Ёлки-палки

POV Эдик       Я пришёл на проект чтобы открыть для себя новые возможности. У многих на Мастер шеф было огромное желание прославиться, поругаться на публике ради рейтингов и всё тому подобное. Придя на этот проект, я понял, что он про что угодно, но не про кулинарию.       Ефим с самого начала бегал около меня, его интересовал мой подход к приготовлению пищи, интересовали ингредиенты, которые я использовал в приготовлении блюд. В обществе я обычно предпочитаю вести себя достаточно отстранённо, это позволяет смотреть на ситуацию объективно и не участвовать в конфликтах. Ефима я уважал как кондитера, он действительно умел сделать вкусную, сладкую штуку, поэтому я и стал чаще брать его в команду.       Чем дольше продолжалось наше взаимодействие, тем больше я начинал понимать насколько опасным для меня может оно быть. Ефим открытый человек, он много рассказывает о себе, многое мне доверяет, он делает всё, чтобы стать частью не только моей команды, но и моей жизни. Опасность состояла в том, что к такому человеку очень быстро привязываешься, он очень быстро сокращает дистанцию при общении и вот ты уже привязался. Для него всё это обычно и просто, мне же сложно довериться первому встречному.       Когда мы сидели в его комнате и отмечали победную пана-коту, я впервые начал замечать, что привязываюсь к нему. Я привык к его тембру голоса, привык к тому, как тот выражал эмоции. Если бы я захотел его нарисовать, то с лёгкостью вспомнил бы и разрез глаз, и улыбку, и каждое манерное движение руки. Он весёлый и смешной парень. Парень, к которому я привязался и испытывал неоднозначные чувства.       Ефим забрасывает на меня свои ноги, кладёт голову мне на плечо, гладит мои руки так, что меня от каждого его прикосновения потрясывает. Ефим ведёт себя бесцеремонно и наивно. И с одной стороны это является проблемой, а с другой стороны именно это мне в нём и нравится. Я перестал его воспринимать как друга, а точнее я и не воспринимал его как друга.       Когда Ефим заснул, я смотрел на него и думал: я попал. Он ещё совсем мальчишка, юный и неопытный. В его жизни совершенно нет никаких ограничений и для него является вполне нормальным посидеть у друга на коленках. Он слишком легко раскидывается понятиями: дружба и доверие. Какие-либо отношения с Ефимом на мой взгляд были обречены и назвав наши отношения «дружескими» Ефим только подтверждает мои догадки. Той ночью я смотрел на его спящее лицо и желал любыми способами переубедить самого себя. Я смотрел на его подрагивающие ресницы, на слегка растрёпанные светлые волосы и на невинную улыбку во время сна. Я смотрел и терял возможность рассуждать о чём-либо, мне просто хотелось ещё раз коснуться его кожи, коснуться его губ.       Я сошёл с ума, наверное, именно так подумал бы кто угодно. Я сидел, смотрел на него, а потом начал кончиками пальцев поглаживать черты его лица, скулы и губы. Я считывал каждый изгиб гладкой кожи, медленно проводил пальцами по подбородку, по нижней и верхней губе. И мне хотелось продолжить, хотелось, чтобы время сейчас остановилось и он спал самым крепким сном. Но к моему сожалению, мои действия не остались незамеченными – Ефим немного нахмурился во сне и я убрал руку. Нет, я вовсе не потревожил его, он всё ещё спал и это хорошо.       Той ночью я не мог уснуть, влюбиться в участника проекта, живущего на твоём этаже это действительно хреново.       На следующее и следующее утро Ефим вёл себя как обычно: шутил, шутил и флиртовал, лез обниматься и даже не подозревал о том, как трудно мне бывает сдерживать себя и оставаться для него просто другом на проекте Мастер шеф. Я очень много думал о нём, о том есть ли у меня хоть малейший шанс стать частью его мира. И каждый раз я приходил к выводу, что рядом с Ефимом лучше бы смотрелась милая девушка, чем усатый мужик. Для него будет лучше даже не узнать о моих чувствах. От этой мысли становилось не очень хорошо. Я решил просто забить на свои чувства, я знаю, что со временем любые из них имеют свойство исчезать, а значит и это не исключение. Но Ефим словно специально не давал мне возможности передохнуть, постоянно был рядом. Моё терпение было на исходе и я решил просто поменьше сталкиваться с ним. Я не думал, что Ефим будет настолько расстроен тем, что я не взял его в команду, но решил стоять на своём.       Ефим постоянно смотрел на меня, в строительном магазине пытался начать выяснять отношения. Ну обиделся ребёнок, ну пройдёт через полчаса. Обычно же дети быстро отвлекаются и обо всём забывают. Мне попался ребёнок вредный и злопамятный. Его взгляд меня сверлил весь конкурс, а потом ещё продолжал сверлить после съёмок в кладовой. Он просил меня в глаза ему посмотреть, а я знал, что просто выдержать не смогу если встречусь с ним взглядом. Мне казалось, что просто наброшусь на него прямо в этой кладовой и будет уже всё равно что он там думает обо мне. А потом я увидел его заплаканное лицо и пожалел обо всём: о том, что не взял его в команду, игнорировал и сразу всё не объяснил.       Я не умею подбирать слова, поэтому выбрал самый простой способ признаться ему в том, что я чувствую. Ефим был в шоке, но я не отступал. Поцелуй для меня показался долгим, Ефим не отвечал на него, но мне терять уже было нечего. Я был готов к любой его реакции. Он мог ударить меня, оттолкнуть, заплакать или просто уйти, но он не отреагировал никак.

***

      Ефим никак не думал, что когда-нибудь столкнётся с такой ситуацией в своей жизни. Чувства, которые он испытывал к Эдику становились слишком неоднозначными. Эдик ему нравился, с Эдиком хотелось проводить больше времени, готовить с ним в одной команде. На Эдика Ефим был очень обижен и разочарован фактом того, что Эдик на проекте справляется и без его помощи. Теперь Эдик явно доказал, что Ефим ему далеко не безразличен и не как повар или друг.       Переосмыслив всё, произошедшее в кладовой, Ефим ехидно улыбался уже в своей комнате. Теперь всю эту информацию следовало переварить и правильно использовать. Ефим был заинтригован, ведь вся ситуация становилась ещё интереснее. Не отомстить за поведение Эдика он не мог, он довёл Ефима до истерики, до слёз и думал, что сможет одним маленьким поцелуем всё исправить? Ефим решил, что нет.       Ефим открыл шкаф с одеждой и тут же с верхней полки на него упала пара толстовок. Весь гардероб так и не смог убраться в маленьком шкафу и Ефим начал посматривать на соседний шкаф, принадлежавший ранее Валентину. Ефим отвлёкся на перекладывание вещей из одного шкафа в другой и в процессе уборки ему попалась светло-бежевая толстовка с глубоким вырезом. Немного подумав, Ефим переодевается в эту толстовку, она ему немного большая, благодаря вырезу видны выступающие ключицы. Он зачёсывает светлые волосы назад и кажется, что образ главного соблазнителя на проекте готов.       На часах было восемь утра, а это значит, что Эдик не изменяя своим традициям бегал в соседнем парке. Ефим поторопился не упустить возможность очередной раз попасться Эдику на глаза.       На проекте уже начали замечать, что Ефим очень много говорит об Эдике, а после их ссоры на выпуске с ресторанами «Канарян» - стало самым частым словом в речи Ефима. Правда в большинстве своём в сторону Эдика были высказаны далеко не лестные слова, на что Юля пару раз отвечала фразой: «Милые бранятся - только тешатся».       Тайный замысел Ефима был таков: он заявляется в парк, а там уже как дело пойдёт, но спокойно жить Канаряну точно не придётся. Ефим добегает до парка трусцой и очень быстро находит там Эдика, который видимо сделал себе перерыв и разглядывал какую-то траву между деревьями. Ефим очень активно начал делать вид, что просто вышел на пробежку и никакой Канарян его не интересует, поэтому бегать приходилось по небольшому кругу. Ещё пара минут и Эдик замечает бегающего Ефима, Ефим видит как Эдик подбегает боковым зрением и Ефим специально ускоряется, изо всех сил делая вид, что не замечает Эдика.       - Ефим , - Эдику приходится окрикнуть Ефима, чтобы тот остановился.       - О, Эдик, ты тоже здесь, - Ефим останавливается и говорит с удивлением, ведь с актёрским мастерством у него всегда всё было в полном порядке, но сегодня он переигрывает. Эдик всё равно покупается, оценивающе осматривает открытую шею и ключицы Ефима, картина была слегка соблазнительной.       - Тебе шею не продует? Сегодня на улице холодно, - теперь Эдик старается заглянуть в глаза Ефима, но тот назло отводит взгляд то на одно дерево, то на другое.       - А я смотрю ты больно взволнованный моей шеей, Канарян, - фраза от Ефима была сказана максимально ехидно, но в ответ Эдик лишь пожал плечами. Ефиму хотелось сегодня идти до конца, заставить Эдика действительно поволноваться.       - Знаешь, я бы и не подумал что ты из этих, - прервал молчание Ефим, теперь уже более смело посмотрев в лицо Эдика. Эдик отвёл взгляд, большим и указательным пальцем потирая усы.       - Ну этот, ну сам понимаешь,- Ефим специально говорил с отвращением, наблюдая за реакцией Эдика. Взгляд Эдика бегал то по земле, то по толстовке Ефима, то по своим рукам, он очевидно переживал, а это было именно то, чего добивался Ефим. Ефим довольно улыбался, почувствовав некое превосходство, заставив понервничать такого с виду спокойного человека.       - Я в первую очередь воспринимаю человека, а не его пол, если ты об этом, - Эдик готов уйти от этого разговора, но Ефим не хочет дать этому случится. От Ефима нельзя так просто отделаться. Гениальная идея у Ефима появляется сама собой.       - Я все вещи в стирку отдал и пришлось в этом пойти. Не одолжишь мне толстовку какую, а? – ложь из уст Ефима выглядит почти так же, как и правда. Ловко врать - это бонус, прилагающийся к актёрскому мастерству.       - Ладно, - слишком быстро соглашается Эдик и они молча идут до его комнаты.       - Слушай, помнишь у тебя такая старая с оленем каким-то была? Я бы её примерял, - нагло заявляет Ефим. Обычно люди берут то, что дают, но Ефиму хочется именно ту самую толстовку, которую он заприметил уже давненько. Эдик открывает почти пустой шкаф и отдаёт ту самую толстовку в руки Ефима. Она приятная на ощупь и всё ещё пахнет лесом.       Теперь Ефиму было необходимо устроить шоу с переодеванием: специально как можно медленнее стянуть свою толстовку, оставшись обнажённым по пояс. Дальше в плане Ефима было: отвлечься на что-то.       - Эд, и давно ты занимаешься разведением комбучи? – Ефим смотрел на стол Эдика, на котором стояло несколько банок с чайным грибом.       - Да завёл один сначала и как-то так получилось. Может попить хочешь? – Эдик посматривал на Ефима, тот был прекрасно слажен: и пресс и грудь с аккуратными розовыми сосками. Эдик останавливал себя от необдуманных поступков, сдерживал, отводил взгляды, полные заинтересованности и желания. Это не осталось без внимания Ефима, он специально устраивал эту сладкую пытку, чтобы выбить Эдика из равновесия.       - Я бы с радостью. Помню, как моя бабуля поила меня таким же. Канарян, ты моя бабуля, - Ефим рассмеялся и в первый раз за день увидел, как Эдик тоже улыбнулся и помотал головой в ответ. Пока Эдуард разливал комбучу по кружкам, Ефим уже придумал следующее испытание для Эдика.       - Пробуй, - Эдик пододвинул кружку ближе к Ефиму. Ефим взял кружку и начал жадно пить, настолько жадно, что пара струек жидкости потекла изо рта по подбородку, по шее, по ключицам. В мыслях Ефима это выглядело максимально сексуально, реальность оказалась немного хуже, но несмотря на это, Эдик оторвать взгляда от тела Ефима не смог. Допив до конца, Ефим отставил кружку и встретился со взглядом Эдика: пристальным, жаждущим, будто кроме Ефима и не существовало никого и ничего достойного его внимания сейчас. А значит Ефим добился своего, заставил себя желать и теперь можно идти на попятную.       - Даже ностальгия по детству, спасибо бабуль, - Ефим принялся одевать толстовку Эдика, та была в самый раз, в ней было так приятно находиться.       - Я верну тебе её, как только высохнет моя одежда, - Ефим подошёл к двери, собравшись как можно скорее уйти.       - Можешь оставить себе.       - Ой, да ладно тебе, - вслед сказал Ефим и направился к себе в комнату.       До самого вечера Ефим демонстративно носил толстовку Эдика. Вечером Ефим лежал на кровати в своей комнате, а материал толстовки был таким приятным к телу, что снимать её не хотелось. «Может она стала такой, потому что он её заносил»       Толстовка пропахла хвойным запахом. Наверное, Эдик забыл её постирать, но Ефиму даже показалось, что это к лучшему. У Ефима множество толстовок классных и прикольных, но толстовка Эдика была такой домашней и не похожей на толстовки Ефима. Сколько лет он носил её? Год или два, а может и все пять. Она такого хорошего качества, что Эдик мог носить её долго и даже не пожалел отдать Ефиму.       Ефим довольно улыбался, теперь он точно не вернёт эту толстовку, уж больно понравилась. Думать о Канаряне в этой толстовке было легче, Ефим потрогал рукава толстовки и представил Эдика в ней. Это были приятные воспоминания: улыбки, безобидные шутки и объятья, возможно слишком долгие и интимные объятья. Ефим почувствовал, как учащается дыхание, в голову полезли образы: сначала просто Эдика, потом Эдика целующего его губы в кладовой. Ефим потерял тот момент, на котором уже должен был сказать себе стоп и это наваждение продолжилось. Воображаемый Эдик был более наглым, он позволил себе прижать Ефима к одному из холодильников и жадно исследовать рот Ефима своим языком. В воображении Ефима всплыл сегодняшний жаждущий, желающий только его взгляд карих глаз. Мурашки медленно прошлись по всему телу Ефима, он почувствовал своё возбуждение. Возбуждение просто от факта того, что он надел толстовку Канаряна. Осознание происходящего медленно накрывало Ефима с головой.       - Чёрт возьми, - Ефим даже не думал, что подобное могло произойти, не смог остановить своё воображение. Ефим резко стянул с себя толстовку и кинул её в другой конец комнаты на кровать Валентина. Ещё некоторое время Ефим крайне враждебно смотрел на толстовку, а потом закрыл глаза, откинув голову на подушку. «Теперь придётся ещё раз в душ идти. И кто бы мог подумать, что из-за толстовки Эдика».