Жизнь с Уизли

Сегодня 2 мая 2008 года, ровно десять лет с момента, когда в Битве за Хогвартс погибло большинство сторонников Тёмного Лорда и была завершена Вторая магическая война. Уже девять лет, как Гермиона Грейнджер, лучшая ученица Хогвартса и лучшая подруга Гарри Поттера взяла себе вторую фамилию Уизли. За все это время совместной жизни детей они так и не завели. Гермиона все время работала в Министерстве магии над новыми изобретениями, что стало ее истинной страстью. Девушка быстро схватывала новую информацию, а эта профессия давала ей развиваться все больше и больше. Главный артефактор магической Европы, должность о которой можно только мечтать. Деньги приносит сумасшедшие, а количество ее личных патентов пополняется почти каждый месяц. Грейнджер-Уизли все время отдает работе, а все потому, что только здесь может поговорить с людьми, которые составляют конкуренцию ее уму. Несмотря на огромные доходы они живут в маленьком доме. Большого им не надо, туда девушка приходит только поспать или потрахаться со своим мужем, который вызывал только отвращение. За эти года Рональд Билиус Уизли не хило так деграднул. Из квиддичной команды его поперли за пьяный дебош. Жена постоянно пряталась от него на работе, а когда приходила домой подвергалась насилию во всех смыслах этого слова. Младший сын семьи Уизли перестал появляться на публике после шумной ссоры с сестрой и ее мужем на третьей годовщине победы. История была премерзкая: рыжий, будучи в неадекватном состоянии - наговорил кучу гадостей в сторону бывшего друга. Гермиона общается с Гарри, но в тайне от своего мужа, так как нового повода для ссоры и последующих за ней избиений она не хотела. О регулярных избиениях и насилии девушка не рассказывала никому. Все следы успешно скрывались с помощью зелий, мазей и магии. Ни лучший друг, ни лучшая подруга не знали ничего о действительном состоянии Грейнджер-Уизли. Коротких посиделок в кафе, во время обеда, пару раз в месяц, и то, это если повезет, катастрофически не хватало, чтобы разглядеть истинные эмоции артефактора. За время их скитаний в лесу, да и приключений в общем, Гермиона научилась мастерски лгать. Ничто иное как ложь и мастерство помогло ей остаться тогда в живых, а сейчас помогает сохранить лицо в глазах общественности. В своем не скромном коллективе она была единственной девушкой. Все мужчины, что ее окружали были заинтересованы в ее внимании. К активным действиям они перейти не могли, из-за обручального кольца на ее пальце. Не то чтобы в магическом мире не практиковалось измена, просто это же бывшая лучшая ученица Хога, пай-девочка на всю голову. Так что, за все это время ни один из джентльменов не осмелился предложить ей что-то большее чем чашечка кофе в перерыв. А она бы хотела. Все эти жаркие взгляды на ее тонкое девичье тело жаром отдавались внизу живота, возбуждая за доли секунды. Ей хотелось нежности и внимания. Против жесткого секса она не имела ничего против, а была бы только за, но то, что делал с ней Рон, нельзя было назвать чем-то вроде "приносящее удовольствие". Ее удовлетворенность никого не беспокоила, это была не игра, которая потом заканчивается страстным поцелуем. Ее просто ебали. Во все щели. Не важно, больно ей, задыхается ли, достаточно ли она влажная. Уизли драл ее насухую, порой до крови,нанося все новые и новые ссадины,ушибы, синяки. Все это сопровождалось непрерывными криками, которые не могли услышать снаружи из-за банального заглушающего. И вот сегодня она с коллегами закончила работу над новым артефактом. Это что-то вроде маховика времени, но гораздо круче. Не нужно было волноваться о том, что ты можешь встретить второго себя, спровоцировав разрушение реальности. Ты буквально переселяешься в свое тело, в отведенный момент времени. Также ты из него можешь переселиться и обратно - в свое время. Но осталась всего одна побочка - изменение будущего. Никто не может точно знать, что конкретно измениться после вмешательства. Это изобретение было шикарным во всех отношениях, но абсолютно бесполезным, так как после получения прав на патент, оно отправляется на полочку "официально запрещено". Нельзя, чтобы хоть какая-то деталь реальности изменилась, ведь не известно, что еще может поменяться. Запрещенных артефактов была масса, но самых охраняемых всего четыре. Недавно созданный маховик "флайвилл", старый маховик, которым еще подростком Грейнджер пользовалась по приказу Дамблдора, воскрешающий камень и Книга Мира, что давала ответы на все вопросы и показывала будущее. Любой человек не имеющий доступа, впадал в кому, только приблизившись к двери, за которыми скрывались эти предметы. Это заклинание тоже изобретение Гермионы. Проклятье спящей красавицы, что может быть гениальней. Обойти его невозможно, так как сама руна, заклинание и все прочее, включая специальное зелье, которым был полит пол, известны только одному человеку, самой Грейнджер-Уизли. Все сделано в целях безопасности этой реальности. Сегодня суббота. Все празднуют победу над Темным Лордом, гуляют, также сегодня в министерстве бал в честь Гарри Поттер, куда Миссис Уизли естественно приглашена как один из самых важных гостей, но она еще не решила, стоит ли ей действительно туда идти... Девушка пыталась открыть дверь собственного дома настолько тихо, насколько это было возможно. Пересекаться с мужем не хотелось. Как она докатилась до такого, как ее милый наивный Рон превратился в монстра, живущего за ее счет и создающего колоссальные проблемы на ее пути к спокойной размеренной жизни. Несмотря на попытку, дверь предательски заскрипела, оповещая непутевого хозяина жилища о пришедшем человеке. Девушка рвано вдохнула и прислушалась - в ответ ничего не было слышно. Возможно ей таки повезло и рыжий спит непробудным сном, а то и лучше совсем подох. Гермиона вошла в когда-то такой милый дом, отделанный в мягких тонах, что должны были приносить спокойствие и умиротворение. Сейчас все выглядело просто ужасно...да что уж там выглядело, здесь даже запах был просто кошмарным. Все провонялось дешевыми сигаретами и алкоголем, еще был запах чего-то тухлого, ну конечно, за кухней никто не следил вот все и испортилось. Девушка тихо сняла обувь, поставила на пол сумочку и прошла вглубь дома, готовая в любой момент достать палочку...в любой, кроме этого. Рональд Уизли так и не спал, как подумала сотрудница министерства, он услышал, что пришла его жена и, ухмыльнувшись поднялся с дивана и замер у стены ожидая свою жертву. Гермиона не успела среагировать. Несмотря на военную закалку и постоянные избиения, она все равно не могла справиться с куда более сильным соперником. Мужчина схватил девушку, ставя ее перед собой и выламывая руку, в рукаве которой находилась палочка. - Ну привет, сучка, я соскучился. - палочка была изъята и выброшена в другой угол довольно широкой комнаты. - Ты чувствуешь как я соскучился?! - почти прорычал Уизли плотно прижимаясь своим достоинством к попе девушки. - Я не слышу, сука, ты чувствуешь?! - он зажал обе ее руки в своей лапе, а второй обхватил шею сжимая челюсть. - Да, я чувствую. - голос девушки был отнюдь не испуганным и дрожащим. Она сказала это с максимальным безразличием, чем разозлила мужа еще больше. - Значит ты знаешь, что будет дальше. - мерзко ухмыльнулся он. С каждым словом лицо девушки обдавало перегаром, а нежную щеку раздражала жесткая щетина. Далее она почувствовала как рука, сжимавшая горло опустилась ниже и больно сжала правую грудь. В ответ на это мужчина услышал лишь прерывистый вздох, за которым девушка пыталась скрыть вопль боли. - Говоришь не достаточно больно?! - задал риторический вопрос Уизли и сжал девичью грудь еще сильнее, вырвав болезненный всхлип. На ее глаза навернулись слезы. - Ой, вот только давай не начинай. - резким мощным движением Рональд швырнул Гермиону на пол в метр от себя и принялся за ширинку. Девушка падала вперед лицом на колено, что тихо хрустнуло, оповещая о возможной первой травме. Подняв голову она бросила резкий взгляд на палочку, валявшуюся в самом углу комнаты и, несмотря на ноющую боль в ноге поползла туда пока этот недо-насильник возится со штанами. Маневру не суждено было удастся, мужчина решил не особо заморачиваться во время полового акта и сразу снял штаны с трусами. - Куда, блять. - рыжий схватил Гермиону за ногу и притянул под себя. Так кстати на ней было надето платье, а значит ему не придется возиться с ее одеждой. Миссис Уизли распласталась на полу, сверху прижатая массивным телом своего непутевого мужа. Она делала тщетные попытки вырваться, ее бедра были плотно зажаты меж ног Рональда. Одной рукой он придавил ее тело к полу, а второй залез под юбку в поисках трусиков. Слегка приподнявшись, Уизли приподнял бёдра своей жены, ставя ее раком и, задрав такую бесящую юбку, резким движением вошел в сухую промежность девушки. В ответ на это она закричала и попыталась отстраниться, но лишь усугубила ситуацию. Рональд вывернул обе ее руки, взяв их как поводья и начал двигаться внутри Гермионы. Жёстко, резко, глубоко. Так как она была совсем сухая он прилагал больше усилий, тем самым причиняя ещё больше боли Гермионе. - Ты что, не скучала по мне,- прорычал рыжий и прижался к спине девушки своим торсом опуская ее плечи ниже к полу и заставляя открыть больше доступа к ее дырочкам. Как жаль, - прошипел он,- не хочешь по-хорошему, значит будет по плохому. Лишь слегка отстранившись, он достал свой член, что был довольно внушительных размеров, и плюнув на руку провел ею вдоль своего органа. Он не особо улучшил ситуацию, без препятствий он смог только войти, на этом польза для Герми закончилась. Достав свой член почти на полную он снова вошел по самое основание. Девушка забилась под массивным телом от боли, которая жгла ее изнутри, но добилась этим лишь того, что обе руки насильника легли на, закрытую тканью, грудь и, кажется сжали со всей силы. Уизли снова достал свой член и без разбора направил в девушку, он делал это снова и снова. Этим самым он повредил ее вагину и она уже смочила его твердый хер кровью, впуская его раз за разом внутрь. Миона кричала во все горло и пыталась вырваться, но только делала хуже самой себе - чем сильнее она извивалась и сопротивлялась тем сложнее Рональду было попасть в ее лоно, что причиняло еще большую боль девушке. Ее криков никто не слышал, кроме самого насильника, которого это только заводило. Хрупкое девичье тело было полностью в его власти. Словно кукла, она принадлежала только ему и он мог делать с ней все, что только пожелает. Он отпустил ее грудь и привстал, хватая сильными руками ее бедра и открывая себе прекрасный вид на окровавленную пизду его жены. Он сильно сжал нежную кожу и начал насаживать девушку на себя. Хищным взглядом он смотрел как его член входит в узкую дырку его жертвы, разрывая ее все больше и больше. Он снова и снова выходил, почти на полную длину, и насаживал девушку на себя. Почувствовав, что скоро кончит, он ускорился навалившись снова на Гермиону, трахая ее словно животное. Еще пара грубых толчков и он кончил в нее. Заливая все влагалище спермой. Еще минуту он так и лежал сверху, вдавливая жену в пол. Она уже не шевелилась. Все ниже ребер жгло, она просто не могла подвигаться, каждое движение сопровождалось новой волной жгучей боли. Она почувствовала, что орган, все еще находящийся внутри снова стал твердеть. Черт, - подумала,- столько лет прошло, столько алкоголя было им выпито, а член, сука, как по часам. - пронеслось у нее в голове. - Я хочу еще. - рыкнул рыжий. Он достал свой, залитый спермой и кровью, член и встал с Гермионы. - Поднимайся. - рявкнул в сторону распластанной девушки, что даже и не подумала шелохнуться...она просто не могла. Своими действием, хотя, точнее будет сказать бездействием, она только сильнее разозлила насильника. Тот стал перед ней. - Вставай. - он схватил ее за волосы и поставил на колени. Девушка была словно тряпичная кукла. Использованная уже в который раз. Каждый раз она заживляла все, что было повреждено, оставалось надеяться, что заживляющее выпитое перед возвращением домой еще будет действовать как надо, а не отравлять ее. Ее тело уже привыкло к такому роду пыток, а все, что болело, по чуть-чуть начинало занемевать - значит зелье таки действует. То, что она пила для атрофирования нервных окончаний, для того, чтобы не чувствовать боль, так часто пить нельзя. Тело девушки и так можно уже кидать в котел и варить какие-нибудь отравы. Куча разных мазей, трав и всего в таком роде долго не покидало ее тело, часто пополняясь новой порцией. Влитая в нее жидкость начинала действовать, нужно подождать еще немного. Его действие будет недолгим, но достаточным чтобы попытаться сбежать. Так кстати стоявший над ней Рональд был открыт и беззащитен, выставив свое достоинство четко перед ней. - Возьми его в рот. Волосы девушки все еще находились в его сжатом кулаке. Перехватив их поближе к голове, он придвинул ее губы к своему органу и надавил второй рукой сжал ее челюсть, открывая рот. Рональд запустил измазанный в солёных жидкостях член, в горячую и влажную среду ее маленького ротика. - Ммммм. -глубоко простонал Уизли. Он начал двигать голову своей жены глубоко насаживая ее рот на свой хер и долбясь об ее глотку. Гермиона издавала влажные звуки и задыхалась, это отрезвило ее. Действие уже работало на полную, главное не переборщить и не сломать себе ничего в ходе действий. Девушка двумя руками оттолкнула мужа и головой ударила в пах. Рональд, не ожидавший сопротивления и вообще каких-либо движений от жены, отошел на пару шагов, упал на колени и согнулся от боли. Гермиона не тратила ни секунды - подорвалась на слегка ватные ноги и поторопилась к палочке. Добравшись до заветного деревка и взяв его в руки, она резко выпрямилась и развернулась в сторону тирана, послав в него Петрификус. От этих движений в глазах потемнело. Зелье работало хорошо, но тело таки было перегружено. Грейнджер-Уизли поправила платье и выдохнула, закрыв глаза. Нужно было перевести дух, но времени было немного. Пара заклинаний и синяков, так же как и крови со спермой на ее теле не было. Нужно было решать что делать. Чары развеяться не скоро, но они таки спадут и в эту секунду ей категорически нельзя находиться в доме. Столько лет она терпела это. Разве можно назвать ее умной в этой ситуации?! Любая другая бы уже давно попыталась сбежать, подала бы в суд или на худой конец убила мерзавца. Замести следы она бы могла, что может быть проще?! Тем более этот рыжий червяк давно утратил свой авторитет в обществе и особо разбираться никто не будет. Но нет. Она верила, что этот козел одумается, он же был таким хорошим, милым, добрым, отзывчивым. А теперь скажите, что все гады со слизерина. Например, тот же Малфой, он бы не позволил себе таких выходок. Да какой там...он тот еще трус, но честь таки, хоть какую-то, но имел. Гермиона прошла на кухню. Там ужасно воняло. Взяв из шкафа единственный чистый стакан, она наколдовала воды. Тихое "Агуаменти" эхом разнеслось по дому. Прополоскав рот она сплюнула все в раковину. Что ей делать?! Мысли роились в ее голове как пчелы, жаля и жаля. Бежать к друзьям не хотелось, у них и свои проблемы. Она, уважаемый во всей Европе человек, не могла постоять за себя, героиня войны называется, артефактор сраный...решение всплыло в ее одурманенной голове резко и будто засветилось красным перед глазами. Флайвилл. Она может поменять все, поменять все для самой себя. Она работала над этим изобретением почти три года, а теперь у нее есть возможность использовать его для своих, пускай и не великих целей на благо человечества, но она заслужила лучшей жизни. И если не она, то кто еще достоин пользоваться ЕЁ изобретением?! Поставив стакан на грязный стол,она метнулась в спальню за парочкой своих зачарованных украшений. Лучше она будет готова к чему-нибудь эдакому, когда все пойдет наперекосяк. Она надеется, что все будет в порядке, но страховка должна иметься. В честь праздника в Министерство прибыло огромное количество людей. Слиться с толпой не составит труда. Ее платье по этому случаю висело в шкафу. Несмотря на предрассудки оно было изумрудным и выглядело дорого. Этот цвет прекрасно сочетается с ее волосами, что за время из темно каштанового приобрели слегка медный отлив. Такие же были у ее мамы - каштан с медью. Мысли о родителях полоснули по сердцу тупым ножом. У нее есть шанс все изменить, об это она подумает позже, когда заветный кулончик будет уже в руках. Быстро приведя себя в порядок, благо она волшебница, девушка переоделась и пошла к выходу из дома. Уизли все еще лежал распластанным на полу в неглиже. Менять ничего она не собиралась, поэтому выйдя из дома сразу аппарировала в свой кабинет. Гермиона села в свое мягкое кресло и сделала пару глубоких вдохов. Нужно было все продумать и решить, в какое время именно она собирается отправиться и что изменить. Выходить замуж за Уизли нельзя... или можно поменять тот день, когда он поссорился с Гарри...нет. Раньше, чем день поражения Волан-де-Морта возвращаться нельзя, это может повлиять на исход самой битвы, а значит все должно быть после нее. Может тогда, когда Гарри сломал Бузинную палочку...или в день, когда Рон сделал ей предложение, но тогда неизвестно как он себя поведет после отказа. Главное чтобы не навредил себе или кому-то из близких. Пусть это будет день начала отстройки Хогвартса. Вроде бы и никаких важных событий и тогда Рон хотел поцеловать ее во второй раз. Достаточно просто объяснить ему, что первый поцелуй был под влиянием эмоций, адреналина, и они просто друзья, а затем вернуться в это же время в свой кабинет. Она посмотрела на часы - 8:56, совсем скоро начнется бальный вечер. Нельзя попадаться никому на глаза или, хотя бы, не привлекать внимание. Девушка еще раз прокрутила в голове ее последующие действия и вышла из кабинета. В коридорах был народ, но не так уж и много. Мелкие чиновники сновали то туда, то сюда, бросая почтительные кивки в ее сторону и торопясь дальше по своим делам. Это хорошо. Ничего такого, что могло бы помешать ее плану, не происходило. Спуститься на этаж вниз, завернуть направо, пройтись по коридору и пройти массивную дверь и повернуть налево...пара шагов и вот она - заветная резная дверь с запрещенными артефактами. В этом крыло совсем было пусто. Гермиона бросила быстрый взгляд на коридор из которого пришла и прислушалась. Было совсем тихо. Сделав глубокий вдох, она достала палочку и нарисовала в воздухе руну. Послышался тихий щелчок и дверь приоткрылась. Ей открылась комната огромных размеров. Это была не совсем даже комната. Будто большая библиотека. Огромное количество высоких стеллажей с маленькими и неочень предметами. Под ногами был ковролин, так что ее шаги не отдавались эхом по помещению. Она повернула налево, нужно было пройти в самый конец, к двери, охраняющей четыре главные запрещенки. Дорога туда казалась такой длинной, будто уже минут десять она идет в никуда, но нет, ее взору открылась маленькая дверца в метрах пятидесяти от нее. Девушка ускорилась, сильнее сжимая палочку и готовясь произнести заклинание. - Рulchritudo dormientes evigilare faciatis (пулькритудо дормиент эвидж'еляре фачатис). Дверь засветилась розовым светом, а в воздухе рассыпались мириады золотых искр. Отворив дверцу и войдя внутрь, Гермиона увидела четыре полутора метровые колонны с артефактами. Пара взмахов волшебной палочки и невербальных заклятий и колонна с подвеской засветилась желтым, оповещая о безопасном доступе. Девушка не теряла ни секунды и надела желанное на шею. Конструкция у Флайвилла была схожа со старым маховиком: вместо зачарованного песка там было зелье глубокого синего цвета, помогающее рассечь время, и восемь крутящихся дисков - тысячелетие, столетие, десятилетие, год, месяц, день, час, минута. Она прокрутила диски на нужные числа - 1998 год 17 мая 9:00 и, порезав свой палец режущим заклинанием капнула кровь на колбочку с синей жидкостью. Она не могла поверить, что ей удалось все это сделать и никто не встретился ей на пути. От артефакта ударило волной синего цвета, которая разнеслась по всему помещению, проходя сквозь стены, а затем вернулась обратно в Флайвилл, поглощая своим светом девушку, что так жаждала другой жизни.