Trustworthy?

Не так-то просто перебороть страх перед неизвестным, даже когда это нужно в критический момент. Простая, ничем не примечательная на первый взгляд дверь прольёт свет на одну из самых интригующих, но одновременно и пугающих тайн. Ты детектив, прошедший через многое. Ты должен был уже привыкнуть к этому чувству, но оно упорно не покидает тебя. И даже присутствие Маки рядом сейчас абсолютно не успокаивает. Кокичи Оума способен был довести до ручки каждого. Кого-то — до белого каления, другого — до приступа безудержной паники. Подарить экзистенциальный кризис теми же словами, которыми благодарят или утешают — вот она, его истинная сила. В комнате подобного человека может оказаться всё, что угодно, начиная от орудий пыток и заканчивая детальным компроматом на всех учеников. Хотя существует ли вообще «конец» тому, от чего тебя сейчас отделяет лишь какая-то деревянная дверь? Скорее всего, нет. Этого ли ты боишься? Ужасов, что притаились по другую сторону и уже готовы посмеяться вам в лицо, доказывая, что ничего вы и не знаете на самом деле? Перед взглядом возникла его улыбка. Наглая, заигрывающая, одновременно выражающая и «ты серьёзно мне веришь? А зря», и «сейчас мои слова — чистейшая истина». Сбивающая с толку, повседневная, однако редкая: в ней меньше лжи, чем обычно. Слабо-слабо, но в безмятежной настороженности (или настороженной безмятежности?) сквозит что-то искреннее. Это не его обычный оскал, которым он щедро одаривает всех. Это действительно улыбка — настоящая, хоть это и сложно сказать поначалу. И её видел только ты. И ты же сейчас прогоняешь навязчивый образ из головы. Нет, после всего произошедшего нельзя просто так вестись на воспоминания. Это наверняка была маленькая часть одного большого плана по запудриванию мозгов вам всем. Если придерживаться этой риторики и не давать чувствам волю, расследование пойдёт заметно проще. Но не будет ли это заблуждением? *** «Достойный доверия?» На светлой магнитной доске были и другие пометки чёрным маркером вместе с фотографиями. Кто кого убил, старательно прорисованный параллелепипед — почти идеальный, к слову, — список из «подозрительных» и «раздражающих» личностей, причём последний состоит только из Монокубов. И с этим сложно не согласиться. Но взгляд привлекла твоя фотография, одиноко отодвинутая ото всех в правый верхний угол. Несколько линий, складывающихся в простые буквы и знак вопроса. «Достойный доверия?» Ты уверен, что Маки что-то сказала. Скорее всего, обращалась именно к тебе — всё-таки никого больше в комнате нет. Она наверняка спросила, всё ли в порядке, привычно добавив под конец мини-монолога «хочешь умереть?» Ты не слышишь её слов сейчас, просто подразумеваешь их, основываясь на том, через что вы прошли. Не только вы двое. Все вы. И живые, и мёртвые. Кокичи Оума — настолько умелый лжец, что найти второго такого поистине невозможно. Поиски кого-то хотя бы примерно похожего также обречены на провал. Не может существовать ещё одного создания, способного так красиво и грамотно строить из слов воздушные замки за доли секунд, а после разрушать их за это же время. Сложно однозначно сказать, чем он на самом деле являлся. Поехавшим психопатом, жаждущим зрелищ и крови вместо хлеба? Самопровозглашённым спасителем, вершащим ужасные дела во имя благих целей? Просто запутавшимся по жизни человеком, свернувшим на тёмный путь в надежде, что кто-то его услышит? Ты не можешь утверждать, кем он был, ведь каждый раз, когда затрагивается тема о личности Кокичи Оумы, распутывание превращается в испытание выносливости и терпения. Множество клубков спутаны друг с другом, а пока распутываешь, с ними играет тёмный кот с платком в шахматную клетку на шее. И лукаво смотрит, превращая прямые нити в непонятный бедлам. Но теперь ты знаешь, чем ты был для него. Кем ты был для него. Не во всех деталях, к сожалению, как бы сильно ни хотелось их сейчас восстановить. Это всяко лучше, чем ничего. Правильно? Ты был тем, кому он мог доверять. Или по крайней мере рассматривал такую возможность. Тем, кто способен увидеть крупицы истины в его лжи и собрать из них единую картину. Тем, кто действительно хотел видеть свет в чёрной-чёрной бездне. Действительно ли лучше узнать об этом сейчас? В этот самый момент, когда от простого «достойный доверия?» на белой доске сердце пронзила острая боль, словно какому-то изощрённому маньяку пришло в голову проткнуть его сотнями игл за раз? Тебя переиграли, детектив, а ты и не заметил, пока не стало слишком поздно. Условием было не «обмани меня, если сможешь», а целью — не «окончательный и смертельный разгром оппонента». Вас всех уделали. Настоящее условие — «пойми меня, если хватит смелости». Настоящая цель — «понять, достоин ли оппонент твоего доверия».