ПРЕДАННАЯ/FAITHFUL

Девушка, чья надежда всё сильнее втаптывается в пол с каждым шагом мужчины, плетется за ним, чуть ли не рыдая. Её сердце разбито. Разбито не любовь. Оно сломано с той самой секунды, как отец подписал идиотский контракт, заставляющий бедную Александрию страдать под гнётом нападок и издевательств Джастина Бибера. Сердце смято и выброшено в урну слишком беспощадно даже для бизнесмена. Джастин тащит Алекс к выходу, не взирая на удивлённые взгляды людей, но одни единственные глаза смогли задержать его тело на месте. ОН резко врос в пол, как только перед ним возникла удивлённая и уже напрягшаяся Софи с руками, сложенными на груди. Она делает так всегда, когда чем-то недовольна. — Что ты делаешь? — она смотрит на пару с непониманием, пытаясь не привлекать внимание окружающих. — Мы едем домой, — напряжённо ответил Джастин и несмотря на собственную злость, ощущая внутри какую-то непонятную, вязкую жидкость, под названием стыд. — Почему? — подняла бровь та и её скулы красиво заиграли на фоне ультрафиолета. — Потому что… — парень стиснул зубы и с раздражением посмотрел на девушку позади себя, чьи глаза были уже затуманены слезами. — Потому что Алекс всё испортила. — О чём ты говоришь? — возмущённо задала вопрос Софи, но Джастин даже сам себе не смог до конца объяснить подобную реакцию. — Мы уходим, София, — выпрямив плечи, проговорил Бибер, крепко сжимая запястье Алекс в своей ладони. — Возьми вещи и иди к машине, — это было грубо, несдержанно и просто неподходяще к девушке, смотревшей на мужчину с полнейшим непониманием. Он не должен так обращаться с той, кого ещё вчера она на словах был готов носить на руках. Но даже обиженный, полный гнева и разочарования взгляд карих глаз Софи не смог вразумить мужчину. Он отвернулся и решительно вышел из здания, держа Александрию за руку. — Она не простит этого тебе, — сдавленно, держа внутри слёзы и всё так же играя на публику, вымолвила Макбрайт. — И я тоже. — Сейчас ты должна думать только о моём прощении, Александрия, — прохрипел он в ответ, уже подойдя к машине. — Думаешь, я так просто забуду это? Её только было растерянный взгляд сменился холодом и статью. Девушка менялась, точно актриса и это всегда действовало Джастину на нервы. Он не знал какая из этих ролей реальная. — Забудешь что? — её идеальная бровь поднялась вверх, но рука покладисто была в плену у Бибера. — Я не собираюсь признавать, что сделала что-то неправильно. — Хватит, — рыкнул Бибер. — Ты знаешь о чём я говорю, — он резко обернулся к собеседнице и взглянул в её глаза с тем же льдом, от которого у другой пробежались бы по спине мурашки. — Не знаю, Джастин, — медленно поведя головой, отозвалась она. — Ещё вчера ты говорил мне, что любишь Софи, — пожала она плечами. — Ты сказал, что она нужна тебе и ты готов изменить всё. А сегодня ты растоптал её чувства, держа меня за руку и тем самым подкрепляя её глупые догадки. — Какие догадки, Алекс? — уже зная ответ, настырно спросил он и подступил к девушке. — Только не нужно думать, что я поверю в твою напыщенную ревность, Джастин, — усмехнулась горько девушка. — Я слишком давно тебя знаю, чтобы поверить в что-то подобное. Их глаза были слишком похожи. Настолько, что Софи, подошедшая, даже замерла на месте. Она видела эту ауру, исходящую из обоих и внутри её дыра стала ещё глубже и вновь начала кровоточить. Девушка всегда понимала, что этот союз будет существовать вне зависимости от её нахождения в этом доме, но сейчас, видя их перепалку, он была уверена, что здесь всё уже давно не держится только на вранье. Самое опасное, что мог сделать Джастин — дать поверить обеим девочкам в счастье с ним или без него. И забрать это. — Садись в машину, Льюис, — прохрипел мужчина, прожигая взглядом Алекс, чего не ожидала даже сама Софи. Она всегда думала, что Джастин попытается скрыть свои чувства, но сегодня он не сумел себя контролировать. Всё смешалось в голове и мужчина просто сделал то, что посчитал нужным, не подумав ни о ком, кроме самого себя. Как и всегда впрочем. Дорога до дома была тихой и почти незаметной, но вот все понимали, что разговор должен был состояться, что не могло не беспокоить ту самую, ни в чём не виноватую Софи Льюис, которая без Джастина не могла даже вздохнуть. А он вот так просто игнорировал её чувства, обиду и был полностью погружён в размышления о том, что необходимо предпринять, чтобы наказать Александрию. — Иди к себе в комнату, — холодно проговорил мужчина, бросив пиджак на диван в гостиной. — Мне нужно поговорить с Алекс наедине, — его тон не говорил ни о чём хорошем, но Льюис была настолько недовольна поведением мужчины, что не смогла стоять в стороне. — Какого чёрта? Я что, вообще ничего для тебя не значу? — она была просто обнажена перед его злостью, но духу девушке явно не занимать. — Я что, пустое место? Почему ты себя так ведёшь?! — её крик только усугублял ситуацию, но Алекс даже не вздрогнула. Она была так одержима мыслью покинуть этот чёртовый дом всё это время, что сейчас просто разбита, хоть внешне этого и не видно. Девушка держалась из последних сил, но вела себя так, словно это всё не происходило с ней. В её руках уже через несколько минут оказалась чашка крепкого чая и она села на тот самый диван рядом с пиджаком Джастина. Её тело было натянуто, словно струны скрипки, но в руках уже давно не дрожала кружка. Александрия больше не боялась Джастина, ведь сегодня он уже перешёл черту её болевого порога. Он забрал у неё надежду. — Закрой рот и иди к себе в комнату, — тяжело дыша, прохрипел Бибер. — Я не буду повторять тебе ещё раз. — Да пошёл ты, — фыркнула та и кинулась к лестнице, но даже её бег не смог отвлечь от слезы что упала на паркет. Алекс перевела взгляд на маленькое мокрое пятнышко и замерла. В тишине она не поднимала глаза на Бибера, наоборот, испепеляющего взглядом добычу. Он был на грани. — Сегодня ты действительно постарался сделать ей больно, — хлебнув горячего чая, вымолвила она. — Всё, что ты делала до этого со мной — сущий пустяк на фоне этого. — Это ты во всём виновата, — сжав кулаки, Бибер тяжело выдохнул, чувствуя, как злость постепенно отступает от мозга, но не настолько, чтобы мыслить здраво. — Я? — вскинула бровь та. — Я просто разговаривала с другим мужчиной, Джастин. И не думаю, что ты мог себе позволять себе подобное. Мы не в тех отноше… — Закрой рот, Алекс, — его голос был низким и грубым, от чего девушка даже немного вздрогнула. — Никогда больше не говори про других мужчин в моём присутствии, — уже более сдержано, но всё же очень настырно приказал он. — Я никому не позволю вызывать твою улыбку. — Что? — её выражение лица сменилось на удивлённое и Макбрайт отставила кружку на столик. — Почему, Бибер? Потому что ты слишком привык, что я всегда рядом с тобой? Это не продлится вечно. — Конечно же нет, Алекс, — он возвысился над ней, сделав несколько шагов и склонился вниз, упершись сдавленными кулаками о диван, от чего натуральная кожа тут же натянулась под таким напором, а тело девушки слегка отклонилось назад. — Это продлится до тех пор, пока ты не перестанешь быть мне нужной. — Я или мой статус, Бибер? — её губы задрожали под его дыханием, но это совершенно не от тайного желания. Страх окутал её тело и его нельзя было перепутать с чем-либо другим. — Ты думаешь, что нужна мне только потому, что твоя семья влиятельнее, чем кто-либо в городе, Макбрайт? Если так, то ты ещё глупее, чем я считал, — его улыбка не предвещала ничего хорошего. — Мы поиграем в одну игру, девочка. И тогда, возможно, ты сможешь понять мои намерения. — Мне надоели твои глупые игры, Бибер, — она нахмурилась и сжала ткань платья, покоящегося на своих коленях. — Хватит делать больно… Его рука резко накрыла мягкую щёку Алекс, а пальцы нырнули в густую копну волос, цвета тёмного шоколада. Он ощущал её тепло каждым нервом и не мог отказываться от мыслей, что это доставляло ему удовольствие. — Я сделаю тебе ещё больней, если ты не перестанешь мне сопротивляться, — тихо прохрипел он прямо в ухо девушке. — Ты же знаешь, что я люблю держать тебя в своих руках. Скоро ты сама будешь этому рада, Александрия.