S&J

(Troye Sivan — Strawberry and Cigarettes)

— А как мы доберёмся до отеля? — интересуется Чимин, разворачиваясь к Юнги и идя спиной вперёд. На лице юноши сияет лучезарная улыбка, вызывающая ответную у Мина, а в глазах читается радость и бескрайнее счастье. Но всё же в первую очередь Чим думает о Юне, ведь обычное такси не будет подстраиваться под его кресло. Парни прилетели пол часа назад и сейчас оказались на улице, покинув аэропорт. После того, как Юнги вручил Паку его подарок и до младшего дошло осознание, что он действительно поедет туда, где мечтал побывать уже много лет, юноша сразу же кинулся к Юну. Заключив его в объятия и шмыгая носом, он тихо шептал слова благодарности, пока Мин, словно кубик льда, который бросили в печку, таял в руках младшего и боялся даже вдохнуть, чтобы не разрушить этот момент и продлить его как можно больше. Их рейс был рано утром, поэтому Чимин остался ночевать у Юнги (на этот раз уже не в его кровати). По дороге в аэропорт Мин узнал, что голубовласый ни разу не летал на самолётах, а перед самым взлётом у Пака вообще началась какая-то паника, поэтому старший сразу же взял юношу за руку, показывая, что он рядом и всё хорошо. И, как ни странно, это сработало, потому что Чим довольно быстро успокоился и слегка сжал чужую ладонь в ответ, пуская этим действом по телу Юна мурашки. Половину пути они общались, разговаривая на различные темы, в том числе, заранее обсуждая то, куда они отправятся в первую очередь, после заселения в отель, а также успели посмотреть фильм. Это стало для них уже как традиция, против которой парни совершенно ничего не имели, а наоборот. Им нравилось устраивать совместные просмотры больше не от обсуждения сюжета и высказывания каких-либо своих догадок по поводу развитию дальнейших событий, а от простого присутствия друг друга. Появлялась особая атмосфера, что сильнее сближала этих двоих. Ну, а затем оба улеглись спать, так как до этого почти всю ночь провели без сна. Чимин — потому что был в предвкушении и попросту не мог заснуть, расхаживая по гостиной и тихо разговаривая сам с собой, выстраивая планы на ближайшую неделю, которую они должны провести там. А Юнги просто наблюдал за ним, постоянно улыбаясь, ибо вид такого счастливого, воодушевленного и в то же время взволнованного младшего пробуждал в нём какое-то особенное чувство. То самое, согревающее тебя изнутри, пускающее по венам искрящуюся золотистую жидкость, что приятно растекается по всему телу, только вот Юнги до сих пор не нашёл ему названия. — Не переживай, сейчас должна подъехать машина, — Юн ещё шире улыбается, когда слышит тихий облегчённый выдох со стороны юноши. Они останавливаются там, где должен припарковаться нужный автомобиль. Мин от младшего взгляд отвести не может, пока тот увлечённо рассматривает всё вокруг себя, а в его глазах отражается солнечный свет, от чего кажется, что они действительно сияют уже во всех смыслах. Всё внимание Юнги приковано к юноше, потому что Чимин до одури красив, и Юн выбьет челюсть тому, кто посмеет с этим не согласиться. Эти переливающиеся на свету пепельно-голубые волосы, что аккуратно уложены, и даже лёгкий ветерок не портит их внешний вид, а придаёт им воздушность, которая только дополняет образ младшего, идеальный профиль с чётко выраженной линией челюсти, небольшие серебряные серьги в ушах, рубашка, несколько верхних пуговиц которой расстёгнуты, из-за чего взору открывается изящная шея и ключицы, тонкая талия, что видна через просвечивающуюся ткань, чёрные джинсы, обтягивающие бёдра. Мин неосознанно облизывает губы, а после понимает, что пора бы перестать так открыто пялиться на Пака, иначе он уж точно заметит, но сделать этого он не в состоянии. Рядом останавливается машина, что заставляет Юна наконец-то отвести взгляд и повернуть голову в сторону автомобиля. Дорога до отеля занимает около получаса, после чего Юнги забирает на ресепшене ключ-карту от заранее забронированного номера. Швейцары помогают с чемоданами, поднимая на нужный этаж и занося внутрь, а после уходят, пока Чим со старшим отправляется на небольшую экскурсию по их апартаментам на ближайшую неделю. Когда юноши заходят в спальню, то взгляд голубовласого сразу же падает на большую двуспальную кровать, стоящую посередине просторной комнаты. В голове Чима выплывает одна мысль, заставляющая щёки парня покрыться лёгким румянцем, что не ускальзывает от старшего. — В этом номере две кровати, другая в соседней комнате, — улыбается Мин, разворачиваясь и выезжая из дверного проёма, и он готов поклясться, что слышал во вздохе Пака, что последовал после его слов, разочарование…

🍀 🍀 🍀

(Suga — Shadow lofi.)

Париж — город искусства и любви. Каждая улица, каждый сквер, каждый магазинчик и кафе, каждое здание — всё это создаёт ту самую атмосферу, коей нет нигде больше. Здесь ты чувствуешь себя так, словно попал в сказку или же в фильм, наполненный до самых краёв эстетикой и где ты являешься главным героем. Всё это проходит через тебя, пускает по всему твоему телу и душе золотые ручейки, обладающие какими-то волшебными и целебными свойствами. Париж — город искусства и любви. Большинство художников прошлых веков отправлялись сюда за поиском вдохновения и постоянно находили его. Это мир творцов. Куда не пойди — везде найдёшь ту самую изюминку, которую захочешь запечатлеть на холсте или же превратить это в мелодию, что станет прекраснейшим раем для ушей, будет успокаивать и пробираться под кожу, переплетаться сотнями нитей и покрывая сверкающей паутинкой душу, тем самым заключая её в бриллиантовый кокон, откуда после появится бабочка. Танцоры, что побывали здесь, будут закрывать глаза, прорисовывая в своей голове каждую деталь, вспоминая те самые ощущение, которые испытывали, а затем передавать их завораживающим танцем, а писатели вновь обретут ту самую музу, дарящую им вдохновения для новых интересных и проникновенных новелл. Париж — город искусства и любви. Влюбленные часто посещают его и здесь начинают осознавать и чувствовать всё то, что способен испытывать человек, который любит. Палитра различных эмоций наполняется ещё сотней до сей поры неизвестных цветов и оттенков, что будут расписывать вас изнутри и всё вокруг. Романтичная аура накрыла этот город, будто обволакивающий барьер, прокралась в самые дальние уголки, наполнив их собой, а после и в сердца каждого жителя или гостя. Она наталкивает на то, чтобы люди говорили о своих чувствах как можно чаще, делая окружающих счастливыми. Потому что любовь не терпит сомнений. А если ты сомневаешься, значит и не станешь говорить о том, что чувствуешь, вслух…

🍀 🍀 🍀

Утром следующего дня Юнги с Чимином сидят в одном из многочисленных кафе на набережной. По мнению Пака, она самая уютная, поэтому они и выбрали её. Парни о чём-то беседуют, периодически смеясь с шуток друг друга, но стараясь это делать как можно тише, чтобы не мешать окружающим. Чим смотрит на улыбающегося Мина, который отпивает немного кофе из небольшой керамической чашечки, устремив взгляд куда-то вперёд, то ли наблюдая за прохожими, то ли любуясь видом, но это не особо волнует Пака. Куда важнее то, как начинает трепетать собственное сердце, стоит ему лишь взглянуть на этого парня. Мягкая улыбка вырисовывается каждый раз, как только в мыслях всплывают имя и образ старшего, а когда он рядом, то Чим чувствует себя так, словно он вот-вот засветится, как светлячок с наступлением ночи. Сейчас младший ощущает себя до безумия счастливым. Так уютно и хорошо. Всё, как Чим и мечтал: столица Франции, прекрасный вид на набережную, вкусный кофе, в воздухе витает приятный аромат свежей выпечки, а возле сидит один из самых дорогих людей в жизни Пака, коим заняты все мысли голубовласого. Только вот есть одно но: Юнги — не его парень и вряд ли испытывает к младшему что-то, помимо дружеской симпатии. Только вот в клетке, что находится глубоко в Чиме, к холодным прутьям жмётся маленькая надежда, ждущая того момента, когда сможет оказаться на свободе. Паку хочется верить в то, что когда-нибудь его чувства станут взаимны. И почему же нельзя читать чужие мысли? Пока юноша занят поеданием круассана, старший допивает свой напиток, отставляя чашку на блюдце. Он переводит свой взгляд на Чимина, пользуясь тем, что тот не смотрит на него. Мин сглатывает вязкую слюну, что скопилась во рту, потому что Пак-чёртов-Чимин слишком медленно проводит языком по своим пухлым губам, что покрыты слюной вперемешку с джемом и так по-блядски блестят от отражающихся в них солнечных лучей, а ещё и этот приятный запах клубники… Юнги кажется, что у него едет крыша. Ему резко становится слишком душно. Он немного оттягивает воротник своего лёгкого свитшота, делая вид, что поправляет его, но взор по-прежнему прикован к чужим губам. Тот плод сладок, что нельзя вкусить. Мин хочет. Чёртовски хочет поцеловать этого юношу, слизать эту клубничную сладость с губ парня и попросту почувствовать этот сладкий вкус. И что-то ему подсказывает, что уста пака окажутся куда слаще, чем этот джем. «Блять», — это единственное, что мелькает в голове старшего причём большими буквами и красным светом. — Ты немного испачкался, — тихо произносит Юнги, но так, чтобы младший услышал, а затем тянется к нему. Пальцами обхватывает подбородок Пака, а подушечкой большого пальца аккуратно стирает капельку джема с уголка нижней губы. Сердце Чимина делает сальто, после чего просто замирает, не подавая больше никаких признаков жизни. Младший смотрит в глаза напротив, снова оказываясь заточённым, по собственной воле, в этот карий плен. Мир вокруг останавливается. Они оба будто попали во временную петлю, тот самый проход между двумя пространствами. Чимин понятия не имеет, что им движет. Откуда в нём столько смелости? Но как только он видит, что Юн опускает свой взгляд и приковывает его к приоткрытым устам Пака, у Чима отключается способность мыслить. Юноша подаётся немного вперёд, приближаясь к лицу старшего. Сейчас он слушает только своё сердце, которое шепчет ему, что это правильно. Так нужно, потому что иначе никак. Чимин ощущает дыхание старшего на своих губах и наполовину прикрывает глаза. Но Юн не успевает сделать небольшое движение, чтобы наконец затянуть Чима в поцелуй, потому что к младшему возвращается сознание, и он резко отшатывается назад. — Я… отойду, — быстро выпаливает парень, почти подскакивая со своего места и уходя внутрь здания. Мин ставит локти на стол и утыкается в ладони лицом и начиная немного качать головой. Что это было? Чимин хотел поцеловать его? Или Юну голову напекло и всё это ему привиделось? Юнги издаёт обречённый стон, ибо сам всё упустил, потому что нужно было действовать, а не ждать непонятно чего. Блять.

🍀 🍀 🍀

Парни поднимаются в лифте на смотровую площадку Эйфелевой башни. Они уже четвёртый день в Париже и пора бы посетить главную достопримечательность. Время близится к закату, поэтому вид обещает быть по-настоящему восхитительным. Как только железные двери распахиваются, Чим пропускает сначала старшего, а после уже за ним следом выходит и обнаруживает, что здесь совершенно никого нет (и ему не обязательно знать, что над этим постарался Юнги). Пак подходит к ограждению, опираясь на него руками, и набирает полную грудь свежего воздуха, расплываясь в расслабленной улыбке, пока ветерок играет с прядями его волос. Юн пристраивается рядом с младшим, устремляя взгляд вперёд. Панорама, открывающаяся оттуда по-настоящему завораживает. Весь этот прекрасный город словно у тебя на ладошке, можешь рассмотреть каждый домик, проезжающие по дорогам машины, что похожи на маленькие разноцветные точки, а их шум не доходит на эту высоту. Лишь иногда бывают проблески звуков, доносящихся снизу, а так только тихий шёпот ветра, который заключает в свои объятия. Такие приятные, невесомые и прохладные, от чего тело само по себе расслабляется, позволяя полностью отдаться этим ощущениям и нырнуть в них с головой. Розово-голубое небо, где медленно плывут пушистые облака, а краснеющее солнце движется к горизонту, отдавая небесное полотно под власть луны, что спешит занять своё место. Юноши о чём-то тихо разговаривают, будто боясь кого-то спугнуть, если будут говорить чуть громче. Всё это создаёт совершенно новую атмосферу, в которой никто из этих них ещё не разу не был. Это как отдельная Вселенная, что в данный момент существует только для них двоих. — Кстати, всё хотел у тебя спросить, — начинает Чим после небольшой паузы, образовавшейся в их беседе. — Что всё-таки означало то слово, которым ты называл меня, когда мы только познакомились? Юнги тихо смеяться начинает, а затем поворачивает голову к Паку. — «Charme» с французского переводится как «очарование» или же «прелесть». Просто ты выглядел таким милым с этими привлекательными щёчками, в особенности когда улыбаешься, что я даже не смог придумать тебе оскорбление. Поэтому просто пользовался тем, что ты не знаешь французский язык. Хотя согласись, звучит это немного иронично, — мягкая улыбка появляется на лице юноши, и он разворачивается, направляясь к лифту. И если бы Мин в тот момент развернулся, то он бы смог увидеть этот взгляд, коим смотрел на него Чим, а глаза были переполнены смущением вперемешку с счастьем, нежностью и…любовью. Той самой, чистой и невинной, которой просвещают песни и о которой пишут в романах. Одно из желаний Чимина исполнилось. Он побывал на Эйфелевой башне с тем, в кого по уши влюблён.