По обмену

POV Дориан Малфой

      Желание уничтожить всегда существовало в моей жизни сколько я себя помню. Всё моё детство я провел, доказывая этим дебилам, что святой Поттер ничто. С первого урока понял, что он не достоин ни капли уважения и почёта, ведь все подачки учителей, его тупорылых друзей, девчонок, - всё это из-за его папаши.       Меня воспитал мой отец, поэтому жалости к этому сопляку у меня никогда не было. И не потому, что семья воспитывала во мне эту ненависть, вовсе нет. Я сам решил для себя, что если кто-то и достоин «авады» - то это святоша. Годами я наблюдаю, как моя семья реабилитируется из пропасти долгов из-за «Великого» Гарри Поттера, того, чьё имя вызывает истинное отвращение. Моего деда заключили в Азкабан, отец прошёл через сотни судов, доказывая свою невиновность, и ради чего? Чтобы каждый день смотреть на сына врага и не иметь возможности отомстить. Не иметь возможности стереть притворную улыбочку с его лица каждый раз, когда он понимает, что облажался снова.       С детства я понял, что моё отношение к гриффиндорцу абсолютно справедливо. Я не мог превратить жизнь Поттера-младшего в ад из-за его покровителей сверху, но стелиться перед ним я не был обязан. Так и началось наше соперничество - соревнование длиною в жизнь. И каждый день видеть его в школе - мой личный ад.       Тем не менее, в Хогвартсе мое положение безупречно. Оценки, популярность, слава, называйте как хотите. Я лучший, всегда им был и буду. Слизерин фактически принадлежит мне, а Кэтрин контролирует женскую часть факультета. Некоторые ученики боятся меня из-за влиятельного отца, но они ошибаются - меня надо бояться сто крат сильнее, ведь я почерпнул лучшие качества родителей - хитрость, упорство, целеустремлённость, я добиваюсь своего всегда. Это непреложный факт, который подтвердит любой сопляк в Хогвартсе. Моё имя вызывает страх и уважение, и этого я добился сам.       С Кэтрин мы вместе с конца прошлого года, но бросить эту девушку я могу в любой момент. Она меня ничем не «цепляла», просто мы подходим друг другу. Мы победители, которые правят толпой, а не подчиняются, естественно, ни а какой «любви» и речи не идёт, да и она не упускает возможности развлекаться с другими идиотами, которые заканчивают плачевно. Ревность - не моё, но статус надо поддерживать в любом случае, а сломанные кости конкурентов - отличный способ держать окружение в узде. О череде похождений Кэт мне известно от моих друзей, ну или прихвостней, ведь большинство из моего окружения - псы, жаждущие объедков со стола. На самом деле, Кэтрин никогда не отличалась преданностью, раздвигая ноги перед каждым вторым, но кто из нас здесь отличается щенячьей верностью?       Если девчонка из хорошей семьи, у неё симпатичная мордашка и тело - просто бери. Терпеть не могу байки «однолюбов» о вечном счастье, которые они рассказывают, стоя под каблуком. Единственная проблема, - на утро у моих «развлечений» обычно истерики. Хотят признаний в любви, знакомств с родственниками... Может ещё кольцо на палец. С такими не нужно церемониться, просто выставляю за дверь, хоть в голом виде, плевать. Они всегда знают на что идут, но это не отменяет сцен на утро.       Путешествуя по аллее моей жизни, с учителями у меня взаимная, тихая неприязнь. После того, как моего отца признали невиновным, меня с опасениями приняли в школу, ведь без оснований отказывать волшебникам не принято. Вот только никто из стариков не хочет иметь со мной ничего общего. Долго рыдать по этому поводу мне не пришлось, все, чего я хотел, кроме смерти Поттера, я просто беру в школе. Ещё два года я здесь буду находиться и должен признать, меня все устраивает. Ну или почти.       Грэй. Если с Поттером я живу уже много лет, то эта чокнутая заучка с тараканами в голове меня выбесила сразу в тот момент, когда врезалась в поезде. На голове - хаос, носит одежду, словно отобрала у нищих на улице, и взгляд глаз всегда наполнен смесью страха и смелости, как будто она не может определиться со своим местом в этом «большом и страшном мире». Нос вечно задран вверх, и девчонка не упускает возможности совать его повсюду.       Эта дрянь не просто ноль в магии, она позор для всех ныне живущих магов, если её вообще можно причистить в магам. Все её ответы на уроках построены на заучивании наизусть, вот только практика у неё на нуле. Как будто её тренировали исключительно выкрикивать дебильные ответы на вопросы, а не применять заклятия. И это её желание казаться важной птицей... Пытается создать образ всезнайки, а на деле - она здесь просто назойливый комар.       Она меня раздражает все два дня моего пребывания в Хогвартсе. Грэй бросает мне вызов всякий раз, когда я её вижу, именно это и выводит из себя. Мне подражают все однокурсники, боятся ученики других факультетов, а эта мелочь огрызается. Это же просто смешно, я могу её уничтожить в любой момент, даже не придётся марать руки, желающие найдутся, а она смотрит на меня снизу вверх так, будто она не заблудтвшийся в мире магии магл, а настоящий воин.       И она же, эта мелкая зубрила всякой чепухи, меня ударила, у меня до сих пор болит нос, но странно не это, не жалкая попытка спасти своего дружка. Это не удивляет, судя по показушному самопожертвованию ей подобных экземпляров. Я пытал её самым жестоким заклятием этого мира, и ничего... Кроме ора, который оглушал всех вокруг, я не услышал ни одного элементарного «хватит», «прошу» или простого адекватного ругательства. Мазохизм не в её натуре, это видно по глазам, которые боятся всего вокруг, тогда почему она такая упертая? — Ди, ты меня пугаешь, — ненавижу привычку Кэтрин звать меня так, — зачем ты наложил «круцио» на ту овцу? — Захотел, она подставила меня перед учителями, неужели удивляет? — смотрю на девчонку, которая сделает что угодно для меня, всё, не задавая лишних вопросов, — Только не вздумай отчитывать меня за то, что мы вместе хотели сделать. — Прости, но тебя могут исключить за эту выходку. Я просто не собираюсь смотреть, как из-за своего детского упрямства ты ставишь под удар свое будущее, — Неужели и Кэт решила пытаться мной командовать? Она подходит к шкафу и начинает выгружать свои вещи из сумки.       Старостой я быть не собирался, но перспектива обзавестись собственной комнатой была слишком заманчива. В этой башне четыре комнаты для каждого - моя, святого Поттера, который каждую ночь находится в десятке метров от моей комнаты, так что руки чешутся его придушить во сне, затем парней Пуффендуя и Когтеврана. Отбитые трусы практически ни разу не пересеклись со мной в гостиной, настолько боятся. И было бы идеально, если бы не враг за двумя стенками. — Кэт, твоё какое дело? Вся школа гремела в прошлом году, когда ты избила до потери сознания такую же долбанутую, как Грэй. И кстати, — я подхожу ближе, чтобы вправить ей мозги, — если бы не ты, та слабачка не ушла бы из школы, — я загибаю пальцы, перечисляя её заслуги, — место бы не освободилось, и наша новая знакомая не пролезла бы по обмену в нашу с тобой школу. — Но я никогда не накладывала «круциатус» без повода! — она пытается дать заднюю, как впрочем и всегда. — Скажи это своему отцу, который давал взятки судье после твоего весёлого четвёртого курса. «С поводом» ты убила ребёнка из Когтеврана. Что он там сделал? — я с фальшивой улыбкой прикладываю руку к подбородку в задумчивом жесте, — Ах да, приклеил твои туфли к полу. Даже для тебя это было слишком. — Да я... Ты... Ты тоже хорош. Ты забыл, что сделал с Валерио? — Вовсе нет. А ты похоже забыла, что произошло это после того, как Валерио лапал тебя в коридоре на глазах у доброй половины школы. Я, видимо, должен был ему медаль вручить за особые заслуги, верно?       Её глаза расширяются, как и всегда, когда у нет нормальных аргументов, она набрасывается на меня с поцелуем с силой размыкая мои губы. Через постель она решает все проблемы, пока что меня все устраивает. Я отвечаю, впиваюсь в её рот, пока освобождаю её тело от лишней одежды. Блузка, комбинезон, белье - все летит на пол. Бросаю её на кровать, пока сам раздеваюсь на её глазах, которые блестят в темноте моей комнаты от возбуждения. Резко вхожу в неё, и она начинает стонать подо мной от сильных толчков в своём теле. Громко, развязно, не забывая целовать меня, чтобы заглушить эти бесстыдные стоны. Она извивается, пытается направлять мои движения, вот только мне это не нужно. Я затыкаю её, приложив руку ко рту, пока двигаюсь в Кэт. Разрядка скоро накрывает моё тело и я отворачиваюсь от неё. Разговоры после секса не нужны, она и сама это прекрасно знает.       Сказать, что я впечатлен её познаниями в области секса - да, она лучшая из всех, с кем я спал, а их за мои девятнадцать лет было немало. Может, если бы ей от меня нужно было что-то кроме статуса и секса, я бы и воспринимал наши отношения всерьёз. Но нам это к счастью не грозит.       Засыпаю, думая о планах на завтрашний день. Отца вызвали в школу... Это плохо, придётся выслушивать нотации или терпеть его наказание, обычно такие встречи с ним заканчиваются в больнице. Мой отец не знает жалости ко мне. И это хорошо - такое отношение держит меня в форме, я всегда начеку.       Учителя будут следить за моими действиями неделю, это как минимум. Вспоминаю, как со скрежетом в зубах доказывал директрисе, что я был прав, и девчонка не умеет колдовать без костылей в виде палочки из магазина приколов. Чего мне это стоило...       Меня хотели отстранить от занятий на неделю и лишить места старосты факультета, но отец решил этот вопрос, за что мне придётся расплачиваться перед ним ещё очень долго.       И все это из-за одной мелкой стервы.