Бесполезная

Слезы медленно скатывались с лица девушки утки и падали на стол. Она не сдержалась, не смогла снова справится с чувством бесполезности. Ведь по её мнению от всех в команде был толк, включая Бола который кучу, раз попадал в глупые ситуации, но находил выход. Который вместе с Грином, спасли их от заключения, под которое их подвел Драконус. А что могла она? Даже во время битвы от нее, было, мало толку, с оружием она ладила не так хорошо как Шейка. Единственное где она могла чувствовать себя нужной, это на льду во время командной игры, ведь им негде взять другого игрока. Сидя в мастерской штаба могучих уток, Таня, уже не в первый раз не могла побороть слезы. Мысли о собственной бесполезности давили все сильнее, особенно после сегодняшнего случая с кладовой, куда их с Уткаболом закрыл бывший приятель Дюка. Она просто растерялась, вместо того, что бы выпить этот несчастный замок, пилой входящий в её омникус. Она позволила своей панике подвергнуть в опасности своего друга и напарника. Капля, упавшая на руки вместо, стола заставила блондинку очнутся, отчего та стерла выступившие вновь слезинки и тяжело вздохнула: — Странно, что ребята меня еще терпят, — пытаясь выдавить для себя улыбку, произнесла Таня и закрыла глаза «бесполезно» произнесло создание, когда новые слезинки навернулись вновь. Прикрыв глаза девушка, вновь попыталась успокоиться, из этого состояния ее вывел звук открывающейся металлической двери. Вандерфлок тут же выпрямила спину, смотря в стол и пытаясь вести себя как можно привычно для любого из команды, делая видимость работы. Дверь уде несколько секунд как закрылось, но шагов не последовало, что погоняло любопытство, повернулся и посмотреть кто это, но слезинки в уголках глаз не давали этого сделать. — Тань, я хотел поговорить, — голос Дюка звучал тихо, давая знать о том, что он присутствует в мастерской, когда сам парень оставался стоять у входа. — Да, конечно, я тебя слушаю, — быстро проговорила Таня, пытаясь не выдать своего состояния, и это удалось, потому что голос звучал как обычно. — Прости меня, за то что я подвергать вас с Болом опасности. Я не предполагал, что Соколюга закроет вас в этой подсобке. Чувствую себя паршиво, если честно, из-за того что не смог прийти вам на помощь, потому что боялся проколоться перед ним. Прости меня, — уже более уверенно и громче, чем вначале произнес Оранских, и замер, ожидая ответа. — Я не сержусь на тебя, ведь ты вправду не знал, как он поступит. А мы, нам нужно было сразу послушать тебя, частично, и не следовать за тобой в тот музей. Все хорошо, — на последней фразе голос дрогнул, выдавая тонкие нотки, схожие с появлением эмоций, что не осталось не замеченным со стороны бывшего вора. — Что-то не так? У тебя голос немного другой, — делая шаги в направлении к светловолосой утке произносит Дюк, подходя ближе он замирает за её спиной ожидая ответа. — Аллергия, — выдает самое первое, что пришло на ум Таня, и почти не обманывает, ведь в моменты обострения врожденное аллергии на перья голос звучит похоже. — Хорошая попытка, но сейчас он звучит иначе, — разворачиваются стул в свою сторону, парень замечает блестящие слезинки в уголках глаз. — Тань, ну ты чего? — рука медленно касается щеки девушки, очерчивая ее линию, пытаясь успокоить и понять что случилось. Пока сам парень опускается на корточки, словно перед маленьким ребенком. — Все хорошо, — выдавливать из себя Вандерфлок смотря в глаза серовласому селезню. — А если не обманывать? Я же прекрасно вижу что, что то явно не так. Вон слезинки в уголках глаз замерли, и голос выдает грусть, — тихо произносит Дюк, продолжая медленно поглаживать щёку девушки. — Ты можешь довериться мне. — Кто мне это говорит? Ты сам же некому не доверяешь, — прыскает Таня, прикрывая глаза и продолжая. — Я чувствую себя бесполезной, понимаешь. Каждый из команды что то может, а я просто занимаю чье-то место. Кто то другой справился бы намного лучше, понимаешь? — Подожди, ты серьёзно? — бровь серого селезня вопросительно поднимается, а рука сползает с щеки девушки на плечё. — Бесполезная? Посмотри вокруг, внимательно, тут всё сделано благодаря тебе. Эвакуатор, главный компьютер, некто кроме тебя не справился бы с их созданием. Если бы не ты, то даже я бы в некоторых моментах просто напросто не дожил бы до сегодняшнего дня. Просто вспомни, сколько раз ты лечила меня, и других. Утюр не набирал команду абы как, он знал всё о каждом, он знал что каждый специалист в своей области, Утюр решил что ты лучшая из всего Утхока. Ты не бесполезно, в нашей команде уж точно. — А мы с Крылом говорили тебе, что бы ты одевал хоть какую то защиту, — с лёгкой улыбкой проговорила девушка, давай слезам всё-таки волю, Вандерфлок поднесла руку к лицу, что бы смахнуть их. — Ну, всё. Вот видишь ты уже улыбаешься, это хорошо, — голос парня звучит весело, а сам Оранских поднимается и убирая руку от щеки девушки, он берёт её руку в свою и дёргает на себя. Из-за этого действия девушка оказывается в объятиях бывшего вора. — Ты сдурел? — вскрикнула девушка, замирая, а позже сама, обнимая Дюка, в ответ утыкается в шею. — Нет, просто подумал, что тебя нужно обнять. Ну ещё я не могу спокойно смотреть на то как ты плачешь, — медленно поглаживая девушку по спине произносит Оранских. — Мне это и вправду нужно. А я не могу спокойно смотреть, когда ты ругаешься с кем то, так и хочется вас обоих стукнуть, — улыбаясь, проговаривает Таня, поднимая взгляд на бывшего вора. — Я не так часто ругаюсь, только с Шейкой иногда, но она сама начинает. Я же не трогаю её прошлое, что она к моему прицепилась, — шутливо возмущается Дюк, а девушка в объятиях вздыхает. — Её работа, до попадания в команду была борьба с такими как ты. — Извините, если вам это не нравится. Но своё прошлое я не могу переписать, могу написать только новое бедующее. В принципе, как и любой из нас, — улыбается Дюк, не сводя взгляд с девушки. — Самое главное. Что бы бедующее было не таким, которое мы пытались предотвратить. — Я уверен, что оно будет куда лучше. Наше уж точно, — прошептал Оранских быстро целуя девушку в лоб прижимая к себе.