I'll be happy

Влечение ума рождает уважение, влечение души рождает дружбу, влечение тела рождает желание. Все это вместе и есть любовь. Если хотя бы один компонент отсутствует, вы получите все что угодно, только не любовь.

Алиса Фрейндлих

— Если у нас ничего сегодня не получится, то может в следующий раз — нежным шепотом произносит, когда почти готовая не то ваза, не то кувшин рушится прямо в моих руках — Думаю, что на сегодня достаточно. Поехали домой? — Поехали, оппа — на самом деле, я не особо хотела возвращаться домой. Мне очень хотелось остаться в нашем маленьком и уютном мирке, где никто не сможет нас потревожить. Это так глупо, но… думаю, что смогла бы отказаться почти от всего ради этих мгновений. — Ты действительно этого хочешь? Поехать домой и закончить этот день? — наверно, все мои эмоции были написаны на лице или он так хорошо меня понимает. — Я не хочу возвращаться домой прямо сейчас, но я также понимаю насколько наше время ограничено… — смотрю на него и понимаю, что у этого гения есть какой-то план. — Да, к сожалению, наше время ограничено, но мы все еще можем быть на связи. А сейчас, я могу посоветовать тебе не думать об этом, а еще лучше - сосредоточься на мне… Пожалуйста — нежный шепот на мое ухо, мурашки и электрический ток, пробегающий по моим венам, путают мысли. Знаю, понимаю, еще слишком рано для всего этого, но я так хочу… И его реакция, учащенное сердцебиение, тяжелое дыхание подсказывают, что не я одна этого хочу. — Ты всегда в моих мыслях. У тебя есть план куда мы направимся? — плавно пытаюсь перевести тему и Юнги позволяет мне это. Господи, как же слащаво звучат мои слова (даже для меня самой), но это истина, от которой никуда не уйти. — Я все спланировал, а теперь тебе стоит умыться — его руки, измазанные глиной, касаются моей щеки — Ты немного испачкалась. — Ты издеваешься? Юнги-я, ты специально так делаешь? Зачем ты испачкал меня? — вот как у него получается заставить меня улыбаться и беситься одновременно? — Немного, ты слишком уходишь в свои невеселые мысли, беспокоишься о тех вещах, которые изменить не можешь… И с этой глиной на лице ты еще прекраснее… — еще и шутит, "злой" гений. — Я же не специально думаю об этом — огорченно произношу — значит ты решил сделать мне глиняную маску? — Ага, только теперь тебе точно нужно умыться и поехали в еще одно место. Мне хочется показать тебе кое-что — произносит слегка растерянно, но улыбается так счастливо. — Угу, благодаря тебе, мне и нужно умыться — отстраняюсь от него и иду к умывальнику. Глина застывает и стягивает кожу, что слегка меня беспокоит. А уж с моим типом кожи, сильно сушить ее нельзя, а то потом разорюсь на увлажняющих кремах.       В отражении зеркала вижу счастливую себя: румяную, с счастливыми глазами, нежной улыбкой и глиняным рисунком на правой щеке. Как бы мило это не было, но все же стоит смыть этот "шедевр" со своего лица. И почему я в отместку ему ничего не нарисовала?       Дженни, соберись. Ты превращаешься в желе рядом с ним, а это даже для тебя перебор. Ты же никогда такой не была, так почему сейчас? Понятно, что во время влюбленности я глупею, но не настолько же? А он? Мы с ним снаружи два самых хладнокровных человека, а сейчас… наедине ведем себя как два изголодавшихся по теплу человека.       Быстро закончив, вернулась к Юнги. Нельзя быть таким обаятельным и красивым, даже после возни с гончарным кругом. И пусть он тоже привел себя в порядок, но сейчас стал выглядеть еще более соблазнительнее (куда уж больше-то?). Он сводит меня с ума. — Ты готова? — спрашивает он, осматривая меня с ног до головы. Его взгляд на несколько секунд задержался на моих губах. Решила отомстить ему другим способом… Провоцируя его, медленно провожу языком по своим губам… Вижу как тяжелеет его взгляд и это заводит еще больше. Ха, провокация удалась. — Всегда готова, оппа. — Пойдем уже — хватает меня за руку и тащит за собой в машину. Странно, что он не пошел к администратору и не сказал, что мы закончили. А может уже говорил с ним, пока я любовалась делом рук его…       Уже, сидя в машине, когда он сам меня пристегнул, много думала о том, как же естественно у нас с ним все происходит. Нет неловкости, которая так часто сопровождает парочек на первых порах отношений. Мило то, как он заботиться о таких мелочах, делает все это так непосредственно, будто так и надо. Боюсь, что к таким вещам я еще не привыкла, но благодаря ему, смогу выработать такую привычку.       Сейчас, когда Юнги занят вождением, я могу посмотреть что же он положил в этот подарочный пакетик. Думаю, что подарок был излишним, мне была больше приятна сама его компания, но дурацкий этикет диктует какие-то правила. И пусть большую часть мы все же игнорируем в пользу своего желания, но именно этот пункт он не стал нарушать. Мило и глупо, как по мне.       Открыла пакет, а там лежит несколько шоколадок с цельным фундуком и кулоном с небольшой серебряной буквой «Y». Первая буква его имени? Это так приятно и неожиданно. Вот уже чего я не могла ожидать от него, так это какого-то собственничества по отношению ко мне. Думаю, что я могу расценивать этот кулон как метку принадлежности. И что самое безумное во всем этом, так это мое отношение - потому что я ни капельки не против такого.       Теперь я знаю, что смогу подарить ему после последнего концерта, в день нашей следующей встречи. Это будет символично. Кулон с его буквой будет висеть у меня на шее, цепочка достаточно длинная и сама буква будет около груди. А я подарю ему серьгу с буквой «J». Только самые близкие будут знать о смысле этих украшений, а большего мне и не надо. — Тебе нравится? — из хоровода моих мыслей выводит голос Юнги, бросая взгляд на украшение в моих руках. — Очень. Я ведь правильно понимаю значение этого кулона? — вопросительно смотрю в ответ, изящно выгибая левую бровь. — Ну, мысли я читать не умею, но думаю, что ты правильно все поняла. Да, этот кулон с первой буквой моего имени. И может тебе это покажется очень глупым, но я хотел бы, чтобы ты это носила. Особо умные догадаются, что ты уже занята и не будут лезть, а это добавит спокойствия в мою тонкую душевную организацию — последние слова он произнес пародируя кого-то, я не поняла только кого. — Я бы и просто так стала его носить. Мне он нравится, с ним я буду чувствовать себя ближе к тебе. А с учетом твоего графика, моей учебы и работы, невозможности увидиться в скором времени, я хотела бы продлить эти мгновения — и это он еще не знает, что наша следующая встреча будет только через десять дней на концерте группы. Наконец я смогу увидеть его в образе Шуги на сцене, вживую. Интересно, а какой будет его реакция? За все это время до концерта, я должна буду столько всего сделать. — Я рад, что он тебе подходит — смотрит как я надеваю его на себя. — Не отвлекайся от дороги, оппа — он, конечно, хороший водитель и все-такое, но опасно переключать свое внимание куда-то вне дороги, когда ты за рулем. — Ничего не могу с собой поделать и мы приехали — останавливается около какого-то кафе. Местность мне не знакомая, но и не часто я куда-то выезжала. Может со временем все поменяется, а то уже больше полугода в Корее, а не была нигде, кроме Тэгу. Да даже в магазин одежды не ходила. Ношу только то, что привезла с собой из России, и мне этого было достаточно. — Кафе? — Да. Что же я за кореец, если не свожу свою девушку вкусно поесть? Тем более уже достаточно поздно и ты голодная — не думаю, что наша одежда подходит для кафе. Тут скорее какую-нибудь милую забегаловку, и радости будет больше чем в ресторане. — Ты прав, я немного проголодалась… — как неловко-то, с ним я полностью теряю чувство времени и голода. — Вот видишь, пошли я тебя накормлю — выходит из машины, повторяет все манипуляции как и возле мастерской.       Держась за руки, направились к небольшому входу в неприметное кафе. Его и не сразу увидишь, но, больше всего, мое внимание привлекли тонированные панорамные окна. Сквозь них ничего не видно, но что-то подсказывает мне, что это одно из тех мест, куда он не водит кого попало.       Только войдя в кафе, сразу смогла ощутить атмосферу домашнего уюта и тепла. Помещение небольшое темных и приглушенных оттенков, все столики огорожены друг от друга. Пока я все осматривала, Юнги говорил с хостес и договаривался о столике. Судя по всему, он забронировал столик тут.       Он и правда все распланировал. Чувствовала, что каждое его действие было просчитано до мелочей, но это даже не уязвляло мою гордость или что-то подобное, скорее мне больше нравилось, что не я ответственная за все. Хостес провела нас за угловой столик, оттуда великолепный обзор на вход в кафе. Мы видим всех, кто заходит, но нас никто не видит. Идеально.       Присаживаясь за столик, взяла меню, но Юнги… аккуратно забирая его из моих рук, тихо прошептал: — Я уже все заказал и учел то, что ты не любишь острое. — Спасибо, я не думала, что ты, все же, запомнил это. А что еще ты помнишь обо мне… из наших первых встреч? — Хмммм. сложно сказать, но я знаю, что ты много работаешь и стараешься хорошо учиться, чтобы получить стипендию, мало спишь, любишь молочный шоколад с цельным фундуком, обожаешь черный чай с одной ложкой сахара, в свободное время читаешь. Часто, когда задумываешься, непроизвольно прикусываешь нижнюю губу, когда нервничаешь стучишь пальцами по любой поверхности, отбивая беспокойный ритм. Не любишь ярко краситься и нравится носить майки с открытым декольте, обожаешь животных и скучаешь по сестре. Много проводишь времени в одиночестве и часто тебя это беспокоит. Любишь, но редко ходишь в парк аттракционов, метко стреляешь. Многие вещи принимаешь близко к сердцу — все это он произносит пристально разглядывая мое лицо, одной рукой поглаживая мои пальцы. — Ты много замечаешь — я удивлена, что он так много приметил — поэтому ты подарил мне Юнга? — Да, поэтому. С ним ты больше будешь думать о себе в плане здоровья, потому что слишком ответственная. Не можешь бросить все на полпути, только не ты. Чтобы ты не делала, ты всегда идешь до конца — уверенность в его словах поражает меня. Никогда не думала, что он видит меня такой. — Ты мне льстишь, я никогда такой не была. Руки так часто опускались, что я даже со счета сбилась — вся моя неуверенность вылезла наружу. — Не будь к себе такой жестокой, совсем себя не любишь — он расстроен этим фактом, но я стараюсь любить себя больше. — Благодаря Вам, я становлюсь лучше. Смогла полюбить себя, а это не быстрый процесс.       Официантка принесла заказ и расположила перед нами ттоккальби с кимчхи мари куксу — в этот кимчхи не входит красный перец, поэтому оно и не будет острым, пибимпап и даже ччачжанмен. Все эти блюда не острые, а значит, я не покроюсь красными пятнами. Напитками ко всему этому богатству были - чай мне, ему кофе. — Приятного аппетита — пожелала ему и принялась за еду, он повторил.       Мы кушали в тишине, много слов было сказано, много действий. Все это нужно осмыслить, принять и осознать. Мы с ним никогда не были простыми людьми в плане отношений с другими, но сейчас, все только обостряется. Мой прошлый опыт не был самым счастливым и я бы с радостью его забыла. Этот груз только тянет меня на дно, а Юнги мой спасательный круг? Метафора, конечно, так себе…, но это все больше и больше похоже на правду.       Сейчас время бежало слишком быстро. Только недавно мы встретились возле моего дома, а сейчас уже почти полночь. Я не Золушка, но наша сказка скоро закончится. Стоит мне только зайти в свою квартиру и все прекратится. Новый день, новые возможности (как банально-то) — Ты опять думаешь о времени? — Да, я немного беспокоюсь о том, что нас ждет. Может я и перегибаю палку, но не могу вытравить это из себя. — Эй, не стоит. Ты же не думаешь, что я здесь только на один вечер? — в его голосе и глазах видно раздражение от хода моих мыслей. — Прости. Обещаю, что больше не буду думать об этом — он не верит моим словам, но все же дарит свою поддержку, крепко сжимая мою руку. — Так-то, не стоит во мне сомневаться — слегка самоуверенно произносит, что меня немного смешит. Грустные мысли уходят из моей головы, когда я вижу на его лице неприкрытую радость. Неужели всего пара моих слов может так его порадовать? Мы словно лекарство друг для друга. — Я больше не буду в тебе сомневаться, обещаю — я говорю это как можно более искренне, потому что верю в это. Он тот, кто всегда будет рядом. Если я буду слабой, то он будет сильным и наоборот. Команда. Пожалуй, именно отношения, построенные на взаимном доверии и уважении, будут самыми долгосрочными. — Прошу прощения, но не могли бы вы рассчитаться? Мы закрываемся — подошла официантка, но смотрела она только на Юнги. Если бы я не знала насколько он верный всему чем занимается, я бы ревновала много и сильно. Но я так же знала на что шла, когда согласилась встречаться с ним. — Да, конечно — чек, оплата и она ушла. — Прости, но боюсь, что наше время здесь сегодня заканчивается. Мне жаль, но я обещаю, что в следующий раз таких ограничений не будет — он тоже расстроен, что наше свидание заканчивается так. Если приглядеться получше, то видно, что он устал. Ему бы тоже отдохнуть и побеспокоится о себе, а не обо мне. — Я все понимаю, не стоит переживать. Тем более, что я вижу как ты устал. Может переночуешь у Вана сегодня? Не хочу, чтобы ты уставший один за руль садился. Или мне попросить кого-нибудь из парней за тобой приехать? — может так падает свет, но он выглядит изнуренным. Глупая я, нам стоило сразу после мастерской поехать домой, а не заезжать в кафе. — Я еще не решил по поводу ночевки, но не думаю, что Ван будет сильно против, если я переночую у него. Да, и остальных не хочу беспокоить. Наше расписание с завтрашнего дня слишком загруженное, чтобы они еще сюда приезжали — произносит задумчиво и прямо вижу как крутятся шестеренки в его голове. — Хорошо, пойдем… не стоит задерживаться, тебе нужно отдохнуть. — Пойдем.       Вышли из кафе, а на улице уже очень темно. Звезд не видно, но в таком городе это и неудивительно. Пожалуй, я бы больше удивилась, если бы их все же увидела. А если подумать, то одну звезду я все же вижу… — это Юнги. Самая яркая звезда в ночном небе, освещающая мой млечный путь. И я знаю, что не только для меня он сияет, но и для всех фанатов, которые выбрали его своим биасом.       Домой мы ехали в блаженной тишине. Никто из нас не хотел нарушать последние мгновения наедине. Он и я знали, что все закончится стоит нам расстаться возле подъезда. Казалось, что отпустить его сейчас для меня самое сложное. Мы только начинаем, но его ответственность перед фанатами слишком велика, и я могу это понять. Их любят, а они в ответ отдают себя целиком работе. Для меня как для поклонницы группы — это бесценно, но как их другу… видя, как сильно они убиваются на репетициях, как до кровавых мозолей тренируют каждое движение тела, срывают голоса ради расширения своего звукового диапазона… мне ужасно больно за них. И это их выбор, и не мне его судить или как-то обсуждать. Можно даже сказать, что именно их выбор профессии свел меня с Юнги.       Машина остановилась возле подъезда. Смотря на лицо Юнги в свете уличных фонарей, такое бледное и уставшее, уже знала, что он не останется ночевать у Вана. Может сегодняшней ночью он потратит какое-то время на дорогу домой, но есть вероятность, что кто-то из парней даст ему возможность доспать это время.       Мое сердце разрывалось от понимания, что сегодня я вижу его в последний раз, но кто-то из нас должен сделать первый шаг и уйти. Он повернулся ко мне лицом, и я могу разглядеть такое же нежелание расставаться в его взгляде. Левой рукой хватаю его запястье, пульс учащается. Он внимательно следит за моими действиями, а мне большего и не надо. — Думаю, что мне пора идти. Могу я попросить тебя написать мне, когда ты будешь в общаге? Я беспокоюсь о тебе и о том, как ты доберешься туда — крепче сжимаю его руку, а он даже не сопротивляется этому. Может и глупо, но таким образом, показываю свое беспокойство о нем. — Хорошо, я напишу тебе, когда приеду — его вторая рука ложится поверх моей. Наклоняется ко мне, все ближе и ближе. Чувствую его дыхание на своем лице, пристальный взгляд, в котором вижу просьбу поцеловать. Словно зачарованная, не отрывая глаз от него, наклоняюсь ему на встречу.       Он трепетно, нежно и аккуратно, словно боялся меня испугать, коснулся своими губами моих. В это касание он вложил все свои страхи и неуверенность, которые у него были. Поддавшись ему на встречу, отвечаю на поцелуй. Делюсь с ним через него своей любовью, нежностью и хочу запомнить каждый момент этого действия. Когда он посасывал, прикусывал мою нижнюю губу из меня вырывается стон. Приоткрыв рот, его язык проник в мой, касаясь нёба, зубов и исследуя «обратную» сторону губ.       Нехотя, из-за нехватки кислорода, нам пришлось оторваться друг от друга. Этот поцелуй был прощальным и отчаянным для нас. Мы вложили в него все свои чувства, всю неуверенность и надежду, которая у нас была, поскольку не могли выразить их словами. — Тебе пора, иначе я просто не смогу тебя отпустить домой — наше сбившееся дыхание громко отдается по всей машине. — Тогда мне стоит пойти. Пиши мне, пожалуйста, когда у тебя будет возможность. Я буду ждать от тебя хоть какого-нибудь сообщения — ничем не прикрытая мольба в моем голосе. — Обещаю, ты от меня еще устанешь — даже сейчас он пытается шутить — Иди, только напиши, когда ты будешь в квартире. — Хорошо, спокойной ночи и сладких снов тебе — невесомый, легкий, прощальный поцелуй в щеку. Выбегая из машины, оглядываюсь на сидящего в машине Юнги, который смотрит мне вслед.