I'll be happy

«Жизнь — это не черно-белая зебра. Жизнь — это шахматная доска. Здесь все зависит от хода человека» © Харуки Мураками

В наступившей тишине, после слов Чонгука, пока я делала глоток своего чая, резко открывается шторка и раздается голос: — И какие такие отношения связывают эту юную мисс и Мин Юнги? — Не хотите-ка объяснить мне всё, а парни? — поднимаю глаза и вижу мужчину в очках невысокого роста, полноватого, который пристально смотрит то на парней, то на меня. Мне конец. Для полного «счастья» и краха всего дня тут не хватает только самого Алекса и Дэна. Насколько этот день может провалиться по всем статьям? Мне кажется, что дальше падать уже некуда. Намджун, Чогнук и я резко встали со своих мест и поклонились их продюсеру. Какова вероятность того, что мне запретят общаться с Юнги, встречаться с ним? Я не знаю… Во мне где-то сидит надежда на его великодушие и понимание наших отношений. Есть ли пункт в их контрактах, который может запретить нам всё? Какой будет реакция Бан Шихека? — Здравствуйте, PD-ним — произносим хором и я повторно кланяюсь, боясь смотреть ему в глаза и не зная, что сказать. — Кто-нибудь из вас троих ответит на мой вопрос? — строго, словно допрашивая школьников на контрольной — Намджун? Чонгук? Мисс? — переводя взгляд с одного на другого и останавливаясь на мне. — Господин, можем ли мы поговорить в другом месте? Не думаю, что мы хотели бы придать огласке всю эту историю — предлагаю понимая, что сбежать не получится, но может мы сможем найти Юнги или кто-нибудь его позовет на встречу к директору. Вместе мы сможем что-то придумать. Кто из нас гений в конце концов? Точно не я. — Хорошая идея, мисс. Давайте пройдем в мой кабинет, заодно и остальных позовём — не очень громко произносит, а потом чуть тише — Чую, что не только трое из ларца тут замешаны, а вся семёрка. Маленькие детки, маленькие бедки. Больше детки — большие проблемки — а это уже совсем себе под нос бормочет. Кажется, у них это семейное. Все в БигХит любят ворчать себе под нос, думая, что их никто не слышит — Пойдёмте за мной, герои — строго как отец, дети которого нашкодили и их следует отчитать, чтобы они больше не повторяли таких ошибок. Не знаю, как мне относится к такому поведению директора, вроде страшно, а с другой стороны — не очень. В любом случае, разговор должен был быть, но как и всегда, всё случилось по очень ускоренной версии нашей жизни. Директор пошёл первым, за ним последовал Намджун, а уже за ними пошли Чонгук и я. Гук, как вечно голодный ребенок ещё и еду всю нашу забрал. Правильно, а то это сейчас у меня кусок в горло не лезет, а потом кушать (а точнее уже даже жрать) захочется с ускоренной силой. В одной моей руке стакан с чаем, а другой быстро пытаюсь написать сообщение Юнги, о том, что кажется разговор Бан Шихёком ждет нас раньше чем позже. Надеюсь, что он сразу догадается подойти к его кабинету и придумает хоть какое-то правдоподобное объяснение всему этому и почему мы не сообщили директору до того, как он сам всё узнал. — Дженни, не переживай, он не такой страшный и строгий как кажется — шепчет Чонгук, пытаясь успокоить мои нервы, смотря на мои трясущиеся руки. — Угу. Почему мне кажется, что ваш директор, который словно ваш отец, сейчас будет оценивать меня со всех сторон, и… если вдруг я ему не понравлюсь, меня отправят как можно дальше, чтобы я никаким способом не могла проводить своё время с ним или вами — также тихо, надеясь, что меня никто, кроме Гукка не услышит. Где-то в глубине души, во мне тлеет надежда на благоприятный исход событий. Быстро допила свой чай и выкинула пустой стаканчик в ближайшую мусорку. (Да, я знаю, что в Корее всё немного не так с переработками мусора как в России, но пусть будет так для этой главы) Дальнейшая дорога до агентства прошла в тишине и моих тщетных попытках дописаться до Юнги или оппы, но никто из них не отвечает на мои панические сообщения. Неужели не слышат звук уведомлений? Хоть бы смайлик или точку отправили б, что прочитали. Так у меня хотя бы было понимание, прочли они их или нет. Если будут все парни, сможет ли Юнги притащить Вана на это собрание? Я бы точно не отказалась сейчас от поддержки брата и всех остальных, особенно на этой беседе. Я так не нервничала, даже когда первый раз официально с парнями знакомилась, особенно после того, как послушала то, как они спасли Вана. Вся наша процессия, видимо, чтобы не привлекать много лишнего внимания, хотя это было сложно, когда её предводитель сам Шихек, вошла в здание через парковку. Но всё равно некоторые сотрудники заметили слегка необычную компанию и жующего Гука, но к этому, видимо, уже привыкли, проводили нас взглядом, переглянулись между собой и пошли дальше. Странная реакция, но в данный момент, это меньшее из моих забот. Думаю, что все слухи, которые поползли стоило нам зайти в коридор, ведущий к кабинету Бан Шихека, будут им остановлены, если кто-то не захочет лишиться работы в его агентстве. Уверена, что таких идиотов нет. Быть уволенным с «волчьим билетом» из такой компании — самый глупый способ испортить себе карьеру в этой стране. В этой профессии земля слухами полнится… Один слух о том, что кто-то не соблюдает контракт о неразглашении, и двери в другие компании будут закрыты. Навсегда. У дверей кабинета уже стояли Джин, в довольно типичном для себя наряде: розовой толстовке и рисунком RJ и джинсах, Хосок в черной футболке и цветастых спортивных штанах. Видно, что он после тренировки или сорвали с неё, лоб был слегка потным. Вечный трудяга. Чимин и Тэхен о чём-то перешептывались, одетые словно братья-близнецы в чёрные футболки и чёрные спортивные штаны, загадочно улыбаясь и украдкой кидая взгляды на Джина и Хосока. Какую глупую шутку на этот раз они придумали для своих хенов? И почему я в ней не участвую? Юнги и Вана всё ещё нет… Да где их черти носят, а? Неужели так трудно прочитать сообщения? Так, Дженни, соберись, сейчас не время думать о шутках, когда решается твоя судьба. — Спокойствие, только спокойствие… как завещал нам великий Карлсон. — Здравствуйте, PD-ним — сказали парни хором и поклонились. Он, окинув их взглядом, тяжело вздохнул и сказал: — Все ко мне в кабинет… И где Юнги? — смотря, почему-то, на Джина с Хосоком. Неужели они что-то знают о том, что задумал мой парень и тоже ничего не сказали? Что вообще тут творится? — Будет через пару минут — отвечает Хосок, улыбаясь и подмигивая мне, вселяя надежду на хороший исход данной беседы, заходя в кабинет следом на всеми. — Присаживайтесь, подождём опаздывающего и начнём — строгим голосом, но добродушно глядя на парней произносит, но его взгляд моментально становится холоднее, когда смотрит на меня. Никогда бы не подумала, что у такого человека может быть настолько ледяной взгляд, обращенный к кому-либо. И, кажется, что я знаю, у кого Юнги учился такому взгляду. Но всё бывает в первый раз. Парни присели на большой диван, расположенный вдоль правой стены кабинета, и даже оставили место для меня, но я не чувствовала себя достаточно комфортно, чтобы присесть на свободное место, поэтому встала рядом с ними, попутно осматривая сам кабинет. Кабинет Шихека подходил ему… Просторный, светлый, на стенах висят грамоты, стоят награды и очевидно, радуют глаз директора компании. На столе стоят несколько рамок с фотографиями, но к сожалению, с моего места не видно что там за снимки, но почему-то думается мне, что все они связаны с компанией, с его детищем и его «детьми». Все группы, либо сольные исполнители, которые находятся под его опекой, все они его дети. Спустя ещё пару минут, когда я уже не знала куда девать свои глаза, чтобы не пересекаться взглядом с директором, наконец-то раздался стук в дверь, а значит они пришли. Или он пришел. — Войдите — громко произносит Бан Шихек. Дверь открывается, пропуская сначала Юнги, входящего спокойного и какого то умиротворённого, а также Вана. Выдохнула. Они рядом, а значит, мы сможем всё решить, какая бы проблема не была и что бы не решил директор. Юнги встал по левую сторону от меня, Ван по правую, вызвав некое недоумение у директора — Не прошло и полугода — сарказм из уст Шихека так и лился, но он не был злым — Приветствую тебя в своей компании, Ван Ибо. Решил согласиться на моё прошлое деловое предложение? — это было уже сказано совершенно другим деловым тоном. Сразу видно, что его хотели видеть в этой компании и были бы рады, если бы он согласился на сотрудничество. — Простите за задержку, PD-ним — кланяясь, произносит Юнги. — Это одна из причин, почему я сегодня в Вашей компании, сонбэним — отвечает оппа. — Отлично, обсудим это после нашей беседы с остальными твоими друзьями — всем своим видом показывая, что хоть оппа и желанный гость в его компании, но сейчас будет обсуждаться то, что не предназначено для его ушей, а именно, личные дела компании и ему тут не место. — Тут находится моя названная сестра, и я хотел бы услышать о чём Вы будете говорить с ней — произнося эту фразу, он взял меня за руку, таким образом давая знать, что все они рядом. …. Отлично, меня не бросили на съедение волкам, в народе именуемым Big Hit Ent., в лице его действующего директора Бан Шихека. Мой внутренний сарказм готов был вырваться из моего рта, хотя внешне я старалась быть невозмутимой. Брат мог почувствовать моё волнение по слегка подрагивающимся пальцам. Но когда мы выйдем отсюда, в безопасном месте, я позволю эмоциям взять верх и обязательно выскажусь по поводу их игнорирования жизненно важных сообщений. — Итак, Ван Ибо, ты дал мне ответ на один из множества вопросов, которые у меня образовались, после встречи с этой девушкой — задумчиво — и я очень хочу получить честные ответы на остальные вопросы — пристально оглядывая всех нас, уделяя особое внимание мне и Юнги. Что ж… Этого следовало ожидать, но это не значит, что мне это нравится. — Господин, что именно Вы хотите знать? — слегка обреченно спрашивает Джун как истинный лидер нашей группы клоунов. — Напомни, как тебя зовут? — спрашивает Шихек у меня. — Хо Дженни, господин — делаю уважительный поклон, на который директор реагирует легким кивком головы. — Отлично. Из разговора, который я услышал, мы выяснили, что ты встречаешься с нашим Мин Юнги. Я хочу объяснений как так вышло, и почему меня не поставили в известность, как директора компании, в которой все вы работаете — ещё раз обводит их взглядом — Не говорю уже о том, что если бы, не дай бог, что-то просочилось в прессу, я должен был знать, чтобы прикрыть вас. Дайте мне хоть одно разумное объяснение вашего решения — устало, но вполне разумно произносит директор Бан. С этой стороны он действительно прав, но мы также не могли подобрать момент, чтобы познакомиться. — Прошу прощения, Господин. Это моя вина — склоняя голову, произносит Юнги — Мы с Дженни начали встречаться недавно, и хоть я настроен очень серьёзно в отношении неё, но я не понимал, в какой момент должен был сообщить Вам. Всёбыло настолько нереально, невозможно и Вы можете догадаться, что первые несколько дней я даже не верил, что всё это правда. Перед тем, как я предложил Дженни отношения, я должен был предупредить Вас, но поскольку я не был уверен в ответе, поэтому решил, что не стоит волновать Вас до того, как она примет положительное решение по поводу наших отношений. Да, когда всё действительно устаканилось, мне стоило сообщить о кардинальном изменении в моей жизни. И хоть я полностью осознавал риски, которые следовали из моего решения начать отношения…. Мне жаль, что я не успел Вам рассказать до того, как Вы сами всё узнали и не от меня. — Юнги говорил с такой убежденностью, верой в свои слова, но при этом можно было услышать раскаяние в его голосе. Он также взял меня за свободную руку распространяя спокойствие по всему моему телу. Директор прикрыл глаза, словно обдумывая слова Юнги и причины, по которым он поступил так как поступил. Если уж говорить об этом, то Юнги не стоит принимать всю вину на себя. Я тоже участник этих отношений и мне стоит взять ответственность за свои решения. — Господин, Бан Шихек… Прошу Вас, выслушать меня — произношу немного неуверенно и полушепотом, но в такой тишине это прозвучало достаточно громко, чтобы привлечь внимание всех в этой комнате… — Дженни, ты не обязана ничего говорить — то ли в попытках защитить, то ли чтобы я не вмешивалась шикает на меня Ван, но в тоже время Юнги только крепче сжимает руку, подбадривая меня. Я знаю, что он не хочет, чтобы я рассказывала всё сама и подставлялась, но он также понимает, что в случае положительного решения от директора, не добившись хоть унции доверия от его руководства, всё может быть только ещё больше усложнено. Хотя, куда уж больше то? — Всё в порядке. Директору стоит знать причины моих действий, чтобы он смог принять решение в отношении нас — поясняю для парней, мысленно пытаясь понят, с чего мне вообще начать говорить. Все сидящие на диване ободряюще мне улыбаются, зная, что в какой-то степени это будет тяжело для меня. А уж ожидание решения от директора, может вогнать меня в лёгкий ступор. — Чуть больше полугода назад я приехала в Корею в попытке поступить в университет и постепенно переехать сюда на постоянной основе. Нашла работу, подала документы и спокойно стала жить, в свободное время изучая страну, частью которой я так хотела стать. Какого же было моё удивление, когда мой простой поход в магазин закончился тем, что я случайно наехала тележкой с продуктами на Джина, а через некоторое время они с Юнги закупались вместе в магазинчике, в котором я уже начала работать. О том, что я врезалась в самого Ким Сокджина, я узнала уже через некоторое время. И хоть во вторую нашу встречу узнала их, не стала себя вести как сасэнка, а спокойно обслужила их и отпустила эту ситуацию. Через некоторое время, после смены в магазине, у меня был выходной и я поехала в Национальный музей Кореи, но до открытия оставалось ещё время, поэтому я пошла в Starbucks, ожидая начала работы. Спокойной попивая свой чай, случайно столкнулась в Намджуном, который одиноко пил кофе, наблюдая за людьми. С ним диалог вышел примерно таким же, как с Джином и Юнги. Хотя, общаться с Намджуном в тот момент, мне понравилось больше. Простите, парни — немного склоняю голову в смущении. — Да, мы и так поняли, что вы два умника и ценители искусства — отвечает за всех Чимин, остальные пытаются скрыть ухмылки, а Джун смущенно улыбается. — С Чонгуком меня познакомил Ван, а остальную троицу я спасла от преследования фанатками, когда даже не знала кто они, хоть они и захватили мою рабочую кладовку и сидели там, пока не пришёл Ван-оппа, и слопали мой запас сладкого — эх, приятное чувство ностальгии по прошедшему времени. Особенно, когда всё будущее весит на волоске. — Как ты познакомилась с Ваном Ибо? — заинтересованно спрашивает директор. — Не поверите, но он стал моим арендатором/соседом по дому, а потом уже другом и братом. Именно у него через интернет я сняла квартиру, когда даже не знала, кто он такой. Через некоторое время, Ван-оппа познакомил меня со своими друзьями, почти семьей, с BTS. Это было наше официальное знакомство. Все они — обвожу взглядом каждого из них, останавливаясь на директоре — приняли меня, стали друзьями и семьей. Да, не сразу. Я бы на их месте, даже не стала бы знакомиться со мной, но они решили по-своему и я благодарна за это. Парни помогли мне не бросить всё, верили, что я смогу добиться всего. Переживали, когда случился инцидент с моим исчезновением и попаданием в больницу — мне всё ещё стыдно за тот момент — Только оппа знал, как на меня действовал Мин Юнги. Он заставлял меня чувствовать, хоть мне и не всегда нравилось то, какие именно это были чувства. Во время тура парней я поняла, что именно это были за чувства и старалась их подавить, не надеялась на взаимность. Поэтому, когда Юнги предложил мне начать отношения, меня разрывали противоположные эмоции: радость и страх. Радость от взаимности и страх, что всё это ненастоящее и дурацкая шутка от парней — да, на тот момент я спокойно могла представить, что они будут смеяться над этим, хотя это и не было бы преднамеренно жестоким. — Ай-ай-ай, мы бы так глупо над тобой не шутили — обиженно произносит Тэхен. — Я знаю, ТэТэ…. Прости меня — произношу, глядя на него, и вижу, как обиженное выражение лица меняется на самую замечательную улыбку нашего космического мальчика. — Ты прощена, мелкая, но с тебя готовка в течении недели для нас — почему моё сердце чувствует подвох в таком невинном способе замолить свои грехи? Чую, что Тэ всё это задумал не просто так. — Договорились — соглашаюсь, понимая, что я бы и сама с радостью для них готовила, а тут будет повод. Наши безмолвные зрители только переводили взгляды с одного на другого, пытаясь понять причины действий Тэ, но это они зря. Никто, кроме самого Тэхена не поймет, что именно он задумал. — Мисс, я Вас выслушал, а теперь прошу Вас и Вана удалиться из кабинета и подождать за дверью, пока я принимаю решение. Мои подопечные остаются здесь — слегка повелительным тоном произносит Бан Шихек свои слова, но я и оппа без особых возражений всё это принимаем, поэтому и следуем его словам. С небольшим усилием освобождаю свою руку из плена рук Юнги, двигаясь вперёд, чтобы выйти из кабинета, но, напоследок, с мыслями: «А вдруг это последний раз, когда я могу это сделать» подушечками пальцев провожу по его кисти, пытаясь передать этим действием всю свою любовь и нежность к нему. Крепче схватив оппу, тяну его на выход, ощущая напряжение и стресс, витающий в воздухе. — Я буду ждать Вашего решения, Господин. Надеюсь, на Ваше понимание и благосклонность — говорю напоследок уже у самых дверей, делая максимально уважительный поклон. Закрыв за собой дверь, отпускаю Вана и делаю пару шагов в сторону, облокачиваясь на стену, спускаясь по ней. Закрыв глаза, слышу и чувствую как оппа следует за мной, но всё ещё держится на небольшом расстоянии, видимо боясь моего срыва прямо по середине коридора, но я не доставлю никому такой радости. Никто не будет говорить, что девушка Мин Юнги истеричка и встречается с ним из-за его славы, как бы глупо это не звучало в моей голове, но только такие мысли останавливали меня от каких-либо сумасбродных и глупых действий. Делаю глубокий вдох и выдох. Повторяя это несколько раз, зная, что оппа сейчас следит за каждым моим действием. — Оппа, всё будет хорошо. Я не сорвусь. Ты же мне веришь? — открываю глаза и смотрю прямо на него. Он поднял руки вверх, как бы показывая, что он сдаётся, хотя я ещё и не начинала и говорит: — Малышка, все мы и так знаем, что ты сильная девушка. Думаю, что могу высказать мнение каждого из парней — мы тобой гордимся — смотря на то, как я сижу на корточках, подаёт мне руку: — Не хочешь встать, неудобно же? — Эх, оппа…. Даже пострадать нормально не даёшь… Как говориться: «И неприятность эту мы переживем». Я просто надеюсь на самый лучший исход, в котором мы получим минимум ущерба — поднялась с его помощью с пола, и он притянул меня в свои объятия. Тепло. В такие глупо-трудные дни как сегодня, появляется понимание, насколько я скучаю по спокойным вечерам со своим братом, а также по сестре, которая так далеко. Мне её так не хватает. Я должна с ней созвониться, хотя бы просто для того, чтобы услышать её голос. Послушать, как она отчитает меня за безрассудность и слишком большую заботу, не принимая тот факт, что она уже давно взрослая. И хотя она не совсем понимает, откуда у меня такая чрезмерная опека, но уже смирилась с неизбежным. Но сейчас кажется, что мы поменялись местами и это она старший ребёнок в семье, а не я. Спустя какое-то время открылась дверь кабинета, и оттуда по очереди стали выходить мемберы, кроме одного и самого важного для моего сердца. — Хо Дженни, войдите. Без сопровождения — раздаётся усталый голос из недр кабинета. Мне страшно, но, в тоже время, я понимаю, сейчас или никогда. Медленно подхожу к дверям, страшась того, что могу услышать. И по лицам парней не понятно, какое решение было принято. Засранцы. Если они хотят заставить меня волноваться, то у них это получается. — Всё будет хорошо, мелкая. Файтин — желает удачи Чонгук, а остальные кивают словно болванчики на его слова. Бесстрастные лица этих интриганов только добавляют волнения. — Файтин — и вошла в логово льва. За своим столом сидит Шихек, напротив него стоит Юнги. Я подхожу и встаю рядом с ним. Юн берёт мою руку в свою и переплетает наши пальцы. Это намёк на то, что всё будет хорошо? Он бы не стал так откровенно афишировать наши отношения на глазах своего директора, если бы всё было плохо? Правда? Так…. Хватит паники. Всё хорошо. Какое бы решение не было принято, мы с достоинством сможем его принять. — Выслушав то, что Вы рассказали, я смог сделать несколько выводов — начал размеренно говорить директор, никак не выдавая голосом своего решения — Какое бы решение, я не принял в отношении этой ситуации, Юнги сделал бы всё по своему. Как человек, мужчина, я могу только пожелать вам удачи и счастья, а как директор — я обязан защищать своих артистов. Поэтому я принял решение — сделав драматичную паузу продолжил — Хо Дженни, Вы подписываете контракт о неразглашении и ваши отношения официально будут одобрены агентством. Конечно, мы не будем этого афишировать и Вы должны скрывать всё это. Поэтому, когда, а не если, правда всплывёт, у нас будет аргументация и способ защитить в первую очередь Юнги и Вас. Также Юнги и все остальные подпишут новые контракты с пунктом о молчании. Чудо, что вы ещё нигде не засветились. — Спасибо, господин — кланяюсь ему, не веря, что мы так легко отделались. — Не стоит благодарить меня. Парни убедили меня в том, что ты стоишь доверия и не принесешь никаких проблем — и как мне их благодарить? Максимум, что я могу это приготовить что-то особенно вкусное. — Всё равно спасибо за Ваше решение. И знаете, у меня на Родине говорят: «Счастье любит тишину» и я следую этой заповеди. Хоть мы и не готовы афишировать отношения или давать их фанатам хоть какой-то намёк на что-то подозрительное …. Я….- меня перебивает Юнги — Мы…. очень благодарны за Вашу поддержку и сделаем всё, что в наших силах для избежания проблем — неловко улыбаюсь, чувствуя как краснеют щеки и подкашиваются колени. Самое страшное в этом разговоре мы пережили, остальное уже не так пугает. — Хо Дженни, Вам нужно будет приехать завтра для подписания документов и получения временного пропуска. Уверен, что в связи с ближайшим расписанием парней Вы станете частым гостем в нашей скромной обители — улыбаясь уголками губ, произносит Шихек. Не верится, что всё решилось так хорошо. Может у меня по гороскопу сегодня очень благоприятный день? — Конечно, к какому времени мне подъехать для подписания документов? — уточняю, чтобы спланировать свой день правильно, а с учётом учёбы у меня не так много вариантом. — А разве ты завтра не на учебе? — тихо спрашивает Юнги, поглаживая мой большой палец своим, делая максимально скромный вид, словно он сейчас не сделал ничего плохого. — Да, но у нас завтра всего три пары, так что я рано закончу — отвечаю ему — Простите, директор. — Хмм, приезжай к пяти часам вечера. Парни тоже будут тут, они тебя и проводят до моего кабинета — задумчиво отвечает нам директор. — Хорошо, я буду здесь к этому времени — кланяюсь. — Можете идти — отпускает нас с миром. Всё ещё держась за руки, мы покидаем кабинет директора и встречаем счастливо улыбающихся бантанов. Вот же пакостники! И всё равно я их очень люблю. Где бы была я, если бы не все они? Сбежала как только появилось хоть что-то угрожающее моему спокойному будущему? Да, нет, наверно. Не знаю. Эти дурацкие размышления никогда не приводили к чему-то правильному. Я всё равно всё делала по своему, но, чувствуя поддержку от них, особенно от оппы и Юнги, я понимаю, что мне всё по плечу. — Ну, дорогие мои, после такого напряжённого дня, нам всем стоит выпить — поступает предложение от Чимина. — Чим-Чим, я с тобой полностью согласна — тяжко вздыхаю, крепче сжимая руку Юнги, хотя и понимаю, что не стоит так открыто проявлять свои чувства в коридоре возле кабинета директора, даже если официально он уже об этом знает — Выпить просто необходимо, но я сегодня не смогу, у меня ночная смена — огорченно. — Мы выпьем за тебя, сестрёнка — произносит оппа и в этот момент хочется его стукнуть. Видимо он что-то почувствовал, так как решил отойти подальше от меня, прячась за Чонгука. Правильно, правильно. Вот же трусишка. Я же даже ещё вторую руку не освободила, а он уже прячется. — Это, конечно, всё круто, но если я не хочу опоздать на работу, то мне стоит уже идти — смотря на настенные часы, произношу. Неожиданный разговор занял больше времени, чем мне казалось. — Я провожу тебя — шепчет на ухо Юнги, пуская мурашки по всему телу. В такие моменты мне даже немного жаль, что мне стоит идти на работу, когда единственное, чего я хотела бы в данный момент — это остаться с ним наедине и наслаждаться его обществом. — Спасибо — отвечаю также тихо. — Сладкая парочка, не хочу вас отвлекать, но а) мы все идём тебя провожать, потому что пить будем у меня на квартире и б) хватит миловаться у нас на виду — наигранно возмущенно говорит оппа. — Ты сильно испугалась, чаги? — обеспокоенно спрашивает меня Юн. — Немного — хотя это и преуменьшение, но лучше так. — Отстань от нас, мы пережили стресс и я плачу за алкоголь — отвечает ему Юнги, отпуская мою руку, приобнимая меня за талию — и это сейчас, когда у нас главная миссия не спалиться, а он делает всё наоборот. — Юнги-оппа, мы должны быть более скрытными, разве нет? — пытаюсь быть голосом разума, но судя по всему безуспешно. — Прости, должны — убирая свою руку, расстроенно произносит он. — Ты же знаешь, что я то и не против, но тут есть и другие люди, и как сказал Ван-оппа, нам действительно не стоит так тут себя вести. Наша удача не бесконечная — беря его за руку, шепчу — У нас ещё обязательно будет время для нас двоих в ближайшем будущем. Думаю, что остальные даже помогут нам его организовать, а сейчас нам действительно стоит пойти — мне так хочется сказать ему больше, но точно не здесь, и не при свидетелях. — Поможем, пошли уже — нетерпеливо говорит оппа. Даже как-то слишком нетерпеливо. Неужели так сильно хочет выпить с парнями и без меня. Схватив Сокджина пошёл в сторону парковки, как мне кажется. Не думаю, что я смогу правильно сориентироваться сейчас в этом лабиринте коридоров. За Ваном и Джином пошли Гукк, Тэ и Чимин, разговаривая об алкоголе, периодически в их диалог встревал оппа и Джин. И следом уже была наша четверка: Хосок, Юнги, я и Джун. Интересно, а на какой машине мы поедем и может есть больше смысла в вызове такси? Оппа точно поедет на машине, к нему в машину вероятнее всего сяду я, где я там и Юнги, возможно захочет поехать в одной машине Намджун. С остальными всё гораздо сложнее, но и не мне за них решать. Из плюсов, если с нами поедет Джун, мы будет больше держать себя в руках, чтобы не смущать остальных. Часть скорее всего поедет с Хосоком, а вторая с Тэ. По идее, так будет удобнее. Они двое самых не пьющих или мало пьющих, а соответственно в случае чего, смогу помочь или отвезти остальных. Хотя зная всех их, они скорее всего отключаться в квартире оппы и завтра им нужен будет похмельный супчик, ибо никто из них заранее об этом не позаботиться. Кажется, что я была права в распределении всех нас между машинами. По дороге до машины мы с Юнги всегда касались друг друга руками, но даже этого маленького контакта было достаточно, чтобы дать мне чувство спокойствия. Намджун сел на переднее сиденье, а мы с Юнги назад. Ван кинул в нас мой плед, а Юнги с хитрой улыбочкой, сел поближе, накрыл пледом так, чтобы было не видно наших милашеств, одной своей рукой обнимая меня за талию, а второй переплетая наши пальцы. Это всё так по детски глупо, но мне так нравится. Сердце от его близости начинает бить чечётку, а он всё прекрасно может расслышать, когда так рядом. С огромной вероятностью, ему очень нравится моя реакция на его действия, поэтому он делает для этого всё, чтобы повторить. Мой мужчина. — Дженни, так что там с твоей работой? — словно невзначай спрашивает Джун и не замечая румян, появившихся на моих щеках от такого внимания. — В смысле учебным проектом или работой? — пытаясь делать вид, что всё нормально и мне не так жарко в машине, как показывает моё лицо. — И там, и там. — Ну, Джун, смотри, по поводу проекта по мифологии о котором, я даже не говорила тебе до этого. То он ещё только на стадии изучения информации, чтобы правильно осветить все вопросы — спасибо Джуну, что своими расспросами не дает моему смущению распространиться по всему телу. Голова Юнги оказалась на моем плече, а сам он мило посапывал. — Эй, я просто примерно знаю о том, что сейчас тебе будут задавать, потому что по данным предметам, темы примерно одинаковые, что даже не удивительно. И твой брат обычно говорит Юнги, если тебя что-то беспокоит на учебе — как бы незаметно сдавая мне Вана. — Правда, оппа? — делая вид, словно ничего не случилось и стараясь не разбудить Юнги. — Ну да. Ты всё время смотришь так много информации по учебе, что удивительно, когда у тебя хватает времени на еду и встречи с одногруппниками. Я беспокоился, а Намджун может помочь с поисками, чтобы ты уж совсем не потерялась в мире учебы — оправдывается оппа, догадываясь, что я не особо оценю такую его помощь. Если бы всё стало сложнее, я бы об этом сказала, а не стала скрывать. — Оппа, я бы попросила о помощи, если бы мне она была нужна. Спасибо, за твоё беспокойство, но не стоит — начала немного язвительно, а закончила уже более спокойно. Ну или на меня так действовали легкие поглаживания по талии от Юнги, видимо даже во сне, он чувствует моё настроение. И как такое мирное спящее счастье досталось именно мне? А ведь за всем этим, я даже не уследила, как легко мы упустили тему про то, что делали Юнги с остальными. — Мы приехали. Будешь заходить домой? — спрашивает Ван, останавливая машину возле магазина, уже зная ответ на свой вопрос. — Нет, спасибо, пойду так — аккуратно убирая руку Юнги с себя, снимаю плед, слегка касаясь своими губами его носа. — Не уходи — горячее дыхание опаляет моё лицо. И я бы с радостью осталась с ним, но моя гордость и воспитание не позволяет мне быть на содержании у кого—либо, даже если это любимый человек. Пока здоровье позволяет мне работать, я буду это делать. — Люблю тебя — произношу так тихо, чтобы никто этого не услышал — Пока, увидимся завтра. Много не пейте, а то никакого похмельного супчика — выхожу из машины, аккуратно закрывая дверь. Я зашла в магазин, напряжение можно было почувствовать прямо в воздухе. Что же случилось? Кто-то уволился? Пришла проверка? Почему Джису такая поникшая и расстроенная. Сколько её видела, она никогда не показывала так открыто своё настроение. Неужели Бао её бросил? Не думаю, они были слишком влюблены друг в друга, чтобы замечать что-то или кого-то другого. — Джису, что случилось? — спрашиваю, хотя и вижу, что она даже не слышит меня — Джису, я тут — подхожу ближе и машу перед её лицом своей ладонью. И только сейчас она обратила на меня своё внимание. — Дженни, ты тут, как хорошо — радостно произносит она, выбегая из-за кассы и налетая на меня с обнимашками. Ого, вот это было неожиданно. Слишком много эмоций для человека, который обычно рад моим приходам на работу только если ей что-то нужно, или хочет сбежать на свидание с Бао, но это почти одно и тоже. — Тут я, тут. Что случилось? Ты выглядела слишком поникшей, а ещё так обрадовалась моему приходу. Что-то случилось с Бао? Вы расстались? Кто-то умер? Я даже не вижу какой-либо другой причины твоего состояния и такой большой радости от моего прихода — так много вопросов и так мало ответов. — Ах, Дженни. Всё так сложно — произносит она, идя обратно к кассе, но всё ещё не давая мне ответы на вопросы — Госпожа Тэхи тебе ещё не говорила? — задумчиво. — Не говорила чего? Можно как-то более понятно сказать? — она только ещё больше путает и причём тут госпожа? — Приезжает её племянница — стоп. — А причём тут твои слёзы? — недоуменно. — Она будет тут работать, а штат сотрудников набран. Следовательно, уволят кого-то из нас. Если следовать логике, то самый выгодный вариант для госпожи — это уволить тебя. А мне не хочется лишаться такого сменщика, как и Бао — что ж, логика в её словах есть, но пока не придёт госпожа и не скажет мне это лично, я не хочу даже думать об этом. — Ну что ты, милая Джису. Даже, если меня уволят, я всё равно буду заходить, потому что живу рядом. А пока не стоит расстраиваться. Давай я переоденусь, а ты пойдешь домой отдыхать и не стоит тебе о чём-либо беспокоиться — как только я договорила, услышала как открылась входная дверь магазина и как Джису резко побледнела. — Здравствуйте, госпожа — резко развернулась к ней лицом и хором с Джису поклонилась. — Здравствуйте, девочки. Дженни, мне нужно с тобой поговорить, пройдём в мой кабинет — смотря на меня произносит она устало — Джису, пока не переодевайся. — Конечно — следуя за ней произнесла. Если мысли Джису правдивы, то это последние несколько минут моего пребывания на работе в качестве сотрудника. — Что ж, видимо Джису ввела тебя в курс дела, поэтому не буду тянуть кота за причинное место, как ты всё время говоришь. Да, это правда. Мне очень жаль, что так вышло, но ты сама же понимаешь, между тобой и племянницей, я выберу её. Но если ты захочешь, то мы можем иногда звать тебя на подработки, а также я выплачу тебе всю зарплату и ещё семь окладов, чтобы тебе хватило на первое время, пока ты будешь искать новую работу. Мне очень жаль — она звучит искренне, и я действительно её понимаю. Племянница, скорее всего, любимая и простая девушка эмигрантка, за которую она несёт вдвое большую ответственность перед государством. Я бы тоже себя не выбрала. — Я всё понимаю, госпожа, и спасибо за Вашу щедрость и доброту — всё что я успела сказать, уже хотела выйти из кабинета, но мы всё ещё не решили все вопросы. — Деньги тебе переведут завтра на карту, а на сегодня ты свободна. Но знай, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Ещё раз прости, что так произошло. Ты свободна, можешь идти — произносит она огорченно, но, всё-таки, мы взрослые люди и умеем принимать сложные решения. А для Госпожи, увольнение сотрудников всегда тяжело, про это мне как-то выпивший Бао говорил, хотя на утро он об этом и не помнил. — Спасибо и до свидания — кланяясь произношу, разворачиваюсь и ухожу. Что ж, всё-таки что-то плохое сегодня и случилось. Моё увольнение. Это не самое хорошее завершение дня, но когда то это должно было случиться. Полоса белая, полоса черная. Всё логично. — Пока, Джису, ты была права. Я больше не работаю в этом магазинчике — подхожу к ней, а она меня обнимает в ответ на мои слова. — Мне жаль, что так произошло — произносит она. — Мне тоже, но всё что не делается, всё к лучшему — отвечаю ей — Я пойду. Прощай. — Прощай, Дженни. Обещай, что сходишь со мной, Бао и твоим братом выпить. Отпразднуем твоё увольнение, раз ты так не расстраиваешься из-за этого — шепчет она со слезами на глазах. И почему у неё такой вид, словно я никогда больше не зайду сюда? — Эй, Джису, всё будет хорошо и мы обязательно выпьем. Может даже и с моими одногруппниками — пытаюсь делать вид, что меня нисколько не расстраивает увольнение и потеря таких прекрасных коллег как они. — Так, что я пропустил? — вбегая в магазин спрашивает запыхавшийся Бао. Только его тут мне не хватает. Слишком много прощаний для одного дня и такой незначительной меня. — Привет, Бао. Меня уволили, поэтому с сегодняшнего дня, я больше не ваша коллега и пыталась попрощаться без лишних слёз, которые лила за нас обоих Джису. А так всё хорошо, твои дела как? — произношу всё так, словно ничего не случилось. — Ох, мне так жаль, Дженни. Мы же знаем как тебе нужна была работа и сколько сил ты вкладывала в это — расстроено произносит он, обнимая плачущую Джису. — Так, хватит разводить сырость. Никто не умер, а от увольнения я и подавно не собираюсь. Всё хорошо, и мы с вами скоро увидимся. А теперь, я действительно пошла — они хотели что-то сказать, но на мой телефон пришло сообщение, которое прервало эту интересную речь — Простите, но мне действительно пора — показывая пальцем на телефон, как бы показывая, что тут действительно что-то важное. — Хорошо, мы тебя больше не задерживаем, но с тебя выпивка в ближайшее время, хорошо? — произносит Бао, попутно пытаясь успокоить снова плачущую Джису. Она слишком эмоциональная, может беременна? Только такую причину могу придумать видя её сентиментальность. — Я пошла — произнесла и направилась к выходу из магазина, в котором воздух стал подозрительно тяжёлым. Отойдя за угол магазина, посмотрев по сторонам и никого не увидел, присела на карточки и расплакалась. Как же всё не вовремя. И что мне теперь делать?