Ну что, давай по-новой?

Луна светила в окно заброшенного коридора, тускло освещая клочки пространства. Мраморный камень еле видно поблескивал, наводя невольный страх на любого человека, посмевшего в столь поздний час потревожить сладкий сон древнего замка. В лунном свете кровожадно отблёскивают, стоящие в нишах, доспехи, угрожающе нависая над проходом. Они застыли, как неподвижные хранители покоя, застывшие во времени, излучающее немного зловещую ауру в темноте ночи. В одном из проходов мелькнула чья-то мантия и блондинистые волосы. Человек быстро передвигался по коридору, постоянно оглядываясь и невольно прислушиваясь, в страхе ожидая встретить за поворотом местного сторожа порядка. Где-то в боковом проходе что-то упало и парнишка дёрнулся в сторону, силой воли удерживая себя от позорного бегства назад. Те, к кому он сейчас спешил, не оценили бы столь ничтожный и пугливый поступок, поэтому, сглотнув и переступив через себя, мальчишка продолжил свой быстрый шаг. Повернув ещё пару раз, парень заметил в далеке отблеск шарика света на конце чьей-то палочки. Ещё раз сглотнув и, невольно, прижавшись к стене, выглядывая через поворот, он припомнил утренний разговор.

***

Двое гриффиндорцев незаметно отделились от толпы, идущей на очередной урок Трансфигурации. Сегодня был единственный в неделе день, когда этот урок был раздельным и Слизерин шёл на Чары, к Флитвику. Драко, заметив двух парнишек-однокурсников, сделал вид, что немного задумался и намеренно отстал от своих. Его извечные спутники обернулись на него, но тот небрежным движением отослал их дальше. Полные парнишки переглянулись, пожали плечами и медленно двинулись дальше, давая возможность Малфою догнать их позже. Закатив глаза и тихо выдохнув, Драко незаметно потёр виски и развернулся. — Что-то случилось? — Нет, — ответил ему Рон, мельком глянув на идущих впереди Крэбба и Гойла. — Просто пришли сказать, что встреча сегодня будет после полуночи, в одном из коридоров восточного крыла, — Гарри нервно и медленно огляделся, но наблюдающих не заметил. Предугадывая вопрос мальчишки, Поттер тут же продолжил говорить — Опасаюсь излишнего внимания к нашим встречам, поэтому не говорю конкретное место. — Как мне вас найти? — Малфою немного надоело играть в шпионов, потому что, хоть они и встречались всего раз в неделю, но адреналин от их встреч он получал в запас на несколько дней. Страх быть пойманным каждый раз сковывал юную душу, но интерес и уважение к Поттеру, как к ребёнку пророчества, благовейно посеянное ещё с самого раннего детства, не угасал и не давал повернуть назад. Иногда Драко думал, что поступает неверно и нет нужды так слепо идти за парнишкой-одногодкой и думать надо своей головой, однако, что-то внутри считало что он на правильном пути. Что-то такое несвойственное и чуждое Драко, но, одновременно доброе и правильное. Когда-то он слышал от матери о голосе магии, показывающий своим детям верный путь и которому стоит следовать, ведь ведёт он к чему-то хорошему. Возможно, поэтому Драко вновь и вновь шагал навстречу к Поттеру, закрывая глаза на некоторую опасность их авантюр. Конечно, ему неоткуда было знать, что Рон с Гарри столь странным способом развивали в нём храбрость и смелость. Коридоры, по которым шёл маленький маг, были безопасны, а Филч в это время всегда был в другом конце замка. Кошка давно была подкормлена и перетянута на свою сторону, поэтому информация о его маршруте и резких изменениях в нём были в их руках. — Свет Люмоса тебе будет ориентиром. Он будет светить, не переставая, на одном месте. Дождись, когда свет один раз мигнёт, тогда можешь спокойно подойти, — после сказанных слов, парнишки резво развернулись и устремили в кабинет Макгонагалл, оставив хмурящегося Малфоя позади.

***

Прижимаясь немного мокрой спиной к холодной стене замка, Малфой настороженно следил за светом, время от времени не забывая отчаянно оглядываться. Рядом была небольшая ниша, но напряжённый школьник не заметил её и не облегчил себе жизнь. Однако, у него ещё будет время научиться подмечать такие места и оценивать их полезность. Спустя несколько мгновений, показавшихся для блондина вечностью, свет мигнул один раз и вновь замер. Более успокоенно выдохнув, Малфой последний раз оглянулся и, взяв себя в руки, отлип от стены и аккуратно пошёл на огонёк. Уже подойдя ближе, он услышал разговор Гарри и Рона, выдохнул и быстро приблизился к ним. Те, не теряя времени, подхватили его под руки и затащили в пустующий класс. — Почему мы всегда так опасно встречаемся? Я каждый раз едва не умираю от страха, пока иду! — Не выдержал Драко и зябко поёжился. Мысль в его голове промелькнула — он должен был давно уже поинтересоваться об этом. — Развиваем внутренние качества духа. Потом, в случае чего, спасибо скажешь, — ответил Гарри и успокаивающе улыбнулся приятелю. — Ты хорошо идёшь! «Идёшь на свою смерть, » — промелькнуло в белобрысой голове, но странное чувство перекрыло его сомнения. — Итак, начнём наше небольшое собрание и приступим к тренировке! — Огласил планы Рон и тихо хлопнул в ладоши. Он, конечно, мог не особо сдерживаться, кабинет безопасен, но аврорское подозрение всего и вся проявляется в этом теле весьма выборочно и не всегда там, где надо. — Отец ничего особо нового не пишет, аристократы всё так же недовольны положением дел нынешнего министра. А, ещё он что-то говорил об ограблении Гринготтса, но мало и вяло, я почти ничего не понял, — Малфой почесал затылок, немного мутно посмотрев на парнишек, усиленно вспоминая последнее письмо отца. — Ограбление Гринготтса? — Да. Неудачное, как написал отец… ничего особо интересного, уже завтра в газетах об этом будет написано. — Ладно, раз нового ничего нет, то начнём тренировку. Тренировкой они называют развитие ядра. Ничего особо сложного, просто медитируют некоторое время, а потом используют самое затратное заклинание, опустошая резерв. Потом расходятся по спальням и на утро магия вновь нормально функционирует. Ничем более сложным они учить первокурсника не будут, да и на втором курсе вряд ли дадут что-то невероятное. Они пока не обсуждали этот вопрос, но скорее всего, займутся физическим строением парня. Единственная проблема, что они ограничены во встречах, потому что привлекать лишнее внимание доброго директора не хотят, а заполучить Драко в союзники надо. С Гермионой как-то попроще с этим, она, в конце концов, находится с ними в одной гостиной. Да и в обучении та быстрее схватывает, ей потребовалось только раз показать, как медитировать, и она уже сама легко научилась впадать в транс. Гермиона даже пошла дальше, научилась очищать сознание и проблесками видеть сквозь темноту библиотеки. Она, правда, не понимает, что видит, но Гарри заверил её, что всё идёт как надо, не рискуя объяснять ей то, что это пространство разума. "Не дай Магия, она начнёт ещё пробовать туда пробиться, далеко не тот уровень и даже отрасль магии!» — Как-то сказал Гарри Рону. То, что она не сможет найти информацию об этом в книгах успокаивало парней, но не на долго. Девочка умная, рано или поздно будет требовать ответы и они молятся, чтобы это случилось как можно более позже. Даже у Гарри ещё не полностью получается использовать природный щит Окклюменции, не то, чтобы пробовать заглядывать в Легилименцию. Хотя, библиотеку видит и он, но зайти туда ещё не может, разум не настолько гибкий для этого. Предпринимать что-то или нет, Поттер ещё не решил, но отложил курса до второго или, минимум, до лета. Драко вот, в противовес Гермионе, ничего не видит и лишь получает практическую пользу от медитации, расслабляясь и успокаиваясь. Впрочем, для их тренировки пока именно это и нужно было, чтобы улучшить пластичность ядра, так что никто не жалуется. А вот насчёт очистки разума Гарри задумался. «Наверное, стоит всё-таки внести в программу. Учитывая, с кем ему придётся жить в будущем, то ему пригодится, » — решил Поттер. Уже в гостиной Рон наколдовал Темпус и с удовлетворение констатировал, что на всю вылазку с Малфоем они потратили всего два часа времени, сорок минут из которого ушло на путь туда и обратно.

***

Малфой не соврал и за завтраком к ученикам спланировали совы, принося письма от родных и выпуски газеты, подписанным на рассылку. Рон, как только получил в руки выпуск «Пророка» сразу раскрыл его так, чтобы и Гарри было удобно читать. Коротко говоря, он пихнул один конец газеты Поттеру и раскрыл на нужной странице. Ничего нового им это не принесло, но освежило память. Гарри, дочитав, аккуратно посмотрел на преподавательский стол. Снейп недовольно и настороженно сверлил глазами Квирелла, последний делает вид, что ничего не замечает и с деланным интересом читает газету. В центре стола Дамблдор слегка улыбается, поглаживая бороду. «Что ж, похоже, всё следует его плану и он ничего не заподозрил.» Гарри перевёл взгляд снова на Снейпа, к которому так и не смог привыкнуть за это время. Тот поменял отношение к Поттеру, с вечного сарказма и ненависти на вполне себе нормальное отношение, даже, какое никакое покровительство. Последнее едва не выбило из колеи Поттера, особенно когда он стоял в коридоре, задумчиво смотря в одну точку. Тот, как обычно бесшумно подошёл и справился о самочувствии Гарри, несколько напугав его. Он тогда резко повернулся и, не успев остановить своё тело, вытащил палочку, поставив её точно так, как учили в академии. Снейп тогда поднял бровь, смотря на него заинтересовано. — Неплохо поставлена рука, Мистер Поттер, но в стенах Хогвартса Вам ничего не угрожает, так что отпустите палочку, — после этих слов Снейп замолчал на секунду, а потом ехидно продолжил. — Или вы так экстравагантно вызываете меня на дуэль? Гарри тогда что-то успел ответить, но уже не запомнил, что именно. — Тогда поторопитесь в гостиную, так и быть, прощаю Вам небольшое опоздание на этот раз. Вот именно его последняя фраза и чуть не выбила последние точки выдержки у Гарри. Как он тогда сумел кинуть, поблагодарить и добраться до гостиной, Поттер не знал, зато Рон потом рассказывал, какое удивлённо лицо было у него весь оставшийся вечер. Вот и сейчас, переведя взгляд снова на край стола, Гарри наткнулся на внимательный и задумчивый взгляд Снейпа. Парня слегка передёрнуло и хотел бы он отвести взгляд, да как будто приклеился к месту. Единственно, что Поттер смог сделать, это переместить взгляд с глаз на выдающийся кончик носа. Тем не менее, он видел, как учитель слегка улыбнулся и кивнул сам себе. Или ему. Честно говоря, парень надеялся на первое, поскольку его нервная система не переживёт второй вариант. По крайней мере, пока. Снейп повернул голову в сторону Квирелла, отвлёкшись на что-то и тогда с Гарри спало странное оцепенение. Только в следующее мгновение он с ужасом мог наблюдать внимательный взгляд Дамблдора.

***

Пережить завтрак оказалось непростой задачей, особенно, когда за тобой наблюдает тайный кукловод и, периодически, взволнованный Снейп. Сочетание этих взглядов едва не нанесли шаткий удар по нервной системе Гарри, но тот, собравшись, отбросил лишние мысли, как его учил Мастер и опустошил сознание. Детские нервы и переживания напрягали, обычно крайне спокойного Поттера. Особенно тогда, когда он вспоминал свой бойкий и буйный нрав. В такие моменты Гарри едва не хватался за голову, но одёргивал себя. «Ничего, — говорил он себе каждый раз, — и не в таких ситуациях бывали, живые будем, прорвёмся. "

***

Гарри проснулся от кошмара на истории Магии, слегка вздрогнув. Благо, старое приведение не заботило состояние и присутствие своих учеников, очевидно, затаив глубокую обиду ещё при жизни на гоблинов, раз в который уже раз вдохновенно вещает об очередной войне. Поттер как-то, ради интереса, несколько пар даже послушал материал, с удивлением обнаружив, что учитель не разу не повторился. Единственное, что он тогда сделал, это подивился количеству воин столь маленького по росту народа и, любопытства ради, решил послушать на парах хоть немного. Сегодня, вот, не совсем вышло и Гарри, пропустив объяснение из-за чего сыр-бор у гоблинов начался в этот раз, решил попробовать по ходу лекции угадать причину. Правда, конкретно эта война как-то странно шла, слишком запутанно и слишком уж жестоко. Уже где-то на середине, услышав слова «Дары Смерти» и «Достояние Певереллов» он действительно заинтересовался. Ничего чёткого или интересного профессор не давал, но Гарри не отчаивался. -…На фоне войны три брата действительно встретились со Смертью, но только то, что там было координально отличались от сказок сумасшедшего Барта. Так его называли тогда. Три артефакта, а именно Палочка, Мантия и Камень были даны Вечной Невестой для того, чтобы победить зло. К сожалению, упоминания об том, с чем они боролись были утеряны во времени, но ходит легенда, что истинный наследник, получив Родовой Дар, сможет связаться с одним из братьев и узнать правду. Местоположение артефактов и поместье Певереллов, на данный момент, не известно. Но известно нам то, что в девятьсот пятом году, гоблины, воюющие с волшебниками, одержали верх в сражении под… — Уже последующие слова учителя опять свелись к сражениям, оставив Гарри в глубокой задумчивости. «Это первый раз или он действительно полезную и интересную информацию пихает между рассказами о своих любимых войнах? Что ж, лишний повод послушать повнимательнее.» Рону он решил пока об этом не говорить. Тот во время занятия штудирует руны, по тому, как выяснилось, читать-то он их читает, а вот писать рука не умеет. Так что, сейчас все пары по истории заняты у него отдельным пергаментом, где тот чертит различные символы, потихоньку расписывая руку. Где-то в середине их учёбы Рону надоело просто писать и он решил практиковать и другую руку, резво написывая двумя ручками одновременно. Сперва ничего не получалось, но сейчас, когда Гарри заглянул тому за плечо, он уже, хотя-бы, понятно ею пишет. Далеко не красиво, плавно, изящно и, самое главное, правильно, но уже что-то. Гермиона, справа от Рона, после пары уроков с призраком, тоже сдалась и сейчас читает какой-то трактат по трансфигурации. Поттер, посмеиваясь про себя, надумывает подсунуть ей что-нибудь из колдомедицины, но пока не нашёл ничего путного. Хотя, идеи у него есть, но вот как заинтересовать этим подругу, он пока не знает.

***

Учёба в семестре быстро пронеслась и настали новогодние каникулы. Троица уже успела познакомиться с Пушком, чисто случайно, поэтому Гермиона, воодушевлённая, оставила им целый трактат и гордо удалилась домой на каникулы. Рон, посмотрев на книгу, отказался её даже трогать, а вот Гарри, ради интереса, даже полистал. А Уизли два дня подходил и смотрел как Гарри «полистывает» книгу, изучая её от корешка до корешка. Тихо посмеиваясь над другом, сам Рон садился за стол, брал в руки уже слегка залистанный учебник по рунам, ложил перед собой обычную тетрадку, присланную Гермионой на следующий день своего отъезда, брал перья в две руки и строчил свои руны. Гарри, иногда отрываясь от трактата, смотрел на это чудо и вспоминал уже упакованный подарок другу. Два металлических пера, заказанных через Дурслей и редкое издание рун, которых нет в учебниках. С Дурслями он не надеялся, что получится, когда посылал магловские деньги, обменянные у Томаса, и указывал предмет и примерную стоимость. Так что, когда сова, через несколько дней — а дело было ещё за месяц до рождества, — принесла мешочек с письмом и упаковками ручек, Гарри сильно удивился. Из письма он узнал, что Петунья была крайне не рада появлению совы на своём подоконнике, а особенно не рад был Дядя. Сколько они её не гоняли, упрямая Букля не уступала и вновь и вновь прилетала. В конце концов те смирились и прочитали письмо. Скорее всего, там опять был скандал — решил Гарри. После обдумывание, то есть криков и смирения с тем, что сова, не получив требуемого ответа, не улетит, Вернон собрался, взял деньги из присланного мешка и отправился в магазин. Там он, подумав, что если уж покупать, так покупать хорошие, заодно и себе приобретёт, в итоге взял сразу шесть, чтобы несколько раз не ходить. Так семейство Дурслей обзавелось своими металлическими перьями и отправили оставшиеся три Гарри. Наличие третьего его особенно удивило, а также наличие сдачи. Но вывело из колеи подростка, да и взрослого мужчину внутри него небольшая приписка после основного письма. «Пиши, что ещё прислать, но вместе с деньгами. Так и быть, возможно, мы сможем переслать тебе попрошенное.» — Это было выведено слегка дрожащей рукой и более мелким шрифтом, словно не до конца уверенно, что стоит это добавлять. Гарри, наверное, минут пять сверлил взглядом письмо, пока не положил руку на голову, запутав её в волосах. «Моя жизнь становится всё страннее и страннее.»

***

Наступило Рождество. Ёлка в главном зале уже несколько дней стояла красивая и наряженная, а ветви омелы вовсю свисали с самых неожиданных мест. С последним чуть не вышел небольшой конфуз. Гарри, немного задумавшись, спешил в спальню, когда едва не врезался в Снейпа, благо, заметил его раньше. Немного поговорив, Поттер случайно поднимает взгляд выше и задерживает взгляд на веточках, свисающих аккурат в пространстве мужду ними. Снейп, подняв бровь на удивлённый вид сына Лили, тоже посмотрел наверх. Так они смотрели на ветки омелы минуты три, пока мимо не прошёл Флитвик. Тот, как только увидел данную композицию, подошёл ближе и тут же рассмеялся. Снейп с Поттером вздрогнул и посмотрели на полугоблина, сделав рефлекторный шаг назад. — Хорошо, хоть не вперёд шагнули, — сквозь смех выдавил профессор. Снейп в ответ закатил глаза и, вежливо откланявшись, быстро улизнул оттуда. Поттер лишь поулыбался с Флитвиком и, повторил за Снейпом, быстро сбежав в комнату. Уже там он всё-таки слегка ударил смеющегося Рона по затылку и выдохнул, расслабившись. Потом, не удержавшись, тоже слегка посмеялся с ситуации.

***

Рождество отметили общим столом, в Обеденном зале. Учителя сидели вместе с оставшимися учениками. У Гарри снова был небольшой удар по нервной системе, когда рядом с ним уселся Снейп. Только сила воли не дала ему покраснеть, когда он пересекался взглядом с весёлым Флитвиком, поглядывающим на них двоих. Северус рядом с ним только закатываю глаза и что-то тихо бурчал себе под нос на взгляды профессора Чар. Но этого Гарри уже не мог увидеть. Вечером, после слегка неловкого ужина, Гарри, всё же решившись, послал Буклю к Дурслями с волшебными вкусностями и простыми, минимально магическими, но полезными вещами.

***

Утром его ждала сова, держащая в лапах небольшой, но увесистый мешочек. Нахмурившись, Гарри взял мешок у Букли. С опаской открыв его, парень, с удивлением, увидел в нём обычные, маггловские сладости и пару вещей. Подтянув ноги к себе и усевшись в изголовье кровати, Гарри расправил одеяло перед собой и аккуратно высыпал содержимое мешка на него. Сердце на секунду остановилось. На одеяле красовались, действительно, маггловские рождественские сладости. Вместе с ними там лежала пара рождественских носков, трусов и зубная щётка, тоже как-то рождественский разукрашена. Рядом, под сладким, оказалось похоронено маленькое полотенце и зубная паста. Помимо воли на глаза Гарри навернулись слёзы. Это был первый, реальный подарок от его родни. Утерев рукой глаза, он заметил конверт и взял его. Внутри было письмо и какая-то фотография. Гарри вытащил её обратной стороной, где почерком Петуньи было подписано: «Она, может, и не волшебная, но реальная. Эта фотография — единственное, что осталось у меня от Лили. Я решила, что тебе она нужнее.» Поттер, приглядевшись, заметил каплю слезы, видимо, случайно попавшее на фотографию, когда Петунья писала короткую записку. С замиранием сердца перевернув фотокарточку, он увидел свою маму рядом с улыбающийся Петуньей, одетой в свадебное платье. Рядом с Лили стоял Джеймс и Сириус с Люпином. Тётю обнимал, ещё худой и действительно симпатичный, Вернон. На руку, держащую фотографию, капнула слеза. Не думая, Поттер схватил палочку и заклинанием скопировал фотографию, желая отправить оригинал назад, Тёте, понимая, что это не только его память. Отложив фотографию, он взял письмо и вчитался в содержание. Там было написано много чего: сожаления, сочувствия и просьба о прощении. Гарри, Отложив и его, зажал рот в попытке заглушить всхлипы. Это был первый раз за очень долгое время, когда он не смог сдержать слёзы. Грудь разрывало от эмоций. Гарри даже сам не понимал, какие чувства он сейчас испытывал. Ему было и радостно, и взволновано, одновременно с тем грустно и опустошённо. Больно. От того, что это случилось с ним, с его семьёй, с семьёй Петуньи. Он ещё раз посмотрел на письмо, где было расположено три подписи: строгая и отточенная подпись Дяди, элегантная и лёгкая Тёти и поплывшая, неровная подпись Дадли. Всхлипнув, Гарри потянулся за листом, но изменил курс, увидев выглядывающий из мешка носовой поток, не выпавший в первый раз. Вытерев слёз, Поттер дотянулся до пергамента и призвал к себе металлической перо и чернила. Пересев за стол, Гарри тут же написал ответ и отдал Букле, вложив в конверт фотографию. В письме, он, конечно, упомянул про то, что сделал себе копию и отправляет тёте, чтобы та тоже могла иметь память о своей погибшей сестре. Сова, словно только этого и ждала, села на подоконник и, резко от него оттолкнувшись, отправилась в полёт обратно. «Даже не отдохнула?» — подумал задней мыслью Гарри. После того, как Букля улетела, Поттер опустился на кровать и, наколдовав Темпус, увидел, что до подъёма ещё часов пять. Аккуратно подняв одеяло, он проскользнул под него и улёгся. Из глаз снова пошли слёзы. Успокоился он уже часа за три до подъёма, обнимая фотографию и засыпая тревожным сном.

***

Проснувшись выжатым, но удивительно выспавшимся, он удивлённо наколдовал Темпус. Шокировано посмотрев на время, перевалившее за полдень, Гарри так и завис. — Проснулся? — Тихий голос Рона раздался сбоку. — У тебя глаза все красные. — Ты отменил мой будильник? — Гарри сам не узнал свой голос. Слегка надломленный, выжатый как и он сам, звучал крайне печально и грустно. Рон кивнул и указал на стол. — Я проснулся за час до нашего подъёма и увидел, как ты тут спал. Решил, что отдых тебе точно не помешает и отключил будильник. А твой подарок, кроме фотографии, собрал в мешочек и положил на стол, чтобы ты случайно не повредил что-то или не спихнул на пол. Хотя, некоторые вещи мне пришлось поднять. Ты, удивительно, спокойно спал. — Спасибо, — тихий, едва слышимый ответ заставил Рона грустно улыбнуться. — Не за что.

***

— Ну что, тут без изменений? — Спросил уже повеселевший Гарри у Рона, спустившись к ёлке с подарками. — Ага, как была целая куча подарков, так и осталась. Но самый важный, я думаю, что этот, — С последними словами Рон поднял свёрток ткани и подал Гарри. Тот осмотрел её со знанием дела и нахмурился. — Сколько следилок понавешено? — Прилично. Но убрать можно, — Гарри встряхнул её, накинул на себя и успокоенно вздохнул. Когда мантия отца, наконец, оказалась в его руках, даже жить стало как-то легче. Он и не подозревал, как скучал, хотя и пользовался в последний раз ею очень давно. — Ну, значит, походу за камнем быть, да? Гарри, уютно закутавшись в вещь отца и любимого крёстного, лишь кивнул в ответ видимой головой. Рон покачал головой и прикрыл глаза. Скоро всё станет ещё хуже и это надо как-то пережить, причём так, чтобы спасти всех и остаться при этом с любимыми жёнами.