скользят по позвоночнику, и я непроизвольно выгибаюсь на встречу Рену. Наши лица оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга. – Вот видишь. Ты сама ко мне пододвигаешься,- он ухмыляется! Его шёпот приятно щекочет кожу лица. Наверно, мои щёки сейчас весьма красные, потому мне очень жарко. Сердце готово выпрыгнуть из груди, так оно быстро бьётся и как следствие сбивается дыхание. Я совсем опьянела от его выходок и уже почти не владею собой. - Сузуме,- хриплым, дрожащим голом позвала я. – Сузуме! - У нас всё в порядке,- тут же отвечает Рен, не отрывая взгляда от моих глаз. - Всё ужасно! Вызывай полицию!- «протрезвев», кричу я. - Рен, зачем ты так настойчив? Не нужно никуда торопиться,- сказала Сузуме. Я не поняла о чём она, но Рен меня отпустил и, встав на свои ноги, я побыстрее подошла к Сузуме. Она положила руку мне на плечо и добавила, обратившись к Рену: - Не испорть всё.