Глава 3
27 августа 2020 г., 00:16
Хюррем с трудом разлепила глаза и осмотрела покои. Затем Хасеки приподнялась на локтях и попыталась понять сколько она проспала. Очевидно со вчерашнего дня. Хюррем позвала свою верную служанку Назлы, которая мигом оказалась у ее кровати. Госпожа приказала немедленно приготовить ей платье, а сама встала с кровати.
Вскоре женщина была одета в красное, обшитое золотыми кружевами платье, которое идеально её подходило. Хюррем грациозно восседала на софе, пока служанки занимались ее прической. Через несколько минут в покои вошел Сюмбюль-ага. Поклонившись, евнух сказал:
— Доброго вам утра, госпожа. Будут ли какие-нибудь пожелания?
— Нет, Сюмбюль. Можешь идти. Если понадобишься позову.
— Как прикажите, — поклонившись, ответил евнух и отправился к выходу из покоев.
Хюррем прикусила губу и вспомнила вчерашний случай. Женщина подумала несколько секунд, а затем сказала:
— Сюмбюль.
Евнух в этот момент уже готов был выйти из покоев, но развернулся и поспешил к госпоже.
— Слушаю, моя госпожа.
— Как там Ибрагим? Умер или остался жив? — и уголок губ дёрнулся.
Если бы не последний вопрос, то Сюмбюль возможно бы смутился.
— Жив. Сейчас находится в покоях.
— Сулеймана оповестили?
— Конечно! Как только Пашу привезли во дворец, повелителю тут же доложили.
Хюррем нервно сглотнула и задала еще один вопрос:
— Он спрашивал как это случилось? Ты сказал, что я была там?
— Нет-нет. Повелитель ничего не спросил.
Хюррем вздохнула с облегчением и сделала жест рукой, который означал то, что евнух может идти.
***
С того момента прошло несколько часов. Хюррем после разговора с Сюмбюлем позавтракала вместе с детьми на террасе и уладила кое-какие дела. Теперь же госпожа сидела возле окна, пристально смотря в него. Она думала... Думала пойти или нет? Да, сейчас ее мысли были об Ибрагиме, что трудно принять даже ей. Хюррем сама не понимала почему он врезался ей в голову, но так или иначе, лучше сходить. Ибо мысли так и будут навязчиво лезть, если не сделать этого.***
Ибрагим же просто лежал в постели. Тело, особенно область спины, охватила жгучая боль. Паша лежал не шевелясь, ибо каждое движение, даже самое безобидное, отзывалось болезненной волною. Это он проверил, когда попытался сменить позу. Внезапно двери в покои открылись. Ибрагим был уверен, что сейчас зайдет лекарь, Матракчи, Хатидже или же сам Султан, но ошибся. В покои вошла сама Хюррем, чему он был сильно удивлен. Хасеки прошла медленно внутрь и встала возле кровати. Улыбнувшись, она сказала: — Паша, как себя чувствуете? Визирь прекрасно знал, что скрывается под этой маской дружелюбия, поэтому ответил весьма грубым тоном: — Как видишь живой. С чего вдруг решила прийти? На этот вопрос Хюррем сама не знала ответа, поэтому выпалила на ходу: — Да просто. Узнать как самочувствие. Ибрагим ухмыльнулся. Она явно пришла не с проста. Ей что-то нужно. Но что именно, он понять пока не мог. — Признайся уже. Что тебе от меня нужно? Такое поведение Паши начинало выводить из себя. Хасеки еле сдерживалась, чтобы не сорваться. Вот как всегда. Как только проявишь каплю дружелюбия, так огрызаются! — Ничего. Я просто пришла узнать как ты. Это запрещено? — Нет. Но я знаю тебя слишком хорошо, Хюррем. Ты здесь не только для этого.О, Аллах. Дай мне терпения. Лучше бы он подох. Гад живучий.
Выругалась про себя госпожа. — Пожалуй, я пойду. Вижу с тобой все в порядке. Только вот... Нынче будь осторожен. Враги не дремлют. Кто знает, откуда прилетит следующая стрела, — Хюррем никак не могла уйти без последнего слова. Ибрагим издал тихий смешок. — Наивная. Не мне давай совет, а себе, так как стрела летела в тебя.... После этих слов Хюррем ошарашенно посмотрела на Визиря. Что он только что сказал? В нее?...
