Будущее, где не ждут

      Брауни доводит меня до зала с кристаллом. Здесь всё изменилось до неузнаваемости: ступеньки лестницы стали чёрными, а в коридорах гвардии были различные помещения, вроде кухни, кузницы и в самом конце — кладовой. Возможно, я спала чуть больше, чем несколько недель, но я должна была выйти на след правды и понять, что же происходит в штабе.       — Здесь я тебя оставлю, шеф не любит, когда его и жену тревожат, — парень, сопровождавший меня, сказал эти слова и ушёл. Я не сразу поняла смысл его слов или просто не хотела понимать. У меня было великое желание увидеть вампира, которому я когда-то отдала своё сердце и который обещал любить меня вечно.       Двери приоткрылись и я вошла в зал. Удивительно, но здесь почти ничего не изменилось: кристалл всё также находился в центре, возле него находились красивые, мраморные ступени и где-то в углу валялась куча пожелтевших от времени свитков. А в самом центре стоял мужчина, с тёмными, длинными волосами, собранными в косу. Его телосложение казалось мне смутно знакомым и таким близким. Он нежно и со страстью целовал девушку в чёрном кимоно, как когда-то Невра целовал меня. Невра… — Кто здесь? — мужчина обернулся ко мне лицом и на мои глаза отчего-то выступили слёзы. Это… Невра?       На мужчине была всё та же старая повязка, те же восхитительные глаза и прекрасный, дурманящий взгляд. Мои глаза упали на щёку. Там красовался небольшой шрам, может, полученный во время боевого задания. Он подошёл ко мне и его глаза округлились.       На мужчине была всё та же старая повязка, те же восхитительные глаза и прекрасный, дурманящий взгляд. Мои глаза упали на щёку. Там красовался небольшой шрам, может, полученный во время боевого задания. Он подошёл ко мне и его глаза округлились. — Ты… Нет, не может быть… Ты умерла, — я редко видела его в таком состоянии раньше. Тело Невры тряслось, а в голосе были странные нотки боли. — О чём ты? — я не понимала. Ведь я жива. Почему он трясёт меня за плечи и почему голос вампира дрожит. Почему… — Кто это, Невра?       К нам подошла невысокая девушка с голубыми глазами и волосами, чистого пшеничного снега. Это была молодая кицунэ с четырьмя хвостами, которую целовал Невра. Прямая осанка, идеальная кожа и манящая внешность. Она казалась эталоном красоты и женственности, по сравнению со мной. — Это… Когда-то я любил её, а сейчас… Я позже тебе расскажу, Сай, — он приобнял её и девушка покорно кивнула. В зал вбежал мальчишка с голубыми глазами, как у этой Сай и тёмными, как у Невры, волосами. — Папа, Нао опять отбирает мои игрушки, скажи ей! — он топнул ножкой и я сразу поняла, что это значило. Значит, сын… — Я схожу, если ты не против, — девушка, не дожидаясь согласия мужа, вывела ребёнка за руку из зала.       Между нами повисла напрягающая тишина. Этот ребёнок… На вид ему было лет шесть и за пару месяцев такое дитя не могло появиться из ни откуда. Я схватилась за голову. Это всё слишком сильно напоминало затянувшийся сон, какой-то необыкновенно страшный кошмар. Мне хотелось понять, что происходит, но я не могла этого сделать при всём своём желании.       — Ты умерла, я так думал… Ты растворилась в неизвестности, когда я почувствовал лёгкий поцелуй. Это была наша последняя встреча, а через месяц… Кто-то из гвардейцев нашёл твоё тело. Прошло сто лет и было решено захоронить тебя в склепе. У Мико за это время появилась семья, Эвелейн и Хуан Хуа официально были признаны парой, а я… Я заново влюбился и женился на милой девушке, которую зовут Сайори. У нас появились дети, я не думал, что когда-нибудь ты вновь вернёшься ко мне.       Я села на холодный, мраморный пол. Теперь мне уже было трудно слышать и слушать Невру. Он ведь обещал. Он клялся в вечной любви, а в итоге. — Прости, но у меня больше не осталось чувств. Ты ведь понимаешь, что это было давно? С тех пор прошло много лет и я не мог вечно хранить свою любовь… Я кивнула, а после, встала с пола. Казалось, что всё, что я любила когда-то, сейчас было уничтожено. — А что с Карен? — я посмотрела в его глаза, которые стали какими-то холодными и чужими, — Что стало с ней? — Этот… Оболтус Хром. Они поженились и сейчас всё хорошо. Ты можешь с ней поговорить, если хочешь. Я кивнула, а Невра вышел из зала, со словами «Мне жаль». Я посмотрела в открытое окно. — Мне жаль, — последнее, что я слышала в этой жизни.