Оливково-вишневый

Лили склонилась над тетрадью и что-то яростно писала, иногда откидывая в сторону ручку, чтобы тут же заменить её другой. Время давно перевалило за полночь. Девушка слышала, как в соседней комнате храпит отец и громко ворчит мама. Покачав головой, Лили улыбнулась. К ее предложению организовать банду Роберт отнесся скептически, едва ли в лицо не рассмеялся. Впрочем, можно сказать, что именно это он и сделал. — Лили, я не могу вступить в какую-то там банду, созданную девчонкой. Это тупо, — тряхнул кудрями брюнет. — Ты же не думала, что мой отец все это время сидел сложа руки. У нас давно своя банда, бизнес пошел в гору, и я готовлюсь вот-вот принять бразды правления. Вишня же не твой отец, выбравший тихую семейную жизнь вместо адреналина и нескончаемого потока денег. — Вот папу только не приплетай, — возмутилась девушка. — Ладно, не хочешь — не надо. Я сама все организую. Больно мне нужна помощь такого самовлюбленного идиота! Ты, между прочим, первый сказал, что нужно помочь предкам, а теперь откровенно смеешься над моей идеей. Очень по-взрослому, Роберт. — Лили поднялась, отряхивая штаны. — Отвези меня домой. До дома Тёрнеров они ехали молча. Лили лихорадочно обдумывала дальнейший план действий. Кого она может пригласить поучаствовать в столь захватывающей авантюре? Конечно же, Стейси. Но банда из двух школьниц — еще не банда. Нужно подключить кого-то еще. Желательно, чтобы этот кто-то имел весомый авторитет. Никсон! Нужно выцепить ее в школе. Уж кто-кто, а дочь шерифа неплохой вариант. По крайней мере, они будут уверены, что шеф полиции на их стороне. Нужно спросить папу, знаком ли он с Дереком Никсоном. — Крошка, приехали, — прервал ее размышления голос Роба. Девушка, все так же храня молчание, протянула ему шлем и даже не попрощавшись направилась в сторону дома. Роб проводил ее долгим взглядом, еще с минуту созерцая закрытую дверь и, вздохнув, развернул байк, с диким ревом уносясь прочь. План Лилиан был почти готов. Не зря же она так усиленно над ним корпела два часа кряду. Сложив тетрадь и разноцветные ручки в верхний ящик стола, девушка встала, потягиваясь, размяла затекшую шею. Вытащив полотенце из высокого комода, направилась в сторону ванной, как вдруг ее отвлекло какое-то шуршание за окном. Обернувшись, девушка едва не закричала — на нее смотрели два сияющих голубых глаза. Рванув к окну, рыжая подняла раму, нервно зашипев: — Ты что тут делаешь, придурок?! — Разговор есть, — Роберт как ни в чем не бывало проскользнул в комнату, словно это было самым обычным делом. — Ты в душ собралась? Могу спинку потереть, — он изогнул бровь в весьма недвусмысленном предложении. — Говори, что хотел и проваливай, — зарычала Лили, откладывая полотенце. Девушка сложила руки на груди, сверля наглеца злобным взглядом. — Ещё не хватало, чтобы папа проснулся и сломал тебе позвоночник. А он может. Даже не сомневайся. Роберт кинул на неё насмешливый взгляд, а затем без особого любопытства пробежался глазами по комнате. Обычная девичья спальня. Он был в таких пару раз, но в основном все его подружки проживали в квартирах многоэтажных домов, и поэтому сейчас возможность забраться в комнату девушки через окно, показалась ему очень забавной. Словно он герой какого-то ванильного романа. Всюду валялись мягкие игрушки, на кровати цветастое постельное белье, на полках фотографии в рамках и куча переливающегося всеми цветами радуги хлама на столе. Заметив приоткрытый ящик, Роб без спроса открыл его, доставая верхнюю тетрадь. Лили возмущенно раздула ноздри, в два шага приближаясь к нему, и попыталась вырвать тетрадку из рук, но парень шустро вывернулся, зажав её в руке высоко над головой. Лили нелепо пару раз подпрыгнула, размахивая руками, и даже предприняла глупую попытку забраться на Роберта, встав ему на ноги. Будто бы это помогло ей забрать желанный предмет. Парень усмехнулся и неожиданно для нее спокойно отпустил тетрадь, позволяя той с тихим шорохом приземлиться на столешницу. Не сводя с Лили лисьего взгляда, прижал ее к себе, выдыхая прямо в губы. Тонкий аромат ментоловой жвачки ворвался в её симпатичный нос, щекоча и раздражая рецепторы. — Что ты творишь? — тихо спросила она, пытаясь изобразить хоть малую толику недовольства на своём покрасневшем лице. — Хочу поцеловать. А что нельзя? — Ты сумасшедший? — Не думаю, — с этими словами он сократил расстояние между их губами, стирая все границы, и жадно впился в мягкую кожу. Дрожащими руками девушка обвила его крепкую шею, приникая еще ближе. Её первый поцелуй — такой неожиданный, такой головокружительный. Роб так умело сминал её губы своими, что Лили стало казаться, будто она всю жизнь умела это делать. Даже на помидорах тренироваться не пришлось. Вторя движениям его губ, слегка приоткрыла ротик, робко приглашая внутрь, и немного вздрогнула, ощутив языком его вкус. Приятное, ноющее ощущение скрутило низ живота в тугой горячий узел, пока руки парня медленно скользили по её плечам к спине, нежно оглаживая острые лопатки, пробираясь ниже к пояснице. Лили машинально прогнулась, как кошечка. Когда мягкая ладонь легла на её ягодицы, девушка тихо застонала сквозь поцелуй. Она почувствовала, как Роб улыбнулся, а ещё, как что-то твёрдое уперлось ей в живот. Сглотнув, она отстранилась, заглядывая ему в глаза. — Прости, увлёкся, — парень обезоруживающе улыбнулся, пятясь к кровати. Не выпуская Лили из своих рук, упал на мягкую перину, укладывая девушку рядом с собой, лицом к лицу. — Злишься? — Нет, — выдохнула рыжая. Что это вообще сейчас было? Он что украл её первый поцелуй?! — Ну и хорошо, — спокойно ответил парень, пропуская сквозь пальцы её медные волосы. Лили молча изучала его лицо. Губы чуть покраснели от поцелуя, едва заметно припухнув. Она осторожно коснулась подушечкой большого пальца его нижней губы и слегка надавила, оттягивая вниз. Затем пробежалась бледными пальчиками по скуле и смущённо одернула руку, встретившись глазами с его любопытным взглядом. Роберт, без всякого сомнения, был создан, чтобы восхищать своей красотой этот мир. Тёмные кудряшки упругими пружинками ниспадали ему на лоб, и чуть подумав, Лили вернула руку к его лицу, попыталась откинуть волосы назад, но они упорно возвращались в исходное положение. — Ты закончила? — спросил парень, перехватывая её руку. Оставил обжигающий поцелуй на тонком запястье. Лили в который раз залилась краской. Оказывается, он может быть вполне себе милым. А ещё чертовски сексуальным. Выдохнув, она высвободила руку из его пальцев и перевернулась на спину, уставившись в потолок. Маленькие звёздочки, беспорядочной россыпью наклеенные прямо на штукатурку, весело подмигивали ей. — О чем ты хотел поговорить? — Да ни о чем на самом деле. Просто хотел получить уже свой поцелуй, — хмыкнул Роб. — С чего ты взял вообще, что я хочу тебя целовать? — возмутилась рыжая. — Мы едва знакомы и ведешь ты себя, откровенно говоря, скверно. — Я веду себя вполне нормально. Просто кто-то из нас тупица, и это не я, — ответил парень, тоже переворачиваясь на спину. — А еще говорят, что мужчины намеков не понимают. Я тебя уже два раза пытался поцеловать, если ты не заметила. Лили возмущенно ткнула его в бок, осознавая собственную несообразительность. А ведь правда. Первый раз, стоя под зонтом, когда она, как идиотка изучала цветовую гамму его глаз, словно какой-то художественный эксперт, а потом у костра, где она опять смотрела ему в глаза, вместо того, чтобы заметить, как близко он наклонился к ее губам. — Получил поцелуй — проваливай. Мне все равно. — Можешь отвергать факт того, что я тебе нравлюсь сколько угодно, только вот твоё тело будет говорить обратное, крошка. Я же все вижу… Он приподнялся на локте и, чуть нависнув над девушкой, осторожно пробрался пальцами под футболку, рисуя на животе абстрактные узоры. Кожа тут же покрылась мурашками, и Лили неосознанно прикрыла глаза. Ладонь скользнула выше, к маленькой аккуратной груди. Нервный смешок вырвался из груди девушки, она закусила губу, не желая разрушать интимной хрупкости этого момента. Роб снова прильнул к ней, но уже более смело, требовательнее пропихивая язык между её припухшими губами. Девушка дернула его на себя, притягивая ногами за поясницу так, что он оказался сверху. Сильно сжал ладонью грудь, впиваясь в плоть едва ли не до боли, пока Лили оттягивала его кудри, запуская в них дрожащие руки. Губы спустились ниже, к шее, что девушка так услужливо подставляла, выгибаясь, давая больше простора для действий. Один за другим посыпались поцелуи, местами переходящие в засосы. Тихие стоны едва успевали срываться с её губ, не поспевая за вереницей ощущений. Закусив губу, Роберт резко отстранился, довольно изучая её лицо, подернутое пеленой блаженства. — Что и требовалось доказать, крошка. Мне пора. — Короткий прощальный поцелуй - и он выпрыгнул в окно так быстро, что Лили не успела даже слова сказать. Сердце билось, словно птица в клетке, больно ударяя по ребрам. Девушка, приложив руки к лицу, рухнула обратно на подушку. Без сомнений, сейчас был лучший момент в её жизни. С тяжёлой головой Лили натянула одеяло по самые уши. Будильник надрывался уже минут десять, заполняя тяжёлой музыкой все пространство спальни. Наощупь найдя телефон, она выключила его и перевернулась на бок, желая сейчас только одного — выспаться. Перед глазами, словно кадры из кино пронеслись воспоминания вчерашнего вечера: как Роб целует её, сжимая грудь, а она чувствует ногой его нарастающее возбуждение и притягивает к себе ещё ближе. Это что нахрен такое было вообще? Она же вроде решила, что он полный придурок, и она не капельки в него не влюбилась. Ну, или влюбилась, но не в него, а в загадочного новенького, что, подпирая собой стену, беспристрастно изучал бесконечный поток учеников в школьном коридоре. Жаль, что новенький оказался тем ещё засранцем. Скрепя сердце Лили поднялась с кровати и уныло поплелась в душ. Быстро позавтракав, подошла к отцу попрощаться и пожелать хорошего дня. Зелёные изумруды его глаз потемнели, едва он поднял на неё свой тяжёлый взгляд. Лили растерянно захлопала ресницами, наблюдая, как эмоции на его лице постепенно сменяются на ярость, затмевая все вокруг, а затем отец грубо дернул её на себя за руку: — Это что засосы?! Ну все, приплыли! Как? Как можно было не заметить этот красно-фиолетовый кошмар на собственной коже, стоя перед зеркалом? Трясущими губами, девушка позвала маму, испуганно покосившись на Майкла. Ей крышка! Он прямо сейчас её убьёт и собственноручно закопает на заднем дворе! Сложив брови домиком, девушка виновато посмотрела на маму, всем своим видом умоляя её о спасении. Нет, отец её никогда не бил, даже за шалости в детстве едва ли решался повысить голос, но все равно старался держать дочь в строгости. У него это прекрасно получалось, по крайней мере до тех пор, пока ей не стукнуло пятнадцать, и она в первый раз показала свои острые зубки, доказав всем, что она — не милый ангелок, а самая настоящая заноза в заднице. В тот момент Майкл понял, что Лили — его точная копия, такая же дерзкая и вечно прущая напролом, но при этом добрая и искренняя. Но вот в вопросе с мальчиками все было по-другому. Помня на собственном опыте, как наивные девочки легко попадаются на крючок очередного красавчика, сраженные наповал одним только взглядом, а потом сами же рыдают в подушку от собственной глупости, Майкл всеми силами старался оградить дочь от подобного. Но, кажется, Лили вообще не интересовали парни. До вчерашнего дня. — Дорогой, ну какие засосы, наверно это просто аллергия. Дай я посмотрю, — Сара буквально вырвала дочь из хватки мужа, и потащила в сторону кухни. За их спинами громко хлопнула дверь. А потом, чуть громче положенного послышался донельзя недовольный голос Майкла, проклинающий весь род Вишни до седьмого поколения. — Лили, я думала, что ты у меня умная девочка и не наделаешь глупостей. Разочарование в голосе матери больно кольнуло в сердце. Почему она её отчитывает? Разве мама сама не вытворяла ничего подобного, будучи школьницей? Ясно же, что они с отцом в юности не домашку делали, запираясь в комнате. Девушка рассерженно сжала кулачки. — Прости, мама. Такого больше не повторится. Я пойду. — Сухо ответила она, не забыв при этом оставить на щеке матери поцелуй.

***

Вишня сидел за столом в стареньком кафе на окраине города, задумчиво потягивая обжигающий крепкий кофе. Мистер Гарсия уже давно покинул этот мир, и теперь заведением управлял то ли его внук, то ли троюродный племянник. Знакомых лиц становилось все меньше. Вместе с неумолимым бегом времени они будто растворялись, заменяя себя на новые, молодые лица. Как, например, Лили, занявшая место отца или его Роберт. Откинувшись на спинку дивана, Вишня поднял взгляд на сына: — Ну что, как там у вас дела с принцессой? — Пап, это глупый план, я тебе уже говорил. Не вижу смысла впутывать в бизнес сторонние лица, мы и так прекрасно справляемся. Зачем мучить Тёрнеров? У них спокойная тихая жизнь, и мы явно в ней лишние. Если ты действительно хотел помириться с Майклом, то сделал бы намного раньше, не так ли? — Много ты понимаешь, — ответил мужчина, поправляя волосы, подернутые легкой сединой. — План в силе. На тебе Лили, на мне — Майкл. — Хорошо, пап. — Коротко ответил парень и поднялся с сидения. — Не думаю, что мне придется долго провозиться с этой малышкой. Она уже влюблена в меня по уши.