Она станет твоим искуплением

      Гермиона и Драко уже битый час говорили с Помфри и Альто, а Скорп сидел у его постели, продрогший до костей, в одной белой майке, со спутанными волосами, пустой головой и тишиной, охватившей его изнутри. Леон на постели казался совсем крошечным, мертвенно бледным, почти не дышащим. Грудь едва вздымалась, перемотанная бинтами, по капельнице в вену стекал морфий и еще что-то, название чего, Скорпиус так и не смог запомнить. Светлые волосы прилипли ко лбу мальчика от испарины и он поспешил убрать их от его лица.       Четыре ребра, прокол в левом легком, перелом бедра, ключицы и сотрясение. Отец сказал, что он еще легко отделался, но и это перебор для одиннадцатилетнего ребенка. Если бы не морфий, он бы давно сошел с ума от боли. Бедный маленький Леон. Глупый мальчишка, решивший впечатлить одноклассников и слетевший вниз с пятого этажа.       Скорпиус сжал его ладонь и усмехнулся, глядя на футболку с дурацким принтом, в которую был одет младший брат. Гермиона подошла к нему со спины и мягко приобняла за плечи. Он положил ладонь поверх маминой руки и тяжело вздохнул: — Не хочу, чтобы ему было больно, — прошептал Скорпиус и резко вскочил с места, кидаясь в объятия женщины, — Мама, мне так жаль, — Гермиона прерывисто всхлипнула и, погодя, провела по волосам сына, целуя его в висок. — Любовь моя, это не твоя вина, — сказала Леди Малфой, отодвигая парня от себя и заглядывая ему в глаза, — Тебя там не было... — Вот именно, мама, меня там не было! — взвился Скорпиус, отходя в сторону и цепляясь за волосы на затылке, — А я должен был! Должен был следить за ним! — он заметался в разные стороны, быстро дыша, как при беге, размахивая руками, — Я должен был присматривать за моим младший братом! — закричал блондин и не заметил, как горячие слезы покатились по его щекам. Он опустился на пол, притянул колени к груди, плечи задрожали, а скулы свело от злости.       Драко молча наблюдал за сыном и растерянной женой. Никто не знал, как вести себя, никто не знал, кого винить, а хотелось. Хотелось разораться на кого-нибудь, выпустить пару зажигательных заклинаний прямо в грудь и скинуть эту тяжесть с плеч, что тянула к земле сильнее, чем гравитация.       Драко рывком поднял сына на ноги и встряхнул его за плечи. — Возьми себя в руки немедленно, Скорпиус Гиперион Малфой! — по слогам проговорил мужчина, заставляя Скорпиуса посмотреть на него. Темно серые глаза были стеклянными, невменяемыми. Так и хотелось влепить парню пощечину, чтобы пришел в себя, — Это не твоя вина! — подняв лицо сына, за подбородок, стараясь, как можно тверже и убедительнее, сказал Драко, — La douleur n’embellit que le coeur de la femme* — тихо произнес Лорд Малфой, так чтобы было слышно только Скорпиусу. Он печально ухмыльнулся словам отца и сделал пару глубоких вдохов, успокаиваясь. — Гермиона бы с тобой поспорила, — ответил блондин. На что Драко лишь закатил глаза и похлопал сына по плечу. — Поэтому и хорошо, что она не говорит по-французски, — Скорпиус прыснул в кулак, — Ты как? — спросил мужчина, оглядывая сына. Скорпиус покачал головой и постарался улыбнуться. — Пойдет, — Драко понимающе кивнул и обернулся к постели, где спал младший ребенок.       Леон слегка пошевелился и с тихим стоном открыл глаза. Гермиона, Драко и Скорпиус тут же подскочили к постели. Мужчина вытянул палочку из рукава, прошептал заклинание и кончик предмета загорелся синим светом. Он просканировал тело сына и, убедившись, что осложнений нет, убрал палочку обратно. Мадам Помфри принесла бутылку костероста и заставила Леона выпить целых четыре столовых ложки. Мальчик чуть не опплевался,но послушно выпил. — Как ты, милый? — спросила Гермиона, присаживаясь на край кровати и аккуратно беря сына за руку.       Мальчик скривился от приступа тошноты, обнял себя здоровой рукой поперек живота и тут же отдернул руку от боли. Леон боязливо опустил глаза вниз на перемотанную бинтами грудную клетку, зафиксированную руку и паника заблестела в его глазах. — Тс-с-с, — успокаивающе протянула Леди Малфой, поглаживая его по здоровому плечу, а потом обернулась на мужа, — Мы можем дать ему больше обезболивающего? — Драко лишь покачал головой и наклонился, чтобы поцеловать сына в лоб. — Это и так предельная доза для его возраста.       Взгляд Лео нервно забегал между родителями, он что есть сил сжал мамину руку и коротко всхлипнул. — Что случилось? — сквозь набегающие слезы спросил мальчик. Драко бережно потрепал его по волосам и подвинул кресло ближе к кровати. — Ты упал и сломал несколько ребер, — пояснил мужчина, нарочно не упоминая пострадавшее бедро. — Дышать тяжело, — пожаловался Лео. — Осколок ребра проколол легкое, — терпеливо ответил Драко, — Но Мадам Помфри все исправила и оно заживает, — мальчик медленно кивнул, скорчивший от нового болезненного спазма. — Я поправлюсь? — тихо спросил Леон.       Голос младшего брата был полон испуга и Скорпиус дернулся к его постели, гадая, как успокоить ребёнка. Внутри все сжалось и к горлу подкатила тошнота, едва справившись с зарождающейся паникой, блондин сжал лодыжку Леона и улыбнулся. — Конечно, малой! К каникулам уже будешь носиться вместе со всеми и распаковывать подарки под ёлкой, — упоминания Рождества порадовала мальчика. Он слегка повеселел и Скорпиус подмигнул ему. — А теперь тебе надо отдохнуть, — уверенно произнес Драко и еще раз поцеловал сына в лоб, протянул ему пузырек со снотворным. — Спасибо, — прошептал Лео, закрывая глаза.       Гермиона ласково провела по его щеке и подошла к мужу, сплетая их пальцы. Тяжело сглотнув, Скорпиус еще раз оглядел брата и скривился, остановившись на противно белом гипсе на бедре. Драко позвал его, привлекая внимание, и кивнул в сторону выхода из Крыла. Блондин послушно последовал за родителями, оставив плеер на тумбочке у постели мальчика. Пускай послушает, когда проснётся.       Он на скорую руку попрощался с матерью и отцом, обещая каждый день докладывать о самочувствие Леона, и, заверив обоих, что сам он будет в порядке, Скорпиус направился в гостиную факультету.       Одиночество, последнее в чем он сейчас нуждался.       Когда блондин вошел в гостиную, все замерли на своих местах и голоса смолкли. Слизеринцы вопросительно посмотрели на него, ожидая новостей. — Жить будет, — заверил их Скорпиус, и со всех сторон послышались облегченные вздохи и тихий, но довольный мат старшекурсников, сквозь зубы.       Оливия Гринграсс встала с дивана и быстро подошла к блондину, крепко обняла его, поддавшись минутному порыву, и тут же отпрянула, поправляя идеальную прическу на пшеничный волосах. Скорпиус мягко ей улыбнулся, благодаря кузину без слов. Аурелио похлопал его по плечу и протянул бутылку сливочного пива, отсалютовав своей. — Крепкий пацан, — сказал Забинни и ухмыльнулся, — Надо бы взять его в команду, — Скорпиус тихо рассмеялся и покачал головой, падая на диван рядом с Агатой. Девушка вытянула из сумки тетрадь и протянула её блондину. — Конспект по Арифмантике, ты пропустил, — объяснила она и попыталась улыбнуться. Вышло кривовато, но Скорпиусу было приятно.       Слизерин не был пристанищем для сочувствующих, но они никогда не бросали своих, будучи преданными. А Леон, хоть и был первокурсником, но уже был своим, тем более Малфоем. Эта фамилия уважалась в стенах зелёного факультета.       Здесь все умели плеваться ядом и источать сарказм, защищать себя, а вот выражать чувства - с натяжкой, но они старались.       Старались, ради своего старосты и капитана. — Кто-нибудь видел Альбуса? — спросил Скорпиус, оглядываясь по сторонам. — Они с Розой шли в Больничное крыло, вы наверное разминулись, — ответил Аурелио, садясь напротив и обнимая Фелисити Булстроуд за талию. Как долго Скорпиус не появлялся в родной гостиной, что эти двое начали встречаться?       Остаток вечера они провели за учебой и игрой в подрывного дурака на раздевание. Агата проиграла с треском и в одних кружевных трусиках сидела на мягком черном ковре, закутавшись в мантию брата. Шестикурсники отпустили пару комментариев по поводу её великолепной фигуры и тут же получи по голове от Аурелио, защищавшего честь сестры. В общем этот вечер не отличался от предыдущих и Скорпиус сделал мысленную пометку почаще появляться здесь.       Ближе к полуночи все разошлись по своим комнатам, Аурелио еще раз поблагодарил кузена за то, что тот свалил из их общей спальни, уводя Фелисити за собой. Скорпиус закатил глаза и напомнил ему о важности предохранения, получив в спину пару изящных ругательств от Забинни и громкое фырканье Булстроуд. В Слизерине некого было смутить шутками о сексе, кроме Альбуса. Этот факультет не просто так был самым распутным во всем Хогвартсе. По школе до сих пор ходили шепотки, что выпускники устроили оргию прямо в гостиной после выпускного. Что было конечно же не правдой, иначе бы Скорпиус принял в ней участие.       Блондин сел поближе к камину, скрещивая ноги и опуская голову на раскрытые ладони. Ему это было нужно: отвлечься, подурить, побыть в своей стихии души компании. Слишком много всего произошло: приступ Альбуса, решение Розы уехать, Лео...       Оливия тихо опустилась рядом, выдергивая пробку из бутылки вина, она сделала щедрый глоток и протянула бутылку Скорпиусу. — За Леона, — произнесла девушка, откидываясь на спинку дивана. — За Леона, — повторил блондин, отсалютовав ей бутылкой, и отпил вино из горла.       Оливия взмахнула палочкой, накладывая заглушающие чары и включая проигрыватель. Из колонок полилась приятный голос солиста французской кавер-группы, Скорпиус прикрыл глаза и положил голову на колени девушки, передавая ей вино. Она запустила пальцы ему в волосы и ухмыльнулась, глядя, как огонь облизывает поленья, заботливо подкинутые домовиками, чтобы они не окоченели от декабрьских морозов в сыром подземелье. — Скорпи? — Да, Ливи? — копируя противную манеру Оливии, протянул Скорпиус, кривясь от идиотского прозвища. Девушка тихо фыркнула и сделала глоток. — Отец нашел для меня отличную партию, — не жалея сарказма, сказала Оливия. Скорпиус удивленно открыл глаза, приподнимая брови, и поспешил сесть, — Аурелио Забинни, — девушка печально оскалилась и потянула за резинку, позволяя светлым локонам, беспорядочно рассыпаться по плечам, — Мой отец приходится троюродным братом Леди Забинни, так что это почти не нарушает никаких моральных границы, — она изящно взмахнула кистью, описывая что-то в воздухе, и дернула себя за прядь, — Разве что в двадцать первом веке, я все еще должна выходить замуж по расчету.       Скорпиус забрал у неё бутылку, отпивая сладкое вино. Он поднялся со своего места, прибавил звуку и выбрал диск повеселее. Затем протянул руку Оливии, закружив её на месте. — Аурелио не такой уж и плохой вариант, — задумчиво протянул парень. — Если тебе нравятся те, кто спит со всем, что движется. И я уже предвкушаю, что он будет ходить налево, когда ему вздумается, — Оливия пожала плечами и вскинула руки вверх под ритм музыки, разливая вино на старый антикварный ковер. — Нам нужно что-то покрепче, — со знанием дела заявил Скорпиус

***

      Громко играла музыка, но её никто не слышал, спасибо, "Оглохни", наложенному Оливией. Новенькая стереосистема разрывалась под «Linkin Park», «The Neighbourhood», пошленькие треки «Gven Stefany» и старые добрые «AC/DC». К алкогольному опьянению, сигаретному запаху, плотной серой дымкой, стоящей между дорогущих элементов мебели слизеринской гостиной, примешался ещё и крик двух голосов, громко орущих вместе с солистами групп. На полу блестели пустые бутылки, бессовестно стащенные из личного алкогольного запаса Слизерина. — Моя очередь, — заплетающимся языком, протянула заметно повеселевшая Оливия, отпивая из бутылки с вином из какой-то старинной винодельни под Лангедоком, — Я никогда не спала с девушками, — выкрикнула она, перепрыгивая с одного дивана на другой, от чего юбка задралась так высоко, что Скорпиус смог рассмотреть подвязки для чулков.       Блондин раздосадовано простонал и сделала щедрый глоток "Огдена", тут же обжегшего его горло. — Пиздишь! — ошарашенно сказал Скорпиус и хлопнул себя по лбу, — Да я в жизни не забуду тебя и Ариану Стоун в подсобке за сценой! — Оливия замерла на секунду, а потом рассмеялась, падая на кожаные подушки, раскиданные по полу. — Бляяя, а я и не подумала, — сквозь смех протянула девушка и потянулась за вином, отпивая с горла, — Было, кстати, не очень, — подметила Оливия, поднимаясь на ноги и качая бедрами под Джона Купера, затянувшего что-то о неразделенной любви.       Скорпиус скинул с себя рубашку, щеголяя голым торсом и вновь закружил кузину, подхватив её за талию. — Это потому, что ты убежденная натурлка, — не скрывая разочарования, — Я никогда не курил травку, — и стараясь перекричать музыку, сказал блондин, опуская девушку на землю. — Ты дружишь с Поттером, — пытаясь отдышаться, возмущенно воспротивилась Оливия и толкнула его в плечо. Пьяный Скорпиус потерял равновесия и завалился на диван, потянув её за собой. Она поспешила оттолкнуть его от себя и вернулась к вину, — Сегодня я доступна только для него, — Оливия нежно обняла бутылку, оглаживая его руками, от чего Скорпиус покатился, утыкаясь лицом в обивку. — Ты забыла, кто моя сестра, — Оливия молча ему посочувствовала и отсалютовала бутылкой, отпивая. — Я никогда не прогуливала, — прокричала девушка и подожгла две сигареты от огня в камине, чуть не спалив их дотла. Скорпиус вытянул у неё одну и цокнул языком, затягиваясь. — Скучно-о-о-о, — протянул блондин и сделал глоток виски, бросил на пол пустую бутылку и потянулся за новой, откручивая крышку зубами, — Я никогда не участвовал в оргии, — Оливия закашлялась дымом и изогнула бровь, смотря на парня. — Оргия, это когда больше трех человек? — уточнила девушка и на его кивок осушила полбутылки. — Воу-у-у, а ты не такая уж и правильная девочка, — тряся головой в такт сменившейся песне, сказал Скорпиус. — Почаще появляйся в Слизерине, — посоветовала ему Оливия и игриво подмигнула, ведя плечами. — I Hate Everything About You! — складно проорали два голоса, вскидывая руки вверх и подпрыгивая на месте, стоило запеть солисту "Three Days Grace". — Роза удавит меня галстуком, если я появлюсь такой в спальне, — проговорил Скорпиус, пропуская половину звуков у слов и продолжая танцевать. — Оставайся! — прокричала Оливия, прыгая ему на спину. Парень ловко подхватил её, — Мастерство не пропьешь, Малфой, — оба звонко рассмеялись. — Забинни там развлекается, — ответил ей блондин и сбросил на подушки, заставляя Оливию взвизгнуть и цапнуть его длинными ноготками за ляжку. — Кобелина! — протянула девушка, делая щедрый глоток, из выдранной почти с боем у Скорпиуса бутылки. Малфой закатил глаза на ревнивый выпад еще несостоявшейся женушки Аурелио.       Кое-как доведя Оливию до спальни, Скорпиус помог ей раздеться, под пьяные угрозы не подглядывать, и, накрыв девушку одеялом, поспешил свалить из гостиной, все еще надеясь дойти без приключений и не наткнуться на Филча с его мерзотной старой кошкой.       Он проговорил пароль портрету, правда вышло только с пятого раза, и шумно ввалился в гостиную, падая прямо в руки Розы. — Я в хлам, — протянул блондин, глупо улыбаясь. Роза покачала головой, и передав его в крепкие руки Джеймса, пошла ставить кофе и заодно прихватить пару пузырьков антипохмельного. — И с кем ты так знатно надрался, старик? Я даже ревную, — сквозь смех от разыгравшейся картины, спросил Поттер, сажая Скорпиуса на диван. — С Оливией, — ответил блондин и схватился за голову, — Рози, я умираю, — простонал парень.       Рыжеволосая закатила глаза, влила в брата целую колбу с зельем и впихнула кружку с черным кофе в руки. — Горько, — сморщился Скорпиус, глядя на сестру, как преданный щеночек. Роза отмахнулась от него, сдерживаясь, чтобы не влепить пьяному брату затрещину. — По-поводу Леона? — аккуратно уточнила девушка, сжимая руку брата. Скорпиус посмотрел на неё, как на дуру, и громко фыркнул. — Леон - Малфой, а мы с любым дерьмом справляемся на раз и два, — Роза согласно кивнула, улыбаясь, — Лечили разбитое сердце Лив, ей в женихи выбрали Аурелио. — Ох, нихуя, — удивленно протянул Джеймс, — Ебал я эти ваши аристократические заморочки. — Хвала Мерлину, я голубой. — Слава Моргане, я полукровка, — друг за другом открестились брат с сестрой, заставляя Поттера громко заржать. — Но вообще, ты прав, это пиздец, — согласился Скорпиус, отпивая кофе из кружки. — После истории со Стоун, я был уверен, что она по девочка, — вставил свои пять копеек Джеймс, закидывая руку на плечо Розе. Девушка тут же придвинулась ближе, как кошка, ластясь к Поттеру. — Мы сегодня на сто процентов убедились в обратном, — Роза подавилась чаем и вперилась взглядом, не предвещающем ничего хорошего, в брата, — Полегче, амазонка, — Скорпиус выставил ладони вперед, капитулируя, — Не спал я с ней. — С кем ты не спал? — сонно потирая глаза, спросил Альбус, вышедший из спальни в футболке Скорпиуса и растянутых спортивных штанах. — Да ни с кем я вообще не спал, — устало отмахнулся ото всех блондин и протянул Альбусу руку, притягивая его в объятия . — Фу, ты пил? — отпрянув от парня, задал вопрос брюнет, принюхиваясь к невероятному амбре, исходящему от Скорпиуса. — Много и....много, — пояснил Малфой и чмокнул скривившегося Альбуса в щеку. — Может мы все пойдем спать? — немного капризно произнес брюнет, потянув Скорпиуса в сторону спальни, — Ты вообще-то меня разбудил. — Я клятвенно обещаю исправиться! — прижав руку к груди, сказал блондин. Джеймс похлопал его по плечу, вставая. — В таком состоянии ты и до кровати с трудом доберешься, не то что "исправишься" — изображая кавычки в воздухе, посочувствовал старший Поттер и приобняв Розу за талию, ушел вместе с ней комнату.       Альбус тяжело вздохнул, предвкушая возню с далеко не трезвым парнем. Любовь - зла. — Ты меня любишь? — спросил Скорпиус, пока брюнет пытался стянуть с него ботинки. — Да, — наспех ответил Альбус и критично оглядел Малфоя, — Ты где рубашку потерял? — Скорпиус беззаботно пожал плечами и потянулся за поцелуем, — Ой, иди нахер, — оттолкнул его от себя Альбус и произнес пару очищающих заклинаний, в том числе, освежающее дыхание. — Мне завтра будет плохо, — сказал блондин, обнимая Поттера вместо подушки и кутаясь в одеяло. — Я сварю для тебя зелье, — примирительно произнес Альбус, обнимая его в ответ. — Ты такой замечательный, — честно признался Скорпиус и все таки урвал свой поцелуй. Брюнет коротко усмехнулся, нежно проведя по щеке парня. — Спи. — А когда я проснусь ты будешь рядом? — закрывая глаза, спросил блондин, еще крепче прижимаясь к Альбусу. — Куда я денусь.