Вы снова вляпались, Ярило

      Проснулся я в отвратном настроении. Взглянул на механические часы на своей руке. Почти восемь утра. Мне, кстати, стало немного легче, всё-таки сон помог уставшему телу, но голова всё ещё гудит и меня воротит как после карусели. Мои соседи ещё спали, и я тихонько прошмыгнул в ванную. Проделал необходимые водные процедуры и переоделся. М-да, форма одежды отвратительная, мне такое не нравится. Я ещё, когда мы покупали эту идиотскую униформу, расстроился. Хорошо хоть, что эти дурацкие колпаки носить вроде как не надо. Правда на кой чёрт тогда их покупать — не ясно. Я вышел из ванной и, отгородив себя куполом тишины, чтобы не мешать соседям, начал разбирать вещички. Напротив каждой постели стоял небольшой вещевой шкаф. Дверь в комнату находилась справа, поэтому было очень удобно. Вообще комната неплохая, как по мне. Зелёный, конечно, не мой любимый цвет, я бы сделал комнату в оттенках коричневого. Но меня никто не спрашивает, верно? Разобрал вещи, а соседи всё спят. На часах восемь часов пятнадцать минут. Пойти посмотреть расписание приёмов пищи, что ли? Сказано — сделано. Я направился в гостиную, но пока она была пуста. Я тоже сова, но ё-моё! Завтрак, как я погляжу у нас в девять, обед в два часа дня и ужин в семь часов. Не хилый такой разброс по времени. Мы с бабушкой то чай попьём между приёмами пищи, то пока приготовим еду вместе наедимся выше крыши, то пойдём гулять и там что-нибудь перекусим. Не мудрено, что все так на сладкое королевство налягают! Хотя, может у англичан так принято, где-то я читал про исследования по этому поводу. Мне придётся тяжело, я привык кушать, когда хочу, и раза четыре в день, прибавить чай. Ем я при этом не много, частота ведь тоже сказывается, так что будем привыкать. Вот и первые старшекурсники начали подтягиваться, а вместе с ними и Хиггс. — Привет, Алекс, у тебя всё в порядке? — Ути мой заечка, один ты обо мне здесь беспокоишься. Когда захвачу мир, я тебя не забуду. — Всё так же плохо, Теренс, но я в норме. Не беспокойся, я схожу к мадам Помфри, — слегка улыбнулся ему. — Дорогу сам найдёшь? — Уверен, что ему таскаться за мной не очень хочется, но он, наверное, решил взять на себя ответственность. — Разумеется, но скорее всего после вчерашнего декан сам меня туда сопроводит, — хмыкнул я. — Ты смотри такое профессору Снейпу не ляпни, он у нас строгий. — Несмотря на назидательный тон, старшекурсник весело усмехнулся и направился к своей группе друзей. — Первокурсники, все сюда! — громко сказала староста. Ой, точно, я же сказал декану, что извинюсь перед ней. — Мисс, я хотел бы принести вам свои искренние извинения за вчерашнее невнимание к вашей приветственной речи. — Я уверенно смотрел в глаза девушки. Она, кажется, даже немного растерялась. — Конечно я тебя прощаю, ты ведь вчера себя неважно чувствовал, — благосклонно кивнула она. — Благодарю, мисс, — лёгкий поклон в сторону старосты. Как приятно быть вежливым! Увидел в кучке первокурсников своих соседей и подошёл к ним. — Прошу прощения и у вас, господа. Надеюсь вы не держите на меня обиду, за то, что мы вчера толком не познакомились. Представлюсь ещё раз, меня зовут Алексей Ярило, но для вас просто Алекс, — и я протянул ладонь для рукопожатия. — Меня зовут Блейз Забини. Великий и Ужасный! — улыбнулся мальчик и весело потряс мою руку. — Приятно познакомиться, о Великий и Ужасный Блейз! — с восторгом сказал я. — Я Теодор Нотт, можно просто Тео, — лаконично ответил ещё один сосед и тоже пожал мою ладонь. — Первокурсники, идём на завтрак! — уведомила всех староста и направилась к выходу из гостиной. — Ребята, а как зовут нашу старосту? Просто неудобно, что я не знаю её имени. — Мне действительно было неудобно. Но я ведь не виноват, что так получилось, и я прослушал всё, что только можно. — Джемма Фарли, шестикурсница, — ответил Тео, поднимаясь по лестнице. Кстати, у нас в подземельях нет двигающихся лестниц. К моему великому счастью. Хорошо бы, если их не будет в Хогвартсе вообще, но это маловероятно. — Спасибо, — кивнул я. А пока мы шли читал шёпотом заговор на русском, который мы с бабушкой нашли. — Всё мне ладно так, а в головушке, мысли добрые зачинаются, чтобы ладом жить на своей земле, чтоб добро творить припеваючи. — Эй, что ты делаешь? — поинтересовался Забини. Я проигнорировал его слова, лишь слегка нахмурившись. Нужно читать этот стих хотя бы раз десять, чтобы полегче стало, и сбиваться нельзя, иначе придётся начинать сначала. Я бы, конечно, прочёл четверостишие где-нибудь в уединённом месте, но пока мне такое недоступно. Когда мы вошли в зал, в нос ударили ароматы еды, и мне снова стало хуже. То ли от запаха съестного, то ли от большого количества волшебников. Как вариант и то, и другое одновременно. Я сел на скамью рядом и подтянул к себе тарелку с фруктами, какая-никакая, а еда нужна. Рядом чинно приземлился Драко. — Доброе утро, — приветственно улыбнулся ему я. — Доброе утро, Ярило, — хмыкнул Малфой и принялся уплетать яичницу. Меня всего перекосило от мысли о жареной пище, а блондин принял это на свой счёт. — Тебя не устраивает как я ем? — угрожающе поинтересовался он. — Драко, мне сейчас плохо и еда вызывает только рвотные позывы. Прости, если обидел тебя, я правда не хотел, — вздохнул я. Малфой покосился на яблоко одиноко лежащее на моей тарелке. — Сильно плохо? Может в больничное крыло пойдёшь? — расслабившись спросил мальчик. — Меня там ждут после завтрака, — ответил ему. Аристократик понятливо кивнул и больше не обращал на меня особого внимания, лишь изредка бросая взгляды на моё страдальческое лицо. — Вы поели, мистер Ярило? — А вот и Снейп. — Да, сэр. — Профессор взглянул на яблоко, к которому я даже не притронулся, но ничего не сказал. И мы направились к мадам Помфри. — Сэр, я принёс свои извинения мисс Фарли, — сказал ему я. Сейчас было чуточку легче, чем вчера, поэтому я уже успел оценить своего декана. Образ, конечно, угадывается, но волосы были просто прямыми и довольно ухоженными, а не сальными, я как бывшая женщина говорю. Лицо очень бледное, нос с горбинкой, соболиные брови, плотно сжатые губы. Всё как по заказу. Про одежду и говорить нечего, там вообще без изменений. А ещё я уверен — у него кость на запястьях выпирает. Это как пить дать. — Так вы всё-таки снизошли до подобного унижения своей персоны? Я поражён. — Вот же змеюка подколодная. — Староста простила меня. Я абсолютно не желал проявлять неуважение, но так сложились обстоятельства, сэр. Я умею признавать свои ошибки. — И вот как наладить с ним контакт? Этот змей только и делает, что язвит. — Зачем вы мне всё это рассказываете, Ярило? — вопросил этот бесчувственный чурбан. — Не хочу, чтобы у вас сложилось обо мне плохое мнение, сэр. Всё-таки мне ещё минимум пять лет учиться под вашим руководством. — Чистая правда. С другими преподавателями наладить контакт проще, но они-то не мои деканы. Эх, будь я в Когтевране было бы проще… — Трясётесь над своей репутацией? — ядовито спросил зельевар. Чтоб тебя… твои же тараканы в голове покусали! — Сэр, — твёрдо сказал я. Со Снейпом иначе нельзя, если почувствует слабость — всё, каюк, — я был безукоризненно вежлив со старостой, с вами, с другими учениками. Единственное, в чём меня можно обвинить — это моё плохое самочувствие, в следствие чего и случился этот неприятный случай. Я принёс публичные извинения старосте. Конфликт исчерпан. Я лишь хочу, чтобы у вас и у всего педагогического коллектива было хорошее мнение обо мне. Надеюсь я был не слишком резок в выражениях, высказывая вам своё мнение по поводу данной ситуации, — спокойно произнёс я. — Безукоризненно вежлив, говорите? — насмешливо поинтересовался брюнет, и я уверенно кивнул в ответ. Что он хотел этим сказать — мне не ясно, но обдумать это я пока не мог. Мы подошли к дверям больничного крыла. — О, пришли. Отлично. Как ты себя чувствуешь? — спросила женщина у меня, выпуская диагностические заклинания из палочки. — Здравствуйте, мадам. Чувствую я себя преотвратно. Всё те же симптомы, но после сна стало немного легче, — отчитался я. — Ты первый такой в моей практике. Привыкание к магии Хогвартса происходит постепенно, но у магглорождённых занимает больше времени и проходит тяжелее. Полукровкам легче, ну, а те, кто в родовых мэнорах сидят, тем вообще, что слону дробина. У тебя как-то остро всё это происходит, — она задумчиво оглядела меня. — Вы хотите сказать, что желательно обратиться в Мунго? — спросил у неё я. — Не думаю. У тебя пока всё стабильно. — У людей в коме тоже стабильное состояние, мадам, — со вздохом ответил я. — Всё не так плохо раз ты можешь шутить, — улыбнулась пожилая женщина. — Северус, может ему витамины пропить, как считаешь? — Я думаю всё и так пройдёт, Поппи. Если бы этот молодой человек вчера не подпирал стенку своим лбом во время речи старосты, я бы и не заметил, что с ним что-то не так, — усмехнулся мужчина. Ну точно змеюка подколодная. — Сэр, повторяю, я уже принёс… — Молчите, Ярило. Я сейчас не с вами разговариваю, — жёстко осадил меня декан. Ну какого чёрта! Ладно, заткнулся и стою помалкиваю. Но показательно отвернуться мне ведь никто запретить не может, верно? — Погоди, ты вообще о чём? — спросила медиведьма, обращаясь к Снейпу. — Когда я пришёл, чтобы проверить всё ли в порядке в гостиной, этот ученик стоял, уткнувшись лбом в стену возле входа. И явно не слушал старосту, — с удовольствием наябедничал на меня зельевар. — Я его понимаю, Северус, — внезапно заявила Помфри. Видимо брюнет тоже удивился, потому что сразу же послышался вопрос: — Пояснения? — Я до сих пор не смотрел на этого злюку, но удивлённые интонации слышались отчётливо. — Представь себе, что на тебя наслали Конфундус, но только ты всё хорошо осознаёшь. Обычно реакция не такая острая, но я склонна думать, что у твоего ученика большая чувствительность к магии. Я не ошибусь, если предположу, что он не колдовал лет до восьми-девяти, — уверенно сказала женщина. — Вероятно, он очень связан с природой и магия циркулировала в нём, а не как у других детей — накапливалась. А сейчас все связи оборваны и его ядро вынужденно питаться остаточной магией других волшебников. — Всё верно, как бабушка и предполагала. Я поднял руку вверх, привлекая внимание. Взрослые обернулись, но смотрел я только на мадам Помфри. — Что такое? — недоумённо спросила она. — Я могу высказаться? — крайне доброжелательно поинтересовался я. — Не лезьте в разговор взрослых, мистер Ярило, — скривился декан. Ох, ну и тяжело мне будет с ним. Помфри отмахнулась от него и кивнула мне. — Как точно выразилась моя бабушка по этому поводу — подобное явление можно сравнить со сменой питания. Раньше я питался здоровой пищей и всегда по одному режиму. Сейчас же моё ядро поглощает жирную, вернее очень насыщенную и концентрированную магию в огромных количествах и практически постоянно. Спасибо за уделённое внимание, — не мог не добавить я. Выкуси, дорогой, безукоризненная вежливость рулит! — Ты абсолютно прав, голубчик. У меня благодаря тебе родилась интересная идея, — она одобрительно улыбнулась мне и потрепала по плечу. — Знаешь какая? — Вы собираетесь либо вытащить меня жить на природу, что по известным причинам невозможно, либо приблизить природу ко мне, что является более реальным, мадам. Как говорится, если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе, — я улыбнулся ей в ответ самой очаровательной улыбкой, которая была у меня в арсенале. — Северус, это чудо, а не ребёнок. Что ты к нему цепляешься? Голубчик, пойдёшь ко мне в ассистенты? К концу обучения ты можешь стать отличным колдомедиком, — Снейп скривился, но мы на него не обращали никакого внимания. Нам ведь с мадам Помфри и так хорошо! — Я подумаю, мадам. — На самом деле в колдомедицину я идти не собираюсь, но посмотрим, как карты лягут. — Очень надеюсь на твой положительный ответ, — сказала она мне. — Я поговорю с Альбусом по этому поводу. Раньше я как-то не задумывалась, но ведь живые растения действительно хуже не сделают. — Ты собираешься претворить его сумасшедшую идею в жизнь? — насмешливо поинтересовался брюнет. — Простите, что снова влезаю, но все гении немного сумасшедшие, — вставил свои пять копеек. Кажется, зельевар начал уже раздражаться, но пока мадам Помфри рядом мне не так страшно. — Так вы причисляете себя к их числу? Как самоуверенно и нарциссично, не считаете? — ядовито спросил Снейп. — Разумеется нет, сэр. Я лишь считаю этот тезис верным в большинстве случаев, — ответил я. Сейчас пришлось посмотреть на этого… профессора. Не смотреть на него в разговоре с ним было бы уже неуважением. — Мне нужны доказательства вашего тезиса. — Мужчина скрестил руки на груди, от него веяло уверенностью в разгромном поражении противника в споре. Но я тоже не промах! — Директор Дамблдор, — только и сказал я без каких-либо эмоций. Мадам Помфри весело рассмеялась, победоносно глядя на моего посмурневшего декана. — Северус, он тебя сделал. Покажу Минерве в думосбросе. — Я видел появляющийся огонёк ярости в чёрных глазах и начал в серьёз бояться за своё и так шаткое здоровье. — Профессор Снейп, разумеется исключение из данного правила, — я смущённо опустил глаза и в добавок шаркнул ножкой. Сама невинность. — Грубая, отвратительная лесть, Ярило, — процедил зельевар. — Но это чистая правда, сэр. Вы же самый молодой мастер столетия… — Мило поднятые глаза и очаровательное хлопанье ресницами может быть и одурачили бы других людей, но эти взрослые кого только не видели за время работы в школе. Хотя мадам Помфри явно понравилось. — Не скажи, лесть очень остроумная и к месту, — хмыкнула медиведьма. Уверен, что она меня уже обожает. — Идёмте, Ярило, — зельевар проигнорировал реплику женщины и летящим шагом направился к выходу из больничного крыла. Лицо у него при этом выглядело в стиле «морда кирпичом». — До свидания, мадам Помфри, — только и успел сказать я перед тем, как поспешить за преподавателем. Сейчас лучше всего молчать, иначе полетят мои клочки по закоулочкам… — Дорогу к гостиной найдёте, гений? — спросил брюнет голосом полным яда. — Разумеется, сэр, — дружелюбно улыбнулся я, но должного эффекта это не произвело. Видимо, моё обаяние немного подрастерялось из-за плохого самочувствия. Ну, это ничего. Наверстаем. Снейп явно едва удержался, чтобы не закатить глаза и пошёл в одному ему известном направлении. С этими коридорами никогда не знаешь куда придёшь… Мне придётся тяжело, но эта война будет чертовски занимательной! Один — ноль, профессор. Я открыл счёт. Интересно, что придумала мадам Помфри?

* * *

      Я решил выйти на улицу. Надеюсь, что это хоть немного поможет мне. Амулет я собираюсь делать возле какого-нибудь дерева, а желательно лёжа рядом с ним. Наконец, недалеко от теплиц я обнаружил их примерно с десяток. Не знаю зачем они здесь, но эти деревья были явно не фруктовыми. Я сел под одним из них таким образом, чтобы меня не было видно со стороны замка и начал работать с янтарём. Была у меня такая специальная палочка-инструмент для работы с драгоценными камнями. Все инструменты из моего наборчика работали от моей магии. Цепочка для амулета уже давно была готова, так что мне оставалось только подготовить камень. Логичнее было бы сделать заранее, но длительное несоприкосновение артефакта с хозяином, для которого он настроился, может запросто ухудшить его свойства, да и мы не были уверены, что амулет потребуется. Вот поэтому я теперь сижу и мучаюсь. Ну ладно, главное, чтобы всё работало как надо и не потребовалось дополнительных действий для моего благополучия. Я тихонько шептал заговор на несколько специфичную защиту и вазюкал палочкой по камню. Маленькие значки неярко вспыхивали на камне, но сразу же потухали и больше не подавали признаков жизни. Этот заговор к счастью можно было прерывать, потому что работа слишком длительная, но не читать совсем — значит потерять нужные мне свойства. Просидев примерно около часа на улице, где было тепло, но облачно, я направился в обратно в свою пыточную… в школу, то есть. На природе мне полегчало, и я принял решение как можно чаще приходить к этим деревьям. Здесь головная боль отступила, и голова почти звенела от лёгкости, будто кто-то прочистил мне разум от мусора. Губы против воли растягивались в блаженной улыбке. Но никакое счастье не вечно. Я решил пойти взглянуть на хогвартскую библиотеку. Фикрайтеры едва не слагали о ней легенды! До обеда было ещё два часа, и я направился прямо туда. — Привет, Алексей, — Лавгуд неожиданно выплыла из какой-то ниши. Я вздрогнул, но тут же приветливо улыбнулся. — Здравствуй, Луна. Рад тебя видеть. — Я остановился, чтобы поболтать с ней. — Гуляю, а ты что делаешь? Как твоё искажение? — спросила она. Я, честно говоря, не понял о чём и сообщил ей. — Когда мы ехали на лодке в замок, ты также, как и я, видел искажение, — терпеливо ответила девочка. — Я понял. Мне уже лучше, чем вчера, спасибо за беспокойство. Просто захотелось пойти посмотреть, как выглядит знаменитая библиотека Хогвартса. Вот туда я и иду. Раз ты гуляешь, пойдём со мной? — Лавгуд радостно кивнула. Милая девочка, просто чудо. И вот мы дуэтом направились в библиотеку. Я решил сразу расположить библиотекаршу к себе, так же, как и Филча, но с ним мы пока не пересекались. — Здравствуйте, мадам Пинс, — я отвесил ей лёгкий поклон. — Мы можем узнать какие правила нужно соблюдать в этой библиотеке? — сухая чопорная женщина с вишнёвой помадой на тонких губах и в очках с роговой оправой была приятно удивлена. Луна, вторя мне, сделала реверанс, находясь чуть позади. — Конечно, — она достала свиток с правилами и протянула его мне. — Благодарю, мадам, — я снова отвесил лёгкий поклон, и Луна тоже повторила свой манёвр. Мы сели за стол, который был хорошо виден библиотекарше и внимательно читали правила. Когда женщина отвернулась я шепнул на ушко Луне: — Молчи и подыгрывай мне, — она задорно улыбнулась и кивнула. Просто очаровашка, даже похлеще чем я. Мы ознакомились с правилами, особенно ваш покорный слуга. Мне было катастрофически важно расположение этой женщины. Всё-таки мало ли, что может понадобиться в библиотеке. — Благодарю, мадам. Мы прочитали правила и будем их исполнять. Скажите, а я и моя подруга можем обращаться к вам за советом? Вы ведь столько знаете, да и наверняка настоящий профессионал своего дела… — лести много не бывает. — Мадам, мой отец рассказывал, что вы настоящий ценитель книг. Уверена, что вы знаете о них очень много. Смеем надеяться, что вы как-нибудь расскажете нам о своём опыте, ведь книги — просто потрясающие! — восторженным шёпотом сказала Лавгуд. Я вот даже не знаю врёт она или говорит правду. Совершенно не ясно. Я согласно закивал, тряся головой как болванчик. — Конечно, милые дети, я с удовольствием помогу вам. Обращайтесь, если что-то понадобится. — У женщины приподнялись губы в намёке на улыбку, а глаза засверкали довольством и гордостью. Ну, Луна, ну молодец! — Благодарим вас, мадам, — я радостно улыбнулся, и мы проделали тот же фокус с реверансом и поклоном. Когда мы вышли из библиотеки и отошли подальше, я сказал: — Луна, спасибо. Ты очень мне помогла! — и благодарно пожал её ладонь. — Обращайся, Алекс. Это было интересно. Папа сам мне советовал подружиться с мадам Пинс, так что это было полезно и мне. Да и я действительно люблю читать, — глядя на меня, проговорила девочка. — И всё-таки спасибо тебе. Ты была просто очаровательной. — Всегда приятно говорить похвалу, особенно, если она правдива и заслужена. — Тебе всего одиннадцать лет, но ты уже делаешь комплименты как взрослый, — слегка смущённо улыбнулась Лавгуд. — Ну что, друзья? — спросил я у девочки. — Ага, — ответила она, но вместо того, чтобы пожать протянутую руку, обняла меня на несколько секунд. — Это было нечестно. Я не ожидал, — обиженно сказал я, но тут же вопреки своим словам весело улыбнулся. — Думаю, мы станем хорошими друзьями. — Я тоже так считаю, — кивнула девочка.