Infinity

Когда я оказалась на улице, холодный зимний ветер обдул меня с ног до головы, и я плотнее закуталась в тёплое пальто. - Я уже подумал, что ты не выйдешь, - послышался голос Чимина, когда тёмная тень отделилась от стены и двинулась в мою сторону. Я притянула его к себе, мгновенно почувствовав себя в тепле, и поцеловала в губы. - Пришлось делать вид, что мне совсем не хочется бежать за тобой, после твоего ухода, - ответила я. Брюнет ещё раз чмокнул меня в губы и поднял руку, показав свисающие с пальца ключи от машины, которые я сразу узнала. - Только не говори, что ты украл у Юнги машину. Чимин рассмеялся и покачал головой. - Помнишь про сюрприз? Ради благих целей твой брат дал мне прокатить тебя на его машине. Юнги согласился дать прокатиться на его машине? Мне верилось в это с трудом, в конце концов он запрещал даже дышать рядом с ней. - Я надеюсь, ты не собираешься везти тебя на море на машине, - фыркнула я, взяв его за руку и потянув в сторону стоянки. - Ты имеешь что-то против моря? - удивился парень. Я покачала головой. - Я ничего не имею против моря, особенно если смогу лицезреть тебя в полуобнажённом виде, но кажется это будет последний раз, когда я тебя увижу, потому что мой брат или даже братья убьют тебя. Чимин рассмеялся. - Перестань беспокоиться за меня, Юнги сам предложил мне. Я резко остановилась и развернулась. - Что ты ему сказал? - Про подарок - правду, про нас - ничего, - ответил тот, а затем слегка нахмурился, - почему тебя это так волнует? Я вздохнула. - Ты знаешь ответ на этот вопрос. - Твой брат не будет против, - упрямо возразил он. Как много Чимин не знал о своём лучшем друге. - Возможно он будет не против наших отношений, - согласилась я, - но то, что сейчас происходит между нами, он не примет никогда. Брюнет слегка склонил голову и заглянул мне в глаза. - Тебе не кажется, что ты уже не маленькая и Юнги как-нибудь с этим справится? Кажется этот разговор уже был между нами. Да, точно, два года назад. Чимин уже точно так же убеждал меня, что мой брат в конце концов примет это, но в конце концов это не очень хорошо сказалось на каждом из нас. А сейчас я не готова была терять его. - Да, он смирится, - согласилась я, - потому что хочет, чтобы я была счастлива. Но что насчёт тебя? Я не собираюсь снова ставить его перед выбором. Я видела, как сомнение отразились на лице Чимина, хотя он и пытался это скрыть, получалось не лучшим образом. - Он выберет тебя, - уверенно сказал он. Возможно. По крайней мере мне хотелось верить в это. Но что если нет? Что если я так часто разочаровывала его, что он с радостью откажется от меня? - Это не важно, потому что этого никогда не случится. Чимин секунду помедлил, но потом кивнул. - Он не узнает, - пообещал тот, а потом ласково коснулся моих губ. Он слегка улыбался, когда оторвался от меня, а потом взял мои холодные руки в свои и потянул в сторону машины. - Пойдём, а то совсем замёрзнешь. Я покорно шла за ним, крепко сжимая его руку и не захотела отпускать её даже тогда, когда мы оказались около машины. Чимин выпустил мою руку, и я мгновенно нахмурилась. - Чтобы сесть в машину нужно разделить руки, - рассмеялся он, поцеловав меня в лоб и закрыв дверь с моей стороны. Он быстро обежал машину и скользнул рядом, а я снова потянулась его руке. - Давай просто посидим, - попросила я. После всего этого шума вечеринки мне нужна была тишина. Кажется сегодня алкоголь действовал на меня не лучшим образом, потому что голова уже начала болеть, а в теле ощущалась странная слабость. Парень кивнул и поцеловал наши сплетённые руки, а потом положил другую ладонь мне на щёку. - Я говорил тебе сегодня, какая ты прекрасная? - спросил он совершенно серьёзно, разглядывая каждый сантиметр моего лица. - Да, но по телефону не считается, - повторила я его слова. На губах Чимина появилась улыбка. - Ты прекрасная, - прошептал он, коснувшись своими губами моих, - прекрасная. Прекрасная, прекрасная, прекрасная. Он повторял это так часто, что я даже поверила в его слова. А время вдруг поплыло в какую-то даль, проплывая мимо нас целующихся в чужой машине. Что-то изменилось и мы стали не способны оторваться друг от друга, будто в том, что мы сейчас делали был заложен великий смысл и великое счастье. Лишь когда губы начали неметь, а воздуха в лёгких отчаянно не хватать, Чимин оторвался от меня, тяжело дыша. Но я застонала и притянула его обратно за рубашку. Да, сегодня он был при параде. Ради меня. Он шикарно смотрелся и в своих обычных футболках, а в рубашке выглядел просто идеально. Правда сейчас прекрасно выглаженная белая рубашка была изрядно помята моими руками. Мне так нравилось даже больше, а в сочетании со стоящими в разные стороны волосами, позволяла мне считать, что он мой. Мой, мой, мой. Я могла кричать об этом на весь мир и хотела чувствовать это. - Подожди, - упорствовал брюнет, снова отодвинувшись от меня и протянув руку, взял с заднего сиденья большой букет белых неизвестных мне цветов в сочетании с маленькими сиреневыми цветочками, который я не заметила раньше из-за нашего занятия. - Это конечно не розы Хосока, но всё-таки, - смущённо пробормотал он, вручив мне букет. Я широко улыбнулась, вдыхания глубокий и приятный цветочный аромат. - Мне они нравятся даже больше, - сказала я, но не потому, что хотела его успокоить, а потому, что эта была правда. Чимин знал меня и знал, что я люблю душевные, а не пафосные цветы. Те, что шепчут «Ты мне нравишься», а не кричат «Ты обязана подарить мне горячую ночь!». - А теперь то, что тебе точно понравиться, - улыбнулся парень, глядя на меня счастливыми глазами, он протянул мне подарочный пакет. Я сразу насторожилась. Я не любила сюрпризы и подарки в принципе. Принимать их казалось мне чем-то противоестественным . Я открыла пакет и застонала. - Чимин… Но он отчаянно покачал головой и убрал руки, чтобы я не смогла сунуть ему пакет обратно. - Я думал, что тебе подарить, чтобы это казалось полезным, дело было совсем не в деньгах. Так что перестань беспокоиться по этому поводу. Я с сомнением глядела на него, не принимая и не возвращая упаковку обратно. - Открой, - попросил он ласково, - это для того, чтобы ты перестала наконец скрывать от людей непристойные обложки книг, которые ты читаешь, - усмехнулся он. Я рассмеялась в ответ и достала из коробки электронную книгу. Но не просто книгу, а такую, на которую даже мне было жалко тратить такие огромные деньги. Я знала, что Чимина по этому вопросу переспорить не удастся, поэтому просто приняла подарок, поблагодарив словами, и ещё больше поцелуями. Одна его рука скользнула мне под юбку, крепко сжимая бедро, а другая запуталась в моих кудрявых длинных волосах. - Это значит, что мы сегодня останемся вместе? - спросила я с едва скрываемой надеждой в перерывах между горячими поцелуями, - Потому что я не настроена заниматься чем-то запретным в машине моего брата. Я знала, что Чимин просто заигрывает со мной, и как бы прекрасно я себя не ощущала в этот момент, мне нужно было больше. Он был нужен мне в моей кровати. Кажется за тот месяц, что между нами было что-то большее, чем просто дружбы, я могла спать спокойно только с ним. Мне было всё равно, как это выглядит со стороны, я готова была умолять, если бы это потребовалось. Брюнет рассмеялся и отодвинулся от меня. - Машина нужна мне не для этого, я отвезу тебя кое-куда. - Ещё один подарок? - нахмурилась я. Чимин проигнорировал мой вопрос, будто его и не было, он потянулся к бардачку и достал шёлковый платок, который свернул в несколько раз. - Стоит ли спрашивать, откуда он у тебя? - спросила я. Парень усмехнулся. - Я купил его специально для таких случаев. - Вот сейчас это по настоящему пугает, - пробормотала я, в последний раз глянула на его сладкую улыбку и тёплые глаза перед тем, как он закрыл мне обзор платком и повернул так, чтобы я сидела прямо. - Если это одна из ролевых игр, то не против, - прошептала я, скрестив руки на груди. Чимин рассмеялся, и от этого прекрасного звука что-то шевельнулось в моей груди. Он положил мне руку чуть выше колена, слегка сжимая. - Можем испробовать это ночью, но пока она для другого. Его палец принялся гладить мою голую кожу, от чего по моей ноге прошлись искорки. Я нервно сглотнула, уж не знаю в чём было дело: в повязке на глазах, недавнем горячем поцелуе, выпитом за сегодня алкоголе или во всём сразу, но сейчас мои чувства обострились в несколько раз. - Тогда убери руку с моей ноги, - пробормотала я, дёрнув коленкой. Чимин рассмеялся. Он прекрасно знал, как действует на меня он сам и эта повязка, именно по этой причине он не сразу убрал руку с моей ноги. Он слегка сжал её, а потом провёл лёгким касанием по внутренней стороне бедра. Я резко дёрнулась от удивления и желания, а брюнет весело рассмеялся. - Ты просто ужасен, - бросила я, закинув ногу на ногу, и получив ласковый поцелуй в висок, когда Чимин наконец-то завёл машину. За что я вообще его люблю? Так, стоп, что? Люблю? Что значит люблю. Нет, нет, нет. Я не люблю его. Я не могла любить его. Слава Богу, я не произнесла это в слух, а то проблем стало бы в разы больше. Но поймать эту мысль у себя в голове, было уже достаточно странно. Я списала это на действие алкоголя и его поддразнивание, и быстро выкинула эту мысль из своей головы. Ну ладно, не выкинула, я переложила на полку под названием «Подумаю об этом завтра, когда алкоголь выветриться». Некоторые мысли лежали там уже несколько лет, надеюсь я вспомню про «Господи, ты такой несносный, но я люблю тебя» мысль тогда, когда это перестанет иметь значение. Я откинулась на сиденье и расслабилась, внимательно слушая и стараясь по звукам понять, в какую сторону мы едем. Но в итоге я просто запуталась и занялась простыми делами в стиле слушания дыхания Чимина и представления, как он сейчас выглядит. Давно я стала девушкой, все мысли которой крутятся вокруг парня? Это было просто ужасно, но бороться с собой я была не в силах.

***

К счастью мы добрались до места быстрее, чем я вновь успела погрязнуть в отвращение к себе. Я уже потянулась к ручке, чтобы выбраться из машины, но почувствовала, как Чимин потянул меня обратно. - Подожди, - попросил он, потом дверь с его стороны хлопнула, а через секунду он открыл мне дверь. Он подал мне руку, чтобы я смогла выбраться, ничего себе при этом не сломав. Парень застегнул моё пальто на единственную пуговицу и завязал пояс. - Обычно меня раздевают, но и это приятно, - пошутила я. - Если ты заболеешь, то до раздевания у нас точно не дойдёт, - упрямо возразил Чимин, хватая меня за руку и куда-то потащив, но его телефон издал пронзительный звук и парень остановился, выпустив мою ладонь, от чего я почувствовала себя обделённой. - Надеюсь это не девушка, с которой ты спишь, номер два, - пробормотала я. - С чего ты решила, что ты номер один? - совершенно серьёзно спросил брюнет. Я пошутила, но вот его слова были подозрительно не похожи на шутку. Я нахмурилась и уже потянулась к повязке, чтобы снять её, когда Чимин в одно мгновение оказался передо мной и схватил за руку. - Перестань, я же просто пошутил, - сказал он посмеиваясь, но я слышала в его голосе совсем не весёлые нотки. Он подарил мне быстрый ласковый поцелуй, который был уже не в состоянии успокоить меня. Я всё равно стояла надувшись, но злилась не на него, а на себя, задаваясь вопросом, почему тот факт, что у него есть кто-то кроме меня, делал мне так больно. Я попыталась оправдать это простым чувством собственничества, что одолевало меня даже с друзьями. Я просто не хотела его терять, но ведь это совсем не означало, что я его люблю. Нет, ведь?.. Я почувствовала тёплую руку Чимина на своей щеке и в невольном порыве прильнула к ней. - Как я могу думать о ком-то, когда ты рядом? - спросил он так отчаянно, будто и правда хотел доказать, что его слова правда, - мне нужна только ты. Ты веришь мне? Возможно мне не стоило наступать ещё раз на те же грабли и доверять парням, которые уже предавали меня. Нет, определённо не стоило. Но почему-то я считала Чимина другим. По крайней мере я надеялась на это. И он не клялся мне в той пресловутой вечной любви, что обещали другие, лишь в том, что не спит больше ни с кем. Я немного расслабилась и кивнула, за что получила ласковый поцелуй. Мы зашли в какое-то здание. Это я поняла, когда под моими ботинками начала стучать плитка на полу, а потом долго ехали в лифте, точно находясь в высотке. Парень провёл меня по коридору, а затем постучал в дверь и буквально через мгновение послышался звук её открытия. Всё это было смутно мне знакомо, хотя я и не понимала, где мы. Чимин без слов закрыл за нами дверь и шагнул ко мне, пока мне оставалось только догадываться, что происходит. Неожиданно на мою лодыжку легла чья-то рука, я испуганно вырвала ногу и чуть не упала, на секунду потеряв равновесие. Послышался тёплых смех брюнета, от чего я немного успокоилась. - Дай мне снять твою обувь, - попросил он. Я согласна кивнула, хотя даже не знала, смотрит ли он, и шагнула обратно. Чимин расстегнул молнию на моих ботинках, а затем лёгким движением стянул их с меня. Я почувствовала его тёплое дыхание на своём лице, ощущая ногами холодный паркет. - Пожалуйста, воздержись от пошлых шуток до тех пор, пока ты не увидишь где мы, - прошептал он, снимая с меня пальто, а потом взял за руку и куда-то уверенно потянул. - Это даже не подарок, а скорее предложение того, как мы с тобой можем провести время, - объяснил он, щёлкнув выключателем. - Можно снять? - спросила я, потянувшись к повязке. - Давай я, - голос Чимина послышался позади меня, а в следующую секунду передо мной появился мир. Сначала он был не чётким и расплывчатым, а перед глазами стояли тёмные пятна от яркого света. Но потом передо мной появилась моя комната. По крайней мере я была уверенна, что это она, но не могла знать наверняка. Комната была абсолютно пуста, лишь пара коробок было расставлено по углам и розовые обои прочно сидели на стенах. - Я знаю, что ты ни за что бы не приехала домой просто так, особенно сегодня, так что сначала я хочу извиниться, - сказал Чимин, становясь напротив меня и глядя в мои глаза, - Извини. Но я помню, какой счастливой ты была, когда мы с Юнги и Джису были здесь в последний раз. Тогда я впервые поверил, что ты осталась собой даже спустя столько времени. Для каждого из нас дом — это что-то особенное. И твоё место здесь, рядом с людьми, которые любят тебя и делают счастливыми. Давай сделаем эту комнату твоей; местом, в которое ты захочешь возвращаться; твоим домом. Я чувствовала так много всего внутри, но не могла ничего сказать. Я просто молча смотрела на свою пустующую комнату. - Если это настолько плохая идея, я всё ещё могу вернуть всё на свои места, - поспешно добавил Чимин. Не знаю, что он видел на моём лице, но явно не то, что было на самом деле. Я усиленно покачала головой. - Нет, - уверено сказала я, - не надо. Это просто замечательная идея! Вот только почему я никогда раньше не задумывалась об этом? Почему я просто бежала от своего прошлого и отказывалась встречаться с ним, вместо того, чтобы вступить с ним в бой и перекрасить эти несчастные розовые стены. Жаль только не со всеми проблемами можно было справиться так же легко. В порыве счастья я притянула Чимина к себе и поцеловала, обняв за шею. - Спасибо тебе, - прошептала я, - просто спасибо за всё. Он выглядел счастливым. То ли от того, что его идея мне понравилась, то ли от того, что я сама была счастлива. - На самом деле у меня была лишь идея, но когда я рассказал Юнги, он посчитал это идеальным решением. Так что воплощение будет полностью его. Юнги конечно замечательный архитектор, и я не сомневаюсь, что дизайнером интерьеров он тоже был не плохим. - Если ты согласна, то мы начнём всё прямо завтра, - сказал брюнет с улыбкой на губах. - Сами? - с надеждой спросила я. Он кивнул, а я завизжала, словно маленькая и бросилась обнимать его. Я уверена, что другие девушки могли найти себе миллиард интересный занятий на следующий день после их дня рождения, но пределом моих мечтаний было красить стены в моей старой комнате. Когда мы вышли из комнаты, меня тот час окружили родители, поздравляющие «своё маленькое сокровище, золотце, доченьку (и всё это я одна)» с днём рождения. Мама просто попыталась задушить в своих объятиях, а вот папа решил применить тяжёлую артиллерию и потянуть меня за уши, от чего я с визгом бросилась к Юнги, с уверенностью, что он защитит меня. - Спасибо тебе, - прошептала я, обнимая его. - Это заслуга Чимина, - возразил брат. Они оба была до жути скромные, когда дело доходило до похвалы. Дальше я обняла Джису, что на этот раз получилось не так неловко, как в предыдущий, возможно от того, что сейчас я была безгранично, безоговорочно и без сомнений счастлива. - Я думала ты остался с Суджин, - шепнула я Хосоку, когда пришла его очередь. Когда я уходила они шептали на ухо друг друга какие-то слова (равно непристойности), от чего брат беззастенчиво ухмылялся, а девушка хихикала как делала всегда, когда находила себе идеальную жертву. Я даже не знаю кто был жертвой в этом случае. - Она может подождать, а вот твой праздник нет, - ответил он, отпуская меня. - Мой праздник? - переспросила я, не понимая о чём он. Брат уверенно кивнул. - Я хотел вечеринки, я получил её, а что на счёт тебя? Ты хотела чего-то семейного и тихого, так что получай это, - улыбнулся он. - Ты бы видела, как мама много приготовила. Тебе лучше казаться счастливой, когда тебя попытаюсь откормить до смерти, - он сказал это громким шёпотом так, чтобы все услышали. Мама ахнула. - А кто клялся, что скучал по моей еде? - спросила она, нахмурившись. Хосок рассмеялся и поцеловал маму в щёку, от чего та мгновенно растаяла. И я правда была удивленна. Возможно, что всё не так и плохо между ними. - Я правда скучал, - улыбнулся брат. Он казался таким высоким, стоя рядом с мамой. Она сама по себе не была низкой, но вот Хосок уже давно перегнал все мыслимые и немыслимые рамки в росте, став уже на пару сантиметров выше папы, и на считанные миллиметры ниже Юнги. А я всё ещё помню, как в детстве считала, что никто из нас никогда не достанет ростом до родителей. Я повернулась к Чимину, который смотрел на меня с улыбкой. - Кажется пришла твоя очередь, - улыбнулась я, шагнув к нему. Он притянул меня раньше, чем это успела сделать я, и крепко-крепко сжал. Мне было всё равно, что подумает моя семья, пусть это будет простой благодарностью или чем-то большим, по сути это не имело значения. Я просто хотела его обнимать. - Спасибо, - в миллионный раз за день прошептала я.

***

Мама и правда приготовила бесконечное количество еды. Кажется за все годы своей жизни, я уже должна была привыкнуть к тому, что все в нашей семье, кроме меня, любят готовить, но всё равно каждый раз удивлялась. Так же я не привыкла и к тому, что готовила мама просто замечательно. Все её кулинарные таланты перешли не к кому-нибудь, а к Юнги, который сам был не в восторге, но всё равно готовил так вкусно, что шеф повара могли позавидовать. Сначала мы ели, потом пили, потом ели, потом снова пили. И так по кругу, а перерывы между этими прекрасными занятиями заполняли разговорами и смехом. Я по настоящему скучала по всему этому, по светлому смеху, ночным ужинам, шуткам Хосока, когда все рядом. Мы сидели так несколько часов до тех пор, пока у всех сидящих за столом не начали слипаться глаза. Мы отправили родителей спать, а сами в полном составе принялись убирать со стола, мыть посуду одновременно с работой посудомоечной машины, потому что так выходило быстрее. Наш смех и разговоры не смолкали, казалось, что смех заключён в вечном двигателе, которые никогда не прекращает свою работу. Так как спален стало на одну меньше, а нас на одного больше, родители перед тем, как ушли спать, распределили нас по полу, будто мы все до сих пор были шестилетними детьми. Больше всего спорил Юнги, наверное спать без Джису для него было пыткой, меньше всего Хосок, ему просто было всё равно. Мы с Чимином просто стояли в стороне, понимая, что нас всё равно не определят в одну комнату. В итоге мы с Джису оказались в комнате Юнги, а парней отпустили в свободное плавание, чтобы они легли там, где захотят, в итоге они все выбрали гостиную, из которой ещё некоторое время доносились голоса и смех, пока мы лежали в полной тишине. С того момента, как мы оказались в этой комнате, мы почти не говорили, если дело не касалось того, кто с какой стороны кровати ляжет. - Это странно, правда? - неожиданно спросила Джису, когда я уже думала, что она заснула. - Что именно? - уточнила я. Я могла назвать как минимум несколько странных вещей в данной ситуации. - Ощущение, будто всё снова повторяется, - ответила она зевнув. Я кивнула, не зная видит ли та мой жест. Я понимала её, но я не чувствовала, что всё повторяется, скорее ощущала себя как два года назад. Машина времени заключалась всего лишь в этой квартире, во всей семье и Чимином впридачу. Когда со стороны Джису послышалось ровное дыхание я аккуратно выскользнула из кровати и поспешила на выход. За дверью меня уже ждал широко улыбающийся брюнет, мгновенно притянувший меня к себе. - Что-то мне это напоминает, - прошептал он, прикоснувшись к моим губам, и не разрывая поцелуй повёл меня в сторону кухни. Нельзя было пересчитать сколько раз мы делали это в прошлом, пока мои братья мирно спали в своих комнатах. И хотя пару раз мы были на грани разоблачения, нам всё сходило с рук, будто кто-то более всесильный дарил нам удачу. Чимин поднял меня с пола, словно я была пёрышком и усадил на барную стойку. От соприкосновения с холодной столешницей мои ноги мгновенно покрылись мурашками. Ладно, возможно и не от столешницы, а от парня, который сейчас стоял между моими бёдрами и с уверенностью покрывал мое тело поцелуями. Стон сорвался с моих губ, когда он снял с меня старую футболку Хосока, которая служила мне пижамой, и прильнул ко мне всем телом. - Тише, - прошептал брюнет, прикоснувшись ко мне губами, - мне совсем не хочется сегодня умирать. Я рассмеялась, хотя в любой другой момент перспектива быть пойманной как минимум бы окунула меня в бочку страха, а сейчас было лишь желание. Возможно я просто сошла с ума. Я забралась под футболку Чимина и вцепилась в его спину, притягивая так близко, насколько это было возможно, чтобы между нами не осталось ни единого миллиметра. И тут уже не играла особой роли одежда, даже несмотря на то, что на мне всё ещё осталось бельё, а парень был полностью одет. Я чувствовала всё, что должна была и так хотела. Я сжала его ягодицы и притянула к себе, потеревшись о его пах так, будто между нами и не было никакой одежды. С губ Чимина слетел гортанный стон, который я в последний момент успела поймать. А потом он принялся ловить мои стоны, когда остатки нашего самообладания, как и одежды полетели в сторону.

***

Чимин: У нас проблемы. Такое сообщение пришло мне с утра, когда мы все сели с утра завтракать. Мы встали так поздно, что папа с мамой уже ушли на работу. Не знаю каким образом они встали в такую рань, особенно если легли глубокой ночью. На столе снова стояла цела гора блюд, я была не уверена, что её приготовила мама, но Хосок отказался в этом сознаваться. Я подняла полный непонимания взгляд на брюнета, но он старательно игнорировал меня и выглядел слегка… смущенно? Я бы точно отнесла этот взгляд к смущению, если бы не знала Чимина. Но кажется его было почти не реально смутить, так что тогда происходило сейчас? На моё плечо легла рука Юнги, которые сел на стул, разделявший меня и Джису. - Выспалась? - спросил он. Этот вопрос был почти невинным, так что я просто кивнула, уставившись в стол. - Значит ваши с Чимином ночные похождения нисколько вам не помешали? - спросил Хосок с другой стороны стола. Я резко подняла взгляд, почувствовав, как кровь отлила от моего лица. В голове сирена кричала: «Тревога! Тревога! Тревога». Так вот о каких проблемах говорил Чимин. - О чём ты? - спросила я, сделав вид будто не понимаю о чём он говорит, надеясь, что мне поверят. Ну не могли они этого знать наверняка. - О твоих полуночных стонах и том, что Чимин еле мог передвигать ноги после того, что ты с ним сделала, - ответил Юнги вместо брата. Я боялась пошевелиться, страшась их реакции. Со стороны Чимина послышался смешок, но он резко закрыл рот рукой, чтобы скрыть это. - Извините, - прошептал он, когда все лица повернулись к нему. Ещё пару секунд висела абсолютная тишина, а потом рассмеялся Юнги. Но не тем смехом, что должен пугать, а самым настоящим веселым смехом. Я повернула голову к нему, не понимая, что происходит. - Что тут смешного? - обиженно спросила я. Я то ожидала совсем не этого, а как минимум несколько минут криков, так что я даже не знала как реагировать на смех. Я беспомощно уставилась на брюнета, который всё так же был смущён, хотя по логике вещей, при любых других обстоятельствах, должен был быть напуган. Я перевела взгляд на Джису, надеясь найти ответы на вопрос, что здесь происходит, но она лишь пожала плечами, глядя на моих братьев так, будто они были ненормальными. Я сама уже начала сомневаться в их психологическом состоянии, когда парни понемногу стали приходить в себя. Я уже почти встала из-за стола, когда Юнги схватил меня за руку и притянул обратно, извиняюще глядя на меня. - Это не смешно, - сказал он, - просто очень мило. - Мило? - спросила я с таким отвращением, будто это слово вполне могло считаться ругательством. Мы не были милыми. И эта ситуация уж точно могла быть какой угодно, но милой? Нет уж, увольте. - Да, Розе, это мило, - подтвердил брат. - Но почему ты не злишься? - спросила я, ведь именно такой реакции я и ждала. - А почему я должен злиться? - с полным непониманием спросил он. Не знаю, может потому, что твоя младшая сестра спит с твоим лучшим другом, которого раньше ты угрожал убить, если подобное произойдёт? - То есть ты совершенно спокойно к этому относишься? - решила уточнить я. Юнги кивнул. - Только до тех пор, пока он не заделает тебе детей, - добавил он. О, Господи, какие дети? Кто он и куда дел моего брата? Мне совсем не верилось в эти слова, потому что я знала его. Я вздохнула и отвернулась, потому что таким образом я всё равно ничего не добьюсь. Юнги врал, и я это прекрасно понимала, но вот ради чего? Я молча принялась за завтрак, хотя есть мне совсем не хотелось, а спустя секунду моему примеру последовали все остальные. Я чувствовала на себе взгляд Чимина, но игнорировала его.

***

После завтрака мы все должны были отправиться на замечательное развлечение под названием «Сделай так, чтобы Розе захотела домой» по преображению моей комнаты, а Юнги, как самый старший из нас всех, остался мыть всю посуду, которой мы его наградили, пока все остальные направились переодеваться. Чимин попытался дождаться меня, чтобы поговорить, но я лишь натянула на себя улыбку и покачала головой. - Мне нужно поговорить с братом, - сказала я, проследовав мимо брюнета в столовую, стараясь игнорировать беспокойство в его взгляде. Юнги сразу заметил меня, но работу свою не прервал, продолжая всё так же раскладывать тарелки в посудомоечную машину, а я просто молча наблюдала за ним, надеясь найти в нём хотя бы что-то, чего не заметила раньше. - Что не так? - спросил он, когда ему надоел мой пристальный взгляд в сочетании с абсолютным молчанием. - Как ты на самом деле относишься к тому, что между нами с Чимином? - спросила я, уверенная, что сейчас он ответит честно. Он вздохнул и на повернулся ко мне, уперевшись руками о столешницу. - Ты на самом деле так хочешь моей честности? - спросил он. Я кивнула. Юнги глубоко вздохнул, собирая все свои силы. - Тогда ладно, я в бешенстве, - честно ответил брат, - меня бесит, что ты не рассказала мне правду. Снова. Снова, Розе, - воскликнул он, - ты снова сделала это, хотя я надеялся, что сейчас всё будет по другому. Я вздохнула. Сама напросилась, так что страдать не собиралась, хотя его слова и приносили боль. Я сложила руки на груди, чтобы хоть как-то защититься от этой боли. - А что на счёт самих отношений? - упрямо спросила я, не намереваясь сдаваться. - Что ты хочешь услышать? - вздохнул Юнги. - Правду, ведь ты всегда был против, почему сейчас это не так? Я видела, что брат медленно выходит из себя. - Господи, Розе, я не знаю почему ты решила, что я главный злодей твоей истории и вечно встаю против твоего счастья. Ты когда-нибудь вообще задумывалась о том, что я могу быть не против ваших отношений с Чимином? Что я могу быть даже за них? Так вот представь, это правда, ведь я видел, как сильно он тебя любит. О чём ещё для тебя я могу мечтать? Я отвела взгляд, потому что эти слова повергли меня в лёгкий шок вкупе с возмущением, потому что я не верила в его слова. - Два года назад ты сказал, что не будешь моим братом, если я не вернусь домой, а снова останусь у Чимина, - напомнила я, стараясь говорить спокойно и чётко, не срываясь на крик или всхлипывания, хотя слёзы уже подходили к глазам. Я даже не знала почему собиралась плакать. - Два года назад мы все говорили и делали то, о чем потом жалели, - парировал брат, хотя его слова и не звучали обвинением. - Ты осталась у Чимина не потому, что тебе не к кому было пойти, а потому, что хотела сделать мне больно. Лишить меня друга, как я лишил тебя подруги. Я вздрогнула от его слов, будто от удара. - Это не так… - прошептала я, повернувшись к нему. Юнги вздохнул, будто я была ребёнком, которого он безрезультатно пытался вразумить. - Перестань врать себе и признай правду, - сказал он, - Это была твоя месть за то, что я встал на сторону Джису, а не тебя. Теми словами я защищал не тебя, а своего друга, который точно не заслужил быть игрушкой в твоей борьбе за моё внимание. Розе, я люблю тебя, и ты это знаешь, но ты до сих пор играешь другими людьми. Ты играешь Чимином, когда пытаешься сделать мне больно; мной, когда начинаешь испытывать к нему настоящие чувства, которые пугают тебя. Тебе страшно, и я это понимаю, но, пожалуйста, перестань прикрываться мной, когда какой-то человек затронет твою душу. Я тихо всхлипнула, хотя и не плакала. Это короткого и тихого звука хватило, чтобы брат смягчился. Он подошёл ко мне и обнял. - Я всегда был рядом, всегда старался понять тебя и простить. И я всегда буду это делать. Просто, пожалуйста, перестань отталкивать людей. Я кивнула. Легче было сказать, чем сделать. Легче было судить о моих поступках, чем проживать мою жизнь. Юнги всегда понимал меня, но не сейчас. Он думал, что между нами с Чимином есть чувства, но мы даже не встречались. Мы не были парнем и девушкой в привычном понимании этого слова. Мы просто были любовниками. Просто секс без чувств и обязательств. Да, приятно, но о какой любви вообще могла идти речь? Да, он любил меня раньше, но раньше я была другой. Прежнюю меня можно было любить, а сейчас? Сейчас я точно не заслуживала этого, даже если бы и хотела всем сердцем. Да, у меня остались всё те же тёмные глаза и шелковистые волосы, высокий рост и прекрасная фигура. Но любят не за это, не за красивую внешность и взгляд из под ресниц, любят за то, что внутри. А мне нечего было предложить. Всё внутри меня было выжжено болью без остатка. Такую меня нельзя было полюбить. Мы постояли ещё немного, пока Юнги пытался успокоить меня. Это он думал, что успокаивает, на деле же я и так была спокойна. Эту ледяную невозмутимость, когда хотелось плакать, я считала своим достоинством. Когда брат отступил, он казался немного взволнованным, будто боялся, что своими словами сделал мне слишком больно. Нет, мне не больно, мои стены защищали меня. Главное поверить в это самой и всё сразу станет лучше. Я хотела натянуть на себя улыбку, но сил притворяться не хватало, поэтому я просто вышла из кухни, оставив брата наедине с работающей посудомоечной машиной, и направилась в его же комнату, где на кровати сидела Джису. Я думала, что она просто ещё не переоделась, но по взгляду, который она бросила на меня, когда я зашла, поняла, что ждала она меня. - Если он вёл себя, как дебил, я могу врезать ему, - сказала она. Я почти готова была рассмеяться, но пришлось напомнить себе, что она говорила не о моем брате, а о своём парне. Просто девушка моего брата. - Всё нормально, - сказала я, стараясь, чтобы вышло убедительно. - Ты хорошо на него действуешь, он кажется более спокойным. Джису слегка улыбнулась и покачала головой. - Он просто любит тебя. Хотя все-таки возможно стоит признать, что он повзрослел. Ответственность из Юнги так и прёт, - улыбнулась она, - но это точно произошло не из-за меня. Это всё было так мне знакомо, что даже на сердце потеплело. - Ты всегда недооценивала себя, - улыбнулась я. - А ты всегда переоценивала мои заслуги, - рассмеялась Джису. - Не правда, - возразила я, когда мне в лицо прилетела подушка. - Смотрю Юнги наконец научил тебя кидать подушки, - рассмеялась я, кидая её в ответ, но девушка успела пригнуться. - Мазила, - рассмеялась она, кинув подушку обратно, и прежде чем я смогла повторить попытку, выбежала из комнаты. Это дало мне определённое спокойствие. За это я была благодарна Джису, она всегда дарила мне покой, что бы не происходило в моей душе и с какими бы демонами я не боролась. Она даже не представляла, какой силой надо мной обладала раньше, даря умиротворение или наоборот забирая его.

***

К полудню я окончательно выбросила из себя весь стресс, пока отдирала обои, штукатурила, а потом красила. Хотя иногда приходилось выдирать кисточку из рук парней с их вечными «Нет, давай я», «Иди отдохни», «Я сам справлюсь». Раньше мне всегда казалось, что чем больше людей задействованы при ремонте, тем легче и быстрее всё пройдёт, но кажется это правило не работало в нашем случае. Но зато мы проделывали всю работу с таким усердием, будто от этого зависела чья-то жизнь. Когда никто не пытался забрать работу другого, шутки лились рекой, и где-то между ними я наконец-то смогла расслабиться и выкинуть из головы все лишние мысли. Когда вся работа была проделана, мы с Джису принялись готовить, пока парни собирали мебель. Перед уходом её даже пришлось разделить, чтобы бедные маленькие мальчики не поссорились, не поделив мой новый стол. Дети, ей Богу. Джису была явно лучше в готовке, чем я. Она даже любила это дело, чего мне было не понять. Поэтому в основном я лишь выполняла её поручения, нарезая овощи или сливая воду с макарон. Этот увлекательный процесс был прерван Хосоком, который залетел в кухню с такими большими глазами, что даже мне стало страшно. - Если вы что-то сломали, то получите от меня, - предупредила я. - С чего ты взяла, что мы что-то сломали? Невысокого же ты мнения о своих братьях и своем парне, - ответил брат, но на его лице всё ещё было странное выражение. Парень. Он сказал парень, имея в виду Чимина. «Он мне не парень!» - хотелось сказать мне, но я промолчала. Именно это было одной из причин того, почему я держала наши с Чимином отношения в секрете. Люди очень любили делать преждевременные выводы. - Тогда почему ты здесь? - спросила я вместо этого. - Мы закончили, - с гордостью ответил брат, будто они строили атомный ледокол, а не собирали кровать, - правда без травм и не обошлось. Юнги вот например придётся пришивать палец. Он сказал это так просто и естественно, что первые пару секунд я думала, что он говорит правду, как и Джису, которая мгновенно стала мертвенно бледной. В одно мгновение она стояла рядом, а в следующее уже бежала по квартире в поисках раненного. - От твоих шуток она чуть в обморок не упала, - сказала я, укоризненно взглянув на Хосока, на лице которого не было ни капли сожаления. - Думаю она захочет убить меня, когда увидит, что с Юнги всё в порядке, - поморщился брат, - надеюсь она поймёт, что всё это ради благих целей. - Какие тут благие цели? - удивилась я, монотонно мешая готовящийся на плите соус. - Братец опять завёл своё любимое «Скучаю не могу». Вот пусть они там пообщаются или уж не знаю чем парочки там занимаются, когда скучают друг по другу. Я поморщилась от пошлого намёка. Не могу сказать, что Хосоку были чужды привязанности. Были люди, которых он любил и ценил. Но они семья. Возможно он просто не понимал, как между просто парнем и девушкой может завязаться такая привязанность. В конце концов даже Джису он любил не потому, что она была девушкой нашего брата, а потому, что для него она была сестрой. Семья, пусть и не одной крови. - Эти сантименты называются чувствами, - сказала я, - и ты когда-нибудь поймёшь это. Хосок едва заметно поморщился. - Не дай Бог мне стать таким сентиментальным. Не хочу чувствовать себя плохо лишь от того, что провёл всего одну ночь вдалеке от своей девушки, - сказал он так, будто это было просто ужасно, - надеюсь, что даже слова «моя девушка» я никогда больше не произнесу. Я не готов зависеть от кого-то настолько сильно. Он отрицал вовсе не саму любовь в привычном нам понимании. Он отрицал их перспективу развития. «Секс? Да, давайте. Страдания? Нет, не для меня». И я такой была, да что уж там я и сейчас была такой. Но теперь я уже перешла ту грань не возврата, когда ты чувствуешь, что теряешь себя, когда твой человек далеко. Мне самой было это ненавистно, но Чимин словно был моим наркотиком. Возможно именно это и была любовь. Хотеть касаться. Но не только тела, нужна была ещё душа. Но сейчас моя жизнь не о любви, хотя все принципы есть. Возможно я все-таки не умею отличать любовь от привязанности или простой зависимости. Но чем бы это не было, это чувство было прекрасным, словно окрыляя тебя. - Когда-нибудь ты встретишь ту самую, вы заведёте детей, а по вечерам дружно будете смеяться над тем, что когда-то ты так считал, - уверенно сказала я. Я верила в это. У всех из нас всё должно быть хорошо. Мы заслужили это. Хосок печально улыбнулся и покачал головой, будто это идея была абсурдной. - Иди посмотри, как выглядит твоя новая комната, - перевёл он тему, - надеюсь тебе понравится. - Не могу, - сказала я, подняв лопатку над сковородкой, - я тут типа готовлю. - Вот именно, что типа, - сморщился брат, забирая у меня орудие перемешивания, - иди, я точно справлюсь с этим. Это было чем-то новым. Я вряд ли в полной мере осознавала, что мы сейчас делаем до того момента, как зашла в свою новую комнату. Вроде та же, что и старая, но уже не она. Было странно не видеть вокруг это море розового везде, где его вообще можно было разместить. Сейчас комната выглядела пустой, но такой она нравилась мне определённо больше. Стены теперь были бежевыми, что было точно практичнее розового. Хотя когда-то я считала, что розовым всегда будет в моем сердце цветом номер один. Огромная высокая бежевая кровать, которая при первом взгляде на неё так и манит прилечь. Мы даже покрасили мой старый шкаф, чтобы он подходил под стены. Возможно это было не лучшим решением, но вышло достаточно не плохо. Большой телевизор напротив кровати, чтобы лежать было ещё удобнее. Длинный белый комод под ним. Пустой письменный стол рядом. У большого панорамного окна стояли два светлых кресла и несколько цветков в горшках. - Не плохо, правда? - улыбнулся Чимин, заходя в комнату с несколькими коробками в руках, в которых лежали всякие мелочи, которые должны были разбавить эту комнату и сделать её более уютной. Я кивнула и подождав, пока парень поставит коробки на пол, обняла его, зарывшись лицом в его футболку, на которой кое-кто оставил пару следов краски. Впервые с сегодняшней ночи мы остались вдвоём, поэтому просто стояли рядом, пока я крепко обнимала его, а брюнет гладил меня по голове. Он слегка отстранился и заглянул мне в глаза. - У нас всё хорошо? - обеспокоенно спросил он. Я кивнула. - Прости меня, пожалуйста, - прошептала я, легонько коснувшись его губ своими. Весь день я игнорировала его, почти не смотрела в его сторону и избегала его компании. Мне надо было успокоиться, но я бы приняла, если бы после этого Чимин послал бы меня далеко и надолго. Но я в который раз убеждаюсь в его идеальности, когда он просто ждёт и ждёт, будто ему вовсе не было больно от моих поступков. Я знала, что бывала жестокой, и точно не заслуживала этого. Но я не могла его отпустить. Точно не сейчас. Перестань отталкивать людей. Слова Юнги, но это были и мои слова. То, во что сейчас я и сама верила. Мне действительно пора перестать это делать. В конце концов не важно, что происходит между мной и Чимином, мы друзья. И мне пора начать доверять друзьям. Когда парень отступил, на его губах играла лёгкая улыбка. Я сама не смогла сдержать улыбку. Я посмотрела вниз на коробки и увидела то, что лежала на самом верху одной из них. Точно так же, как и розовый цвет, в детстве я любила писать дневники. Приходишь вечером и пишешь своим кривым и непонятным почерком с ошибкой в каждом слове то, что происходило сегодня в твоей жизни. А ещё я любила писать в них любовные признания. Я взяла его и немного пролистав показала Чимину. Розе+Чимин= Любовь. Брюнет рассмеялся, а я пролистала ещё пару страниц, где большими буквами было выведено: Я больше не люблю Чимина!!! - Что я сделал тебе в тот день? - удивился он. Я немного покопалась в памяти, хотя, справедливости ради, идти пришлось не далеко. - В школе я увидела тебя с какой-то девочкой, которая хохотала над твоими шутками, - ответила я. - Розе, это был четвертый класс, - рассмеялся он. - Вот именно, в четвертом классе смех какой-то девочки над твоими шутками считался изменой, - обиженно пробормотала я. Он широко улыбнулся. - Могу поклясться, что в тот момент думал только о тебе. - Ммм, - протянула я, улыбнувшись, - уже подлизываешься? Чимин наклонился и быстро чмокнул меня в губы. - Дальше есть признания в любви? - спросил он, с надеждой глядя на меня. О, дальше их так много, что мне даже стыдно. - Ты об этом никогда не узнаешь, - сказала я, закрывая дневник перед его носом, но брюнет выхватил его из моих рук и поднял над головой. Я несколько раз пыталась подпрыгнуть, но у меня мало что получалось, и я обиженно сложила руки на груди, надув губы. - Со мной это не пройдёт, - ухмыльнулся Чимин. Это ты так думаешь. Я улыбнулась и похлопала ресницами, а потом кинула единственный взгляд на мою новую кровать. - Ну и ладно. Ты не хочешь испробовать мою кровать? - сказала я так, чтобы это звучало максимально невинно. Я видела, как Чимин сжал челюсть и с сомнением поглядел на меня, размышляя над тем шучу я или нет. Я шагнула к нему ближе, натянув на себя самую обольстительную улыбку и провела рукой по его груди. Парень нервно сглотнул и уже открыл рот, чтобы ответить, но я выхватила блокнот из его рук, воспользовавшись его замешательством. - Это всегда работает, - ответила я, шлёпнув его по груди дневником, а потом закинула его обратно в коробку.