Мальчик без семьи

Том был растерян. Лишился эмоций. Фраза эхом отдавалась в голове. Но никаких эмоций не было. Густав и Адриан вопросительно смотрел на омегу. Они в садике были вместе. В школе были в одном классе. И поступать все ходили на один факультет. Альфа Адриан, бета Густав и омега Том были готовы покорить мир. Продружив столько лет они знали друг друга лучше всех. И такая реакция Тома на не длительный телефонный разговор удручала. Омега медленно опустил руку с телефоном, посмотрел на друзей. - За мной сейчас Георг приедет, - проговорил он, сглатывая. - Родители разбились. Адриан и Густав переглянулись, тяжело выдыхая. Обычный солнечный день преподнёс дурные новости. И ребята, столкнувшись с таким первый раз, просто не знали, как реагировать. На душе у омеги появился тяжёлый камень, который, казалось, мешал сделать вдох. В голове отдавался эхом голос Георга. "Гордон и Саймон разбились" Глаза защипало и Том зажмурился. Но не единой слезинки не скатилось. Он думал, что его родители умерли. Что он остался один. Что потерял самых близких людей. Думал, но не понимал этого, не осознавал. Буквально через десять минут к ним подъехала серая Toyota. Toyota Mark II, восьмидесятый, рестайлинговый. Томас всегда провожал этот автомобиль из окон компании взглядом. Влюбился с первого взгляда в это авто. Стекло опустилось вниз. В машине сидел длинноволосый альфа в чёрных очках, он кивнул омеге на соседнее сиденье. Томас сделал шаг вперёд, но остановился. Он обернулся на друзей. К нему подошёл Густав, положив руку на плечо. - Мы вечером придём. Ты только напиши нам, - тихо сказал он. Омега растерянно кивнул. Он обошёл автомобиль, быстро садясь внутрь. Он так давно хотел проехаться в ней. Дурацкая мысль. Но именно она промелькнула в голове. Георг плавно тронулся, аккуратно маневрируя между машин. Стало понятно, что направляются они в офис. Поэтому Том отвлёкся от дороги, переводя взгляд на безэмоционального альфу рядом. Авто плавно набирало скорость. Георг виртуозно переключал передачи. Отец долго смеялся, рассказывая дома о сбывшейся мечте этого альфы. Он давно хотел конкретный автомобиль. Только вот не автомат, а механку. И долго найти не могу такую, которая пришлась бы по душе. И вот, долгожданное объявление появилось. Георг исчез на несколько дней. А потом приехал в офис, сияя белоснежной улыбкой. Ездил на другой конец света, ради машины мечты. Но зато, как он сказал, в ней идеально всё. Эти мысли ворохом пронеслись у Тома в голове. Отец долго подкалывал Георга за это. Папа лишь усмехался, качая головой. Том же пожимал плечами, понимая, что эта красавица того стоила. Но сейчас, сидя в ней, у него не было никаких чувств. Казалось, время замерло. Он не заметил, как они уже оказались на подземной парковке их компании. Только когда альфа тихо позвал омегу, тот отмер, кивая и выходя. Быстро зашли в лифт, сразу нажали последний этаж. Повезло, что никто лифт по пути не остановил, и поднялись они вдвоём. Привычный путь до большого кабинета. Секретарь, заметив альфу и омегу встал со своего места, отводя взгляд мокрых глаз в сторону. Альби. Милый омега. Но боевой. Всегда готов броситься грудью вперёд, защищая своих двух директоров. Компания жила по довольно непривычным для всех правилам и распорядкам. Но за счёт этого и вырвалась в лидирующие позиции. Том со временем хотел их немного изменить, но только несколько пунктов, сама система ему казалась почти идеальной. В кабинете их уже ждал взрослый бета. Кабинет действительно был просторным. Возле окна стоял длинный стол, рассчитанный на два места. Из самого окна открывался потрясающий вид на город. У стены стояло два шкафа. Один был полностью забит книгами. Второй был в различных папках, с документацией которых омега только начал знакомиться на днях. Напротив стола стояло два диванчика полукругом. Возле противоположной стены несколько растений, тумба с аквариумом и дверь. Том знал, что там что-то вроде личной комнаты отдыха: диван, письменный стол и телевизор. В этой же комнате был проход в ещё одну. Там была душевая кабина и туалет. Когда родители только поднимали компанию, то часто засиживались на работе до самого утра. Поэтому в своё время эти две комнатки хорошо выручали. - Здравствуй, Томас, - сказал бета, откладывая бумаги в сторону и вставая с дивана. - Я Мик Гарвлид из органов опеки. Можно просто Мик. Омега кивнул, садясь на соседний диванчик. Быстро же начали собираться все. Георг сел рядом. Мик вздохнул, взяв в руки бумаги. А потом, выдохнул, скрестив руки на груди. - Гео, пока мало хорошего на самом деле, - серьёзно сказал бета. Альфа снял очки и начал покручивать их в руках. - У него нет других родственников. Мои люди пытаются найти хоть кого-нибудь. Но на это нужно время. - Сколько, - выдохнул Георг. - Хотя бы до завтрашнего дня. И это ещё по старой дружбе, - Мик сел на диван. - Итак с утра люди шерстят. - С утра? - вдруг спросил омега, поднимая взгляд прищуренных глаз. Бета, выдохнул потирая переносицу. - Сегодня в два часа ночи самолёт с Гордоном и Саймоном приземлился в главном аэропорту, - начал он. - После, они должны были сесть в машину и доехать до вашего дома. Но произошёл несчастный случай. Тут больше Георг может рассказать, я занимаюсь исключительно твоим случаем сейчас. А точнее тем, чтобы найти хоть каких-то твоих родственников. - Но можно же оформить опекунство? - медленно проговорил альфа, смотря на бету. - Если родственников просто нет никаких. - Конечно, можно назначить ему попечителя, - Мик сел, положив ногу на ногу. - Но другой вопрос тогда - кто будет его попечителем? Ты сам вызовешься? Не поверю, уж слишком долго тебя знаю. Георг откинулся на спинку, почёсывая шею. Том опустил взгляд вниз. Это всё сейчас казалось таким нереальным. Слишком всё быстро. Слишком много информации. И просто непонятно, что теперь его ждёт. - А завещание нашли? - вдруг спросил бета. - В поиске, - угрюмо ответил альфа. - Прочесали тут всё, благо сотрудники тут же навели порядок после наших поисков. Домой к ним тоже заезжал. Кабинет облазил вдоль и поперёк. Спальню, гостиную, гостевую. Да даже террасу! - Но оно же должно быть. - А то я сам не знаю. - Гараж, - прошептал омега, пожимая плечами. Альфа и бета посмотрели на него. - Папа любил с машинами колупаться. Может, там что. Георг поражённо замер. А потом простонал, откидывая голову назад и хлопая себя по лбу. Мик улыбнулся, смотря с жалостью на Тома. Сам парень только пожал плечами. И лишь несколько вопросов его беспокоило. Почему сейчас он не чувствует ничего? Почему нет такого горя? Ведь все же смотрят фильмы, там такие эмоции у всех, когда узнают о смерти дорогих людей. А омега не чувствовал ничего. Может, он какой-то не такой, слишком бесчувственный? Том не мог понять своих мыслей и своих эмоций. Но было понимание, что он не до конца осознал происходящее. И Том боялся того момента полного осознания всего случившегося.

***

Дома был хаос. Том так долго ждал момента, когда, наконец, сможет подняться к себе и просто выдохнуть. Но видя разбросанные вещи, не смог просто уйти. Руки сами потянулись убирать всё на места. Георг же сразу направился в их гараж. Это была пристройка к дому на два автомобиля. Первый был любимым отца. Как он его называл - выездным. Чёрная японка тысяча девятьсот восемьдесят девятого года. Toyota Crown*. Воспоминания нахлынули на Георга. Он помнил, как ездил выбирать этот автомобиль вместе с Гордоном. Саймону решили не говорить об этой поездки. Омега был категорически против именно этого автомобиля. Говорил, что много ест, устанешь на бензин тратиться. Но тянуло Гордона к такому типу машин. Собственно говоря, двух альф объединяла любовь к японкам. Только Гордон мечтал о машинах премиум класса. Георга же манил автоспорт. Поэтому, когда альфа сказал, что предпочитает из всего разнообразия дрифт, то Гордону стало понятна такая охота друга за одним конкретным автомобилем. Но стоило им увидеть состояние желаемого Гордоном автомобиля, как Георг уже хотел ехать обратно. Но альфа буквально вцепился в руль японки, отказываясь вылазить. Какова была реакция Саймона? Георг хмыкнул, невесомо проводя пальцем по капоту. У омеги было хобби - нравилось копаться в машинах. Успокаивало его это. Даже после небольших ссор всегда уходил в гараж, чтобы мысли в норму привести. Поэтому и гараж был оборудован довольно хорошо. И когда сияющий Гордон заехал на своём новом приобретении, то гаечный ключ полетел на пол из ослабевших рук омеги. Слушая маты из прекрасных уст своего любимого мужа, альфа только кивал головой, поглаживая машину по крыше. Георг же сидел в машине, молясь всем богам, чтобы омеге ничего не попало под руку. Когда Саймон выговорился, устало выдыхая, то поднял одну бровь. И видя счастливый взгляд альфы закатил глаза, сказав ставить нормально машину в гараж. Провозился он с ней недели две. Под замену тут же пошёл двигатель. Перебрал подвеску. Довёл до идеала не только внутренности подкапотные, но и в салоне навёл красоту. Теперь это был их выездной в свет автомобиль. Видя такую красавицу многие провожали её взглядом. Саймон только усмехался, вскидывая вверх голову. Как бы он сильно не хотел признавать, но это было лучшее его творение, в которое он вложил всю душу. Второе авто было для повседневной езды. И тоже японка. Toyota Chaser тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Тёмно красного цвета с чёрным капотом, крышей и багажником. Любимица Саймона. Покупал её в ужаснейшем состоянии. Но довёл до идеала. Только вот сам омега так не думал. Всё равно находил над чем можно работать. Георг зажмурился, сжимая руки в кулак. Он должен был забрать ночью Гордона и Саймона. Но чёртова работа изменила планы. Гордон в их последний телефонный разговор на это рассмеялся, сказав, что про работу и забывать иногда надо. Альфа усмехнулся. Тогда он сказал, что не может о ней забыть. А когда поступил роковой звонок, то тут же забыл обо всё на свете. Нёсся, нарушая всевозможные правила. И его мало волновали погодные условия. Дорога была мокрая от прошедшего дождя. Машину заносило на поворотах. Но он должен был увидеть всё собственными глазами. Иначе просто не мог поверить. А теперь мечтал забыть увиденное. Первое, что привлекло внимание - маленькие осколки. Альфа съехал на обочину, вставая на аварийку. Впереди было несколько машин с мигалками. В том числе и скорая. Дорога проходила через поле. Обочина была не очень широкая и плавно уходила в небольшой обрыв. А дальше поля. Тяжело было не заметить искорёженный автомобиль. Хотя теперь он уже напоминал смятый кусок металла. Из этого искорёженного месива вытаскивали тело. Альфа пошатнулся, облокачиваясь на авто. И только сейчас заметил, как в скорую уже помещают одно тело на носилках. Георг выдохнул, на ватных ногах подходя к карете скорой помощи. В машине было три человека. Водитель и два пассажира. Все погибли. И альфа был просто растерян. Он увидел раздавленный регистратор на краю обочины. На автомате поднял его. Регистратор просто рассыпался в руках. Поэтому достать карту памяти труда не составило. Георг сел в машину, достал телефон. Поменял свою карту память на ту, которую достал из регистратора. И нажал на последнюю запись. В машине негромко играет радио. Было слышно, что вещи укладывают в багажник. После хлопки дверей и салон авто наполнился голосами. Альфа сжал кулаки, узнавая два голоса. Узнал названный адрес. Таксист лишь озвучил цену. Договорились между собой, и машина плавно тронулась. Дворники работали, сметая капли дождя. Он уже подходил к концу, но до этого был настоящий ливень. Дорога почти пустая. Редко встречались автомобили. Некоторые уступали дорогу, отъезжая в сторону и давая обогнать. Некоторые же летели быстрее. Впереди замаячила фура. Она тоже съехала чуть в сторону, замедлилась и поморгала, давая понять, что впереди никого. Таксист начал манёвр. И тут что-то пошло не так. Машину начало заносить. Фура плавно начала останавливаться, пытаясь избежать столкновения и уже своего заноса. Но маленькую машину такси повело хорошо. Водитель, видимо, был не очень опытен. Слышались голоса пассажиров, говорящих, как избежать заноса. Но, видимо, водитель сам испугался и не слышал их выкриков. Машину уже конкретно несло боком. Асфальт закончился, обочина, падение вниз и всё вокруг закружилось. Вещи летали по салону. Слышался скрежет металла. Картинка пропала. Георг не мог оторвать взгляд от уже потухшего экрана смартфона. А в голове билась загнанной птичкой мысль. Мысль, что он виноват. Надо было отложить работу и самому ехать в такую погоду. Тогда все были бы целы. А сейчас, стоя в гараже, Георг стёр одинокую слезинку. Увиденное он никогда не забудет. И никогда не сможет перестать думать о своей вине.