Игра без правил

— Эй, вы, засранцы! — раздаётся на всё помещение и парни, гоняющие балду до этого, резко встрепенулись, переставая смеяться. Развернуашись на источник громкого крика, Бёнчан резко отталкивает от себя друга, что держал в руках конфетти, и выравнивается по струнке смирно, когда замечает на себе недобрый взгляд однокурсницы. Парень, стоящий рядом, тянет усмешку и хмыкает одновременно, замечая как Чхве сглатывает при виде знакомой, что сейчас была явно не в самом хорошем расположении духа. Еын, со всей силы захлопнув двери актового зала, злобно оглядывала каждого, кто не был занят своей работой, а просто веселился, путаясь в дождиках и гирлянде, в мыслях думая о том, что прямо сейчас взорвётся от негодования. — Вы чем вообще заняты, идиоты?! — громко визжит темноволосая, отчего даже Лю, стоя у ёлки, перестаёт улыбаться во все тридцать два: уж он точно знает какая бывает эта девушка в гневе. Обведя зорким взглядом всех присутствующих, Еын поднимает руку и, указав на Бёнчана, вновь заголосила: — Это что такое, Чхве Бёнчан? Совсем глупый? Дождики и гирлянду нужно вешать на ёлку, а не на себя! Эй, ты, — она тут же указывает на двоих ребят из параллели, даже не собираясь сбавлять обороты, — хватит ржать, или я вам сейчас устрою сладкую жизнь, говнюки! Мы взяли вас, чтобы вы не пары прогуливали и балду гоняли, а помогали! Иначе выметайтесь отсюда и валите слушать преподов! Когда Еын наконец замолкает, дыша, словно разъярённый бык, в помещении повисает гнетущая тишина. Все стояли, разинув рты, ведь впервые видели, чтобы Еын вот так громко верещала на них, отчитывая. Бёнчан, опустив голову, словно нашкодивший щенок, медленно стягивает с себя зелёный дождик, которым его обмотали Чан и Субин, думая о том, что он совсем не узнаёт в этой девушке когда-то свою подругу. — Что это с ней? — покачивая головой, интересуется Субин, прищуривая глаза. Янян неопределённо пожимает плечами, спускаясь на несколько ступеней лестницы ниже, где украшал шариками ёлку. — Она уже несколько дней сама на себя не похожа. Кричит постоянно, а ещё меня ударила вчера, до сих пор плечо болит. Айгу, совсем уже из ума выжила. — Тише будь, — шипит на него Лю, склоняясь чуть ниже. — Если она сейчас услышит это, то попадёт всем. — А где Куньхан? — неожиданно интересуется Еын, подходя к парням, что сразу же выровнялись по стойке смирно, будто это не они только что обсуждали её. — Юджи сейчас пошла за Лукасом и Хансэ, и сказала, что Хэндери должен был быть с вами. Янян усмехается. Да неужели сама Кан Юджи помнит о таком парне, как Вон Куньхан? Развернуашись половиной тела к подруге, Янян, облокачиваясь об металл телом, фыркает. — Он сделал свою работу и ушёл с Сяоцзюнем перекусить, потому что не хотел сталкиваться ни с твоей подружкой, ни с тобой. Еын удивлённо выгибает бровь. — У меня несколько вопросов, — она выхватает из ладоней Бёнчана дождик и начинает перебирать его в руках, пока оба парня всё же решили продолжить украшение зала к предстоящей новогодней вечеринке для студентов. Янян подозрительно щурится, замечая то, как Еын судорожно покусывает нижнюю губу и перебирает в руках новогодний предмет, в голове перебирая все различные варианты её такого поведения за последние несколько дней. Нужели что-то произошло? Он запомнил её привычку что-то трогать в руках при стрессе и нервах. — Почему Хэндери избегает Юджи уже неделю? И почему он не хочет видеть меня? Лю закатывает глаза, когда до его ушей долетает весьма нелестное субиновское бормотание «дни у неё, что ли, эти самые начались?», и в таком же тоне «закрой рот, гном, иначе останешься без зубов и зачёта по физре» от Ким. — Встречный вопрос: почему ты избегаешь Тэна-гэ? Поперхнувшись собственной слюной, девушка отводит взгляд в сторону, наконец переставая шуршать несчастным дождиком. — Тебя это не касается, мелочь. — Эй, я старше тебя! — обиженно дует губы китаец, в затем вновь возвращается к украшению огромной ели, стоящей прямо посреди университетского актового зала. — Ты слишком психованная последние пару дней, вот он и побаивается тебя. А Юджи… Я только знаю, что они повздорили. Точнее это Юджи что-то ему сказала неделю назад, от чего он взбесился и парил мне мозг несколько дней. Поговори с ней, Хэндери меня уже достал. Серьёзно, ещё одно его слово о Юджи и вы будете меня защищать в суде. Клянусь, я отобью ему голову. Мрачно вздохнув, Еын понимающе кивает. Она слишком хорошо знала свою лучшую подругу, которая могла ляпнуть что-то не подумав, а после ходить как в воду опущенная, даже не думая о том, чтобы извиниться первой. — Слушай, и всё же, — тянет Янян, не обращая внимания на задумчивый взгляд подруги, — что между тобой и Юнцинем? Вы как-то отдалились друг от друга последнее время. Весь универ шушукается за вашими спинами. — Пусть шушукаются дальше, мне плевать, — раздражённо бурчит Еын, наконец подавая Лю дождик. — Просто как-то нет времени сейчас на общение. Во-первых, очень много домашки, да ты и сам знаешь, а во-вторых… У него уже есть та с кем он может провести время. Парень недоумённо вскидывает брови и резко разворачивается, отчего лестница пошатывается, и Еын тут же реагирует, вовремя хватая стремянку двумя руками, дабы друг не загудел на пол, корчась от боли. — Ты про Минни, что ли? — брюнетка положительно кивает, заставляя Яняна закатить глаза. — На самом деле это она ухлёстывает за Юнцинем, а он её отшить не может. Сердобольный слишком. — Мне кажется, что она нравится ему, — Ким закусывает губу. На догадку девушки Лю лишь хмыкает и потихоньку слезает с лестницы, после отряхивая джинсы. — Когда кажется — креститься нужно, — подытожил Янян, легонько ударяя подругу в плечо, дабы та наконец перестала грустить. — Хватит ходить с такой кислой рожей, а то посмотришь на тебя и самому не по себе становится. Неужто реально те самые дни начались? Еын, недовольно зыркнув в сторону китайца, хотела уже дать ему оплеуху, но тот вовремя увернулся, громко расхохотавшись и задев локтём стремянку, что упала позади Чхве и Чона, которые от испуга выронили из рук снежинки. На лице брюнетки проскользнула тень улыбки на что Янян довольно усмехнулся. Он сделал всё, что мог. — А ещё тебя никто не пригласит на праздник, если ты будешь продолжать лупасить всех со своей депрессивной миной на лице, — не удержался парень от нового комментария за что всё же получил смачный подзатыльник, громко крикнув «ауч, больно» на всё помещение. — Если меня никто не пригласит, то я пойду с тобой, — самоуверенно бросает Еын, пожимая плечами и наконец подхватывая с пола коробку с оставшимися украшениями для ёлки. Янян, ошеломлённый таким громким заявлением, резко замирает с поднятой вверх рукой, а затем фыркает. — А если я не хочу? — уперев руки в бока, интересуется он, облизывая губы. Нет, он вовсе не был против пойти на бал с такой сногсшибательной красоткой, которая была ему одной из близких друзей, скорее Янян был всеми руками и ногами за, однако… Не только он хотел этого, а ещё, как минимум, Юнцинь и Юкхэй, которые уже подбирали красивый цветок в честь приглашения. Оба парня по секрету сказали, что хотят заявиться на этот праздник с чумовой красоткой университета, чтобы у всех отвисли челюсти, а ещё потому что Юнциню действительно надоели подкаты однокурсницы Яняна, что без остановки болтала о чём-то во время перерывов, ни на шаг не отступая от предмета обожания. Еын тут же разворачивается посреди зала, сведя брови к переносице. — Тогда захочешь. — Ладно, — огрызается Янян, показывая язык отвернувшейся подруге. Он-то знал, что если Ким не в самом лучшем (в данной ситуации в самом худшем) расположение духа, то лучше с ней не спорить, не переговариваться, а ещё лучше — соглашаться. И остаётся только опередить двух друзей с этим чёртовым цветком. — Еын! — громко зовёт Лю в очередной раз, на что девушка раздражённо вздыхает, но поворачивается, вопросительно приподняв правую бровь. — Чего тебе ещё? — Какого цвета будет твоё платье? — вопрос срывается с уст быстрее, чем Янян успевает подумать над ним. — Ещё не решила. Это всё? — Лю кивает. — Отлично. Теперь я могу пойти в подсобку и наконец-то избавиться от этой чёртовой коробки? — Да, конеч… Не успевает парень закончить речь, как двери зала распахиваются и в помещении входят двое парней, что-то весело обсуждая. Один из них хватает второго за шею, и радостно нагибает вниз, при этом задорно ероша тому каштановые волосы. Еын, столкнувшись с ними носами, недовольно что-то бурчит про себя, поднимая взгляд вверх, и готовая уже надеть кому-нибудь из них коробку на голову. Однако на место злобе приходит изумление, а когда один из парней подняв голову растягивает губы в улыбке, Еын, выронив из рук коробку, откуда послышался звон разбиваемых игрушек, отсупает на несколько шагов назад. Ноги не держат, руки начинают трястись, а ком встаёт поперёк горла. Глаза щиплет от подступивших к ним слёз, а сердце заходится в бешеном ритме, когда парень выравнивается во весь рост, оголяя все свои тридцать два белоснежных зуба. — Привет, Ким Еын, скучала? Девушка, продолжая стоять так и дальше, пугливо пялясь на двух вошедших парней, сжимает руки в кулаки, тут же кардинально меняя свой настрой из испуганной овечки на враждебный. Гневно сверкнув глазами, брюнетка прочищает горло, после чего отталкивается от стены, в которую упёрлась спиной минуту раннее. — Привет, Чжухён, а ты как думаешь? — саркастично выдаёт девушка, в глубине души надеясь, что её голос сейчас не дрогнет и она не выдаст себя с потрохами. Парень улыбается ещё сильнее и делает шаг вперёд, но тут же останавливается, когда видит перед собой вытянутую руку бывшей подружки. — Не смей ко мне приближаться даже на сантиметр, иначе я проедусь своим кулаком по твоей смазливой роже так, что мать родная не узнает, понял? Кори громко смеётся, стирая невидимые слёзы со щёк. — А ты как всегда душка, — парень мило улыбается, но подходить не рискует. — А ты как всегда заносчивый чурбан, — Еын замолчала буквально на секунду, ведь она не из тех кто спокойно реагирует на своих бывших бойфрендов. — Что забыл тут? Проваливай на пары, у тебя сейчас, если не ошибаюсь, английский. — Как мило, ты даже моё расписание знаешь, — невозмутимо тянет Чжухён, что ещё больше начинало злить брюнетку. — Но нас послали сюда с Юкхэем, чтобы помочь вам, — взгляд Хона тут же падает на коробку, что мирно покоилась перед его ногами, а после склоняется и берёт её в руки, улыбаясь совершенно невинной улыбкой. — Куда нести? Не выдержав напора собственных эмоций, Еын в ту же секунду выхватывает коробку из рук парня, который, кажется, и ухом не повёл, однако беззлобно хмыкнул, будто знал, что так и будет. Девушка ненавидела человека, что стоял перед ней, буквально в паре сантиметров, и стоило ей взглянуть ему прямо в глаза, как она переносилась на год назад, когда ещё была без ума от Хон Чжухёна до такой степени, что повелась на все его улыбочки, пафосные речи о любви и дорогие подарки, которыми парень одаривал её каждый день. А сейчас же её тошнило от всей этой напускной вежливости со стороны шатена, тошнило от этой милой и невинной улыбки, в которую она когда-то была влюблена по уши в попытках убежать от чувств к японцу. Чону был прав — Чжухён был тем ещё ублюдошным засранцем, который неоднократно трепал ей нервы, а порой и не пренебрегал выражаться не совсем лестными словами в её сторону. Но стоило ему только состроить жалостливый взгляд, как она тут же прощала его, не имея сил долго злиться, полностью утонув в этих медовых глазах. — Постой, — Кори разворачивается и тут же кладёт руку на плечо девушке, отчего она вздрагивает и тушуется, а руки начинают непроизвольно подрагивать, что не укрывается от настороженного взгляда Юкхэя. Парень стоял рядом, всё ещё немного ошеломлённый новостью о том, что Еын знакома с его давним другом детства, да и ещё, кажется, очень близко. Юкхэй даже не представляет насколько близко. — Не смей прикасаться ко мне! — со всей ненавистью рявкает брюнетка, но эффекта ноль — шатен не шелохнулся и руку не убрал, ведь был настроен решительно. — Я просто хочу поговорить, — а после обводит взглядом зал, — наедине. Услышав конец фразы, девушка пугается не на шутку и уже не сдерживается, вновь превращаясь в ту самую замученную Ким Еын, который была год назад. Сердце бешено стучит от страха и она, стоя в окружении кучи парней, которые могут её защитить, чувствует себя совершенно беззащитной. Дышать становится тяжелее, когда Кори, всё же убрал руку с плеча, однако в следующее мгновение он хватает её за локоть и волочит вперёд, переставая фальшиво улыбаться. — Я не хочу разговаривать с тобой! — Придётся, — равнодушно и слегка агрессивно бормочет парень, чтобы услышала только она. — Отпусти меня, козёл! Я же сказала, что… — … не хочет разговаривать с тобой, — договаривает фразу за девушку Юкхэй, со всей силы хватая друга за свободную руку. Тот усмехается, но Еын не отпускает, вглядываясь в глаза китайца. — Прости, Кори, но какими друзьями бы мы ни были, она, — кивает на растерянную Ким, — для меня важнее. Если она не хочет с тобой говорить, значит не будет, поэтому отпусти её и отправляйся помогать парням устанавливать аппаратуру. Вглядываясь в серьёзные глаза друга напротив, Чжухён щурится, а затем с усмешкой всё же разжимает пальцы, заставляя Еын наконец выдохнуть. Решив надолго тут больше не задерживаться, Ким пулей вылетает из зала и, когда дверь за ней громко захлопывается, она вновь бросает проклятую коробку на пол, и, облокотившись об стену, громко рыдает, не задумываясь о том, что её могут услышать или увидеть другие. Вот чёрт, и почему он снова появился в её жизни? Она ведь чётко и ясно дала понять ещё год назад, что больше никогда не желает видеть его, но жизнь по мнению Еын, кажется эгоистичная сука, которая снова решила разворошить старые раны, которые теперь саднили настолько сильно, что хотелось согнуться в три погибели и умереть от боли. — Что происходит? — позади раздаётся низкий голос Юкхэя и темноволосая тут же перестаёт лить слёзы, тыльной стороной ладони стирая солёную жидкость с бледных щёк. Всхлипывая, девушка разворачивается к другу и делает несколько уверенных шагов вперёд, тут же попадая в тёплые объятия парня. Сюйси крепко окольцовывает худощавое тело подруги и успокаивающе поглаживает по спине, осторожно упёршись подбородком в женскую макушку. Продолжая тихо всхлипывать, Еын со всей силы сжимает ткань толстовки Хуана, размазывая по ней свою дешёвую тушь, но парню плевать — лишь бы успокоилась. Юкхэй с детства ненавидел женские слёзы, особенно дорогих ему людей. Он считал, что это ни черта не мило, и мужчины, которые доводят этих милых созданий до такого состояния — полные придурки и кретины. — Расскажи мне, что случилось? — но Ким лишь продолжала время от времени подрагивать в его руках, даже не намереваясь рассказать о том, почему она так сильно испугалась. — Еын, доверься мне. Ты ведь знаешь, что я любого ублюдка убью, который заставил плакать мою принцессу, да? — Да, — шёпотом бормочет темноволосая, шмыгая носом. Слёз больше не было, лишь разочарование и опустошение. Хотелось свернуться калачиком в своей родной постели, и уснуть хотя бы на лишних пару часов спокойным сном, и перестать наконец видеть кошмары прошлого. — Тогда расскажи мне, чего ты так взъелась на Кори. — Вы друзья? — Еын поднимает голову, наблюдая за тем как Юкхэй положительно кивает, недоумённо выгнув бровь. — Да, мы дружим ещё с детства. — Тогда ты не поверишь мне. — Почему нет? — вот тут Сюйси искренне удивился. — Потому что поверить в то, что совершил этот человек со мной, имея представление о нём, как о хорошем человеке очень тяжело. Еын тяжело вздыхает и выпутывается из объятий однокурсника, мысленно обзывая себя безмозглой дурой. Ну и кто тянул её за язык? Больше года справлялась сама, и сейчас справится. Незачем остальным знать о том, что ей пришлось пережить и выслушивать после жалостливые комментарии о том какая она бедная и несчастная пережила такую ситуацию. Нет! Еын давно поклялась себе, что ни одна живая душа на планете не узнает о их с Кори тайне, которая произошла прямо на кануне их расставания. — Еын, не думаешь, что я имею право знать? — Юкхэй сложил руки на груди. — Нет, — грубо отрезала девушка, пиная несчастную коробку носком зимних ботинок. Хорошо, что коридор был пуст и все сидели на лекциях, а директор, вероятно, опять тусовался в компании молодой секретарши, не видя такое пренебрежительное отношение к университетскому хламу. Иначе наказания было бы не миновать, а Еын не улыбалось провести остаток и так тяжёлого дня в спортзале, подрабатывая там уборщицей. — Послушай, — парень осторожно хватает её за рукав кофты, тем самым останавливая, — я знаю Чжухёна с детства, но мы не общались несколько лет, когда он уехал в Саут-Ин на учёбу по обмену. Я не могу сказать, что точно хорошо знаю его, потому что людям свойственно меняться и если он что-то сделал тебе, то я надеру этому засранцу задницу так, что он потом ещё месяц ходить нормально не сможет. Еын криво усмехается. Да, у Сюйси действительно талант к дракам и красноречивым метфорам — это она заметила с первого дня их первой встречи, когда он попытался подкатить к ней фразой «Мой кошелёк готов войти в твою сумочку от Гуччи». Улыбнувшись воспоминаниям месячной давности, Ким кивает сама себе. Да, Сюйси как никто другой имеет право знать о том, что произошло и какой его друг на самом деле мудак. — Хорошо, но только не здесь.

***

— Ты вообще хоть что-то ешь? — неодобрительно покачивает головой Янян, пихая в себя очередную ложку риса с говядиной, а после блаженно улыбаясь: он был слишком голоден после тяжёлого дня в университете. — Совсем исхудала за эту неделю, что аж щёки стали впалыми и бледными! Еын, сидящая до этого молча, вяло ковырялась палочками в еде, перекладывая овощи и мясо с места на место. Парни же в это время перекидывались взглядами и вздыхали, понятия не имея как помочь подруге преодолеть кризис. Янян уже совсем отчаялся, ведь его шутки совсем не веселили девушку, а только, кажется, ещё больше вгоняли в угнетающее состояние. Юкхэй же, зная всю ситуацию, тоже оказался беспомощным, и лишь старался изредка поглядывать за темноволосой, чтобы та хоть немного поела, а то действительно за прошедшую неделю стала похожа на скелета. Сюйси понятия не имел как ему реагировать на весь рассказ, который Ким поведала ему, сидя в подсобке университета, подальше от чужих ушей и глаз. Вон даже представить себе не мог то, насколько мерзким ублюдком был его друг. Да, а он и правда был прав — люди могу измениться до неузнаваемости всего лишь за пару лет. Вот знал он замечательного человека, который всегда с радостью приходил на помощь другим, а теперь… Ему даже тяжело думать о том, что Кори сделал с этой девчонкой. Рассказывая всю история от А до Я, Еын держалась стойко, лишь изредка проваливаясь слишком глубоко в воспоминания, а в конце взяла с Сюйси слово, что тот никому не расскажет об этом, особенно Чону, и не полезет надирать задницу Чжухёну. Он, конечно, пообещал, но желание пару раз проехаться своим байком по бывшему другу, слушая хруст его костей, было слишком велико, поэтому ему приходилось сжимать кулаки до побеления костяшек и считать до десяти, глубоко вдыхая и выдыхая, как его учил Кун. Помогало, конечно, так себе, но зато разум постепенно понемногу прояснился и ему уже не так сильно хотелось подводить подругу. — Я, наверное, пойду домой, — резко поднявшись из-за стола, сухо бросает Еын, отчего оба парня перестают жевать. Взглянув на тарелку темноволосой, Янян недовольно шипит, палочками указывая на нетронутую еду. — Ты совсем ничего не съела, — строгим тоном басит Юкхэй, опережая друга, который уже открыл рот, чтобы отчитать соседку. — Сядь поешь нормально. — Я не голодна и очень устала, поэтому пойду лучше отдохну дома. До встречи в понедельник, — попрощавшись, Еын хватает со стола телефон и медленно бредёт на выход. В следующую секунду оба парня подрываются со своих мест, когда девушка, остановившись в дверном проёме кухни, облокотилась об косяк боком и съехала по нему, с глухим стуком падая на пол. — Блять, — громко ругается Янян, присаживаясь на колени рядом с телом подруги. — Сюйси, неси аптечку и звони в скорую. Недолго думая, парень двинулся в сторону ванной, где в одном из шкафчиков он выудил аптечку. На ходу набирая номер скорой, парень быстро продиктовал все данные и адрес, а после вручил аптечку младшему, который тут же вытащил из неё нашатырный спирт. Промокнув кусок ваты лекарством, Янян поднёс его к носу девушки и уже через пару секунд Еын скривилась от неприятного запаха, медленно открывая глаза. — Господи, Еын, как же ты нас напугала, — облегчённо вздохнул Лю, упираясь руками в пол по обеим сторонам от её головы. — Сейчас приедет скорая и осмотрит тебя, хорошо? Я пока тебя отнесу в спальню. Подхватив соседку на руки, Янян скомандовал Юкхэю надеть на себя футбоку и встретить врачей, продолжая бурчать что-то нечленораздельное про себя. Схватившись ослабшими руками за шею парня, Еын уткнулась носом в его грудь, вдыхая едва уловимый аромат мускатного одеколона, который так любил её друг. Стало вдруг стыдно. Она снова переполошила людей. В мозг тут же врезается тот самый день, когда она решила отдать куртку Джонни, но вместо него напоролась на рассерженного японца. И как впервые влипла не в самую приятную ситуацию, проснувшись наутро с бинтом на голове. Кажется, ей действительно везёт попадать в такие ситуации, при чём по своей же глупости. Во всём была виновата только она сама. Что в тот день, ведь её никто не заставлял заходить в самую чащу леса, да ещё в такую ужасную погоду, ни сейчас. Стало вдруг так неуютно от мысли, что она заставила волноваться друзей. Неуютно и стыдно от того, что всю неделю была сама не своя, почти ничего не ела и не спала. Захотелось вновь расплакаться, уткнувшись в шею Лю, однако девушка не успела и слезинку проронить, как оказалась лежащей на постели светловолосого. Скорая приехала быстро, поэтому уже через двадцать минут врач качал головой, осматривая молодую пациентку. — Что же вы, девушка, так здоровье своё не бережёте, — причитает мужчина средних лет, делая какие-то пометки на листке бумаги. Еын смущённо отводит взгляд в сторону, в пятый раз называя себя безмозглой тупицей за то, что позволила каким-то страхам и мыслям довести себя до такого состояния. Янян сидел рядом, пока Юкхэй орудовал посудой на кухне, то и дело заглядывая в комнату каждые пять минут, чтобы проверить состояние подруги. — Конечно, было бы хорошо госпитализировать её на несколько дней, но для этого нужен кто-то из родственников, — врач захлопывает папку и бросает взгляд на пациентку, что тут же округлила глаза. — Мы можем позвонить её старшему брату… — Нет-нет-нет, и ещё тысячу раз нет! — затараторила Еын, сама удивляясь тому как у неё резко появились силы, когда она услышала о госпитализации и родственниках. Ни Чону, ни её мать никаким образом не должны узнать об этом инциденте, иначе тогда Еын не сдобровать, а что ещё хуже — Чону поселится у неё дома. Матери, естественно, будет плевать, ведь её мало колышет жизнь дочери, но вот упустить возможность снова напомнить Еын о том, что она ничтожество эта женщина точно не упустит, да и провести все выходные в больнице не входило в планы девушки, ведь она уже договорилась прошвырнуться с Юджи по магазинам, чтобы выбрать себе платье на рождественскую университетскую тусу, и немного сменить свой внешний вид. Поэтому Еын категорически не хотела загреметь в больницу и пропустить такую замечательную возможность наконец-то оторваться с подругой в Отфилде. — Раз пациент сам против, тогда настоятельно рекомендую хорошенько отоспаться и плотно покушать, — мужчина тепло улыбается, — желательно домашней еды, тогда и силы появятся, и бледность пропадёт! Вы точно будете всё это выполнять? — Да-да! — уверенно закивав головой, Еын выдавила из себя улыбку. — Обязательно буду! — Думаю, я могу оставить вас на этих замечательных молодых парней. Поправляйтесь и не болейте, — врач в последний раз одаривает Ким улыбкой и выходит из комнаты, заставляя брюнетку прикрыть глаза и облегчённо выдохнуть. — Пронесло. — Еын, к тебе гости, — весело мурлычет Янян, растягивая губы в улыбке, и выглядывая из-за дверного проёма. Девушка, облизнув пересохшие губы, заинтересованно развернулась в сторону голосов и тут же приняла сидячее положение, уперевшись ладошками в мягкую кровать соседа, с лёгким ошеломлением оглядывая пришедшего парня с головы до пят. — Совсем из ума выжила? Прежде Тэн никогда не говорил с ней таким сердитым и негодующим тоном, никогда не смотрел на неё таким серьёзным взглядом, как сейчас. На душе стало так гадко от того, что друг отчитывал её, словно маленькую нашкодившую девочку, отчего Еын потупила взгляд, разглядывая незамысловатый узор паркета коматы китайца. Из кухни доносились голоса, но уши вдруг заложило, когда Ли двинулся в её сторону, шагая медленно и в развалочку — было видно, что парень держится из последних сил, чтобы не высказать Ким о том, какая она дура. Да Еын и сама это прекрасно понимала. — У тебя что-то случилось? — настороженно поинтересовался Юнцинь, окидывая подругу изучающим взглядом. — Зачем ты здесь? Еын, собрав всю волю в кулак, подняла голову, встречаясь с раздражённым взглядом тайца: он терпеливо ожидал ответ на свой вопрос. — Я волновался. — Настолько, что целую неделю избегал меня? — девушка хмыкает. — Это ты меня избегала, Еын, — парень поражённо закатывает глаза, обиженно выпячивая нижнюю губу. — Не хотела мешать тебе и Минни. Со мной всё замечательно, — брюнетка вскакивает на ноги, больше не имея никакого желания находиться в компании тайца. — Я пойду к себе, а ты делай, что хочешь. — Врач сказал, что тебе нужно отоспаться, — Тэн покачал головой. — Сколько ты вообще спала за эту неделю? Еын тут же задумалась. А действительно, сколько она спала? Большинство времени уходило на подготовку к зимней сессии, помощь Юджи с оформлением зала и меню, домашней работы и хлопоты по дому. На сон оставалось как минимум несколько часов, за которые ей снились кошмары прошлого, поэтому просыпалась она с трудом и еле передвигала ноги, чтобы собраться на учёбу. — Мало, — коротко отвечает темноволосая, делая шаг вперёд, однако блондин тут же хватает её за рукав кофты, а Еын думает, что у всех парней, что ли, такая привычка — хватать её либо за локоть и запястье, либо за одежду? — Постой, — мычит парень, закусывая губу, — пойдёшь со мной бал? Удивлённо вытянув лицо, Еын разворачивается обратно, наблюдая перед собой красивый бледно-розовый цветок. Протянув руку вперёд, девушка осторожно принимает розу из рук друга, слегка касаясь своими пальцами его. По телу проходит разряд тока и Еын тяжело вздыхает: ей совсем не нравится то, что она сейчас чувствует. — Как друзья? Из уст Юнциня срывается огорчённый вздох и Еын на секунду кажется, что глаза напротив разочарованно поблёскивают. — Конечно, ты ведь моя подруга, — брюнетка удовлетворительно кивает, не хватало ей ещё одного ухажёра. — И всё же, тебе нужно отоспаться, ты ведь и сама это понимаешь. После хорошего сна появится и аппетит, вот увидишь! — Я не могу нормально спать из-за ночных кошмаров, — она замолчала и Тэн изменился в лице. — В университет вернулся один парень, который однажды сделал то, что заставляет меня сейчас просыпаться в холодном поту. Я поэтому и загружаю себя делами, чтобы оставалось на сон как можно меньше времени. Я боюсь спать в одиночестве. — Тогда… Может, мне остаться сегодня здесь? — блондин хлопает по мягкой кровати младшего. — Останься сегодня здесь. Мы с парнями будем рядом, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. Юнцинь по-доброму улыбается, в глубине души надеясь, что Еын поведает ему историю об этом парне, но по взгляду подруги можно было догадаться, что она совсем не хочет говорить об этом. Как бы ему не было интересно узнать, Ли предпочёл не ворошить старые раны, а подождать пока Еын сама захочет выговориться. Он знает понятие о личных границах за что Ким всегда была ему благодарна. Взвесив все «за» и «против», Еын, шмыгнув носом, предпочла остаться. Желание наконец попытаться нормально поспать овладело девушкой и ей стало плевать, что она будет находиться в окружении троих парней. Лучше так, чем очередной приступ паники от одиночества и страха снова оказаться в той же ситуации, что была год назад. Положив телефон обратно на прикроватную тумбу, темноволосая села на матрас, после аккуратно укладываясь головой на мягкую подушку, что пахла лавандой. Аромат яняновского геля для душа приятно окутал обоняние, и девушка улыбнулась, ещё больше зарывясь носом в неё. Читтапон, расслабившись, решил, что стоит оставить её одну, но не успел он подняться с кровати, как услышал едва различимый голос: — Нет, останься со мной, пожалуйста. Растянув пухлые губы в улыбке, Ли не стал возражать: если ей так будет спокойнее, то он готов с ней провести хоть несколько ночей подряд, только бы она чувствовала себя хорошо. Обойдя кровать с другой стороны, Тэн осторожно прилёг на второй край, удивляясь тому зачем младшему такая большая кровать, он ведь худой, как палка. Ли вдруг охватывает зависть: сравнить квартиру Юкхэя с Яняном и его… Помотав головой из стороны в сторону, Юнцинь назвал себя тупоголовым идиотом, ведь негоже винить других в своих неудачах и проблемах. Поэтому, развернувшись на бок, парень осторожно придвинулся ближе к девичьему телу, стараясь как можно аккуратнее убрать спавшую прядь волос с её лица. Решив, что брюнетка уже заснула, парень, закусив внутреннюю сторону щеки, положил руку на её талию, приобнимая и слегка утыкаясь в шею, и надеясь, что после пробуждения не получит по шапке за этот жест. Но Еын, наоборот же, блаженно прикрыла глаза, окунаясь в умиротворяющую, мягкую дремоту, искренне надеясь, что Лю не против будет поспать на диване или в обнимку с Юкхэем в его кровати.

***

Стоя на свежем воздухе, девушка дрожит всем телом. Кромешная темнота пугает, отчего трясутся ноги, но, сжав руки в кулаки, Еын делает шаг вперёд, ощущая под собой мягкий прохладный грунт. Босая. Закусив губу от страха, девушка продолжает перебираться на ощупь мелкими шажками, и почти сразу упирается во что-то твёрдое. Вынырнувшая из-за туч луна, осветила местность и брюнетка, наконец смогла чётко осмотреть местность. Кладбище. Перед ней оказался камень, который она осторожно поглаживала ладонями. Присев на корточки, девушка попыталась вглядеться в выгравированные буквы, но всё было тщетно: бледного света луны было мало. Казалось, что это место высасывало из неё всю радость, затягивая всё глубже в бурлящую пучину отчаяния, откуда уже не было выхода. Не было собственной жизни. Не было свободы. Не было простого человеческого счастья. Она в одну секунду забыла каково это радоваться жизни, наслаждаться природой, звуками, запахами, жить с лёгким сердцем, которое не беспокоится из-за семьи. Внутри поселяется чувство напряжения. Томления. Угнетения. Ожидания чего-то, но чего — неизвестно. И это сводит с ума; убивает — постепенно и мучительно. Скованная по рукам и ногам, девушка падает на колени перед надгробием, отчаянно пытаясь прочесть гравировку и, откуда ни возьмись, появляется яркое свечение. Осветив кладбище, Еын наконец видит те самые буквы, вчитывается, параллельно очерчивая их контуры. Громкий крик срывается из её уст, слёзы водопадом брызгают из глаз и девушка, подняв глаза к тёмному небу, громко кричит, высвобождая боль. Ощущение тяжести заставило тут же открыть глаза. Тяжело дыша после пережитого кошмара, Еын сбрасывает с себя руку сопящего рядом тайца и принимает сидячее положение. Стерев рукавом кофты выступившие на лбу капли пота, брюнетка начинает громко рыдать, вспоминая сон. Почему именно могила Ёнхо? Почему именно он? Сердце больно щемит, когда девушка подрывается с кровати как раз в тот момент, когда распахивается дверь комнаты и в неё заглядывает обеспокоенный Янян, хватает с тумбы телефон, истерически пытаясь разблокировать его. Выходит только с восьмой попытки, но ей плевать — скорее бы позвонить и услышать его голос. Монотонные гудки раздражали, а постоянный автоответчик заставлял бедную девушку начать нервничать по новой. Прикусив губу до крови, Еын ходила по комнате взад-вперёд, безостановочно пытаясь дозвониться до парня, пока проснувшиеся Юкхэй и Читтапон пытались понять в чём вообще дело и что заставило девушку так нервничать. Решив, что звонить Джонни бесполезно, Ким, дрожащими руками, находит контакт брата и прикладывает телефон к уху, молясь, чтобы хотя бы тот взял трубку. — Еын? — спустя несколько гудков на том конце линии раздаётся сонный, хриплый голос брата. — Что случилось? — Джонни в порядке? — чуть ли не кричит она, чувствуя как сердце бешено стучит в груди. — Джонни? — непонимающе переспрашивает Чону, пытаясь активно включить шестерёнки в три часа ночи, чтобы понять при чём тут вообще его хён. — Я не знаю? Последний раз он был в полном порядке. — Передай ему телефон! Чону, устало потерев переносицу, всовывает ноги в тапочки и, накинув поверх футболки куртку, выходит из трейлера, держа телефон у уха. — Что за муха тебя укусила звонить так поздно? — бурчит Ким-старший, отворяя дверь трейлера старших. Оглушающий храп разносится по помещению и Чону закатывает глаза: ну с Ёнхо точно всё в порядке. — Просто дай мне услышать Джонни! — Да подожди ты! — огрызается Чону в трубку, отворяя комнату старшего. Подойдя к кровати Со, блондин начинает тормошить того. — Хён, хён, хё-ё-ё-ён, проснись! Шатен, едва разлепив глаза, тут же принимает сидячее положении, уставившись на младшего сонным взором, говорящем о том, что он был ещё где-то во сне. — Тебя тут к телефону просят, — хмыкает Чону и протягивает аппарат другу, что недоумённо, выгнув бровь, приложил его к уху. — Да? Услышав знакомый голос, Еын наконец отпустило и она съехала по стене, подогнув колени. Слёзы покатились по щекам и, стирая их пальцами, девушка не могла поверить в то, что действительно перепугалась из-за обычного ночного сна. Но этот хриплый шёпот Джонни заставил сердце наконец перестать так скакать в груди, и тревога отступила: он в полном порядке. — Ты в порядке, — на выдохе произносит Еын. — Прости, что разбудила. Мне приснился кошмар и я переволновалась, что с тобой что-то случилось. Сердце парня на мгновение замерзло. Она волновалась о нём из-за обычного сна? — Со мной всё точно хорошо, — глупая улыбка расплылась на лице Со. Чону закатил глаза. Он, вообще-то, как бы спать хочет, а не видеть как его хён воркует с его сестрой в три часа ночи. Послышался скрип дверцы и в комнату заглянул сонный Юта, на голове которого творился полнейший хаос. Почесав подбородок, японец кивнул другу в знак приветствия, а затем вопросительно приподнял брови, видя как Ёнхо улыбается во все тридцать два. — Хочешь, я завтра приеду и мы встретимся? — ляпнул парень первое, что пришло на ум, заставляя щёки Еын покрыться румянцем. — Не нужно, мне достаточно было услышать твой голос, — на выдохе тараторит брюнетка, стараясь дышать ровно. Нахмурившись, Джонни кивает сам себе, а после прощается, сбрасывая вызов и возвращая телефон законному владельцу. Сон, как рукой сняло. — И что это было? — Накамото скрещивает руки на груди. Чону закатывает глаза: только свидетелем очередной ссоры ему не хватало стать в чёртовых три часа ночи! — Кто тебе звонит в три часа ночи, а? — Не будь истеричкой, хён, — Ким хлопает друга по плечу, но тот грубо скидывает её. — Да пошёл ты, — взвился Юта, удаляясь обратно к себе в комнату. Завалившись обратно на кровать, Джонни прикусывает губу, стараясь перестать улыбаться, как последний придурок посреди ночи. Сердечко в груди продолжало то биться, то замирать от мысли, что сама Ким Еын волновалась о нём. Чёрт возьми, а это действительно до жути приятно, что этим человеком оказался он, а не его лучший друг. — Знаешь, хён, — начинает Чону, находясь уже в дверном проёме. Поразмышляв ещё несколько секунд над тем стоит ли ему говорить об этом или нет, светловолосый продолжил: — У девчонок в среду будет рождественская туса в университете, поэтому ты можешь съездить со мной. — Ты серьёзно хочешь поехать на университетскую вечеринку? — Ёнхо недоверчиво вскидывает брови. — На скучную вечеринку с танцами и без алкоголя? — Во-первых, мне туда нужно по личным обстоятельствам; а, во-вторых, там будет и алкоголь, и моя сестра в шикарном платье. Чону, конечно же, изначально не планировал говорить другу о том, что собирается посетить тусу своего старого университета, но видя как Ёнхо улыбается при одном упоминании его сестры… Киму кажется, что Джонни всё-таки самый лучший вариант для Еын, поэтому он вовсе не против, чтобы Ёнхо попробовал завоевать её сердце. Без рук, конечно же. — Я подумаю. — Чур не спаивать её, руки не распускать и не лезть целоваться, — строго проговаривает Чону, расправляя плечи и тем самым намекая, что если он ослушается, то Со не сдобровать. — Узнаю — не посмотрю на то, что ты мой хён. Джонни легко рассмеялся. — Чону, — ехидно зовёт Со, на что парень вопросительно угукает, — как зовут твои «личные обстоятельства»? Естественно старший не был глуп и сразу догадался, что за личными обстоятельствами точно кроется что-то большее, например, какая-нибудь очаровательная девушка. Сколько Ёнхо помнит себя в составе Энсити, Чону всегда был самый скрытный, и никогда не делился своими проблемами, кроме проблем с сестрой (и то не всегда), а когда у него кто-то появлялся, то это можно было заметить по счастливой физиономии. Чону не нужно было ничего говорить — его эмоции полностью выдавали парня. И Джонни было действительно интересно, что это за девушка такая, ради которой он даже поедет на этот нудный рождественский вечер. — В среду и узнаешь, — блондин подмигивает и скрывается в темноте, оставляя не менее счастливого Ёнхо наедине со своими мыслями. Несмотря на то, что шатен ответил, что подумает, ему было глубоко плевать на то, что тусовка будет в университете с кучей пьяной молодёжи в рождественский вечер, главное, что там будет она — та, ради которой Со готов перетерпеть и пьяную молодёжь, и университет, с которым связано много неприятных воспоминаний. Ему всё равно, главное — быть рядом с ней. С такими мыслями, Джонни, расслабившись и уткнувшись носом в подушку, сладко задремал, впервые с такой радостью предвкушая Рождество.