(Не)изнасилование

      Возвращаясь домой промозглым осенним вечером, Станислав пребывал в скверном расположении духа. На работе, черт бы ее, совершенно не ладилось, новый гендир, как кость в горле, не давал спокойно жить, да и какая вообще жизнь — сплошная рутина. Времени порой не хватало даже на сон, не говоря уже о каком-то культурном или не очень отдыхе. В таком сумасшедшем графике частенько приходилось выделять время на банальный просмотр телевизора, куда уж там до развлечений. Но если раньше он мог абстрагироваться от проблем в уютной квартире на Проспекте Вернадского, которую он снимал с братом и в которой его абсолютно никто не трогал, то теперь он был лишен и этой возможности. Когда в июле месяце к Стасу подошел старший брат и с поволокой легкой грусти на глазах стал намекать на то, что им с Иркой пора бы уже узаконить отношения и жить нормальной обособленной семьей, ему следовало бы сделать вид, что он ничего не понял. Нет, он бы и так безусловно съехал, будучи хорошим братом и порядочным человеком, но потянул бы время и нашел нормальную квартиру. И ещё какое-то время питался бы борщом и котлетами, а не полуфабрикатами и бургерами из ресторанчиков быстрого питания. Когда-то его единственной проблемой была ненавистная работа, которую он планировал сменить, теперь же в копилку наболевшего добавились сомнительное место жительства, с его колоритными соседями, и тяжелый выбор между «макдональдсом» и «бургер кингом».       Но сегодня все как-то особенно приелось, потому Станислав решил сделать небольшой крюк по пути домой и захватить ведро острых крылышек, которыми он будет ужинать под какофонию всевозможных звуков. Сжимая ненавистный бумажный пакет, молодой человек во всех красках представлял, что его ждет по приходу домой: часов до девяти будут орать соседские дети из смежной квартиры, часам к десяти престарелый сосед сверху наконец уснет, а вместе с ним и орущий телевизор с программой новостей, где-то часам к одиннадцати из соседней квартиры перестанет доносится ругань давно женатой пары — им, как никак, в пять тридцать на работу, ссоры по расписанию. К полуночи обычно становится тихо и появляется призрачная надежда на отдых. Но иногда, Станислав считал, что это обычно происходит в нечетные дни, к двенадцати просыпался сам дьявол. Иначе молодой человек назвать девушку, живущую этажом ниже, не мог. И дело, к сожалению, не в молитвах на латыни или чьих-то полных боли криках, ибо даже с ними Стас был готов смириться. Все было гораздо прозаичней и как-то до абсурдности смешно. Станислава если не каждый, то через день-два точно — доводили до белого каления звуки порно и бесстыдные, совершенно не скрываемые стоны одной бессовестной особы.       Свою соседку снизу за два с лишним месяца проживания в новой квартире молодой человек ни разу не видел, зато прекрасно слышал. Услышав данный перформанс впервые, Стас сначала даже немного сконфузился, но не придал особого значения, разве что немного поддался грусти, мол, личная жизнь кипит, но, к сожалению, не у него. Однако уже через неделю пришло четкое осознание, что темпераментная соседка не занимается любовью, а бесцеремонно мастурбирует, не отказывая себе в удовольствии оповестить об этом пару этажей. И если бы не редкий стук по батарее возмущенных соседей, Станислав бы подумал, что на фоне долгого воздержания у него поехала крыша, потому что порно актрисы в чертановских панельных домах точно не живут. Как показывала практика, чтобы не мучиться от крепкого стояка и спокойно уснуть, необходимы наушники и какой-нибудь фильм, может, музыка. Но желательно все-таки фильм, чтобы погрузиться в вымышленный мир и не издеваться над своим воображением. И эта тактика, в общем-то, помогала, однако, нет-нет, но Стас все же снимал наушники, чтобы проверить, не угомонилась ли местная Джесси Джейн*. И если, не приведи господи, он слышал в этот момент протяжный стон, то в бессилии кидал наушники в ноутбук и отправлялся на балкон покурить, ну или в ванну, в зависимости от степени напряжения.       Переступив порог квартиры, Станислав небрежно скинул драповое пальто и отправился на кухню. Все будние дни протекали по одному и тому же классическому сценарию с редкими поправками, но сегодня никаких срочных дел на горизонте не маячило, потому Стас надеялся, что сможет нормально отдохнуть, но начать решил непременно с ужина. Из-за того, что нормально отобедать на работе не вышло, по понятным причинам, желудок издавал уже, пожалуй, жалобные звуки, чем безмерно раздражал молодого человека. Вымыв руки и переложив в тарелку аппетитные крылья, Стас плюхнулся на стул и, схватив по его мнению самое большое крылышко, окунул в кисло-сладкий соус, намереваясь проглотить, почти не пережевывая. Если так дальше пойдет, то он может и до свиных пельменей в холодильнике доберется. Но предаться чревоугодию помешал не вовремя зазвонивший телефон. Смирившись со своим тотальным невезением, парень коротко выдохнул и, не удостоив взглядом экран мобильного, просто поднес его к уху: — Слушаю. — Станислав Викторович, не отвлекаю? — душное, чрезмерно приторное сопрано резануло ухо Стаса, почти заставив дергаться глаз. Никто и не сомневался, что в такое время бессовестно может звонить только «любимый» начальник. — Нисколько. — Тут такое дело, коллеги из партнерской компании намекнули, что скоро начнутся проверки, — после этих слов наступила драматичная пауза, видимо, для антуража. Если на той стороне провода еще не дрочат, то скоро будут. Аркадий Геннадьевич — садист, что, к слову, даже не пытался скрыть. — Не могли бы вы подготовить к завтрашнему дню отчет по всем банковским операциям компании за последний квартал? Боюсь, если оплошаем — премии не увидим, про штрафы напоминать не буду, вы прекрасно понимаете, какие это огромные убытки для компании. — Разумеется, Аркадий Геннадьевич, — сдержанно ответил Стас, но понимал, что отсутствие его бурной реакции на ситуацию все равно не помешает боссу впасть в экстаз от своей тирании. Замечание про штрафы показалось молодому человеку особенно забавным, если не двадцать четыре часа в сутки, то восемь точно он о них ежедневно слышит. Теперь вот и во вне рабочее время посчастливилось, казалось, еще пара минут диалога — и аппетит будет безвозвратно потерян. — Я знал, что могу на вас рассчитывать, — Станислав думал, что сделать голос слаще просто невозможно, но снова был неприятно удивлен, от каждого слова буквально тошнило. Ну вот, а он так хотел съесть эти гребаные крылышки. — Доброй ночи, Станислав Викторович.       Противные гудки показались райской мелодией после недолгого разговора с еще одним дьяволом, терзающим молодого человека. От души выругавшись, Стас вернул на место уже остывшее крылышко и, благоразумно отметив, что чем раньше начнет — тем быстрее закончит, отправился приводить документы компании в порядок. Да, не о такой жизни он мечтал, когда заканчивал экономический, голубая мечта о жизни среди финансовых воротил превратилась в кошмар, когда он начал работать по специальности и продвигаться по карьерной лестнице. Воистину, нужно быть осторожным в своих желаниях.       Закончить с работой удалось к половине двенадцатого, когда молодой человек откинулся в компьютерном кресле, закрывая ноутбук, он вдруг осознал, что в квартире непривычно тихо. Поглощенный процессом, он собственные мысли воспринимал, как окружающий шум, а, вернувшись к реальности, провалился в звенящую тишину. Если он продолжит в том же духе, то точно поедет крышей, либо здесь, либо на работе. Устало растерев лицо, Станислав решил через ванну добраться на кухню и со второй попытки осилить ужин. Расслабившись под горячими струями воды, сейчас молодой человек стоял напротив многострадальной тарелки с едой и окидывал ее скептическим взглядом. Остывший фастфуд выглядел не сказать, что аппетитно, но для проголодавшегося от водных процедур Стаса это едва ли имело значение. Его больше смущало то, что он опять собирается набить желудок перед сном, а это никак не способствовало быстрому засыпанию. Тряхнув головой в попытках свернуть свои мыслительные процессы, которые мешали приступить к трапезе, Стас уселся за стол и потянулся к тарелке, но тут же замер, когда снизу кто-то неразборчиво затараторил, кажется, на немецком. Не поверив своим ушам, молодой человек прислушался, пытаясь удержать ускользающую надежду на спокойное окончание этого невыносимого дня. Но его надежда умерла в адских муках, раздавленная потоком отборных немецких ругательств. А соль на ранах заменили последовавшие затем характерные шлепки и, о боги, стоны. Но пока, к счастью, не соседские. Стараясь держать себя в руках, Станислав решил отправиться спать, как можно скорее.       Но проворочавшись в бесплодных попытках отключиться около получаса, молодой человек осознал, что это невозможно — мешал непонятно откуда взявшийся синдром беспокойных ног, больное воображение и разболевшиеся от наушников уши. Поставив музыку на стоп, Станислав прислушался и удостоверился, что ничего не изменилось. Наоборот, дамский беспредел только набирал обороты: немецкое порно, приближающееся к апогею, окончательно раззадорило девушку и та, отдаваясь во власть Фрейи, издавала такие звуки, что на их фоне явно проигрывал даже немецкий господин. Стас изо дня в день удивлялся, насколько самозабвенно соседка наслаждалась таким нехитрым и, в общем-то, интимным занятием. Это длилось не десять-пятнадцать минут и делалось не ради простой разрядки, о, нет, это был целый ритуал, который мог продолжаться до полутора часов. Причем порно библиотека девушки по истине впечатляла, у нее была огромная коллекция от японского хентая до какого-то невероятного гуро, которое даже весьма искушенный Станислав едва был способен нормально воспринимать. Совершенно удивительная девушка с невероятными вкусами в порно. Наконец сдавшись, молодой человек отбросил наушники и принял вертикальное положение. Сегодня выспаться ему уже не удастся, но отвоевать жалкие пару часов сна он был просто обязан. Мыслить связно тем временем пока не получалось, в сознание то и дело бесцеремонно врывались мелодичные девичьи стоны и неприличные чавкающие на фоне звуки, вперемешку с ударами голых тел. И, казалось бы, самое время основательно разозлиться, но стоны соседки были настолько чувственными и…искренними, что Стас даже восхитился, выгнув аккуратную бровь. Но натягивающаяся между ног ткань боксеров заставила парня снова нахмурится — так продолжаться больше не может! Выбор у него невелик: отправиться в ванну и передернуть или спуститься на этаж ниже и попросить эту стерву развлекаться потише. Выбор был очевиден — пора кому-то устроить хорошую взбучку за все бессонные ночи и пару сотен погибших в адских муках нервных клеток. Главной ошибкой распутной соседки сегодня стал пропавший аппетит Станислава, никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя оставлять мужчину голодным.