Change me

— Можно сесть к тебе на колени? — у тебя в голове пустота и в теле приятная лёгкость, а ещё Чимин сейчас выглядит в несколько раз горячее, чем обычно. — Я весь твой, — юноша усаживается поудобнее на мягком диванчике и хлопает ладонями по своим бёдрам. Ты заползаешь на него плавно, неторопливо, а он прямо тебе в глаза смотрит и облизывается. Ты сейчас сексуальная до одури, разомлевшая, смелая, не думаешь ни о чём, кроме собственных желаний, и вот такая ты Паку нравишься ещё больше, именно в такую тебя он влюбился изначально, и сейчас ему приятно вспоминать то время. Он на твои ягодицы укладывает свои ладони и думает о том, что хочет видеть тебя такой уверенной в себе постоянно, каждый день, как и раньше, потому что смотреть на тебя потерянную и запутавшуюся ему больно. Ему хочется, чтобы ты открылась только ему, была с ним слабой и доверяла, но при этом оставалась твёрдой для всех остальных. Твой образ снежной королевы ему до сих пор нравится, и такую тебя никто трогать не смел, никто не думал даже влезть и побеспокоить, в отличие от того, что творится сейчас. Но он всё исправит, покажет всем, что ты для них — запретный плод, тебе нужно просто ещё немного подождать. У тебя в глазах отражается яркий неон, а губы приоткрыты так соблазнительно, что сил нет сдержаться, и Чимин целует, глубоко, влажно, но медленно и с чувством, пока ты елозишь на его бёдрах от перевозбуждения и скулишь в поцелуй. Ты на его пах пересаживаешься, сквозь бельё и брюки трёшься, стараясь довести парня до безумия, чтобы увёз, присвоил и больше никогда не отпускал. Ты так устала отталкивать его из-за собственных страхов и бороться с собственными чувствами и желаниями, так что сейчас своим опьянением пользуешься по максимуму, решаешь ближе подпустить, впустить окончательно в сердце. Даже если потом будет больно, ты хочешь насладиться всем тем, что будет до этого далёкого "потом". Возможно, если сидеть безвылазно в своей тёмной уютной норе, то избежишь лишних страданий, но ведь тогда и счастливых моментов в твоей жизни точно так же не останется, потому что им просто неоткуда будет взяться. — Чимин, — ты отстраняешься от юноши и дышишь надрывно, смотришь ошалело, настроившись произнести, наконец, то, чего он так долго от тебя ждал, — я... Я тебя... — Нет, — он палец приставляет к твоим губам и смотрит хмуро, — не в таком месте. Весь путь от бара до квартиры Пака стирается из памяти почти сразу же, как только вы переступаете порог, парень тащит тебя сразу же в спальню и роняет на кровать. Ты лежишь всё ещё пьяная, смотришь на плывущий потолок и не понимаешь, почему юноша так серьёзно относится к моменту твоего признания. У нормальных людей это происходит само собой, а ты себя теперь чувствуешь странно, понимаешь, что придётся снова себя в кучу собирать и настраивать, и это немного раздражает. Чимин присаживается на корточки и аккуратно расстёгивает ремешки твоих туфель, снимая их с твоих расслабленных и уставших ног. Ты выдыхаешь облегчённо и поджимаешь пальчики на ногах, потому что приятно наконец от обуви избавиться. Юноша на пол усаживается подле кровати и кладёт голову на твои колени, а ты почти сразу кладёшь ладонь на его макушку, пальцами расчёсывая немного жестковатые волосы. Паку хочется замурлыкать, ему давно ни с кем не было так спокойно и тепло, он твоими чувствами к нему окутывается, почти физически ощущает эту трепетную нежность. Ты медленно садишься на кровати, продолжая перебирать спутанные твоими же пальцами пряди, и улыбаешься искренне, видя умиротворённое лицо парня. — Скажи это сейчас. Он просит едва слышно, сначала кажется, будто тебе это просто послышалось, но сжавшиеся вдруг кулаки Чимина говорят об обратном. Внезапно кажется, что такой момент, и правда, подходит для признания больше, чем шумный бар. — Я люблю тебя. Вся фраза выходит на одном дыхании так твёрдо и уверенно, что ты сама этому удивляешься. Пак задерживает дыхание на несколько секунд и чувствует нестерпимый жар в груди на пару с нарастающим возбуждением. Он и подумать не мог, что это будет так приятно. Парень поднимается торопливо с пола и валится на тебя, к шее припадает и выцеловывает каждый сантиметр, пока дрожащие руки пытаются пролезть под тебя и нащупать молнию платья. Он слишком волнуется, ты чувствуешь его дрожь и сбитое дыхание, а потому просишь забить на молнию, сама юбку задираешь и направляешь руки юноши к своим бёдрам. Ему будто крышу срывает, он губами спускается ниже и зубами прикусывает сквозь тонкую ткань твой напрягшийся сосок, параллельно пальцами подцепляя твои кружевные трусики и спуская их до колен. Терпеть нет сил, ты кожаный ремень на брюках дёргаешь, расстёгиваешь за пару движений и лезешь сразу под резинку боксеров, нащупывая уже твёрдый член с головкой, полностью измазанной в смазке. Чимин стонет, зубами стягивая ткань с твоей груди, и снова сосок ласкает, но уже нежно, в рот его втягивает и языком обводит по кругу снова и снова. Ты чувствуешь его пальцы, они в тебя входят медленно, но быстро становятся уверенными, внутри массируют и трут чувствительные стеночки, пока ты рукой прикрываешь свой рот и сдерживаешь голос. Парень твоё бельё срывает до конца и ноги твои разводит в стороны, любуется тем, с каким желанием ты смотришь на него, и проникает сразу до основания, а ты кричишь, кусая ребро собственной ладони, и жмуришься. У Пака искры в глазах и голова немного кружится, и он на мгновение замирает, переводя дыхание. — Скажи ещё раз, Т/И-я... — Люблю тебя, Пак Чимин. Ты не запинаешься ни разу, а после скулишь, потому что член внутри начинает дёргаться и становиться толще, ты сама вся сжимаешься, хватаешься за мужские плечи и повторяешь просьбу Пака дрожащим голосом. — И я тебя люблю, Т/И. Вы прежде никогда не целовались так долго, не прерывая процесса, Чимин вдалбливается в тебя с низким рычанием, а у тебя уже губы от поцелуев горят и саднят, но ты его язык впускаешь в свой рот вновь и вновь, обнимая так, будто в последний раз. Тебе кажется, что и опьянение уже почти прошло, по крайней мере алкогольное точно, но прикосновения Пака пьянят не хуже, ты уже не разбираешь почти, что происходит, в наслаждении растворяешься и слышишь бесконечные признания в любви на ушко. Вы столько ошибок наделали на своём пути, столько боли причинили друг другу, пусть и в разной степени, и в дальнейшем вас ждёт ещё много испытаний. Но пока он вот так лежит под боком и обнимает, пока за ушком целует и обещает всегда быть рядом, ты веришь каждому его слову.