I'll be happy

Чувство разлуки — необходимый компонент для наслаждения встречей.

Бхакти Судхир Госвами

      Стала подниматься к себе, но на полпути остановилась. Зачем? Вещей как таковых у меня нет, только те, в которых я приехала, а те, что сейчас на мне вообще Юнги. Поэтому остановилась на лестнице, встала так, чтобы меня не было видно с кухни и стала прислушиваться к тому, что происходит там. Знаю, что это неправильно, неэтично, не соответствует каким-либо правилам поведения и морали. Но я почти на девяносто процентов уверенна, что разговор будет вестись обо мне. Откуда эта уверенность взялась, сложно сказать… но то, как обменялись взглядами Юнги и оппа не дает мне сомнений, что про меня они все же что-то скажут. Может таким образом, я и смогу узнать что-то еще волнующее Вана? Причину, по которой Юнги поедет с нами обратно? Он же не на одну ночь приехал? — Юнги-хен, спасибо — произносит оппа. — Не нужно, я делал это не ради тебя или даже себя — отвечает ему Сахарок. Что делал? Почему они не говорят прямо, а все время какими-то загадками? — Все равно, спасибо. Не думал, что ты так поступишь — аааа, объясните мне, что именно он сделал и за что его благодарят. Я же сейчас умру от любопытства. — Я не мог поступить иначе. Она не должна была оставаться одна. Тем более в таком состоянии. — В каком? Что случилось, пока я спал? Ты расскажешь? — голос оппы взволнованный. — Не думаю, что могу тебе все рассказать. Не моя тайна, но ты лучше спроси у нее про бывшего или про свою расскажи. У вас больше общего, чем я изначально думал — задумчиво говорит Юнги. — В смысле «больше общего, чем ты думал?» Ты можешь не говорить загадками? — жаль, что я не могу увидеть их лица, они оба сидят ко мне спиной и напряжены. — В самом обычном — слишком безразличный тон. Чувствуется, что наигранный. — Это как-то касается Фу Мии? Ты рассказал ей, хен? — ох, оппа… мне и не нужно было рассказывать, я сама все узнала. — Да, она должна знать, что все может быть очень серьезно. И она волновалась за тебя, ты это понимаешь? Беспокоилась о тебе, дурень! Мало ей своих переживаний, так еще ты добавляешь их своим отстраненным видом — Юнги раздражен этим фактом, это слышно. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь про ее переживания? Объясни, пожалуйста, хен — расстроено произносит оппа. Ван, пожалуйста, не надо расстраиваться. Я бы и сама тебе все рассказала, но чуть позже. Почему Юнги сорвался? — Есть человек, который не может оставить ее в покое. Угрожает ей сестрой и хочет, принуждает ее к тому, чтобы она вернулась. Что будет, если она решит сделать так, как он просит? Уедет… бросит тебя? Не стоит скрывать от нее проблемы с Фу Мией. По одиночке вы не сможете преодолеть эти трудности. Господи, да я не уверен, что ее вообще кто-то сможет остановить, если она примет решение вернуться. Пока я знаю, что она не уедет. Но кто знает, какое сообщение придет ей в следующий раз. Ты уверен, что хочешь и дальше это скрывать? Сможешь ее отпустить? Не думаю… - он слишком эмоциональный. За кого он переживает больше: за меня или Вана? В любом случае, он прав. Что я буду делать, если придет новое письмо? Какое решение будет правильным? Получается, что на данный момент единственный с кем я смогу это обсудить — Юнги. Еще пару дней назад, я бы и не подумала, что именно он станет человеком, которому я доверила часть своих тайн. — Кто ей угрожает? Почему она сама мне не сказала? Откуда ты это знаешь? — я слышу в его голосе ревность? Серьезно? — Порассуждай логически, Ван. У вас похожие проблемы, только в ее случае… если смотреть на ее состояние ночью и кошмар, там все немного серьезнее — не выдавая меня полностью, рассказывает Юнги. — Бывший? — догадался оппа. — Молодец, возьми с полки пирожок — с сарказмом отвечает. — Почему мне не сказала? — недоуменно задает вопрос Ван, вот только не тому человеку он его адресовал. — Может сможешь догадаться? — Хмммм, по той же причине что и я? Не хочет впутывать меня в свои проблемы и пытается обезопасить? — как-то неуверенно начал — Поэтому решила скрыть? Но ты-то почему в курсе? — это уже более уверенным и подозрительным тоном. — Правильно, вы стараетесь оберегать друг друга от своих проблем, не втягивать. Но неужели ты не понимаешь, что, как только ты принял ее в свой круг, познакомил с нами, назвал сестренкой — у тебя не получится скрыть ее. Сколько бы усилий ты не приложил, она все равно будет живой мишенью для всех неприятностей, которые могут тебе устроить. Будь это Фу Мия или просто кто-то не довольный, твоей так стремительно закончившейся карьерой айдола, фанат. — Юнги-хен, ты так и не ответил на мой вопрос. Откуда ты знаешь о бывшем и причине ее кошмара? — голос приобрел резкость, подобие жесткости. — Не придумывай себе ничего такого. Я не вовремя спустился ночью на кухню, а она тут сидела, смотрела фотографии и плакала — оправдывается Юнги. Стоит ли мне выйти и самой все прояснить? Но тогда они сразу поймут, что я подслушивала. Черт. — Хорошо, ответ принимается. А теперь расскажешь, почему ты так быстро прибежал к ней в комнату? Почему успокоил? Что ты к ней чувствуешь? — в этих вопросах было столько эмоций от непонимания до недоверия.       Получается, что Юнги прибежал в комнату, когда мне приснился кошмар? Он успокаивал, убаюкивал и это его голос я слышала где-то на краю сознания. Почему? А последний вопрос от оппы добивает меня. Какие чувства? О чем он? Да, я что-то начинаю чувствовать к Юнги, но еще и сама не могу понять, что это. Мне интересно услышать ответ, но в тоже время боязно. Хочу ли я узнать его? Или не стоит сейчас это знать? Смогу ли я, если что, скрыть свое знание? — Я не знаю как ответить на твой вопрос. Правда, не знаю. Не могу объяснить причину своих действий. Все это кажется таким правильным. Не переживай, я не доставлю ей неприятностей и не заставлю страдать — последние слова из его уст звучат как обещание. К чему все это? Юнги опустил голову, на кухне повисла тишина. Она была какая-то гнетущая. Мне совсем не нравится то, куда повернул этот разговор…, но и прекращать его не хочу. — Юнги-хен, я верю тебе… Знаю, что ты всегда верен своим словам. Могу ли я попросить тебя кое о чем? — Конечно. — Если ты неуверен в отношении нее, не надо что-то предпринимать… Я не хочу чтобы она сломалась, понимаешь? Не уверен в том, что смогу собрать ее обратно. Я же вижу, что между вами что-то происходит. Вы не можете спокойно находиться в одном помещении и не спорить даже по пустякам. Рядом с ней ты очень эмоциональный, не скрываешь своих порывов. Я знаю, что таким открытым ты бываешь только в компании близких друзей, но с ней тебя определенно что-то связывает. Ты это понимаешь? Да, пусть мне не совсем понятно о чем был ваш разговор на колесе обозрения, после которого она вышла такая… опустошенная… разбитая и подавленная. Это уже не имеет значения. Но я видел, как ты на нее смотрел после… Хотел оттолкнуть ее? Испытывал? Ждал, что она пожалуется мне? Был удивлен тем, как быстро она надела маску и пыталась не показать мне, что ее это расстроило? — оппа задает правильные вопросы, вот только я и сама на многие из них знаю ответы. — Это тебя не касается — поднял голову, посмотрел ему в глаза и резко ответил Юнги. — Еще как касается. Она моя сестра. Я переживал за неё, черт возьми. Эти красные от слез глаза, которые она пыталась скрыть… разрывают мне душу. Она же только стала улыбаться, не вымученно, а искренне. Я не хочу видеть ее слезы, боль и страдания. Это совершенно не приносит мне радости. Я наоборот хочу видеть ее счастливо горящие глаза… улыбку, которая может осветить весь мой мир, замечательный смех, который не оставляет меня равнодушным. Тебя, между прочим, тоже — слова оппы вызывают у меня какое-то щемящее чувство нежности. Неужели, такое происходит на самом деле? Я могу вызвать такие эмоции? Не верится, но я же это услышала… — Прости, но я, все же, считаю, что это должно остаться только между нами. Мы взрослые люди и сможем все решить сами. — Я понял тебя, но ты ведь понимаешь, что я не смогу остаться в стороне? — Понимаю, поэтому и обещаю, что не причиню ей вреда… — Ты собираешься поддерживать с ней общение пока вы будете в туре? — оппа задал интересный вопрос. Хорошая смена темы… мне тоже это очень интересно. — Скорее да, чем нет. — Зачем тебе это нужно? — Чтобы вы оба не наделали глупостей. Ей-богу, как дети себя ведете иногда — это не единственная причина, мы все трое это понимаем — Что-то она долго, тебе не кажется — переводит тему Юнги. Понятно все с тобой… больше ничего интересного я не услышу. Жаль. — Не кажется, с учетом того, что когда нужно она собирается в считанные минуты, сейчас ей нужно побыть немного одной. Надеюсь, ты это тоже понимаешь. Как ты ей объяснишь то, что ночевал с ней? Это я все видел, поэтому веду себя относительно спокойно. А что могла подумать она? Просыпается, а на соседней подушке спишь ты. Думаю, что она была в некотором шоке и у нее появились к тебе вопросы — оппа зрит в корень. — Я ей все объясню. Оставлять ее одну тогда было не самым умным моим решением, но и предложить ей идти к тебе, тоже не казалось разумным. Ты так не считаешь? — Ты прав, хен — отвечает ему Ван.       Подсушивать дальше нет смысла. У меня будет еще один разговор с Юнги? Мы с ним слишком много разговариваем, но вопросов, на которые хочется узнать ответы меньше не становится. Наоборот, с каждой нашей беседой их все больше и больше. Будет ли конец этим бесконечным разговорам?       Поднялась в свою временную комнату. Что же было со мной ночью, что потребовалось его вмешательство? Почему с ним у меня получилось расслабиться? Ведь, если я правильно все понимаю, то ночью был кошмар, пришел Юнги и в его руках я успокоилась. Не верится в это, но стоит признать, что где-то ближе к утру, я спала уже более спокойно.       В комнате так светло… кровать не заправлена, такое ощущение, что Юнги в спешке ее покидал. Хи-хи. Кажется, что лечь спать в его вещах было самым разумным моим решением, принятым за все время нахождения в Корее. Было бы еще более неловко, если бы я спала в одном только белье. Тогда, я бы точно не смогла находиться с ним рядом, а тем более разговаривать. Слишком смущающе. Только, представив всю эту картинку, вздрогнула. Но мысли так быстро не прогонишь, поэтому щеки опять залил румянец. Срочно нужен душ. Ну или, хотя бы, умыться холодной водой.       Решила не терять время зря, взяла свои вещи и полотенце, которое еще вчера мне персонально выделили и пошла в душ, находящийся на втором этаже. Не стоит сейчас находиться с ним так близко. Еще и эти объятия, стоит только вспомнить эти нежные прикосновения… мысли сразу путаются, мозг отказывается соображать. Что это со мной? Такого раньше не случалось. Слишком часто я начала испытывать здесь новые чувства, эмоции и ощущения. Это начинает пугать.       Хотела закрыться в ванной, но кажется эта дверь не закрывается нормально. Вниз я точно не пойду, а значит, придется принять душ очень быстро и сразу переодеться. Очень надеюсь, что никто не зайдет. Иначе точно провал по всем статьям. Все это становится похоже все больше на какую-то трехсортную дораму. Кошмар.       Душ не занял много времени и, на мое счастье, никто сюда не заглянул. Выключила воду, вытерлась, переоделась в свою одежду, пыталась просушить волосы полотенцем, но кажется, что я какая-то неправильная девушка. Не получается. — Ладно, пофиг… сами высохнут — через пару минут уже не выдержала этого издевательства над собой.       Блин, если я буду собираться еще дольше, то точно опоздаю на работу. Не хотелось бы. Приключений бы еще не найти на свою пятую точку, а то, зная себя, все может быть. И они все не радостные, особенно в последние время. Почему-то, если со мной что-то случается, то потом обязательно будет разговор с Юнги. Карма у меня что ли такая? Или он мой ангел-хранитель? Только какой-то не правильный, но очень интересный. Открывая дверь из ванной, чуть не ушибла ей оппу. — Прости, я не специально - ага, помимо всего прочего только удара дверью ему не хватало. — Ничего страшного, не ударила же — весь его вид показывал, что он чем-то доволен. Горящие глаза, заразительная улыбка и спокойная уверенность. Они говорили еще о чем-то, пока я была в душе? Поэтому он сейчас такой? Видя сейчас его таким, я понимаю, что все трудности мы преодолеем. Мы не одни. У нас есть к кому обратиться в случае проблемы и нам не откажут в помощи. Все это кажется таким нереальным, особенно, когда до этого ты мог надеяться только на себя. Всегда быть сильным, никому не показывать свои слабости. А сейчас… все изменилось. Хорошо ли это? Надеюсь. — Оппа… а мы успеем к началу моей смены? Я хотела бы еще переодеться перед работой — это бы не помешало, не просить же мне опять вещи у Юнги? — Солнце, еще двадцать минут и поедем — оглядывает мои мокрые волосы — а ты не хочешь их высушить? Так заболеть можно. — Хотела, но фен не нашла, а полотенцем их просушить не получается — еще после такой сушки они становятся очень ломкими. — Ммммм, может я тогда попробую? — как-то неуверенно произнес. Боится, что я откажу? Так в этом же ничего такого нет. — Давай. — Тогда пошли в комнату, мне нужно, чтобы ты присела. Так будет удобнее — неуверенность пропала. — Конечно, пошли — сразу пошли ко мне. Зашли, а постель-то я так и не застелила. Блин. — Оппа, подожди секундочку. Сейчас уберу тут и сразу начнешь, хорошо? — становится очень неловко, а воспоминания о волосах Юнги, к которым я прикасалась… вызывают смущение. Будто я не волосы трогала, а что-то более интимное. С ним все выходит за рамки чего-либо. Не просто знакомые, не семья, не друзья, не возлюбленные, а что-то необъяснимое и непонятное. Какая грань наших отношений? Кто мы друг для друга? Быстро все убрала, поправила подушку, на которой он так сладко спал. Что же его смогло поднять? Не я же его разбудила? Хочется верить, что он ничего не заметил. А то становится не по себе от мысли о том, что он не спал в этот момент, а притворялся. — Все готово — произношу я. Пока я прибиралась на кровати, оппа рассматривал комнату. — Отлично, садись на кровать так, как тебе будет удобно — передала ему полотенце и села спиной к двери, прикрыла глаза. Легкие прикосновения к моим волосам, почти не ощущаются, такие невесомые, я расслабилась. Так и не скажешь, что мы сушим мои волосы. Странно, но эти ощущения такие приятные.       Пыталась отключить все мысли, но все время возвращалась к разговору Юнги и оппы. Пыталась понять, а что может быть между нами? Что Юнги может испытывать ко мне? Мне не понятно… Влюбленность? Глупо. Где он и где я. Он известный человек, кумир миллионов людей, многие девушки мечтают о нем как о своем спутнике жизни. А я? Простая девушка-иностранка, которая только и умеет, что приносить проблемы, заставлять страдать любимых людей. Если вдруг, он попадет в эту категорию… смогу ли я дать гарантию того, что он станет счастлив? Не будет ли моей ошибкой попытаться сблизиться с ним еще больше? — Солнце — вырывает меня из мыслей оппа, но глаза не открываю. — Ммм. — Не открывай глаза, хорошо? — странная просьба, но ладно. — Хорошо — обстановка в комнате немного изменилась, что-то было не так… но проверять что именно поменялось, я не хотела. Как говорят: «Меньше знаешь, крепче спишь». А как я выяснила, со сном у меня есть проблемы. Поэтому и не хочу забивать себе голову тем, что мне не поможет понять ситуацию.       Оппа очень аккуратно орудовал полотенцем и моими волосами, будто всю жизнь только этим и занимался. Так нежно, почти не касаясь руками. Никогда бы не подумала, что это так приятно. Легкий ветерок перемещения оппы дал мне знать о том, что теперь он стоит перед моим лицом и сушит остальную часть волос. Промакивая их полотенцем, но все также аккуратно. Стоп. Этот запах. Я не могу его перепутать. Оппа пахнет не так. Что он здесь делает? — Оппа? — надо удостовериться, что это не он, но не открывать глаз. Что я ему скажу? Почему все смущающие меня ситуации проходят именно при его непосредственном участии? И почему он? — Ммм — в ответ мычание, сложно понять оппа это или Юнги. — Уже скоро? Думаю, что Юнги-оппа уже собрался — хочу ли я знать правду? Или мне проще жить в неведении? — Угу — дает ответ на все вопросы. Замечательно. Рискнуть? Если это Юнги то, что мне ему сказать? Я все-таки хочу знать, а там разберемся по ситуации. Хоть оппа и просил не открывать глаза, но мне все равно интересно… почему он позволил сушить мои волосы Юнги? Такой ответ на то, что и я трогала его волосы? Фетишь? Арх, как все одновременно просто и сложно.       Медленно открываю глаза и вижу перед собой Юнги. Могла бы догадаться сразу, что это он. Только от него и меня так пахнет. Мята и апельсин. Он так увлечен своим действием, что не замечает того, что я уже все вижу. Это даже хорошо, я могу рассмотреть его внимательнее. Эти точенные черты лица: бледная кожа; острый подбородок; немного потрескавшиеся нежно розовые пухлые губы; прямой нос; небольшие синяки под глазами; глубокие карие глаза, которые так внимательно следят за действием своих рук; маленькие уши, с тремя незамысловатыми сережками в левом ухе и двумя в правом. Его руки, на которых так хорошо видно выпирающие вены… Пальцы пианиста и музыканта, которые с такой деликатностью, нежностью, лаской, заботой и аккуратностью трогают мои уже почти сухие волосы… От этого вида на мгновение перехватывает дыхание… всего на секунду замирает сердце, потом начинает биться с еще большей скоростью. Такое ощущение, что оно готово выпрыгнуть из груди. Лицо заливает краска и он это заметил. Опустил взгляд и встретился со мной глазами. Не знаю, что он там заметил… потому что я и сама не могу передать весь спектр эмоций, который завладел мной на этот момент.       Казалось, что в эту минуту время замерло. Ничего не происходило. Только он и я, смотрящие друг другу в глаза и не знающие, что сказать. Сейчас в его взгляде можно прочитать: удивление, неверие, страх, но в какой-то миг я уловила радость. Радость от чего?       Этот взгляд такой проникновенный, проницательный, способный проникнуть в самую сущность… И он обращен на меня. Что он увидел в моих глазах? Почему этот огонек погас? Я не хочу, чтобы он затухал. Он согревает. — Эммм, Юнги-я… - в горле пересохло, слова даются с трудом. — Да, чаги? — уверенно отвечает, будто все так как и должно быть. — Где оппа? — задам вопрос, который не будет вгонять меня в краску больше, чем уже есть. — Пошел прогревать машину, попросил меня помочь тебе — ни капли сомнений. Оппа попросил его, но не предупредил меня? — Ммм… а почему ты не дал мне знать о своем присутствии? — срочно нужно смочить горло, мой голос совсем не похож на мой… — Не хотел тревожить… ты так задумалась, что ничего не заметила. У меня тоже такое бывает — отвечает он, все еще высушивая волосы. — Да? — неудивительно, творческие люди… они такие. — Да, особенно если пишу песню. Не замечаю как проходит время, забываю про еду, сон… Если бы не мемберы, Ван, наверно, давно бы уже закрылся в студии и не выходил оттуда без лишней необходимости — на его лице при вспоминании этих моментов появляется улыбка такая, от которой все АРМИ мира бились бы в экстазе. Обворожительная, открытая, чарующая, ласковая и нежная, немного рассеянная, но от этого еще более живая. — Понимаю… Когда чем-то увлечен настолько сильно, плевать на время… оно не имеет значение… Есть только ты и дело, которое тебе нравится. Которое дарит удовольствие, радость, восторг, но в тоже время и утешение. Забываешься в своем творении… не обращаешь внимание на происходящее вокруг — произнеся это, вижу как появился огонек в его глазах, еще более сильный и, вероятно, очень обжигающий, но сейчас… меня это волновало в последнюю очередь. — Чем же ты так увлечена? Твои слова… они подходят мне — в его голосе интерес, в глазах что-то невероятное… не могу прочитать. — Раньше была музыка… песни…, а сейчас только книги. Они помогают сбежать от суровой действительности, помечтать о несбыточном… дарят надежду… Как… как — не могу подобрать подходящее слово — Как ваши песни… только книги — это полное погружение в воображаемый мир, где ты можешь стать центром вселенной, прожить жизнь своего героя, будто все наяву. Поэтому, когда заканчиваешь читать какое-то произведение… нужно несколько дней на его осмысление, чтобы все те эмоции немного улеглись. Возможно, потом еще раз перечитать и взглянуть на все происходящее немного с другой стороны, лучше понять героев, когда уже знаешь конец… - в моем голосе слышна печаль и уже старая боль, но я уже давно смирилась со всем. Я не могу изменить прошлое, могу только изменить свое отношение к нему. Жить прошлым, его надеждами, печалями и радостями несколько глупо. Жаль, что я поняла это только недавно. — Почему ты бросила музыку? — Юнги-я, моя жизнь, как и твоя — не сказка. Я оказалась не такой сильной, как казалась себе изначально, как ты. Ты смог выдержать все испытания, без полноценной поддержки семьи… только брата, а спустя какое-то время и матери, отца, а я нет. Когда встал вопрос: музыка, песни или найти то, что поможет семье… Выбор был очевиден, но и радости он не принес. Поэтому… сейчас, смотря на тебя… я… очень рада, что у вашей группы все получилось… - рано или поздно, мне все равно бы пришлось сделать тяжелый выбор. Не стоит жалеть об упущенных возможностях. — Солнце, вы уже готовы? Нам стоит поторопиться, если хотим успеть — кричит оппа и прерывает наш диалог. Может это и к лучшему, опять бередить свои воспоминания? Не хочу. — Готовы? — задаю этот вопрос Юнги. — Ван, еще пару минут и мы закончили — кричит ему Юнги. — Дженни, я твой ноутбук уже отнес в машину, давайте быстрее — поторапливает. — Хорошо, мы уже почти все, оппа — Юнги заканчивает с моими волосами. — Все, теперь можем идти. Чаги… давай как-нибудь продолжим наш разговор? Мне нравится вести с тобой нормальный диалог… При нашей первой встрече, я и не подозревал, что ты интересный собеседник. — Хорошо.       Больше не сказав и слова, сделав вид, что мы вообще тут не говорили и не поднимали никаких серьезных тем, спустились вниз. К машине. Теперь нам предстоит дорога домой, на работу… Сегодня последний день, когда я могу увидеть Юнги не на экране телевизора или телефона. Тур под названием "BTS World Tour: Love Yourself " Шесть стран, десять городов: Америка, Бразилия, Лондон, Париж, Япония, Саудовская Аравия и завершение в октябре, в Сеуле. Будет ли мне их… его не хватать? Скорее да, чем нет. Он многогранный, я никогда не знаю, что он сделает или скажет в следующий момент, не могу предугадать. Это цепляет… Юнги поселился в моих мыслях и его оттуда не выгнать, но я и не старалась это сделать. Жизнь все расставит по своим местам, рано или поздно.       Я села как и в прошлый раз на заднее сиденье. Даже не старалась прислушиваться к тому, о чем говорили Юнги и оппа. Думаю, что если что, меня все же посветят в наши планы, а сейчас я все еще должна разобраться в себе, в своих чувствах, которые все еще не могу понять и ощущениях. Машина плавно тронулась с места и я пришла в себя. Нужно наслаждаться каждым моментом, который происходит сейчас, а времени на размышления у меня еще будет вагон и маленькая тележка, стоит им только улететь. Где-то в глубине души, я боюсь, что они забудут меня… Это пугает, потому что я уже впустила их в свою душу, жизнь и потерять их будет очень болезненно. Не могу быть уверена в том, что эти раны смогут потом зажить. — Чаги… чаги. Очнись — говорит Юнги, перевожу взгляд от окна, в которое, оказывается, смотрела на него. — А? — Не хочешь проверить почту? Может сестра уже ответила, это поднимет тебе настроение, ты так не думаешь? — он пытается меня подбодрить? Он прав, я должна проверить почту. — Хочу, можешь передать ноутбук? — по идее, Вэй уже встала и, если ничего не изменилось, то первым делом она всегда проверяет социальные сети. Значит, мое письмо и видео должна уже увидеть. — Конечно — он передал мне ноутбук. Хорошо, что вчера он немного подзарядился. Открыла ноутбук, зашла в почту. И правда, есть сообщение от Вэй. О, она сняла видео. Нажимаю на «play» и вижу: моя комната, любимая мягкая игрушка белого плюшевого мишки, она сидит на кровати в своих любимых серых шортах и черной майке, гладит кота, который ластится к ней. — Дженни, спасибо тебе за подарок. Я не ожидала этого, но ты, как и всегда, умудряешься меня удивить. Казалось бы, что я твоя сестра, знаю о тебе почти все, а у тебя все еще получается сделать что-то, чего я не ожидаю. Ты волшебница? Как ты догадалась, что именно это украшение мне понравилось? А твое видео? Во мне сейчас столько эмоций, я не знаю как передать тебе всю гамму чувств, которую испытываю. Ты - невероятная, знаешь? Я знала, что ты не забудешь. Никогда не забывала важные даты, а на мой день всегда устраивала праздник. Спасибо. Ты самая невероятная и лучшая сестра в мире. Я горжусь тем, что я твоя сестра — из ее глаз текут слезы, они медленно скатываются по щекам, но это от радости, об этом говорит улыбка — Уже надела твой подарок… правда же мне идет? Хочу сказать так много слов, но не могу их правильно сформулировать… Это самый лучший подарок на день рождения — вытирает слезы, радостная улыбка меняется на хитроватую. Теперь она похожа на маленькую лисичку — Надеюсь, что сейчас ты в порядке и счастлива. Нашла то, ради чего стоит жить… Свой смысл жизни… А теперь у меня вопрос: кто тебя снимал? Твои щеки залил румянец смущения, это прекрасно видно, как и то, что у тебя не получилось это скрыть. Даже если ты не ответишь… Я же могу надеяться, что этот человек делает тебя счастливой? Твои глаза начинают светиться от счастья? Пусть это будет так… По крайней мере, я очень хочу в это верить. — Вэй, иди быстро сюда. Ты должна мне помочь с Алексом — слышен голос мамы за кадром, она чем-то недовольна. — Прости, но мне пора идти. Еще раз спасибо и я люблю тебя. Буду ждать от тебя еще сообщений. Пока. — видео закончилось.       О, моя малышка уже такая взрослая. Даже не верится, что ей восемнадцать. Видно, что мой уход повлиял на нее, сейчас она выглядит уже взрослее, более серьезная, но все еще может веселиться. Не теряет силу духа, дарит мне свою любовь, просто за то, что я есть. Не знаю, в какой момент это произошло, но я почувствовала влагу на своих щеках. Черт, я слишком растрогалась. — Солнце, все в порядке? — спрашивает оппа и смотрит в зеркало так, чтобы меня было видно. Юнги молча дает мне салфетку. — Спасибо, да… все хорошо. Я не ожидала, что она тоже запишет мне видео и скажет такие теплые слова — вытираю слезы и пытаюсь успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Пока есть возможность и у меня ничего не вылетело из головы, решила отправить ей ответ.

Вэй, мое ты солнышко. Еще раз поздравляю тебя с твоим праздником. Я верю, что у тебя все получится. Ты такая сильная. Наверно не поверишь, но твое видео растрогало меня. Сижу сейчас и вытираю слезы. Твоя сестра слишком сентиментальная в последнее время, только дай волю поплакать. Но я обещаю, что возьму себя в руки и постараюсь это изменить.

Я очень рада, что мой подарок пришелся тебе по душе. Я долго над ним думала, он прекрасно подходит к твоим глазам. Они такие же прекрасные. По поводу того, кто снимал… Пусть это останется моей тайной, хорошо? Это очень хороший человек, я была удивлена, когда он предложил свою помощь. Наверно, это именно благодаря ему, его опыту у меня получилось это сделать.

Когда-нибудь, я наберусь смелости и расскажу тебе все, но сейчас это время еще не настало.

Можно я тебя попрошу кое о чем? Не оставайся дома одна, не ходи одна, пусть рядом будет кто-нибудь из твоих друзей, парень в конце-концов.

Берегись Алекса, пожалуйста. Я не могу знать, что именно у него на уме, но сейчас все слишком серьезно, чтобы я могла это проигнорировать.

Доверься мне. Если нужно, то переедь жить к подруге… парню… все равно, но в любое место, где ты не будешь в одиночестве и он не сможет тебя достать.

Если с тобой что-то случится, я же не переживу. Ты это знаешь? Я очень сильно тебя люблю и не хочу потерять.

Прости, что заканчиваю на такой ноте, но мне уже пора

.

Люблю тебя, Дженни.

      Пробежалась по тексту еще раз, получилось несколько сумбурно, но приемлемо. Главное, чтобы она все правильно поняла и послушала моего совета. Могу только надеяться на это. Нажала кнопку отправить и закрыла ноутбук. — Солнце, ну что? Как ей видео и подарок? Мы решили тебя не отвлекать, пока ты с таким серьезном видом строчила ей ответ — произносит оппа. — Ей очень понравилось — что очень меня радует — Спасибо тебе, Юнги-я, за твою помощь. Благодаря тебе, все получилось лучше, чем я ожидала — моя радость похоже настолько хорошо видна, что они оба. Юнги и оппа улыбнулись в ответ на мои слова. — Рад был помочь. Если что, ты обращайся — настроение у Юнги определенно стало лучше. Я могла еще что-то пропустить? — Конечно, спасибо — если он захочет продолжить со мной общение, то я обращусь. Но у меня столько сомнений по этому поводу… — Чаги, тебе нужно отдохнуть перед работой, может даже поспать. Давай ноутбук, я его уберу, а ты ложись — в его голосе и взгляде только забота. У меня не останется выбора, кроме как подчиниться. Ведь, когда он так смотрит, отказать и воспротивиться ему невозможно. Он слишком сильно на меня влияет. Передала ему ноутбук, сняла обувь и прилегла, как и в прошлый раз. — Чаги, сладких снов — пожелания Юнги, которые вызывают во мне странную реакцию. — Солнце, приятных сновидений — говорит оппа. — Спасибо — уже в полудреме произношу. Да, спать я стала больше. А может на это повлияло то, что ночь была крайне неспокойная для меня и моего организма. Морфей забрал меня в свои владения в считанные минуты. Просыпаюсь от того, что меня аккуратно поглаживают по плечу, я бы даже сказала нежно. — Ммм — разносится мое мычание в салоне авто. — Чаги, просыпайся… мы уже приехали и у тебя смена начинается через пятнадцать минут — аргх, ну почему он вырывает меня из такого прекрасного сновидения? Не помню, что именно снилось, но там было хорошо. Уютно, тепло и все гармонично. Так как и должно быть. Эта правильность витала в воздухе. — Папа, еще пять минуточек — только спустя несколько секунд я поняла, что только сказала. Моментально проснулась, открыла глаза. Юнги стоит надо мной, ошарашенно смотрит в мои глаза и не может сказать и слова — Прости, Юнги-я — о, боже еще одна неловкость. — Не страшно, ты во сне такая милая — быстро приходит в себя. Это его ответ? Смутить меня еще больше хочет? Вот же. — Так что, мы уже приехали? — перевожу тему, как и всегда, это хороший способ избежать неловких разговоров. — Да, если ты поторопишься то, еще успеешь на смену вовремя — произносит это с легкой улыбкой, хитроватой. И сам выглядит так хитро. Нет времени думать, надо бежать. Чуть ли не подпрыгиваю с сиденья, он еле успел отскочить (какой молодец, а так бы прилетело) надеваю обувь, выхожу из машины. — Угу, спасибо, что разбудил. А где оппа? — оглядываюсь, рядом его нет. — Отошел, сейчас подойдет — хороший ответ, а куда отошел мне знать не нужно. Блин, как здесь холодно. Пытаясь согреться, тру руки друг об друга и дышу на них. Чего так холодно-то? Может попросить его толстовку? Наглость - второе счастье, в ней хоть теплее будет. Не успела я и слова сказать, как Юнги достает из своей сумки толстовку, ту черную, в которой я спала тогда и протягивает мне — Возьми, тебе сейчас она нужнее — взяла. На ней его стойкий запах. Теперь мне будет казаться, что он где-то рядом. Надела. Вот, так теплее. — Спасибо — сколько раз за последние пару минут я сказала «спасибо», даже считать не буду. — Тебе пора бежать, не стоит его ждать. Если что, он на телефоне, позвони ему — он меня так быстро хочет сплавить на работу? Хотя в чем-то он прав, я не знаю как долго не будет оппы, а на работу опаздывать не хочу. Только таких неприятностей мне для полного счастья не хватало. — Хорошо… могу я попросить занести мои вещи к оппе или в мою квартиру? — не тащить же их на работу. — Могла бы и не говорить, все сделаем в лучшем виде. Не беспокойся — эти слова заставляют меня нервничать. — Ладно, спасибо. Я пойду, опаздывать не хорошо — ненавижу опаздывать, а тут сама уйти не могу. — Скажи это Чимину, про опоздания. Беги уже, чаги — реально будто прогоняет — А, еще… ты же проводишь нас в тур? — неуверенно спрашивает он. Это же шутка? Как он себе это представляет?! Да, если эта толпа фанатов только увидит меня рядом с ним, мне крышка. — Ты серьезно? Ты хочешь, чтобы я проводила? А как же ваши фанаты? А если они меня заметят? Это небезопасно. — Да, серьезно. Этого хочу не только я… все парни, мы это уже обсудили… Мы и правда хотим, что бы ты вместе с Ваном нас проводила. Тур долгий, мы еще не скоро увидимся… Ты же сделаешь это для нас? Обещаешь? — столько мольбы в его последней фразе, этот взгляд… у меня от него мурашки по коже. Он такой завораживающий, пленяющий, заколдовывающий и сводящий с ума. Как ему противостоять? — Обещаю, но как же я доберусь до Вас? Мне нужно не попасться вашим фанатам… — сомнения одолевают меня. Как это сделать? Может оппа знает? И где его носит, когда он так нужен? — Оставь эту проблему на меня. Я все решу, не беспокойся и беги уже — подгоняет. Было ли это их общим планом? Боюсь представить, если бы они вдвоем меня просили, как быстро я не смогла бы устоять? Один только Ван знает, что ему нужно сделать, чтобы я согласилась на любое его предложение…, а теперь еще и Юнги. Так тонко манипулируют моим сознанием, что я и сама на все соглашаюсь. — Хорошо, спасибо тебе за все. Я побегу — отхожу на пару шагов от него. Мы стояли слишком близко и я заметила это только сейчас. А он еще и без маски! Если бы кто-то увидел? — Хорошей смены и не забудь поесть — что? Поесть? Блин, мы же так и не поели. Гадство. Они у меня совсем голодные. Девушка еще называется… Оставила двоих парней голодных. Он протягивает мне какой-то пакет, я машинально его забираю. — Что там? — недоуменно смотрю на него. — Твой обед-ужин. Мы заезжали на заправку, но ты так сладко спала, что мы решили тебя не будить — говоря это он улыбается. Сколько раз я должна говорить о том, что его улыбку нужно запретить как оружие массового поражения? — Спасибо, что заботишься обо мне — смущенно улыбаюсь. — Не стоит. Беги уже, у тебя десять минут — поторапливает меня. Кажется, что у них есть еще какие-то планы, но посвящать меня в них не планируют. — Уже убегаю — не знаю, стоит ли сделать то, что только что пришло в мою голову. Раз сегодня день идиотских и необдуманных поступков, могу же? Не оставляю сомнений и напоследок, резко подхожу к нему и обнимаю. Соприкосновение тел длится всего секунду, но мне это мгновение показалась вечностью. В ноздри попал его аромат, такой приятный и любимый. У меня точно все не в порядке с головой, раз я так поступаю. Отстранилась и убежала с парковки. Ничего не сказав, пусть думает, что хочет, но это уже сильнее меня.       Не смотрю по сторонам, добегаю до магазина и останавливаюсь. Пытаюсь отдышаться. Спустя пару минут получается привести свое дыхание в порядок. Успокоиться. Импульсивное действие, но такое желанное? Захожу в магазин, за кассой Бао. Ничего не поменялось, будто я и не уезжала так спонтанно… — Привет, Дженни. Прикольно выглядишь, тебе очень идет мужская толстовка — Блин, когда брала ее у Юнги не подумала об этом. — Привет, Бао. Да, мне тоже нравится. Минутку подожди, я сейчас надену жилетку и сменю тебя — направляюсь в кладовку. Столько всего здесь было, в этом маленьком магазинчике, даже в этой кладовке… Надела жилетку и вышла в зал. На кассе расплачивались последние посетители, магазин опустел. — Как ты? Очень устал? — меня взволновал его вид. Такой замученный, уставший и изнуренный. Он вообще не отдыхал что ли? — Я нормально, немного устал — ложь, это видно. Он сильно устал и совсем не в порядке. — Иди домой, я со всем справлюсь. Хорошенько отдохни и поспи. — Уже иду, отличной тебе смены и не перегружай себя — эта ненавязчивая забота приятна. — Спасибо, не буду — мило улыбаюсь. Не знаю, что именно повлияло, но мое настроение было радостным. То ли это от того, что я наконец-то вернулась на работу, то ли от того, что Юнги попросил меня их проводить в мировой тур. Будет много проблем, но мы справимся. Он как мой ангел-хранитель, да? Если он говорит, что все решит, значит так и будет. Хочется верить ему. — Все, я ушел — он помахал мне рукой и ушел в закат. Так осталась одна в магазине. Смена началась.       На мое счастье, почти никого не было всю ночь, поэтому я спокойно могла почитать книгу «Одиночество в сети», которую только недавно начала читать. К сожалению, в связи со всеми этими событиями, дальше первых глав я еще не продвинулась, но у меня будет еще много времени, чтобы ее прочитать. А после Януша Леона Вишневского, хочу прочитать несравненную Марину Мин*.       Оппа звонил несколько раз и спрашивал про мое самочувствие, но на удивление все было хорошо. Я полностью погрузилась в книгу, прочла ее за ночь. Мне она понравилась. Она об обычных людях, которых можно встретить в любом уголке планеты. О любви, в разных ее направлениях, так как в романе изображается не одна трагическая история любви. Если ее можно так назвать, а несколько. Все они по-своему прекрасны и удивительны. Благодаря ей, я осознала какую роль в моей жизни играет интернет и как он может изменить привычный ход моей жизни. Ее конец, оставил странное послевкусие, но заставил также задуматься о том, как я бы поступила в данной ситуации. Мнения об этой книге такие разные, но в ней можно найти что-то и для себя.       Смена закончилась слишком быстро, но я не чувствовала усталости. Может это и хорошо. Сменил меня Бао, а я ушла домой. Шесть утра, все нормальные люди спят. Оппа тоже. А с учетом того, что он названивал мне почти каждые три часа, это совсем не удивительного. И чего переживал? Я же на работе, никаких посторонних мыслей. Всегда помогает.       Уже в своей квартире-дома стало понятно, насколько здесь пусто. Неужели, за такое короткое время я смогла привыкнуть к тому, что здесь постоянно кто-то есть? Один только Юнги чего стоит. А мои воспоминания о нашей эмоциональной близости? Заманил в свои сети и не отпускает. Не уверена, что смогу из них выбраться.       Стоило мне добраться до кровати, обнять кумамона, который, почему-то, пах как Юнги, я провалилась в сон. Все-таки это ощущение бодрости было мнимое. Жаль. Мне еще о многом стоит подумать, а в особенности о том, как я буду провожать бантанов в аэропорту? Но не суть важно, раз Юнги обещал все спланировать, значит сделает. Он слов на ветер не бросает.       Сон, дом, работа, небольшие посиделки с оппой. Так незаметно для меня пролетело полторы недели. Завтра полноценный выходной, можно поспать побольше наконец-то. Если бы не тот, факт, что сейчас мне звонит «Сахарок», завтра они улетают в Лос-Анджелес и начинается их тур. За это время мы не общались, но оппа передавал им как у меня дела. Особенно ему было интересно мое эмоциональное состояние, которое как обычно скакало, но я этого не показывала. — Дженни, доброго вечера. Я придумал, как ты можешь нас проводить. Весь план у Вана, завтра увидимся — протараторил он в трубку и отключился.       Что это было? Моего ответа вообще не требовалось. Сказал и отключился. Молодец. Так зачем было звонить, если можно было написать? Аргх. Бесит. Раз вся информация у оппы, то решила пойти сразу к нему. Чего время терять? Хорошо, что моя домашняя одежда, в которую так не кстати превратилась и толстовка Юнги, подходит для того, чтобы спуститься по лестнице к нему. Стою у дверей и думаю, постучать или нет? Все же за эту неделю он видел меня в разных образах. От счастливой и готовой дарить свою улыбку всему миру до откровенно задолбавшейся и мечтавшей оказаться в кровати и получить свою порцию обнимашек. Ладно, будем правильными и постучимся, хотя у меня и есть ключи от его квартиры. Тук. Тук. Не проходит и пары минут, как дверь открывается и передо мной стоит Ван. Я разбудила его что ли? Он сейчас такой милый, сонный и немного помятый. — Привет, оппа. — Привет, чаги… ой, солнце — голос с хрипотцой — Ты что-то хотела? — Да. Звонил Юнги-оппа, сказал, что ты знаешь план, как мы завтра будем их провожать? — Ага, но я все сделаю сам, не думай об этом — хитрая улыбка настораживает. — Эй, я тоже хочу знать. — А не скажу — игриво отвечает он. — Я обиделась — благодаря ему и у меня игривое настроение. — Ну, солнышко… не обижайся, это сюрприз будет. Но подъем у нас будет ранний, советую пойти поспать. Я разбужу тебя — вот нахаленок вредный — Кстати, тебе идет его толстовка — заметил, но мог бы и не говорить это. — Ну… ладно, тогда я пошла к себе. Спокойной ночи и сладких снов. — Угу, иди сюда. Обниму. Опять ты вся в работе и нет времени на нормальную еду? Похудела, нельзя так — подхожу к нему и он обнимает. Его руки… за это время после поездки в Тэгу, он так редко меня обнимал, успокаивал… Я скучала по этому ощущению защищенности и заботы. Но… я помню и другие руки, которые меня обнимали, в которых было также уютно и тепло. — Я стараюсь нормально питаться, но ты же понимаешь — мне стыдно, что я перестала о себе заботиться. — Понимаю, глупышка. Иди домой, выспись хорошенько, завтра будет тяжелый день. — Угу — не хочу уходить, а завтрашний день не принесет мне радости — Спокойной ночи и сладких снов — вылезла из его объятий и пошла к себе.       Чувствовала, как он смотрит мне в след и молчит. Понимает, что для меня значит? Но как он может понять, если я и сама не знаю.       В квартире, легла на кровать и обняла кумамона. Тяжелый день, предстоящая разлука с мемберами, меня не радовала… Хоть мы не общались вовремя их подготовки к туру, но мысленно они всегда рядом. Шутник Джин, умный Джун, весёлый Хоби, серьезный и ласковый Юнги, энергичные Чимин, Тэ и Чонгук. Мне будет вас не хватать.       Размышляя об этом, лежа в кровати, я заснула.