I'll be happy

… у каждого человеческого существа должен быть кто-то, с кем он чувствует внутреннюю связь. Психические заболевания возникают тогда, когда человек полностью утрачивает ощущения этой связи. Но если возникает кто-то, с кем возникает эта общность, заболевание можно предотвратить. © Колин Уилсон.

      Утро началось со звонка в дверь. Мысленно послав человека, который в 10 утра трезвонит, перевернулась на другой бок и постаралась опять уснуть, но только я начала проваливаться в мир сновидений, услышала как кто-то кричит: — Дженни, вставай. Я знаю, что ты дома. Если ты сейчас же не откроешь мне дверь, я сделаю это своими ключами. — понятно, кто этот бессмертный.       Посчитала до десяти и подняв свое тело с удобной кровати, посмотрела насколько прилично я выгляжу в домашних серых шортах и черной майке с тонкими лямками, а впрочем пофиг. Это не я к нему в квартиру в такую рань звоню непонятно зачем. Кое-как дотащив свое бренное тело до двери, открыла ее и увидела своего прекрасного арендодателя с глупой улыбкой. Так и хотелось плюнуть ему в лицо и уйти спать дальше, но раз уж встала, надо понять ради чего я совершила этот подвиг. — Доброе утро, Дженни. Наконец-то ты встала, не хочешь составить мне компанию и съездить со мной на Итэвон? — и опять улыбается, но предложение дельное, может все — таки набью там татуировку, давно же хотела. — Утро добрым не бывает, Ван, если ты встаешь не по своему желанию. И как ты можешь видеть, я сейчас не особо счастлива от такого пробуждения. Проходи, нечего на пороге стоять. — он прошел на кухню и я следом. — Ну, прости, мне нужно туда по делам, а потом у меня будет немного свободного времени и я смогу устроить тебе небольшую экскурсию по этому району. Думаю, тебе как иностранке там понравится. — Я согласна составить тебе компанию, но с тебя хотя бы кружечка черного чая, пока я собираюсь. Дай мне тридцать минут и я буду готова. — Договорились, не думал, что тебя будет так просто уговорить. Кстати, милая пижамка.— вот гад, не ему мне это говорить в такое время. — Считай тебе сегодня повезло, у меня не было каких-либо глобальных планов. Все, я пошла собираться, с тебя чай с одной ложкой сахара. — и взяв первые попавшиеся вещи в шкафу убежала в ванную.       Первыми попавшимися вещами оказались: черная футболка без надписей, черные джинсы с рваными коленками, а так же кожанка с черными кроссовками, а легкий макияж с черными стрелками дополнил образ «Леди в черном», правда на Леди в таком прикиде, я явно не тяну, зато эта одежда отражает сейчас мое настроение. Надеюсь, Ван уже приготовил мой чай, иначе я его стукну чем-нибудь особо тяжелым. — Ван, чай готов? Я уже выхожу, если чая нет, то мы задержимся пока я нормально не поем.— вышла из ванны, прошла на кухню не обращая никакого внимания на него. — Готов твой чай, как ты можешь его пить вместо кофе по утрам? Мне тебя не понять. — Привычка, всегда по утрам пила крепкий черный чай, только он может поднять меня с кровати в это время. Я же не удивляюсь, какого фига ты в такую рань такой бодрый. — он несколько удивился моему внешнему виду, но пока ничего не сказал. — Сошлюсь на твой менталитет и что все русские немного не от мира сего. — И много русских ты знаешь? Моя привычка пить чай по утрам никак не относиться к моей национальности. — Почему ты во всем черном сегодня? — Спишем на то, что я не выспалась, а так это первое что я взяла в шкафу. Ты же не хочешь, чтобы сборы заняли больше двух часов? Тем более, мне сейчас как-то насрать как я выгляжу для остальных, мне все нравится. Вроде как Корея считается страной, где все одеваются как им удобно, разве нет? — Ты права, но выглядишь мрачновато. Может хотя бы футболку другую найдешь? — А тебе не все равно? — какого хрена его интересует как я выгляжу?! — Не совсем, но выглядишь как бандитка. Ты будешь немного смущать меня таким видом там. — Эх, уговорил, пойду переодену футболку на что-то более цветное, чтобы ты не смущался. Между прочим ты и сам не лучше, мистер «черный — это мой любимый цвет». Ааа, поняла, ты смущаешься из-за того, что мы будем одеты как парочка? — Ну, да. — скромно он ответил и я рассмеялась, это самая идиотская причина для того, чтобы переодеться. Но все же пошла искать другую верх для своего сегодняшнего образа. В шкафу нашла белую футболку с нарисованной красной розой возле места где должно находится сердце. — Я готова, давай выходить или мы не успеем по твоим неизвестным делам — сказала это Вану и пошла на выход, не гостеприимная из меня сегодня хозяйка. — Ну, тогда пошли, сейчас нам с тобой на метро, ехать минут 40, там мне надо зайти в один торговый центр, а потом экскурсия. Есть какие- либо пожелания в плане просмотра там? — Я хотела бы узнать, есть ли там нормальный тату-салон? — может он знает хоть какой-нибудь. — У меня есть знакомый мастер, работает в Quaint Village Tattoo — он редко там появляется, но сегодня должен быть там, могу договорится, чтобы он принял тебя. Этот салон находится в этом же районе, проводить тебя туда после экскурсии? Мне тебя наверно стоит там подождать? — Не знаю, давай решим все это немного попозже. А зачем тебе там в торговый центр, если не секрет? И я буду благодарна, если ты договоришься с ним о встрече. — Там есть один маленький магазинчик техники, я там нашел не плохую колонку, вот нужно забрать. — И ты ради этого разбудил меня? Серьезно?! — Давай рассмотрим это с позитивной точки зрения: ты погуляешь по городу, сходишь к мастеру и просто отдохнешь. — Черт с тобой, поехали уже.       Дорога до Итэвона заняла больше времени, чем мы предполагали. Я даже чуть не потерялась в этом метро, хотя Ван был рядом. В общей сложности дорога заняла час, за это время я чуть не убила Вана своим рюкзаком, потому что он мешал мне спать, даже в метро не дал насладиться прекрасными снами и выдуманной жизнью где нет проблем и забот, которые так беспокоят в реальности.       Когда мы вышли из метро и я смогла немного рассмотреть ближайшие здания и магазинчики, то поняла, что этот район самый «не корейский». Даже в это время дня, там очень много людей, в большинстве таких же иностранцев.       Мы с Ваном без спешки шли к торговому центру, который был в километре от метро и он придерживал меня за локоть, чтоб я точно здесь не потерялась, такой же большой поток людей как и в метро, снесут и не заметят. Я не особо обращала внимания как мы идем, больше читала всякие вывески, надписи, на мое счастье они были на двух языках: корейском и английском, что делало это занятие проще, потому что еще в школе и колледже изучение английского было обязательным. Наконец мы подошли к торговому центру и Ван сказал: — Ты пойдешь со мной или на улице постоишь? — пф, я не для того сюда ехала, чтобы просто так его стоять и ждать. — Пойду с тобой, одна на улице я могу постоять и у нас возле дома. — Тогда пошли. — он опять взял меня под локоть и потащил к одной неприметной вывеске, сама я бы ее точно не заметила.       Как только мы зашли в этот неприметный магазинчик Ван отпустил меня и пошел к продавцу, а я решила посмотреть по чем здесь телефоны, наушники и портативные колонки. Хотя больше всего меня интересовали именно наушники, потому что у меня они вечно ломаются, а без музыки не представлю свою жизнь. Пока я все рассматривала и даже нашла себе не плохие наушники, думаю, что с зарплаты куплю, Ван уже закончил и шел ко мне с небольшой коробкой в которой судя по всему и лежала его новая колонка.       Когда мы вышли из магазинчика, он повел меня в какое-то кафе рядом с ним. — Покажешь хоть, как выглядит это чудо, ради которого мы приехали сюда? — интересно же. — Потом, давай дома. Кстати, хочу пригласить тебя к себе в гости. Ты когда будешь еще свободна? — Хм, смотри, сейчас у меня будет 4 ночных смены, потом 3 дня выходных. — Не хочешь сегодня зайти? После прогулки. — хорошее предложение. — Я подумаю, все будет зависит от того, как устану на нашей прогулке. — Договорились, сначала поедим, а потом я тебе все тут покажу, раньше я жил здесь недалеко с родителями. Хочешь как-нибудь с ними познакомлю? — как у него в таком возрасте уже есть две квартиры? Но задавать этот вопрос, я конечно же не буду — это будет совсем уж невоспитанно с моей стороны. Стоп. Что? Знакомство с родителями? У нас с ним не такие отношения, чтобы он меня знакомил с родителями. Мы чуть больше чем знакомые, но меньше чем друзья. Более того, я снимаю у него квартиру, какое к черту знакомство? — Ого, это круто. Этот район немного необычен, как мне кажется. Какое знакомство с родителями, Ван? Мы знакомы чуть меньше недели, я арендую у тебя квартиру. Если я правильно понимаю Ваш менталитет, то знакомство с родителями это серьезный шаг для парочек, а мы еще только друзья. — хоть бы он меня уверил, в чем-нибудь безопасном и что все не так, как я представляю. — Джен, не переживай ты так. Я думал, что тебе было бы интересно пообщаться и со взрослым поколением корейцев. Тем более, они у меня очень даже прогрессивные. И я все же надеюсь, что мы друзья. Понимаю, что возможно, это очень быстро, но я хочу стать твоим хорошим другом, названным братом. Ты немного напоминаешь мне нуну, она пару лет назад вышла замуж и переехала в Тэгу, я ее практически не вижу, видео-звонки это не то. Ты на нее действительно похожа, такая же серьезная, почти не улыбаешься, но я уверен, что с родными для тебя людьми ты не такая и я очень хочу тебя узнать и позаботиться, ты позволишь? И прости, что сократил твое имя, ты позволишь мне так тебя называть? — и он выжидательно стал смотреть на меня, пытаясь поймать мой взгляд, а я отпустила его и рассматривала свою обувь. Он говорил это таким нежным голосом, со мной никто и никогда так не говорил, даже семья.       Так быстро? Почему все так быстро развивается? Могу ли я позволить ему это? Мне же нравится он как человек, в эмоциональном плане он ощущается родным и даже больше, чем мой двоюродный брат. Он хочет позаботиться обо мне? Никто, кроме бабушки этого не делал. Есть ли шанс, что он сможет залечить мои душевные раны? Смогу ли открыться? Так много вопросов и так мало ответов. Шанс же есть? Надо попытаться, если не получится, то это станет еще одним ударом судьбы для меня. Но хочется заметить, ему я позволяю больше, чем кому — либо еще из моих знакомых и друзей противоположного пола. — Ван… это так быстро для меня. Совсем к такому не привыкла, у меня нет слов, чтобы описать как неожиданна твоя речь. Когда-то я мечтала о старшем братике, но это было невозможно. И вдруг, ты предлагаешь такое, я рада и мне грустно. Как вообще наш разговор о походе в гости привел к этому? В какой момент мне захотелось, чтобы ты стал близким мне человеком? Я не хочу быть в одиночестве, пусть и полюбила его в какой-то степени. Мне так хочется согласится на твое предложение, но и одновременно так боязно. — говоря это, набиралась смелости посмотреть ему в глаза и наконец сделала это. — Подумай еще немного, а я пока пойду и сделаю заказ, надеюсь тебе понравится. — и он ушел, дав мне подумать еще немного.       Да, я позволю ему это. Ведь как бы я себя не убеждала, что сильная, это не так. Мне хочется чувствовать себя защищенной, а не пытаться сделать все самой. Хочется приходить домой и говорить как меня все достало, и чтобы кто-нибудь обнял и сказал: «вместе мы совсем справимся». И не нужна мне сейчас никакая любовь в романтическом смысле, а просто поддержка от близкого человека, который поможет, потому что ему так хочется. Бескорыстно. Как Дэн тогда в самолете и аэропорту, но Ван хочет стать частью семьи, а не другом. Будет ли нормально, когда буду назвать Вана братиком? Оппой? Даже смешно, чужой по факту человек, хочет стать семьей, когда родная семья этого сделать не смогла. Через пятнадцать минут, он подошел ко мне с подносом на котором были два стаканчика и две тарелочки чиабатты с ветчиной и сыром. — Я принес тебе фруктовый чай, ты все обдумала? — спросил он и начал расставлять на столике стаканчики, поставил передо мной чиабатту и даже разрезал ее, чтобы было удобнее есть. Это непринужденное проявление заботы заставляет мое сердце таять, как мороженое на солнышке. — Обдумала, я согласна. Мне очень приятно, что ты хочешь стать моей семьей, хочешь познакомить со своими родителями, а они не будут против такого твоего решения? — что, если они будут против такого решения своего сына, пригреть у себя какую-то иностранку. — Джен, даже если они будут против, то я уже взрослый мужчина, который сам себя обеспечивает и я действительно хочу, чтобы ты стала моей названной младшей сестренкой. Я мог бы ничего не говорить и заботиться о тебе так, но не был уверен, как ты все это воспримешь. Поэтому и решил поговорить с тобой, попросить твоего разрешения на это. Каждое утро в окно я видел, как ты приходишь домой, к тебе никто не приходит, ты одинока. Как-то я даже увидел твои красные глаза, макияж тогда тебя не спас. Я хочу стать человеком, которому ты сможешь доверять. — как мало нужных слов сказанных этим человеком спасают меня от чувств, которые ураганом сметают все барьеры построенные мной. — Спасибо. Большое человеческое тебе спасибо, за твою доброту и слова, которые ты мне говоришь. Повторюсь, я согласна стать твоей названной сестрой, но пока обойдемся без знакомства с родителями. Боюсь моя нервная система этого не выдержит. — кажется, теперь у меня будет старший брат, который будет обо мне заботиться, потому что самой у меня не очень получается. Чувствую, как в носу немного защипало и заслезились глаза. Дожили, такая вроде бы мелочь доводит меня до слез. Быстро вытерла парочку слезинок, которые все же успели скатиться по щекам, надеясь, что Ван их не заметил, но надежды были напрасны. — Все хватит сентиментов, будешь звать меня оппой? — он это сейчас серьезно? — Ты хочешь, чтобы я тебя так называла? — Да, хочу. Ты больше не одна, и как твой названный старший брат, теперь я для тебя только оппа. — вот это поворот событий. — Ну, значит будешь оппой, раз так хочешь. Неужели для тебя это так приятно звучит? — не думала, что такое обращение может ему понравится. — Да, мне будет чертовски приятно, когда такая милая и по своему красивая сестричка будет звать меня оппой. — господи, он как ребенок, который получил заветную игрушку на Рождество. И кто из нас старше? Но он сейчас так улыбается, что невозможно не улыбнуться в ответ. — Тебе очень идет улыбка, пожалуйста, улыбайся почаще, я буду стараться делать тебя счастливой, моя маленькая сестричка. — эти слова, как обещание. Он будет рядом, я чувствую, что он поможет и я действительно стану младшей сестренкой. — Пошли уже на экскурсию, оппа. Ты же мне обещал. — сказала это и наблюдала за его реакцией на слова. Не думала, что можно улыбаться еще шире, казалось его улыбка осветила весь район, такой солнечной она была и до безобразия счастливой. — Пошли солнце, твой оппа сейчас тебе все покажет и расскажет. — весь его вид говорил, что он счастлив и это делало меня более радостной. Как не самое приятное утро, смогло стать таким счастливым? Все благодаря ему.  — А оппа отведет меня в тату — салон? — пожалуйста, сделай это. — Конечно, солнце сходим. Ты уже знаешь, что хочешь набить? — Да, у меня есть эскиз, я нарисовала его не так давно. — я хотела именно его. — Покажешь? — вот же любопытный чертенок. — Нет, только после того, как сделаю. — надеюсь, ему понравится. Хоть я и делаю ее для себя, она имеет свой смысл, но мне бы хотелось, чтобы и он ее оценил. — Кстати, как зовут твоего знакомого? — как будто его имя мне что-то даст, но все же интересные у него знакомства. — Не скажу пока, потом сама увидишь. Думаю, что тебе понравится. — Ну, хорошо. — ожидание встречи с незнакомым мастером немного нервировало, но Ван будет со мной, я хочу ему доверять.       По Итэвону мы гуляли несколько часов: сходили на мост Ноксапён — с него открывается потрясающий вид на дорогу и Сеульскую башню, прогулялись до парка Намсан Пэкбом и даже проходили мимо небольшой детской площадки.       Мы веселились, смеялись и радовались жизни, как маленькие дети. Много фотографировались, я обязательно распечатаю эти фотографии и украшу ими стенку возле кровати. Такой счастливый день должен быть сохранен в моей памяти.       Было уже около восьми вечера, когда мы подошли к тату-салону. Он был закрыт, что меня немного испугало, но поскольку я была не одна и нас вроде как должны были ждать, я спросила у Вана: — Оппа, тут закрыто, мы опоздали? — как только говорю «оппа» он становится слишком счастливым. — Не переживай солнце, нас ждут. Именно поэтому и закрыли салон пораньше. Владельцем и является мой знакомый мастер, я бы даже сказал, что мы друзья. — как только он закончил говорить все это, дверь салона открылась и на пороге стоял молодой парень, на вид мой ровесник. Правда, по корейцам всегда сложно определить возраст. Этот парень был во всем черном. Почему у меня сегодня день черной одежды, но эмоционально этот день такой счастливый. Тень от козырька так падала на него, что я не могла увидеть его лица и тут этот парень заговорил: — Хен, не думал, что ты все же зайдешь ко мне. Так именно эта девушка хочет набить у меня тату? Не стойте на пороге, заходите уже — и кивком головы этот неизвестный указал на меня, а я пока рассматривала его татуированные руки. Почему — то сейчас я чувствовала жуткое смущение, будто занималась чем-то непристойным и меня застукали. — Не пугай мне солнце, мелочь. — проговорил с притворной угрозой Ван этому неизвестному. — Хен, кто она? Почему солнце? Твоя девушка? — ох, еще один любопытный, но я пока в разговор влезать не буду. — Хочу познакомить тебя со своей названной сестрой, Дженни. — Ван представил меня ему, но пока все еще не назвал его имени, что немного странно. Чувствую какой-то подвох. — Джен, а этой мой хороший друг Гукк, полное имя Чон Чонгук. — шок, это по нашему. Может все же полный тезка? Но мои ожидания разбились о суровую реальность. Моим мастером будет золотой макнэ Чон Чонгук? Вот же везение! Может в моей жизни хоть что-то пройти спокойно? — Приятно познакомится, Дженни. — макнэ первый начал разговор. Хоть мне и нравится BTS, Чон Чонгука я могла воспринимать почти спокойно, такого волнения как с остальными встреченными мной бантанами не было. — И мне приятно познакомится с Вами, Чон Чонгук. — только вежливость и воспитание помогают не заорать, что судьба любит надо мной пошутить. — Можешь называть меня Гукком, Джей Кеем или Чонгуком, как тебе будет удобно. — он производит хорошее впечатление, посмотрим как он будет вести себя дальше. — Разве это уместно? Но если ты так хочешь, то какой все же вариант предпочтительнее? — Мне больше нравится Джей Кей и это вполне уместно, друзья Вана —мои друзья — вот это поворот, опять. Похоже, раньше шокировала я, а теперь меня. — Гукки, давай же уже поговорим о причине нашего прихода сюда. Солнце хочет тату, у нее есть эскиз, но мне она его не показывает. Сможешь сделать? И Джен, я заплачу за него, это будет моим тебе подарком. — когда Ван сказал последнее предложение, я хотела возмутиться, но посмотрела в его глаза и увидела, что спорить с ним сейчас бесполезно, но все равно должна буду его отблагодарить. — Хен, я как раз хотел расспросить ее, что же она хочет набить и от этого мы будем отталкиваться, когда бить и сколько по времени примерно это займет. — Чонгук, я хотела бы набить вот это — и показала фотографию эскиза сделанную на свой телефон, там было восемь летящих птиц и надпись вдоль направления их полета на английском «Become a better version of yourself». — мне бы хотелось, чтобы сам рисунок начинался с места чуть ниже левый лопатки, шел через бок и последняя птица была почти у сердца. У тебя получится такое сделать? И если не секрет, сколько ты уже этим занимаешься? — Что ж, Дженни, задумка хорошая, эскиз тоже не плох. Если вы сегодня никуда не спешите, то я могу сегодня ее набить. А занимаюсь этим уже пару лет, это можно назвать моим хобби. И естественно о том, что я появляюсь в этом салоне почти никто не знает. — Мы сегодня никуда не спешим, поэтому давай сделаем это сегодня. Да, Джен? — сказал Ван. — Да, оппа. — ответила я и заметила как у Гукка округляются глаза в буквальном смысле слова, когда я назвала Вана «оппой». — Хен, серьезно? Оппа? — о, сколько удивления и наигранного возмущения в его голосе и взгляде. — А что такого, мелкий? Я сам сказал своей сестренке, что хочу чтобы она называла меня оппой. Мне это приятно, а заодно, если что она сможет избежать кое-каких неприятностей, если некоторые будут знать, кто ее оппа. — дал пояснения Ван и мне стало жутко интересно, кому же я разрешила заботиться о себе. Ведь судя по этому разговору, он не такой простой как кажется. — Да, хен, пожалуй ты прав. Теперь предлагаю уже начать, думаю часа за два мы управимся. Ты готова, Дженни? — Готова. — не дрогнувшим голосом ответила, но все же немного волновалась. — Хен, где и что здесь находится ты знаешь, иди чай или кофе себе налей, а мы пойдем творить. Дженни, сначала скинь фото эскиза, я сейчас его перерисую, потом мы его переведем на твое тело и поэтому трафарету уже и пойдет наш рисунок. Я позову, когда закончу все подготавливать, а сейчас иди с хеном и попей чаю. — раскомандовался Чонгук. — Хорошо — ответили мы с Ваном хором, посмотрели друг на друга и искренне рассмеялись.       Пока Гукк занимался рисунком, Ван приготавливал нам чай, я сидела на черном диванчике и рассматривала интерьер. Помещение в котором мы с Ваном находились выполнено в стиле минимализма.       Этот салон не так популярен, как можно было предположить из-за того, что тут проводит время сам Чон Чонгук. Неужели, толпа его фанатов не выследила куда он пропадает и не в курсе об этом милом заведении? — Оппа, не знаешь, почему у этого салона не стоит толпа фанаток Гукка? — максимально милым голосом спросила, интересно же. — Знаю, это место можно назвать его убежищем. Он действительно является мастером, многие работы которых ты видишь на картинах его рук дело. Когда он проводит сеансы, то прячет свое лицо. Официально этот салон его старшего брата и его самого, но из-за своей публичности он не может им управлять, поэтому этим занимается брат. Гукк приходит сюда в поисках вдохновения или когда просто устал, можно сказать, что татуировки это его отдушина. — Теперь многое становится понятным, я рада что он будет бить мою татуировку. Если судить по эти работам — взглядом указала на стенку за Ваном — то, у него определенно талант, они выглядят как живые. — Я согласен с тобой. — говорит Ван и протягивает мне кружечку черного чая с бергамотом. Чай был идеально заварен, прямо как я люблю: крепкий и с одной ложечкой сахара. Он запомнил, хотя я только один раз это говорила. — Спасибо тебе за все, что ты для меня делаешь. — говорила это и смотрела ему в глаза и без слов было понятно, как ему приятно обо мне заботиться даже таким способом. Он сел рядом со мной, приобнял за плечо и мы молча обдумывали каждый свое, стояла почти идеальная тишина, но она не была напряженной, скорее уютной.       Мы сидели так не долго, минут через пятнадцать раздался крик Гукка: — Дженни, наш шедевр готов, иди сюда. — посмотрела на Вана, он кивнул и указал взглядом на дверь за которой находился Гукк.