Кусочек рая на двоих

Когда айфон пиликал звонком или сообщением от Ван Ибо, Сяо Чжаню даже не нужно было смотреть на определитель. У него давно возникло ощущение, что вызовы Ибо он узнает по голосу. Ну и что, что у айфона на все вызовы «голос» один и тот же. Честно говоря, идея поставить на звонки от Ибо какую-то особенную мелодию время от времени посещала мысли Сяо Чжаня, но он каждый раз ее отметал. Во-первых, легко спалиться, потому что Ибо мог позвонить в любой момент, и кто знает, чем в это время был бы занят Сяо Чжань и какими людьми окружен. Во-вторых, Сяо Чжань убедил себя, что для этого он недостаточно сентиментален. Хотя кого он пытался обмануть? Вот и сейчас, стоило айфону пиликнуть вызовом, Сяо Чжань ответил, не глядя. - Привет, баобеи. Как долетел? - Комфортно. Ебанашки были только на вылете, в Куньмине, да и то… м-м-м… назовем их деликатными. А в Санье вообще никого. При слове «деликатные» Сяо Чжань подавил смешок, потому что уже имел удовольствие видеть слитое в сеть фото своего ненаглядного диди в… как бы помягче выразиться?... немного неприглядном виде. Но про это он ему ни за что не скажет! Только бы не заржать… - Рад за тебя. Как там погода? - Шикарная. Солнце, море, ветерок. Пальмы. Песочек белый. Вода плюс 29. - Блеск! Никогда не был на Хайнани. - Ну так приезжай! Тебе же все равно пока нечем заняться. Ой. Я не то хотел сказать! - Да брось. Нормально все. Бывает и хуже. - Я тебя расстроил, да? Вот я придурок! - Ибо, перестань. Все нормально. Я не хрустальный. - Голос у тебя какой-то… - Я просто устал, Бо-ди. - Ну так приезжай, а? Отдохни. Я тебя тут спрячу от всей это хрени. Во, лови. Айфон хрюкнул, возвещая о полученном сообщении. - Бо-бо, что это? - Рай на земле. Честно. Я забронировал для нас с тобой маленький кусочек. Считай, что я отдаю должок за Ябули. - И с каких пор мы подсчитываем, кто кому что должен? - Я выбрал неправильные слова, гэ. Ты сделал мне подарок зимой, мой пришелся на лето. Это просто возможность провести немного времени вдвоем в красивом месте. М? Картинка была невероятно заманчивой. Пальмы, стены, увитые каким-то ползучим растением вроде дикого винограда, бассейн диковинной формы, подсвеченный снизу голубоватым сиянием. Красиво. И заманчиво, чего уж там. - Думаешь, сейчас это оправданно? - Гэ! Если всю жизнь оглядываться на завистников и хейтеров, лучше вообще не жить. Конечно, если ты не решишься, бронь можно скинуть, но владельцы отеля расстроятся. Клиентов сейчас и так дефицит. Ибо брал его на слабо. Уловка не укрылась от Сяо Чжаня. Он улыбнулся – его диди неисправим. И согласился. Очень хотелось отвлечься и побывать в этом райском местечке, да еще с Ибо. Когда еще выпадет шанс? - Скажешь номер рейса, я пришлю парней, тебя встретят. - Ну да, ну да. И весь Китай тут же узнает, что телохранители Ван Ибо встречали кого-то в аэропорту Саньи. И сделают верные выводы. Нет уж, баобеи, я сам доберусь. Один. Слава небесам, сейчас еще не так много народу летает. Остаться незамеченным довольно просто. - Ладно, хорошо. Мне эта идея не нравится, но коль ты так хочешь… Возьмешь в «Фениксе» такси или машину в аренду, адрес и координаты я тебе скинул. Бунгало забронировано на оба наших имени. Прилетишь раньше, чем я закончу съемки, располагайся. - Ван Ибо! Я не маленький. - Ну… Я просто волнуюсь. - Сесе, мамочка. Не волнуйся. Кстати, а съемки-то у тебя где? - Жиюэй, классное место! Тебе понравится. Вечером следующего дня Ибо, добравшийся до вилл отеля Баньян, обнаружил Сяо Чжаня на балконе, нависающем над бассейном. Он сидел на шезлонге, закинув длинные ноги на перила балкона, и что-то читал. Ибо затаил дыхание, наслаждаясь этой безмятежной картиной. Забыли мы Про старые печали - Сто чарок Жажду утолят едва ли, Ночь благосклонна К дружеским беседам, А при такой луне И сон неведом, Пока нам не покажутся, Усталым, Земля - постелью, Небо - одеялом.* Это было так внезапно, что Ибо вздрогнул. - Долго ты собираешься шпионить за мной? Сяо Чжань отложил в сторону книжку, снял с носа очки и ноги с перил, чуть обернулся. Улыбнулся, очень знакомым жестом склонив к плечу голову. Сердце Ибо пропустило удар. Он шагнул из тени, приблизился, сел на пол и прижался щекой к его колену. - У моего гэгэ философское настроение? Или романтическое? С чего бы? - То есть ты считаешь, что романтическим настроению быть не с чего? Мм? Но вообще… Обстановка располагает. Сяо Чжань стянул с головы Ибо цветастую панаму и, не удержавшись, все же фыркнул. - Какой варвар сбрил роскошную гриву моему льву? Ибо отлип от колена, норовисто вскинул голову. Опасно прищурился. - Только попробуй… Сяо Чжань с трудом подавил рвавшийся наружу смех, уж больно забавно выглядела новая прическа его диди. Поднял в примирительном жесте ладони, а едва Ибо снова положил взъерошенную голову ему на колено, наклонился и мягко поцеловал в стриженую макушку. - Ты пахнешь солнцем и морем, Бо-ди. Я скучал. Ибо полыхнул кончиками ушей, потерся щекой о колено, порывисто поднялся, пряча смущение, и шагнул к перилам балкона. - Вау. Отсюда можно сразу сигануть в бассейн. - Можно, - Сяо Чжань встал рядом, - только давай сначала глубину проверим. Если ты сиганешь и что-нибудь себе сломаешь, Мама Ду меня сгноит. А твои фанаты устроят покушение. - Не шути так, - Ибо ткнул его острым локтем в бок. В ответ Сяо Чжань обнял его за талию, притянул близко-близко и поцеловал в шею. Туда, где темнела крошечная родинка. Повел губами выше, к следующей, раньше прятавшейся под волосами, а сейчас явно ощущавшей себя не в своей тарелке. - Бедная, - прошептал, улыбаясь, Сяо Чжань. - Кто? - Родинка твоя. Выставили, понимаешь, на всеобщее обозрение. - Ты опять?! - Ну прости. Не дуйся. Но дразнить я тебя буду, пока обратно не обрастешь! И Сяо Чжань со смехом отскочил от насупившегося Ибо. - Ой, блин. Совсем забыл. Голодный Ибо – злобный Ибо. Пойдем, накормлю. Я тебе тут всяких вкусностей наготовил. Маневр был, конечно, подлый, потому что перед готовкой Чжань-гэ Ибо пасовал всегда. Но проигнорировать донесшийся из гостиной запах было категорически невозможно. - Морковку я не добавлял, - Сяо Чжань подсунул под нос Ибо тарелку риса и вок со свининой в карамели. - Из твоих рук я бы и морковь съел. Пришел черед Сяо Чжаня полыхать ушами. Пока Ибо уплетал вкуснейшее мясо, рис и соус, он сидел напротив и, подперев кулаком щеку, умильно наблюдал за процессом. - Ты всегда так аппетитно ешь, что сам начинаешь слюнки глотать. Ибо немедленно выудил из тарелки кусок свинины поподжаристей, перегнулся через стол и поднес угощение ко рту Сяо Чжаня. Тот поймал взглядом взгляд Ибо, облизнулся и втянул лакомство, попутно облизав и палочки. Ибо подавился вдохом. - Гэ… - голос прозвучал хрипло. Сяо Чжань смотрел на него через стол жадно и голодно. От такого взгляда у Ибо привычно подвело живот и ослабли колени. Он тяжело сглотнул – Сяо Чжань тут же прикипел глазами к дернувшемуся кадыку. - Либо прекращай ТАК смотреть, либо показывай, где тут кровать. Если ты не сделаешь этого немедленно, мы трахнемся прямо на этом столе. Сяо Чжань схватил Ибо за руку и потащил с террасы куда-то вниз. То, что в этом месте называлось спальней, имело только одну стену. Две другие заменяли колыхавшиеся на легком ветру занавески. Четвертой стороной был, по сути, бассейн. - Охуеть, - выразил свое отношение к увиденному Ибо. Вишенкой на торте была видневшаяся где-то сбоку глубокая беломраморная ванна-джакузи, заполненная водой с плававшими на поверхности алыми лепестками роз. - Ты забыл предупредить, что мы не новобрачные? – Сяо Чжань выглядел не менее ошарашенным. Ибо заржал и упал спиной вперед на белоснежную постель, роняя Сяо Чжаня на себя. Оба замерли. Ибо смотрел снизу вверх, сглатывал и то и дело облизывал пересохшие губы. - Прекрати, а то я за себя не ручаюсь, - Сяо Чжань не мог оторвать глаз от этих губ. Никакой парень не имеет права на такие губы! Чтобы не смотреть, Сяо Чжань быстро склонился и прижался к этим губам. Сначала это был совсем не поцелуй, всего лишь прикосновение, а по телу словно бы пропустили ток. Ибо не слишком любил упускать инициативу, да и ему вот этого касания было категорически мало! Губы буквально жгло от желания. И он рванулся навстречу – они столкнулись носами и чуть не впечатались лбом в лоб. Сяо Чжань придушенно рассмеялся и, уже не церемонясь, скомкал ртом податливый и жадный рот. Мгновение – и напор сменился нежностью. Они целовались медленно, влажно, глубоко, негромко постанывая от удовольствия, прикусывая то верхнюю, то нижнюю губу, легонько посасывая, едва ощутимо зализывая укусы… Языки сталкивались, скользили друг по другу, сплетались и расплетались, - мягкие, чуть шершавые, сводившие обоих с ума… Они не отпускали друг друга бесконечно долго, пока хватало дыхания. Пока не начала кружиться голова и не показалось, что кровать, как джонка, качается на синих волнах бассейна. - Хочу тебя, - с трудом преодолевая плававший в мозгу туман, пробормотал Ибо и рывком сменил позиции. Теперь на спине оказался Сяо Чжань. Он распластался в позе морской звезды, раскинув руки и ноги, прикрыв глаза, и только подставлялся под поцелуи. Губы Ибо, мягкие и теплые, чуть обветренные после проведенного на солнце и на морском ветру дня, неторопливо скользили по шее от ключицы к дергавшемуся от едва сдерживаемых стонов кадыку и дальше, к челюсти, туда, где справа пряталась крупная родинка. - Я могу экскурсии проводить по твоим родинкам, - пробормотал Ибо, пряча лицо в изгибе шеи. - И кому же ты собрался их показывать? В голосе Сяо Чжаня, счастливом и чуть задыхающемся, угадывался едва сдерживаемый смех. Ибо решил, что смеяться он ему не позволит, и ощутимо укусил. Сяо Чжань тут же заткнулся. А Ибо переключил все свое внимание на правое ухо, где тщательно и методично вылизал все три прятавшиеся там родинки. Сяо Чжань забился под ним, как выброшенная на берег громадная рыба, и Ибо пришлось прижать его к постели всем телом. Было жарко. Не снаружи, внутри. Там полыхал такой пожар, потушить который не представлялось возможным. Они пробовали. Ничего не помогало. С каждым разом пламя охватывавшего их желания становилось только сильнее и выше, словно в него подбрасывали дров. Ибо раздирало на части от двух противоположных желаний. Хотелось растянуть удовольствие, сделать так, чтобы оно длилось бесконечно долго, измотать Сяо Чжаня ласками так, чтобы он полностью утратил контроль над собой. И в то же время все внутри сплеталось в тугой, болезненный жгут от страстного желания овладеть этим телом как можно скорее, проникнуть в него как можно глубже, заполнить собой до отказа, так, чтобы в нем не осталось места ни для чего. Чтобы там царил только он, Ван Ибо, чтобы все мысли, все чувства, все желания Сяо Чжаня были связаны только с ним. Это желание было предельно эгоистичным. Ибо это прекрасно сознавал. И так же прекрасно отдавал себе отчет в том, что оно никогда не осуществится полностью. Что Сяо Чжаня слишком много, чтобы заполнить его собой до краев, что он глубок и безбрежен, как море, и на то, чтобы исследовать все его глубины, не хватит человеческой жизни. Но вот прямо здесь и сейчас Ибо мог поддаться иллюзии и поверить, что Сяо Чжань весь, от кончиков пальцев до кончиков волос, его. Что он способен стать центром его вселенной, пускай и ненадолго. Ибо не отрывал губ и рук от вожделенного тела, купался в своих фантазиях – ему нравилось во всем и всегда быть лучшим. Он хотел быть лучшим для своего гэгэ и здесь. - Бо-Бо, - горячечно шептал Сяо Чжань, кусая губы и мотая взмокшей головой. – Бо-ди… Диди, мой баобеи… Хочу тебя… там. Он вскинул таз, развел бедра. Жестко притерся стояком к стояку. - Давай… Сделай это. Мне… надо. Не хочу чувствовать себя пустым… Хочу, чтобы ты был там… везде… во мне… на мне… Дай мне себя… От этого шепота Ибо чуть не кончил. Прикусил губу, поймал руки Сяо Чжаня, бережно прикоснулся поцелуем к шраму на правом запястье, провел губами выше, по ладони, так же «украшенной» шрамом, потом завел обе руки за голову, сплел пальцы с пальцами, сжал больно, так, что побелели костяшки. Сяо Чжань замычал, забился, понуждая его действовать. Ибо закинул длинные ноги себе на плечи, поцеловал левое колено, прикусил кожу на правом, потерся щекой и носом. И медленно вошел. Внутри Сяо Чжань был узкий, тугой, обжигающе горячий и шелковый. Чтобы перетерпеть нахлынувший ураган ощущений, Ибо вынужден был замереть. Сам не заметил, что прокусил губу. Сяо Чжань высвободил руки из его хватки, обхватил за шею, притянул к себе и слизал выступившую капельку крови. - Ш-ш-ш, баобеи. Не спеши. Полежи так. Мне сейчас очень хорошо. Очень. Сяо Чжань обнимал его за шею, шептал что-то еще, но смысл слов не доходил до сознания. Ибо мог только беспорядочно, торопливо целовать в ответ, куда придется, и низко, протяжно стонать, когда Сяо Чжань сжимал внутренние мышцы. Когда Ибо, наконец, немного овладел собой и начал двигаться, ноги соскользнули с мокрых от пота плеч. Сяо Чжань сдавил коленями бока, скрестил лодыжки на пояснице и при каждом толчке еще вдавливал Ибо в себя, понуждая двигаться резче, жестче, глубже. Оба стонали и вскрикивали в голос, не сдерживаясь, и только благодарили небеса за то, что их бунгало было самым крайним, дальше только полоса пальм, пляж и море, а соседнее стояло пустым. Когда улеглась оргазменная дрожь, Ибо растекся амебой поверх Сяо Чжаня, а тот обнял его руками, ткнулся губами в макушку и проворчал, выплевывая влажные волосы: - Не хилый дуэт у нас получился. Хорошо, что мы тут одни. И слышали нас только окрестные обезьяны. Ибо не выдержал, фыркнул, расхохотался, выпутался из объятий и с ходу сиганул в бассейн, подняв тучу брызг. Утром Сяо Чжань проснулся в одиночестве. Съемки у Ибо начинались рано, а ведь ему еще нужно было добраться до пляжей Хайтанг. И хорошо бы присоединиться к съемочной команде в отеле. Как Ибо умудрился незамеченным удрать к Сяо Чжаню, они выяснили еще накануне. - Это просто, Чжань-Чжань. Заходишь с главного входа, в сопровождении охраны, под фанфары, чтобы видели ВСЕ. Быстро переодеваешься в номере, выходишь со служебного входа на стоянку, хватаешь первый попавшийся байк службы доставки отеля – и вот он я. На доставщиков никто не обращает внимания. - Ты великий конспиратор, Ван Ибо. - Ну. Когда очень хочется, и не так извернешься. Сяо Чжань заулыбался, вспомнив вчерашний вечер. Потянулся всем телом и, как был - в чем мать родила - плюхнулся в бассейн. На этот день у него были большие планы! До бухты Жиюэй он добрался уже после обеда. Съемки были еще в самом разгаре, и толпа фанаток с профессиональной фототехникой такого качества, что у Сяо Чжаня от зависти аж челюсть свело, в сравнении со вчерашним днем увеличилась чуть не втрое. Правда, вели себя наблюдательницы достаточно корректно, но Сяо Чжань все равно лезть в эту кашу не рискнул. Ему было совсем ни к чему, чтобы его случайно опознали. Он устроился в сторонке, довольно удобно. По крайней мере тут ему никто и ничто не мешало смотреть на Ибо. Бухта имела полукруглую форму, и с места дислокации Сяо Чжаня открывался шикарный вид на акваторию. И на рассекавшего на гидроцикле Ибо. И на Ибо, красовавшегося на доске. Волны, к счастью, были небольшие, поэтому Сяо Чжань не рисковал заработать сердечный приступ, наблюдая, как его диди живописно летит с серфа в воду вверх ногами, потеряв равновесие. На счастливого, растрепанного, мокрого Ибо в облепившей фигуру футболке смотреть было одно удовольствие. Хотя, конечно, гораздо большим удовольствием было бы плюхаться с доски в море рядом с ним, но тут ведь как… Человек предполагает, а Гуаньинь располагает, да? Когда Ибо вернулся со съемок, Сяо Чжань спал на шезлонге возле бассейна. Голова склонена к плечу, очки почти сползли с носа. Рука небрежно свесилась и почти касается деревянного пола, рядом валяется выпавшая из нее книга с растрепанными страницами. Ибо сковырнул кроссовки, крадучись прошлепал босыми ногами по нагретым за день доскам. Присел. Подобрал книгу («Опять стихи читал… Хандрит гэгэ…»), аккуратно снял с носа очки. Сяо Чжань тут же очнулся, потер глаза. - Думал, не дождусь, - улыбнулся сонно. - Плохо же ты обо мне думаешь, гэ. - Ну… Прочел на вейбо, что ты с пляжа уходить не хотел, хотя все уже закончилось. Так понравилось с доски рыбкой летать? - Не понял? - Ну я не удержался. Приехал посмотреть, как ты там развлекаешься. - И кто-то тут смеет называть сумасшедшим меня?! Ты спятил? - Да брось. Я в сторонке, аккуратно. На меня никто даже внимания не обратил. Да и какой идиот оторвет взгляд от мокрого Ван Ибо в почти прозрачной, липнущей к телу футболке? М? Ибо не выдержал – стукнул. Сяо Чжань, смеясь, перехватил его за запястье, притянул к себе, поцеловал в ладонь. Увидел замотанный пластырем палец. - Упс. Львенок поранился? Ну конечно, если с таким азартом резаться в бичволей! Не очень умело, но зато с каким самозабвением! О-о, вон и коленки содраны. Он опустил прохладную ладонь на колено, погладил, чуть сжал – Ибо со свистом выдохнул. - Или коленки моего диди покраснели не от этого? – Сяо Чжань понизил голос до шепота, посмотрел исподлобья и бережно коснулся губами ссадины. - Может, мой диди там перед кем-нибудь их… кхм… преклонил?... Как только до Ибо дошло, что имеет в виду Чжань-гэ, он рывком высвободился и одним движением скинул того в бассейн вместе с шезлонгом. - Охладись! Сяо Чжань расхохотался. Ибо нырнул следом, поймал его поперек тела и от души макнул с головой. Сяо Чжань вынырнул, отплевался, угрожающе сузил глаза. - Ну, погоди у меня. Маленький бассейн возле приватной виллы, конечно, не Южно-Китайское море, но и тут можно устроить маленький шторм. Уже валяясь на бортике, переводя дыхание и пялясь в темнеющее небо, на котором одна за одной зажигались звезды, Ибо пнул Сяо Чжаня коленом: - Откуда, скажи на милость, тебе в голову зашла такая мысль? Я ведь и обидеться мог. Сяо Чжань тут же перекатился на бок, устроил голову у Ибо на груди, закинул на него руку и ногу. - Бо-Бо, не дуйся. Ну приревновал чуть-чуть, позавидовал. С кем ты там, кстати, на солнышке вповалку валялся? Джастина я опознал. А еще кто там был? - Зачем тебе? - Чтобы знать, кому морду бить за поползновения в твой адрес. - Ты опять? – подозрительно покосился Ибо. - Шучу, шучу. Сяо Чжань потерся лицом о мокрую рубашку, отодвинул носом полу, шумно потянул носом. - Опять морем пахнешь. Мне нравится. И поцеловал чуть ниже ключицы. Ибо тут же запустил пальцы ему в волосы, взъерошил, обнял ладонью затылок, удерживая. - Целуй давай. Вымаливай прощение. Сяо Чжань засмеялся, и от его смеха по телу пробежали щекотные мурашки. - У меня есть предложение поинтересней. Ибо скосил на него изумленный взгляд. - Что может быть интереснее, чем… Договорить Сяо Чжань ему не дал, зажав рот ладонью. - Без пошлостей, Бо-ди!. - Это не пошлости, это чистая правда! - Что мне будет, если я покажу тебе кое-что, и ты решишь, что оно того стоит? - Ночь любви? – невинно захлопал глазами Ибо. – Но сначала покажи! - Идем. Я нашел тут волшебное место. * * * До бухты Хоухай на байке Ибо они добрались быстро. Сяо Чжаню даже жаль стало, что поездка вышла такой короткой – ему понравилось сидеть за спиной его диди, крепко прижиматься и обнимать за талию. Ощущения были волшебные, и он обязательно постарается запомнить их в деталях. Неизвестно, когда еще доведется прокатиться с ветерком на таком байке и с таким пилотом. Ибо не любил возить за спиной пассажиров, считал это опасным. А тут вот сделал исключение. И Сяо Чжаню оно ужасно понравилось. До места добрались, когда луна вышла уже почти полностью. Вереница пальм вдоль пляжа еще была подсвечена прожекторами, но постепенно они тускнели и начинали гаснуть. - Я это место нашел по путеводителю для туристов, - Сяо Чжань не торопился слезать с байка, только шлем стянул. – Читал, пока летели. А утром на разведку сходил. - И что такого необычного в этой бухте? – Ибо тоже оставался в седле мотоцикла и пытался придумать способ заставить Чжань-гэ снова обнять его. - Подожди чуть-чуть, увидишь. Слезай давай, пошли к морю. Песок после дневной жары еще не остыл, был теплым, и было удивительно приятно идти по нему босиком, подвернув штанины и загребая ступнями. Они брели по кромке прибоя, сцепившись пальцами. Редкая возможность. Почему бы не воспользоваться, пока никто не видит? Луна, огромная, белая, уже выкатилась полностью и занимала чуть не пол-неба. Фонари окончательно погасли. Да и надобности в них уже не было – при такой луне, наверное, можно было даже читать. Море отливало серебром, песок из светло-желтого, почти белого тоже стал серебряным. Прибой, набиравший силу, разбивался о нагромождение валунов, чьи темные туши окаймляли бухту, и их мокрые спины тоже казались облитыми жидким серебром. - Эту бухту надо было назвать не Хоухайвань, а Иньвань, - глубокомысленно заключил Ибо. – Она же вся серебряная. - Погоди еще немножко, мнение поменяешь. А пока… Залезь во-он на тот камень. Только осторожно, он скользкий. - Зачем? – в Ибо внезапно проснулась подозрительность. - Я тебя сфотографирую. На память. Давай, пока луна не ушла. Валун по форме напоминал громадного, выброшенного на берег кита. На его «спине» сидеть было удобно. Ибо откинулся назад, оперся руками, свесил вниз ногу, стараясь достать до воды. Море, однако, само достало его, шаловливо обрызгав разбившейся о валун волной. Сяо Чжань ахнул – кажется, он успел поймать момент! Темная громада валуна, темный силуэт на его спине, волна, разбивающаяся веером серебряных брызг. - Ибо, ты русалка! В голосе Сяо Чжаня было столько детского восторга, что Ибо окончательно растаял. И принялся со вкусом позировать. Когда он встал во весь рост, вытянулся на носках и раскинул в стороны руки, услышал: - Пижон. Баобеи, тут тебе не «Титаник», а ты не Кейт Уинслет. И даже не ДиКаприо! - Конечно, нет. Я лучше! И только попробуй возразить! Сяо Чжань смеялся, но не забывал нажимать на затвор камеры. Наконец, Ибо это надоело. - Гэ, надо восстановить равновесие. Теперь ты сюда лезь, а я снимать буду. А то так нечестно. Он спрыгнул с валуна на песок, сделал шаг… И замер. Сделал еще шаг. Пошевелил ступней песок. Из-под его ног расплескался шлейф сине-серебряного света. Он ахнул. - Что это?! - Да, Ибо, да! Наконец-то. Иди, не останавливайся! Сяо Чжань начал отступать спиной вперед, не прекращая делать снимки. Песок под его ногами так же взрывался синими искрами. Ибо не мог оторвать глаз от диковинного зрелища. Он в упоении раскидывал ногами песок, кружился, падал на колени, собирал это чудо горстями и рассыпал веером вокруг себя. Слышал тихий смех Сяо Чжаня и сам смеялся, как ребенок. - Бо-Бо, Бо-ди, смотри! Смотри на море! Ибо обернулся – и снова замер. Гривы волн, одна за одной набегавших на берег, искрились теми же синими острыми искрами. Не удержался, зашел в воду по колено, пытаясь поймать морских светлячков в ладони. Сяо Чжань наконец перестал щелкать затвором, подошел сзади, обнял со спины, укладывая подбородок на плечо. - Ты это хотел мне показать, да? - Мгм. - Гэ, что это? - Сейчас, погоди, выговорю с разбега. Биолюминесцентные водоросли. Фух. - Долго учил? – Ибо покосился через плечо и коснулся губами теплой щеки. – Я помню, как ты на съемках Баошань саньжэнь пытался выговорить. Сяо Чжань хихикнул и прикусил его за мочку уха. - Ай! - Это чтобы не дразнил старших, диди. А вообще нам с тобой повезло. Обычно тут бывает не протолкнуться, а сейчас никого. Только мы. - Ничего себе – повезло. - Ну… Знаешь, как говорят? Не было бы счастья, да несчастье помогло. Не случись всего этого, разве нам выпал бы шанс побыть вдвоем, только вдвоем, да еще в таком волшебном месте? Мы бы сюда даже сунуться не посмели бы. Ибо развернулся в его объятиях, обнял в ответ и крепко, долго, глубоко поцеловал. - А теперь расшифруй, что за звери эти твои билю… тьфу, не выговоришь. - Это такие крошечные водоросли, которые, когда цветут, вот так вот светятся в темноте. Но сначала они должны впитать свет в себя. - Как фосфор? - Как фосфор. - Гэ, ты у меня такой у-у-умны-ы-ый… - Ибо, - Сяо Чжань изо всех сил пытался, чтобы голос звучал угрожающе, но попытка успехом не увенчалась. Ибо обнял так крепко, что дух вон, чмокнул сначала в родинку под губой, потом справа под челюстью, скользнул ладонями по спине вниз, сжал ягодицы, потом ка-ак шлепнул – и что есть силы дал деру от возмущенно запыхтевшего Сяо Чжаня. Они гонялись друг за другом, взбивая ногами сине-серебряные фейерверки, роняли друг друга в воду, барахтались, целовались. Вымокли до нитки, песку набрали даже в штаны. Закончилась вся эта возня тем, что они, усевшись в обнимку на песке, целовались, смеялись, просто молча смотрели на игру света и волн. Пока не спряталась луна. Домой вернулись абсолютно счастливыми. - Самое время принять душ. - Неа. - Не понял? Ибо прижался губами к уху Сяо Чжаня и жарко шепнул: - Мы еще ванну с розовыми лепестками не опробовали. Зря, что ли, столько денег уплачено? На этот раз все было медленно, даже немного лениво, томно и долго. Было сладко целоваться, снимать губами прилипшие к телу розовые лепестки, гладить, трогать… До постели добрались, когда уже начало светать. Сытые и умиротворенные. Утром Сяо Чжаня разбудил прерывистый, горячечный шепот. - Чжань-гэ… Чжань-Чжань, никогда не меняйся. Всегда, всегда оставайся таким же настоящим. И стойким, как тот бамбук на скале, о котором ты пел… Я хочу и буду для тебя той скалой, гэгэ. Диди ай ни, баобеи. Сяо Чжань разлепил веки, резко перевернулся на спину, не дав Ибо отстраниться. Обнял ладонями лицо, всмотрелся в глаза. - Что случилось, Бо-ди? Что на тебя вдруг нашло? Тот потерся щекой, попытался высвободиться. Сяо Чжань не позволил. - Диди?... Ибо все-таки вывернулся из его рук, сел, скрестив ноги. Потер ладонями лицо. - Знаешь, со мной такого еще не было… Когда хейтеры атакуют тебя самого, когда тебе желают всяких гадостей, о тебе выдумывают самые грязные и нелепые слухи, это… терпимо? Нет, неправильное слово. От этого плохо и тошно, но я давно дал себе слово не пускать негатив внутрь себя, не позволять этим слухам укореняться в сознании… - WuGan? - Да! Да. Оно. И привык справляться с теми потоками дерьма, которые адресованы мне. Думал, что нарастил достаточно толстую броню. Но знаешь, что? Оказалось, что это все иллюзия. Что когда негатив задевает близких людей… Когда волны ничем не оправданного хейта обрушиваются на дорогого человека, это невыносимо. Особенно когда понимаешь, что ты, лично ты ничего с этим поделать не можешь… Не можешь защитить… Умом понимаю, что тут все не в моей власти, а внутри все горит от желания… Я не знаю… Орать? Крушить? Убивать? Сяо Чжань резко поднялся, обхватил Ибо руками, крепко-крепко, прижал, баюкая. - Диди… Не позволяй этой грязи запачкать тебя. Не опускайся до их уровня. Ты выше. Чище. Лучше. Честнее. Я безумно благодарен тебе за то, что ты послушался и не стал влезать во все это. И еще страшно тобой восхищаюсь и горжусь, потому что сомневаюсь, что, если бы мы, не дай боги, поменялись местами, сам смог бы удержаться. Сяо Чжань вдруг усмехнулся, вспомнив, какие битвы устраивал на вейбо, отстаивая от наездов Стефани Сан. - То есть я почти не сомневаюсь, что непременно бы ввязался в драку. И наломал дров. - То есть это только кажется, что ты такой взрослый и мудрый? Сяо Чжань хмыкнул, бережно взъерошил короткий ежик на затылке Ибо. Тот против ожидания не отстранился, а наоборот – прижался крепче, боднув лбом под подбородок. - Не скажешь, что на тебя нашло? - Да так… Хотел заказать завтрак, а зачем-то залез на вейбо. Там журнал твое интервью выложил. Ну то есть выдержки. Просто… Твои слова… Что ты не собираешься меняться, подстраиваться под других людей… Вроде ничего такого, но меня что-то так зацепило! Сяо Чжань выразительно поднял бровь. - Только не говори, что не ходишь в вейбо по тэгам с моим именем. Обижусь, - Ибо шутливо пихнул его кулаком в плечо. Сяо Чжань картинно закатил глаза и рухнул на спину, изображая, что корчится от боли. Ибо уселся на пятки и наблюдал за этими корчами, склонив к плечу голову. - И почему все убеждены, что из нас двоих малолетний гремлин – я? Сяо Чжань посмотрел на него из-под руки хитрым глазом. - Я хорошо маскируюсь! Скатился с кровати и смылся в ванную. - А завтрак-то ты заказал, не-гремлин? Или мы поедем в аэропорт голодными? - Блин!!! В итоге завтракали на скорую руку пиццей с морепродуктами. - Может, полетишь со мной в Чаншу? – с полным ртом пробормотал Ибо. - Неа, - Сяо Чжань прежде, чем ответить, свой кусок все же прожевал. – Мне надо в Пекин заскочить. Адвокаты готовы передавать дела в суд. Требуется мое присутствие. - Тогда… увидимся в Шанхае, как планировали, да? Ведь да? - Обязательно. Я тебе подарок приготовил на 520. - А я тебе. И еще ма-аленький сюрприз будет. - Мне начинать беспокоиться? Ибо рассмеялся. - Гэ, я у тебя кое-чему все же научился. Я тоже умею разговаривать песнями. Хотя ужасно хочется взять и прямо в лоб всем ка-ак выдать! - Бо-ди! - Шучу я, расслабься. * * * Когда Сяо Чжань дремал в машине, несшейся сквозь ночь из Пекина в Шанхай, у него в наушниках негромко играла та самая «80000», под которую Ибо накануне снял свое видео с сердечками. И снилось ему такое…такое! Сяо Чжань улыбался во сне. Потому что точно знал – спать в Шанхае им обоим не придется. Кто спит в 520? __________________________________________________ Этот фик можно считать сиквелом "Дома окнами в небо" - https://ficbook.net/readfic/9199650 *Стихотворение Ли Бо в переводе А.Гитовича *Биолюминисцентные водоросли - это вот: https://www.youtube.com/watch?v=taDY_DnYnng&feature=emb_logo Они цветут в Восточно-Китайском море, но я авторским произволом переселю их в Южно-Китайское. На Хайнань. *Впечатление на Ван Ибо произвели цитаты из интервью Сяо Чжаня для журнала «Мир блогов» *«80000» - BGM (background music) клипа Ибо с сердечками; текст на английском: I've always said that to you. You're the piece of sugar I want to put in my mouth. The heart of stone is no match for your stubbornness. Like a child, trying to get into your chest. A lot of times on the street at 3: 30 in the morning. I broke my shoes to find the zixia fairy. Obb, obb, I swear I'll try. Obb, obb, I swear I'll walk. I want you to walk me through the night and day. I hope I can hold you all night You know everything I want. Stay with me tonight. nobody's going to sleep. I want to see you naked. Leave my mark on your body. I want to see you fly free on me. The process from big to small is recorded in the corner of your mouth Take you through the spring, summer, autumn and winter. don't want to be too ordinary. You know I wanted to love you, so I took the initiative. The first time I saw you, I knew you were my type.