Чёрная вязь

Гарри Харту пять лет. Руки у него исцарапанные и не особо чистые. Но никаких узоров, словно нанесённых чёрной тушью, там нет. Гарри недовольно хмурится. Его старшая сестра Сара, вернувшись из школы, принялась радостно демонстрировать всем своё предплечье с изящной росписью. Сегодня в классе появился новый ученик, его посадили за парту Сары, и стоило им стукнуться локтями, как у обоих на коже расцвели одинаковые метки. Это значит, что Сара встретила соулмейта, свою вторую половинку. Гарри чувствует смутную зависть. Он тоже хочет красивый узор и вторую половинку. Родители смеются и велят подождать. На вопрос "Сколько ждать?" пожимают плечами. Гарри Харту десять. На его руках нет узоров, и Гарри это совершенно не волнует. Одинаковые метки, вторые половинки, вечная любовь – это глупости для девчонок. А у Гарри полно серьёзных важных дел. Он лучший ученик в классе, занимается каратэ и играет в футбол. В свободное время читает приключенческие романы и детективы. А если и взглянет иногда на пустое предплечье – так оно всё время на виду, если рукава короткие. Гарри Харту пятнадцать. Руки его всё ещё без метки. Это нормально, мало кто находит соулмейта в детском возрасте. Его сестра – скорее исключение из правил. Так же, как Рэнди, капитан футбольной команды. И Джудит, одноклассница. У каждого своя судьба, но большинство людей встречает свою любовь позже. Гарри не часто об этом думает. Но порой, лёжа в кровати, он задирает рукав пижамы и гадает, каким будет его узор. И какой – его вторая половинка. Гарри Харту двадцать. Руки его по прежнему не расцвечены узором. Ему немного жаль. Ему хочется встретить предназначенного человека. Он с волнением прикасается к новым людям – ведь каждый может оказаться его соулмейтом. Но ничего не происходит. Гарри старается не расстраиваться из-за этого. Он ещё очень молод, всё придёт в своё время. Гарри Харту двадцать пять. Каждое утро в ванной он с иронией смотрит на свои гладкие и чистые предплечья и думает, куда же занесло его соулмейта. Не иначе, как на другой материк. Гарри отслужил в армии, закончил университет и поступил на секретную службу её величества. Его личное дело полнится отчётами об удачных миссиях и наградами. Гарри доволен своей жизнью. Только немного обидно, что не с кем разделить успехи. Гарри Харту тридцать. Меток на руках нет, и он почти не верит, что они появятся. Может быть, это и к лучшему. При его образе жизни, когда он ежедневно рискует жизнью, обзаводиться семьей даже немного безответственно. Гарри всё ещё напрягается, трогая незнакомых людей, но это уже скорее привычка и выработанная на службе осторожность, а не надежда и не предвкушение. Хотя всякое случается. Сэр Борс, говорят, встретил своего соулмейта, когда ему исполнилось пятьдесят – удержал на светофоре рвущуюся на красный свет даму. Гарри хмыкает. Любовь в пятьдесят – просто смешно. Гарри Харту тридцать пять. Он, исполняя тяжёлый долг, приносит трагическую весть вдове и сироте. Пятилетний мальчик – Гэри, кажется, – сидит на полу с кучей игрушек, но серьёзно вслушивается в разговор. Гарри опускается перед ним на колени, берёт маленькую ручку, чтобы вложить в неё медаль... ...и его словно прошибает током. Рука дрожит и зудит, он буквально чувствует, как проступают на коже линии. Мальчик тоже вздрагивает, отдёргивает ручку и трёт её другой ладошкой. Только многолетняя шпионская выдержка позволяет Гарри сохранить лицо и спокойно уйти. Гэри Анвину пять лет. Он собирается спать и переодевается в пижаму. Мама вдруг удивлённо вскрикивает и хватает его за руку. Она рассматривает чёрный вьющийся узор и почему-то приходит в дикое волнение. Спрашивает, когда появился этот узор. Гэри честно отвечает, что не знает. Сам он заметил позавчера, когда умывался. Мама обнимает его и называет бедным мальчиком. Говорит, что было слишком много народа - в детской комнате, где его оставляли, у соседей, в автобусе. И теперь ничего не узнать наверняка. Гарри Харту сорок. Он всегда носит рубашки с длинными рукавами, скрывая свой узор как позорное пятно. Он допускал, что встретит соулмейта поздно. Но даже в страшном сне не мог представить, что этим соулмейтом окажется ребёнок, годящийся ему в сыновья, а при известном воображении и во внуки! Гарри твёрдо намерен не портить жизнь юному Гэри Анвину. Он сделает всё, чтобы их пути никогда не пересеклись. Гэри Анвину десять. Он разглядывает красивый витой узор на предплечье и думает, кто же носит второй такой. Мама сказала, что метку он получил в те дни, когда умер его отец. Она до сих пор чувствует себя виноватой, что не усмотрела, не заметила, кто стал его соулмейтом. Гэри на неё не сердится. Откуда ей было знать, что в те трагичные дни надо было ещё и за этим следить. Но при мысли о том, что он мог навсегда разминуться со своим соулмейтом, становится немного жутко. Гарри Харту сорок пять. Он смотрит на вырисованную на руке вязь только мельком в душе, намыливаясь. В остальное время старается делать вид, что её не существует. Так же, как не существует его соулмейта. Гарри прогоняет муки совести, которая твердит, что он обязан позаботиться о сыне погибшего товарища. Гарри бы охотно позаботился, не окажись они так странно и страшно связаны. А сейчас – категорически нет. Он считает, что должен держаться от юного Гэри подальше. Гэри Анвину пятнадцать. Он носит футболки с длинными рукавами и избегает общих душевых. Вопросы про метку, обязательно возникающие, слишком напрягают, когда не знаешь, что ответить. Прозевать своего соулмейта – что может быть глупее? Гэри думает, что где-то сейчас точно так же смотрит на метку другой человек, тоже расстраивается, и ему становится обидно почти до слёз. Он не плачет, конечно. Но глаза печёт. Гарри Харту пятьдесят. В его жизни есть только служба, ежедневная, ежечасная. Он берётся за любые опасные задания, бесстрашно рвётся в самое пекло, словно презирая – или призывая – смерть. Нет, в действительности он не хочет умирать. И тренированное тело, отточенные рефлексы каждый раз его спасают. Хотя Гарри думает, что умереть было бы честнее. Тогда бы метка у юного Гэри исчезла, и он мог встретить подходящего человека. Гэри Анвину двадцать. И у него ничего не ладится. Он хорошо учится, но не пытается получить высшее образование. Он бросает армию, хотя там были отличные перспективы. Он связывается с плохими парнями – ладно, хоть хватает ума вовремя развязаться. В уединении своей комнаты Гэри с ненавистью смотрит на чёрный узор и думает, что если бы его соулмейт не потерялся, всё сложилось бы иначе. Гарри Харту пятьдесят три. Он понимает, что большая часть жизни прожита. И прожита не так, как следовало. Конечно, ему есть, чем гордиться, он много сделал для страны и короны, спас множество людей и совершил достаточно подвигов. Но в личной жизни он потерпел сокрушительное фиаско. За что судьба так обошлась с ним, жестоко посмеявшись, он не знает. А за что досталось Гэри Анвину, он и вовсе не представляет. Но однажды звонит телефон... – Оксфорды, а не броги. Гэри невероятно, совершенно, сногшибательно прекрасен. Рядом с ним мгновенно становится так хорошо и спокойно, что Гарри не понимает, как он мог прожить без Гэри все эти годы и не свихнуться. Гэри смотрит на него, как на чудо. Восхищается, верит, тянется... Гэри тоже хорошо рядом, это ясно без слов. Это похоже на волшебство. Их с Гэри – Эггзи, как тот попросил себя называть – непреодолимо тянет друг к другу. Эггзи очевидно очарован им, а сам Гарри буквально опьянён. И Гарри впервые думает, что совершил ошибку, осмелившись спорить с судьбой. Он только обрёк на страдания себя самого и совсем не помог тому, кому поклялся не портить жизнь. Гарри решает, что они с Эггзи заслуживают второй шанс. Он собирается вернуться из Кентукки и рассказать Эггзи правду. Добиться его прощения и согласия. И не успевает. Гарри потрясающий. Крутой. Великолепный. Само совершенство. Эггзи влюбляется до безумия. И это настолько дико, что ему становится страшно и весело одновременно – как на русских горках. Эггзи никогда раньше не влюблялся, ему даже никто не нравился – в романтическом или сексуальном плане. От Гарри Харта же сносит крышу. Эггзи рассматривает свою метку, красивую вязь чёрных изогнутых линий, и мысленно просит прощения у своего соулмейта. Он понятия не имеет, есть ли соулмейт у Гарри, но надеется, что нет, – вроде бы ничто не противоречит. Эггзи собирается признаться в своих чувствах. И не успевает. Через много месяцев сквозь одностороннее стекло Гэри Эггзи Анвин смотрит, как потерявший память Гарри Харт медленно бреется. Рукав стариковской пижамы сползает, обнажая руку. И Эггзи видит на предплечье Гарри до последнего завиточка знакомую чёрную метку – полностью идентичную его собственной. 18. 05. 2020.