Любимых убивают все

      Ты пишешь мне каждый день. Просыпаясь утром, я с замиранием сердца беру в руки телефон и пролистываю твои сообщения. Ты рассказываешь мне обо всем: о репетиции, о творчестве, о своих пассиях. Я отвечаю тебе каждый день, на каждое сообщение. И тоже рассказываю все: о новой песне, Вене и свиданиях. Мы друзья. Лучшие.       Мы можем говорить часами. Вне зависимости от времени суток: ночь и день сливаются в одно пятно. Нам хорошо. Мы дурачимся, как дети, перемазываясь мороженым у тебя дома и смывая в четыре руки потом с себя все это. Твои пальцы на моей шее и лице, мои – на твоей груди. Вода льется за края ванны, в которой мы сидим в напрочь мокрой одежде, но нам хорошо. Мы поем вместе и творим музыку: ты придумываешь ноты, я – слова. Ты говоришь, что нам обязательно нужно записать второй дуэт, но мы пока что так и не нашли своей песни. Ты выбираешь мне платье для встречи с мужчиной, я подшучиваю над тобой, когда твой пьяный голос раздается в трубке после секса с очередной девчонкой, лица которой ты даже не запомнил. Любимых убивают все, Но не кричат о том. Издевкой, лестью, злом, добром, Бесстыдством и стыдом. Трус - поцелуем похитрей, Смельчак - простым ножом.       Мы друзья. И я напоминаю себе это каждый раз, когда после таких звонков, почему-то хочется сжаться в клубочек и заплакать. Но я сама так решила. Сама убила твою влюбленность в меня, когда выставляла за дверь с цветами, блокировала твой номер телефона и убегала от тебя, чуть завидев. Целовал меня без ответа, шептал на ухо "я люблю тебя", а я кричала и выгоняла. А потом приходила в твою постель, где воздух от нас плавился, где существовали только наши сплетённые тела и разумы. Я бросала твои признания в мусорку, пропуская мимо ушей и отвечая неизменным "у нас просто секс, ничего больше".       Я ушла от тебя насовсем, когда увидела блестящее обручальное кольцо у тебя в руках. И тебя, колепреклоненного передо мной, с глазами, в которых смешивались страх, страсть и нежность. Ты пытался меня вернуть, но я лишь бросала в твое лицо холодное "я тебя не люблю" и оставляла ночью на пороге своего дома. А сама смотрела из окна на удаляющуюся фигуру и утопала в своих фобиях, сомнениях и пустоте.       Мы разъезжаемся по разным странам: 9-ый сезон "Голоса" закончен. Ты бежишь от моего вечного "нет" в Молдову, я улетаю от тех душащих меня каждую секунду противоречий к сыну в Лондон. Встречаемся случайно на улицах этого плачущего города и смотрим друг на друга тоскливыми глазами. Мы не вместе, но и по одиночке не можем. Друзья.       Наша дружба с каждым днём всё больше смахивает на фарс. Твои глаза задерживаются на моих губах, мои колени подкашиваются от твоего запаха. Но мы не вместе. Я чувствую себя гребаной садисткой, раз за разом прячась от своих чувств. И однажды они находят меня, вылезают на поверхность покрытой кромкой льда души и проедают огромные дыры. Ожоги. Я не выдерживаю. Целую тебя сама, запускаю руки в твои черные волосы и чувствую, как мир обретает цвет. Любимых убивают все, Казнят и стар и млад, Отравой медленной поят И Роскошь, и Разврат, А Жалость – в ход пускает нож, Стремительный, как взгляд.       В ответ тишина и неподвижность. Ты отстраняешь меня от себя плавно, без лишних слова. И просто молча уходишь. Получаю потом короткое смс "Любовь прошла. Надеюсь, и ты сможешь в себе это преодолеть. Я уезжаю в Кишинев" и вою, как раненый зверь.       Ты больше не пишешь мне каждый день, но я все ещё рывком подымаюсь с кровати по утрам, в надежде увидеть хоть слово от тебя. Я смотрю твои истории в Инстаграм – это единственное, что мне остаётся. Мне больно. Ты появляешься на картинках с очередной блондинкой, бокалом вина и улыбкой на все лицо. Бросаю телефон со всей силы: он бьётся об пол, маленькие стёклышки усыпают все вокруг. Теперь я сплю по 2-3 часа в сутки. Не пью любимый мятный чай. Ночами сижу смотрю в окно и ем так ненавидимый мной, но зато любимый тобою горький шоколад. Он тает на языке, оставляя болезненную сладость. А потом отрабатываю до посинения в спортзале. Все одинаково: работа – зал – пустая ночь без сна – работа – зал. И так по кругу. Я улыбаюсь всем, но синяки под глазами и дрожащие руки все чаще меня выдают.       Эта ночь такая же серая. Огромный дом, холодный подоконник и шоколад. Где-то на столе валяются сигареты. С ментолом. Мой новый симптом этой болезни, который проявился неделю назад. Я стараюсь не курить часто, голосу вредно, но с каждым днём становится всё больше все равно. Сцена и Веня – единственное, что у меня осталось, но... Проигрываю своим демонам эту игру и тянусь за зажигалкой. Сигарета выпадает из пальцев – неожиданный звонок в дверь разбивает привычное тоскливое молчание моего мира. Спускаю босые ноги на пол и потерянно бреду вниз. Думаю, не открывать, но хочется спрятаться от раздражающей трели. Любимых убивают все – За радость и позор, За слишком сильную любовь, За равнодушный взор, Все убивают – но не всем Выносят приговор.       Я открываю дверь и застываю. Ты. Зажмуриваюсь. Ночи без сна и голодные дни, кажется, дали свой результат – сумасшедшая. Окончательно. Бесповоротно. Ты и раньше виделся мне в каждом силуэте, в фигурах людей, проходящих мимо по улице. А теперь ты здесь. Мое личное безумие, жалкий сон. Я рада тебя видеть – пусть ненадолго, но ты здесь. Открываю глаза. Ты не исчезаешь. Молчишь, как тогда, но смотришь, почему-то глазами побитой собаки. Они больные. Отражение моих. Экран твоего телефона такой же разбитый, как и мой. И синяки под глазами, и седая прядь в волосах.       Мы шагаем вперёд одновременно. Твои губы на моих. Как пазл, который неожиданно сложился. И я понимаю, что мы два мазохиста. Приговор друг другу. Приговор, которые вынесли себе мы сами. Потому что твой вкус – некогда любимая мною мята, мой – горький шоколад. Мы сплетаемся в один кокон, твои руки, губы везде.Не отпускаешь от себя ни на секунд, доводя до взрыва мироздания. Я есть ты, ты есть я. Мы неделимое. Шепчешь рваное "прости" тысячи раз и получаешь тоже в ответ. Мы сошли вместе с ума. Убиты друг другом окончательно.