Предрассудки

Я удивилась, когда прочитала записку. Думала, он уже забыл об этом. Ну что ж, ладно. Я читала книгу, но не могла понять текст, потому что все мои мысли были заняты Малфоем. Да, докатилась, Грейнджер… Пришло время идти, почти все улеглись спать. Странно, в гостиной гриффиндора после отбоя тихо, такое бывает редко. Ох уж эти гриффиндорцы. Я все равно люблю их всех и каждого. Я вышла потихоньку из гостиной, благо, кое-как выпросила у Гарри мантию, и пошла к классу. Когда я пришла, там уж сидел Малфой. Сидел, не двигался, и, казалось, не дышал. Все буквально замерло, и я даже боялась нарушить эту своеобразную идиллию. Я зашла, села рядом с ним. А он не обратил внимания. Ну что такое-то? -Ммм. Малфой, ты меня звал. – Я нарушила тишину первой, потому что ещё ждать я уже не могла. -Угу. – Да, как ты многословен. - Ты обещал мне рассказать. - Да… я помню. – Он, наконец, посмотрел на меня, отвернулся. – Грейнджер, вот сколько лет мы с тобой знакомы? – Я открыла рот, чтобы ответить, моя ужасная привычка. Но он меня остановил. – Это был риторический вопрос, Грейнджер. Так вот... Мы знакомы уже много лет. Наверное, могли бы стать друзьями. – Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать, видимо, это отразилось и на моем лице. – Ладно, ты права, не друзьями, хотя бы знакомыми, хорошими знакомыми. Да, Грейнджер, у меня не бред. Мы могли бы нормально общаться, без всяких оскорблений, нападок, ненависти. Вот представляешь, каким бы был мир без предрассудков? Не было бы такого понятия, как чистокровка и грязнокровка. Не было бы Волан-де-Морта. Не было бы такого понятия, как фамильная честь, которую можно нарушить лишь тем, что ты не хочешь жениться на нелюбимой, но богатой или тем, что ты не хочешь служить тому, кто убивает. Представляешь, мы бы с тобой практически не отличались. Ну разве что кошельками наших родителей. – он усмехнулся. – Но ведь это не так важно, да? - Не знаю, Малфой… честно. Но ты должен понимать, что это – часть нашего мира. Чистокровки, грязнокровки… Они были уже сотни лет назад. Просто мы должны сделать так, чтобы для нас, волшебников, это не было каким-то социальным статусом. Это просто семейная принадлежность. Ничего больше. Понимаешь? Мы от этого не убежим. Никогда. - Что это значит? - Ну понимаешь… Просто чистокровные волшебники в большинстве своем презирают полукровок и … магглорожденных. Но ведь есть такие волшебники, которые к нам относятся хорошо. И так должно быть. Мы – такая же часть этого мира, как вы. Мы равноправны. - Это ты о Уизлях говоришь? – Усмешка. Ну хоть что-то. - Да, о них. Они очень хорошие. Молчание. - Только когда исчезнут эти предрассудки, тогда и такие люди, как мы, смогу стать хорошими знакомыми. – Тут уж усмехнулась я. – Ну или друзьями. А Волан-де-Морт… Скоро уже все решится. Надеюсь, мы победим. - Мы по разную сторону баррикад, Грейнджер. Молчание. - Мне жаль. – Он снова заговорил. Пауза. - Мне. Тоже. Жаль. Малфой. К моим глазам подступили слезы. Он посмотрел на меня и обнял. Мне было так спокойно с ним. Так мы и сидели. Я не знаю, сколько времени прошло, может, несколько минут, а, может, и несколько часов, мы просто молчали. Потом мы ушли. Также молча. На утро мы оба, как будто забыли об этом. Нет, не на утро. Навсегда. Но ключевое слово здесь «как будто». И сейчас, я, замужняя женщина, миссис Уизли, с детьми, до сих пор вспоминаю тот разговор и думаю, что было бы, если не предрассудки…