Тебя нет в моих планах, коварный Сонбэнним

××× Парень сидел на её кровати. Тумбочка была завалена лекарствами, а он кормил её с ложечки. Каша горячая, настолько, что обжигала горло, невзирая на то, что Мин усердно дул на ложечку, прежде чем давать Ёнсо скушать, но чувства к этому парню настолько затуманили разум, что любовь вытеснила все другие ощущения, и девушка перестала чувствовать температуру. Она была заворожена его растрепанными волосами, уставшим видом, глазами, в которых виднелась маленькая доля беспокойства, его губами, которые мило скручивались в трубочку, когда дули на еду. — Я больше не буду, — сказала Ёнсо, вдоволь наевшись. Преподаватель опустил миску себе на колени, потом решил попробовать что он скармливает девушке. Мин тихо чертыхнулся, схватив с тумбочки стакан с водой, которая убрала ощущение невыносимо горячей каши во рту и фыркнул: — Чего вы не сказали, что каша горячая? Даже не дергались! Девушка со всей любовью посмотрела на предмет её воздыхания и лишь молчала, ведь все и так было ясно. — Померяйте температуру, у вас очень щеки красные. Хотя может это от каши, — сказал парень, протянув электронный градусник, лежавший на тумбочке. Но не было понятно, то ли от солоноватой горячей каши, то ли от сладких чувств девушка раскраснелась, как спелое яблоко на ветке. — 38 °С Парень молча взял градусник из рук своей ученицы, положил его в футляр, достал ей таблетки и подал вместе с водой. Ёнсо выпила и поставила на тумбочку рядом. — Преподаватель Мин, почему вы это делаете? Вы же понимаете, что своими действиями заставляете моё сердце биться чаще и моя фантазия уже рисует вас в качестве моего парня, — говорила девушка, пронзительно смотря на парня, пытаясь рассмотреть в куче серьёзности хоть капельку искренних и теплых чувств. Мин лишь отвел взгляд в правый угол комнаты, не зная, что и говорить. — Мин Сомбэнним, я правда вас не понимаю. Вы только со мной такой добрый и милый, помогаете, слушаете, так снисходительны ко мне и только ко мне из всех студентов, но при этом вы меня так рьяно отталкиваете. Что мне сделать, чтобы узнать ваши настоящие чувства? Даже ваши глаза… Даже они не могут показать мне правду. Вы настолько хорошо скрываете ваши эмоции, но почему? Я понимаю, что это грубо с моей стороны давить на вас и заставлять мне дать результат прямо сейчас, но пожалуйста… Примите это во внимание и попытайтесь меня понять, — со всей, не присущей ей серьёзностью в такие моменты, говорила девушка. — Я… я те… — мямлил Мин, пытаясь растянуть каждую букву до бесконечности, от непонимания того что он и сам хочет из себя выдавить.- Я ТЕБЕ ЗАВАРЮ ЧАЙ! Парень пулей и со свистом вылетел из комнаты, захлопнув за собой деревянную дверь, чуть не сорвав её с петель. Девушка сползла под одеяло. Она просто ждала парня, укутавшись так, что еле-еле выглядывали глаза. Сердце стучало от волнения при мыслях, что он может что-то ответить. Через пятнадцать минут Мин вернулся с двумя кружками ароматного дымящегося чая. Преподаватель присел впритык к девушке, тяжко вздохнул, взвесив все факты в голове, ещё раз набрал в грудь воздух и произнес: — Я… — начал он. — Берите чай, — сказал немного опустошенно парень. — Преподаватель Мин, называйте меня просто Ёнсо. Парень вздохнул и неторопливо кивнул. Затем он встал с кровати и укутал больную девушку, как гусеницу, в одеяло. -М-м-м, — недовольно промычала Ёнсо, — жарко! — Тебе поспать нужно в тепле. Тем более, потому, что ты все эти полчаса говорила у тебя лихорадка. Ёнсо, как маленький ребенок, которого заставляют спать, посмотрела на Мина: — Но я же правду говорю! Я не могу врать, вы же знаете! — возражала девушка, а Мин виновато отводил глазки в сторону, но признавать свою неправоту он не желал. — Ла-а-адно! Идите домой, уже поздно, — пробубнила девушка, глядя на часы. — Угу, — кивнул парень. — Если что-нибудь нужно будет, звони. Спокойной ночи. Мин Юнги ушел в квартиру. Прошло пару дней. Болезнь уже прошла. Жаль, что не на радость девушке, ведь она так хотела ещё насладиться ухаживаниями этого молодого человека. Было около 17:00. Ёнсо валялась на кровати и решила позвонить маме. Пару гудков и мать уже взяла трубку. — Алло. Как вы? — спрашивала девушка, болтая ногами в воздухе. — Привет, доченька. Все в порядке. Температура прошла? — Да, сегодня уже 36`6. Все нормально. — Ой, хорошо. Передай «спасибо» преподавателю Мину. Мы не смогли приехать, а он нам любезно помог. Великолепный молодой человек. Девушка улыбалась от слов своей мамы, ведь парень определенно произвел хорошее впечатление на её родителей: — Да, конечно, — не скрывая радости отвечала девушка. — М-м-м… — задумчиво промычала она. — Мам, а как ты поняла, что папа тот, за кого можно выйти замуж? — Ну… Я это просто почувствовала. Ответ на твой вопрос сразу пришел мне в голову, когда он предложил мне выйти за него! Хотя его материальное положение и было не самое великолепное, да и сказать, что он был принцем на белом коне я не могла. Мои голова и сердце давали совершенно разные ответы. Но я решила, что счастье для меня важнее, чем материальное состояние и послушала сердце. Если ты работник или ученик — нужно слушать голову, а если ты человек, который любит — нужно слушать сердце! Но и нельзя забывать, что само чувство «любовь» обманчиво и вестись на подарки и приятные слова нельзя. Надо видеть в его глазах свою душу, сердце и самого себя, только тогда можно понять его искренность. Глаза практически никогда не врут. Девушка вслушивалась в каждое слово, запоминая всё, до мелких деталей. После того как мысли улеглись в голове, девушка начала говорить: — Я запомню… Сейчас уже 19:47, нужно поделать мелкие домашние дела и идти спать. Спокойной ночи, мам. Передавай папе «привет» — Ага. Кладу трубку Девушка встала с кровати и прошла на кухню. Выпив молоко с последней печенькой, она выбросила упаковку в переполненное мусорное ведро. — Нужно вынести! Полная мотивации, девушка надела кроссовки и пошла выносить мусор. Она выбросила пакет, вернулась, подошла к двери и дернула за ручку. — М? Не открывается, — сказала Ёнсо дергая ручку входной двери с ещё большим усилием. — Я же не закрывала на ключ. Захлопнулась что ли? Пара минут бесполезных усилий и она пришла к выводу, что в дом ей не попасть, а телефон остался в квартире. Даже мастеру не позвонить. На ум пришел только сосед с десятого этажа. Она поднялась на лифте к нужной квартире. — Ёнсо? — спросил преподаватель, открыв дверь. — У меня дверь захлопнулась, а я телефон там оставила. Даже мастеру не позвонить. Могу одолжить телефон? — спросила девушка. — Да, конечно. Заходи. Они позвонили, но в ответ получили: «Мы сегодня уже не работаем. Позвоните завтра!». На том и решили, что девушка ночует у Мин Юнги. — Вот. Полотенце, зубная щетка и футболка. Иди в душ! — сказал Мин, вручив девушке вещи. Она потопала в ванную. Помывшись, она стала перед зеркалом в огромной футболке, которая еле-еле доходила до половины бедра. От пара, одежда немного прилипала к телу. По шее стекали капли от мокрых волос, слегка капая на футболку. Девушка вздохнула и вышла. Мин сидел на диване, держа в руках ноутбук. Волосы по-домашнему растрепаны, свободные штаны и футболка были слегка помяты, а очки сползли на кончик носа и поблескивали, когда Мин чуть заметно поворачивал голову. — Ты вышла? — сказал Юнги, отвлекаясь от работы. — Угу, — кивнула девушка. — Вы пойдете? — Уже принимал душ. Хочешь клубнику? — спросил парень, показывая на тарелку рядом. Девушка, как пингвинчик, подбежала, плюхнулась рядом с Мином и начала поедать сладкий плод. — Тут тепло, вкусно пахнет вашими духами, ещё и клубничкой кормят. Не квартира, а рай какой-то! — заявила девушка, уплетая ягоду. — Эй, у тебя сейчас щеки лопнут, — говорил Мин, мастерски скрывая своё умиление. — У тебя тут клубника… Парень потянулся рукой к губам девушки, нежно проводя пальцем по ним. От прикосновений стало тепло, настолько, что даже холодной осенью было душно. Ёнсо аккуратно пододвинулась к парню, легко коснувшись своими губами его. В ушах доносились звуки сердцебиения. Мгновение и девушка снова прильнула к губам парня, уже более взросло. Она буквально впилась в его губы, втягивая в свой рот его нижнюю губу. Дыхания смешались. От касаний языком, прикусывания губ друг друга во рту пересохло. Мин смело отвечал. Оба потеряли рассудок. Мин резко отстранился, приходя в себя. От поцелуя его губы стали ярче чем обычно, а щеки немного покрылись румянцем. — Извини, — резко выдал преподаватель и убежал в ванную, оставив девушку на несколько минут со своими мыслями. По звукам, парень включил душ. Он вышел с мокрыми волосами. Лицо было красным, но не было понятно, от воспоминаний, от горячего душа, или от чего-то другого… — Пойдем спать, — сказал Мин, пройдя в комнату вместе с Ёнсо. — Ложись на кровать, я посплю на диване. — Давайте лучше я на диване. Вы более высокий чем я. Вам будет удобнее на кровати! — Я не могу вас на диване положить. Вы гость все-таки. — Да ладно вам. Я отказываюсь на кровати спать, вместо вас. Парень вздохнул и плюхнулся на кровать, укрывшись одеялом и отодвинувшись на самый край. — Ложись на другую сторону. Девушка покорно повторила действия парня, повернувшись к его лицу спиной. Щеки покрылись румянцем. Сейчас она лежала с ним на кровати, лишь в футболке с трусиками и осознанно. Она чувствует как шуршит одеяло при каждом его движении, слышит его дыхание, которое местами становится чаще, чувствует его, в метре от себя. Мысли об этом и том поцелуе не дают покоя, укрывая мурашками девушку, вместо одеяла. Ёнсо перевернулась на другой бок, раскрыв глаза пошире, разглядывая каждую деталь внешности парня, вспоминая хриплый голос, проникающий прямо в душу, от которого невозможно оторваться, вдыхая очередную порцию сладкого запаха. Парень резко открыл глаза, видимо ощутив взгляд девушки на себе. Пару минут они только и смотрели друг другу в глаза, без какого-либо смущения. Пару минут растянулись сладкой карамелью. Метр между ними стал невесомым и будто исчез. — Преподаватель Мин… — сладко и тихо потянула девушка. — Мне кажется, что я вру сам себе, говоря, что ничего не чувствую к тебе. Через мрачные леса в его глазах она начала видеть искренние эмоции. Она начала видеть любовь, неравнодушие, чувства, она увидела в них себя. Она увидела все, что говорила ей мать. Это было волшебным ощущением. Множество бабочек, тихо спящих в её животе, раскрыли свои крылья и взлетели так высоко, как не летает ни одна птица. Девушка сотни раз говорила себе в голове, что любит его и лишь раз в жизни, но ощущений от признания не было. Они пришли с задержкой и огромной волной накрыли ей так, что она захлебывалась. Ёнсо широко улыбнулась, и добавляя к миллиону единицу произнесла: — Я люблю вас, Мин Юнги. ×××