Анатомия

Сара стояла в коридоре школы, ожидая, когда её вызовут на экзамен. Наконец-то учебный год окончен, осталось только сдать чёртову анатомию, и будет полная свобода. Июнь радует своим теплом. Весна выдалась жаркой, а вот погода была не очень... — Мисс О'Нил, проходите в класс! Сара ненавидела то, что их класс был с биологическим уклоном, и им всем приходилось сдавать экзамен по анатомии. Противный голос учителя режет по ушам, и Сара морщится, будто кто-то провел ногтем по доске. К концу года им так и не удалось найти общий язык. Миссис Коллинз ухмыляется, думая, что Сара совершенно не готова, потому что: «Я уверена, Сара, что все твои правильные ответы на уроках, не более, чем списывание». Но сегодня ведь не урок, а значит, Сара завалит экзамен на первом же вопросе. Потому что на уроках она продолжает спать, темы никакие не учит, и с учителем продолжает препираться. Только теперь стала изредка на вопросы отвечать, да и тесты пишет на пятерки. С начала весны в этом Сару как подменили. Вот миссис Коллинз и ждала экзамена, чтобы, наконец, вывести девушку на чистую воду. — Доброе утро, миссис Коллинз, — говорит Сара приторным голосом, входя в кабинет и натянуто улыбаясь. Осталось потерпеть каких-то пару часов, и на ближайшие пару месяцев наступит свобода. Можно будет путешествовать по городам, подавать документы в колледж и просто наслаждаться жизнью. Забыть, наконец, о школе, о глупых одноклассниках, и о противной миссис Коллинз. — Ну что, Сарочка, готова? — злорадствует учительница, усаживаясь поудобнее. Сара присела на стул, что стоял около учительского стола, закинула ногу на ногу, и, гордо вскинув подбородок, смело заявила: — Готова. — Тогда обойдёмся без билетов. Ты просто отвечаешь на мои вопросы и всё. Сара усмехается, кивая головой. Миссис Коллинз даже представить себе не может, какой экзамен вчера сдавала Сара Тёрнеру. — Пожалуйста, — небрежно бросает Сара. — Не слишком ли самоуверенно? — В самый раз. — Хорошо. Первый вопрос. Расскажи мне о луче-запястном суставе? Майкл оглаживает её запястье, едва касаясь кожи пальцами, вызывая мурашки. Смотрит прямо в глаза и рассказывает, что... — Это сложный двух-остный сустав с эллипсоидной формой суставных поверхностей. Сара не успела договорить, как миссис Коллинз жестом прервала её, всем своим видом показывая удивление. — Так... Допустим. Расскажи о шейных позвонках. Картинки сменяются в голове с сумасшедшей скоростью, а щеки предательски вспыхивают румянцем от всех воспоминаний. Так, как учит Тёрнер, больше, наверняка, нигде не практикуют. Когда Сара проснулась, почувствовала на своей шее мягкое прикосновение губ. Она лежала на животе, оголённой спиной ощущая жар его тела. Мягкие поцелуи становились более настойчивыми, а внизу живота уже разливалось приятное тепло. Между поцелуями он шептал ей те слова, которые совершенно не подходят для прелюдии. Не подходят, если их говорит кто-то другой, кроме Тернера. — Шейный отдел позвоночника состоит из семи позвонков, под номерами C I - C VII. Самый верхний позвонок называется Атлант, второй шейный позвонок так же называют "осевой". Так же... — Хорошо, — миссис Коллинз прокашлялась, действительно не понимая, в чем дело. — Что насчёт нервной системы? То, как Тёрнер испытывал нервы Сары, можно было записать в раздел самых изощрённых пыток. Как он водил членом по её половым губам, не входя в неё, пока она не расскажет ему лекцию о кругах кровообращения. Или когда целовал внутреннюю часть бедра, едва дотрагиваясь губами клитора дразня, ожидая, когда она расскажет ему, почему на контрольной вышла четверка, а не пять. Сара знает о нервной системе всё, потому что Тёрнер слишком доступно объяснял Саре данную тему, когда не давал ей кончить, раз за разом останавливая свои движения в ней. Щеки пылают, а дыхание напрочь сбивается, но Сара переводит дух и отвечает на вопрос. — Нервная система делится на центральную неверную систему и периферическую. Центральная это головной мозг и... — Сара, скажи честно, у тебя наушник вставлен? Сара усмехается и прикрывает глаза. Наушник Тёрнер ей точно не вставлял. Вставлял что-то более эффективное. — Нет, миссис Коллинз, я действительно всё выучила. — Но как? Давай, Сара, расскажи миссис Коллинз, как же ты выучила все темы по анатомии. Расскажи, с каким рвением летела на дополнительные занятия и как тщательно вы изучали тему половых органов. Расскажи, что точно знаешь, почему засосы становятся жёлтыми или почему сокращаются мышцы влагалища во время оргазма. Давай, Сара, удиви учителя. — Просто я занимаюсь дополнительно. С учителем, который сумел найти ко мне подход. Сзади.

***

Сара бежала по ступенькам, со скоростью света покидая стены школы. Солнышко жарило слишком сильно, и ждало её, сидя на своём байке на школьной парковке. Майкл заметил её, такую красивую, счастливую, взрослую, и мигом поднялся, раскрывая свои сильные руки для объятий. Сара сразу же запрыгнула к нему на руки, обнимая всеми конечностями, пока у учеников школы и одноклассников падали челюсти вниз. Подругам Сара наврала, что Тёрнер не повёлся на её флирт, и они просто учат уроки, а Бобби, кажется, даже подумать не мог, что Сара не побоится отношений со взрослым парнем. Он кружил её на руках, страстно целуя любимые губы. Три месяца вместе стали чем-то слишком прекрасным, они будто созданы друг для друга. — Сдала? — На отлично! — улыбается Сара, ещё крепче обнимая своего любимого мужчину. Тёрнер не сомневался в своей девочке, что-что, а анатомию они уж точно выучили вдоль и поперек. И какая разница, каким образом? — Ну, тогда запрыгивай, красотка. Калифорния ждёт? — Да! А в архитектуре ты разбираешься? Станешь моим персональным учителем? — Если только в архитектуре твоего тела, крошка. Мотоцикл с грозным рыком помчался по улицам города. Впереди путешествие, поступление, и открытие собственного зала в Калифорнии. Как-то так вышло, что в Сентфоре Майклу делать больше нечего...