На краю Вселенной (старая версия)

Нами дописала письмо. Зашифровала, откинулась на спинку стула. ** Никогда не знаешь, когда это случиться. Только что ты жил мирной и счастливой жизнью, и вот уже ты на грани смерти. Его сопливым мальчишкой подобрал капер, капитан совсем небольшого корабля. Тогда Санджи не понимал, что этот капер довольно известен. Для него странный тип, с огромными усами, стал не менее чем отцом. Все случилось из-за него. Так он считал в детстве. Старик решил остепениться из-за мелкого пацана, которого подобрал. Из-за его решения Мировое Правительство отправило его в зону Д1-2. - А? – он непонимающе выдыхает. Вернее он все понимает, более чем, но мозг не может принять правду. Огромная рука касается его головы, тормошит волосы. - Ты все равно… будешь подчиняться их приказам? – тихо спрашивает Санджи. - Разве у меня есть выбор, я – капер. - Выбор есть всегда! – выкрикивает он. - Я не могу… - с улыбкой отвечает старик. - Трус! – кричит он, заливаясь слезами. - Когда-нибудь ты поймешь, почему с этой дороги мне уже не свернуть… - тихо отвечает ему его приемный отец. - И… - бесцветным голосом продолжил Санджи. Его голова покоилась на коленях у Зоро, тот внимательно слушал кока. Ророноа заставил его рассказывать, когда коку снова приснился кошмар. Зоро больше не собирался закрывать на это глаза. Не у всех стальные нервы, не все могут переносить проблемы в одиночку, как бы снаружи они не казались не пробиваемыми. - Эта зона… Д1-2, одна из первых на пути к… М82… - Сигара? Санджи странно посмотрел на него, подумал, видимо, про сигареты. - Да. Галактика Сигара… Никогда он ее так не называл, хотя знал из школьного курса по астрономии. - До туда мы не допрыгали, - с издевкой сказал кок. - Все случилось много раньше… Санджи смотрел на то, что стало с ногой его отчима. К капитану тут же прилипло прозвище – Черная Нога, что мало волновало самого капитана, но нервировало его сына. Что весело в том, что он лишился ноги, выполняя приказы Мирового Правительства? Что хорошо в том, что они оказались здесь? Почему так произошло? Зона, помеченная красным, запрещенная к любой деятельности, даже каперству и пиратству. Санджи замолчал. Все время после он старательно пытался забыть, что произошло. Конечно, это невозможно сделать полностью. Но он достиг значительных успехов. Кошмары мучили его только во сне, наяву припомнить что-то было непросто. Но неизбывное ощущение ужаса оставалось. Его не забыть никогда. Нужно ли его забывать? Может, как говорит их капитан, забыть, но не простить? Такое возможно? Луффи может все, Санджи был в этом уверен. Зоро положил ему руку на голову. - Всем есть, что забыть, - уверенно сказал Зоро, - но в нашем мире, куда сложнее помнить. Помнить тех, кто был с тобой рядом, помнить тех, кто погиб ради тебя. Если ты забудешь, что произошло тогда, может ты забудешь и их? Санджи молчал. Он хотел высказать Зоро, что тот никогда не поймет, что ему довелось пережить. Не поймет что такое терять на глазах своих товарищей, свою семью, и понимать, все эти жертвы - из-за тебя и ради тебя. А ты, ты абсолютно ничего не можешь. Он вспоминает, как обозвал старика трусом, но теперь он понимал, почему тот не мог свернуть с того пути. Он был только один, этот путь, в то время. И пока оставался шанс, что они выберутся из этой заварушки и смогут жить обычной жизнью, их команда решила рисковать. И рисковала она по сути, чтобы дать ребенку жить обычной жизнью. В результате они остались только вдвоем на той грани между жизнью и смертью, с которой обычно не возвращаются. - Старик! Старик! – он кричит, судорожно дергая Зеффа за плечи. - Очнись же! На этой планете есть подобие атмосферы, судя по данным дисплея, отражающимся внутри шлема. Санджи невыносимо жарко и страшно, поэтому не задумываясь о том, что он делает, скидывает шлем. - Зефф… - всхлипывает он. - Отец! На планете знойно. Высокая влажность. Санджи начинает судорожно глотать воздух. Но все же, это лучше, чем в скафандре. С трудом он выбирается из него, и решается снять шлем Зефу. На внутренней стороне кровь, волосы тоже в крови. И… Они остались только вдвоем. Все остальные – мертвы. Зоро проводит рукой по его волосам. У него жар. Кеф-мечника мало волнует в каком они виде предстали перед новым товарищем. Удивительно, но Чоппи тоже это не волнует. Сидящий на койке с великолепным торсом, Зоро и прижавшийся к его талии Санджи, завернутый только в простыню. Чоппи относилась к ним настороженно, чувствуя себя скорее заложником или узником. Но длинный человек сказал ей уйти, и пусть и против своей воли, но она ушла. Лисичка не очень понимала, что это за люди, но как-то сразу почувствовала себя в безопасности на корабле. Никто не глядел на нее презрительно, никто ничего не высказывал. Она немного побаивалась Луффи, потому что его улыбка казалась ей не настоящей, а вот остальные... Особенно Нами, хитрая и скрытная, пришлась Чоппи по душе. Лисичка видела насколько Нами добра на самом деле. Но сейчас, сейчас профессионал в ней брал верх, а значит важность имел только Санджи. - Прости… - говорит Зоро. - Но я не знаю что с ним… Такое бывало уже не раз, и я… Готовил ему успокоительные настойки, но… Это же не лечение. Чоппи поежилась. - Я помогу ему, не волнуйтесь… Но… - Чоппи внимательно смотрит на него, - одними таблетками тут не обойтись. Вы… - Ты, - серьезно смотрит на нее Зоро. - Я готов на что угодно, пойми, сенсей. - Совсем не нужно звать меня сенсеем! – вспылила Чоппи, но ее смущение выдало чувства. Удивительно насколько иначе эти люди относились к ней. И она была уверена, они не будут унижать ее, когда лечение закончится. Оставался у нее только страх, что возможно, она все-таки, снова ошиблась. - Тогда… Вы… Ты… Вы близкие друзья? Зоро недоуменно смотрит на Чоппи. Ему что-то непонятно? - Ну, мы спим вместе, - ехидно сказал он. - Тогда ты мне не поможешь… - тут же задумалась лекарь. Она совершенно не реагировал на подколы, когда думал о больном. - Я люблю его больше жизни, окей? Этого достаточно? – нахмурившись, сказал Зоро. Чоппи просветлела. - Да! Его проблема скорее психологическая. Нужно, чтобы он рассказал все, что так или иначе волнует его. Он должен поделиться этим с тобой. Не думаю, что такой как Санджи, расскажет это даже врачу, или даже капитану. Рядом раздаются какие-то возбужденные голоса. В этом гомоне мощный вопль капитана: - Ништяяяяк! – невозможно спутать ни с кем. - Зоро! – Чоппи был недовольна тем, что мечник отвлекся. - Хорошо. Я все сделаю, все что угодно… - он снова провел рукой по золотистым волосам. - Но прямо сейчас… Дай ему что-нибудь? - Зефф…- прошептал Санджи. - Твоя нога… - Все хорошо… - говорит Зоро. - Она на месте… Кок хмурится, а потом его дыхание становиться глубже. - Зоро! – Чоппи в ярости. - И давно ты так делаешь?! - А что? – недовольно говорит Зоро. От вопля Чоппи Санджи проснулся. Он не подал виду, но Зоро почувствовал, как вздрогнули его руки, та, которой он вцепился в его ногу возле бедра, и та, которой он обнимал мечника за талию. Собственно – обе. - Не кричи... на девочку... Зоро снова успокаивающе провел рукой по его волосам. - Не переживай, она же врач… - Я не болен! – резко сказал Санджи, усаживаясь. Жар давал о себе знать, простое движение далось ему с трудом. Простыня упала с его плеч, оголяя его торс. Мечник непроизвольно облизнулся. - Зоро! – Чоппи продолжила беситься. - Ты не понимаешь, что творишь! Ты же замещаешь его воспоминания! Нельзя так делать во сне! Особенно с силой твоего внушения! Ты что не понимаешь, что могут творить такие, как ты! Особенно из Некшалга! - Это я попросил его. Не надо так громко... – почти закричал Санджи. - Я хочу забыть! Забыть все что было! - Тогда ты забудешь своего отца. Навсегда, - грустно сказала Чоппи. - И, если тебе доведется вернуться на родину, ты его даже не узнаешь. Постепенно, сам того не желая, он извратит твои воспоминания настолько, что вместо твоего отца будет он сам. Зоро задумался. - Плохо. Тогда мы не сможем спать друг с другом… - Мы не кровные родственники… - отмахнулся Санджи. Кок задрожал. Ему было плохо, он чувствовал, как его тело все еще не может отойти от ночного кошмара, и в тоже время, он перестал контролировать себя рядом с Зоро, опять-таки скорее всего из-за температуры. Он сдвинул ноги, надеясь, что наивная девчонка ничего не поймет. - А я могу его… - Зоро сглотнул слюну, от него как раз не укрылось состояние Санджи. Чоппи внимательно смотрела на Зоро, потом перевела взгляд на Санджи. - Да. А потом расспроси тщательно, что ему снилось. Больше нельзя давать ему забывать или замещать воспоминания. Это не выход. Вы должны пройти через воспоминания вместе и смириться с ними, оставив их в прошлом! Вот – единственный путь! И вы будете его придерживаться. Чоппи вышла, предусмотрительно закрыв дверь. Санджи расставил ноги, откинулся назад. Зоро же испытывал двоякие чувства. Животный инстинкт говорил ему немедленно взять то, что дают, влекомый им он уже подхватил Санджи под спину, медленно засовывая ему два пальца и слыша, как из запрокинутой головы вырывается сладострастный стон. А с другой стороны, он знал, что такое возбуждение аномально. Ему плохо. Он страдает, и хочет эти страдания заменить такого рода разрядкой. Зоро не понимал, стоит ли потакать ему или нет. Но врач сказал, что он может его взять, так что поделать? Животный инстинкт победил. Он подмял Санджи под себя, еще сильнее раздвигая его ноги и резко входя в него. Его ноги дрожат, ему больно, но он снова расслабляется, впуская Зоро глубже. Сейчас он как никогда раскрепощен, и хотя, и в обычное время монашку он из себя не строит, сейчас все иначе, Зоро это остро чувствует. Поэтому сейчас он ведомый навязчивой идеей хочет сделать Санджи так хорошо, как ему никогда не было. Поэтому он настраивается на его волну и тонет в сумбурных желаниях его кока. Это тяжело. Если бы он хотел сделать это, когда Санджи в здравом сознании, это было бы проще, хоть лезть в голову занятие малоприятное. Чужие мысли и подсознание, это вам не пирожок испечь, как поговаривал кок. Сейчас, он будто окунулся в вулкан. Жарко. Больно. Страшно. Я не хочу быть один. Я не хочу, чтобы страдали из-за меня. Я хочу, чтобы меня любили. Я боюсь быть слабым. Я хочу боли. Хочу знать, что я жив. Я… Все смешалось в его сознании, как адский клубок. Я боюсь его потерять… Я боюсь, что он бросит меня… Я не должен его напрягать… Я не должен заставлять его ревновать… Я… Это – клетка. Несуществующих проблем, несуществующей вины. Это не сознание, это – подсознание. Зоро на секунды стало страшно. Санджи был растворен в этом хаосе. В приюте их не учили ничему подобному. Их учили убивать с помощью своей силы, и максимум, оказывать первую помощь. Ты внушаешь умирающему, что он должен жить и тот дотягивает до операционного стола. Зоро испугался. Это не то, что можно решить упрямством. Тут нужен тонкий, можно сказать деликатный подход. Но для него это невозможный путь. Санджи вовлекает его в глубокий поцелуй, и Зоро выносит к действительности из чужого подсознания. Его тело все это время двигалось вполне успешно без контроля сознания. Это вряд ли можно назвать сексом, скорее каким-то безудержным трахом. Зоро смотрит, как изо рта Санджи стекает слюнка и теперь сам набрасывается на него. Санджи не понимает сейчас, что его телу больно, он чувствует только блаженство. Маленькая плата за огонь в его подсознании. Зоро усилием снова ныряет в его мозг. На этот раз он видит настоящий огонь. Бушует пламя. Я не в чем ни виноват. Я ничего не сделал. Он слышит детский голос, ребенок плачет. Они сами так решили! Я не виноват, что они все погибли! Я не виноват! Кто угодно, только не я! Я не хотел, чтобы они делали это ради меня! Зоро наконец увидел его. Он схватил этого ребенка, в котором легко угадывался Санджи, в охапку. Я пришел. Он сказал только это, но сила этих двух слов перебивала все что можно. Зоро вложил в нее всю свою силу. Всю свою волю. И все свои мысли. Насколько он его любит, как хочет, чтобы тот был с ним, насколько он готов прощать ему любую вину и то, что он никогда его не оставит, потому что у него достаточно сил, чтобы защитить его. Это было всего два слова. ** Луффи перестает смеяться, поворачивает голову. Нами тут же настораживается, остальные продолжают веселые толки. - Чоппи... - карие глаза поворачиваются к сидящему в одиночестве в углу доктору. - Что ты насоветовала Зоро? Нами хватает Луффи за руки. - Не надо, капитан, - умоляюще говорит она. - Ты ведь понимаешь, насколько он силен? Ты ведь понимаешь силу его Воли? - Да… И я запретила ему то, что он делал… - недоуменно сказала лисичка, - так что теперь все будет хорошо… - Хорошо? – карие глаза стали темнеть. - Хорошо, если у нас на руках вместо здорового мужика не появится пятилетний ребенок! Чоппи все так же непонимающе смотрит на капитана. - Его Хаки… Это даже…- Луффи отвлекся на Нами, вернее на ее грудь, и мысль была потеряна на мгновения, - его Хаки очень опасная сила, потому что он из зоны Некшалга, - с трудом нашелся он, перейдя в режим ребенка, которому плевать на женское тело. - Это невозможно! – уверенно сказал Чоппи. - Даже, если он из зоны Некшалга. Изменения на уровне подсознания, возможны только в результате слияния двух разумов, что фактически достигается только при коиту… А! Вот о чем спрашивал Зоро! А я подумала о совсем… Черт! - Думаешь, пятилетний ребенок сможет готовить на нас? – устало поинтересовался Луффи. - Если нет, я выкину его за борт. Он сказал это довольно зло, Чоппи задрожала. Ее ушки поникли. Все-таки Луффи - злой! Однако, Нами обняла капитана за плечи. - Если Санджи так будет легче, почему нет… - Ты не понимаешь… - с непонятным чувством сказал Луффи. - Зоро нормальный, насколько это возможно, уж точно, нормальней меня. Он поправил шляпу, закрывая глаза. Нами потупила взгляд. Она все понимала. Зоро сам не понимает, что может случиться. Не понимает, что от сильного воздействия, он смешает две реальности, и сейчас под ним окажется пятилетний ребенок. - Санджи… - начала она. - Кок это переживет, - легкомысленно отмахнулся Луффи. - А вот для Зоро… Зоро может менять реальности. Это редкая способность для Владеющих Волей, и даже для людей из зоны Некшалга, и… Ты не представляешь, что испытывают люди, когда реальность под ними меняется. - Если честно, меня больше волнует Санджи, - криво улыбнулась Нами. - А зря… - глухо сказал Луффи. - Что у вас случилось, ребят? Что вы такие мрачные? – спросил, подскакивая Усопп. Нами натянуто улыбнулась. Даже не мог подумать, что Зоро подчинена такая сила. Если он будет ее развивать… То не останется противника, которого он не смог бы победить. Однако, если он поспешит, то сам останется в мире подсознания, сна и бессознательного. - Луффи… Можно что-то сделать? – спросила Нами. - Нет… Все зависит от Санджи. ** Огонь опадает. За одно мгновение. Под ногами серый пепел. - Я могу пойти с тобой? – спрашивает ребенок. - А ты хочешь? - Да! - Подумай хорошенько. Если ты уйдешь, кто здесь останется? - Никто? - Нет. - Взрослый я? - Да. - Почему бы и нет? - Потому что я не буду спать с ребенком. - Спать? Зоро смеется. Санджи был слишком милым ребенком. - Ладно, - решает он, - пусть так… Когда он очнется, ему конечно будет очень больно, но потом я к нему не прикоснусь. Все с ним будет хорошо. В его сознании снова будет покой. Какая разница, что будет с нашими отношениями в таком случае? - Дядя, ты так легко отказываешься от взрослого меня? Зоро смотрит на него. В груди становится больно. - Нет… - Тогда иди… - Санджи машет на него рукой, - пройдет время и в этом мире будет голубое небо и зеленая трава. А пока достаточно, что нет огня. Зоро улыбается ему. А потом в него вцепляются руки Санджи. Он слышит его тяжелое дыхание. У него на лбу капли пота, но жара больше нет. Он откидывается на койку. - Черт… Ты – садист…Монстр! - Я могу еще раз… - Пошел к черту! Санджи вытирает рот, потом понимает, что Зоро внимательно наблюдает за ним. - Может, вытащишь? - Может, еще разик? – издевается Зоро. Он смотрит, как дыхание кока становиться привычным, размеренным, как из глаз исчезает ад его подсознания. - Я вполне могу еще раз… - настаивает Зоро. Он делает толчок. Все тело Санджи отзывается дикой болью. Он начинает дрожать, но не сопротивляется. Еще раз. - Ну что, ты мне скажешь, что не хочешь? Или будешь терпеть? - Я… Готов… терпеть… - сглотнув слюну, сказал Санджи. Зоро покачал головой. - А я думаю, хватит с тебя. Он аккуратно вышел из него. Санджи прикрыл рот рукой. Только сейчас он понял, до чего довел тело. Так было всегда после его кошмаров. Самый лучший и самый жестокий секс был после них. Животную сущность Зоро он мог контролировать только в нормальном состоянии. Когда же он был сам где-то далеко, мечника ничто не могло остановить. Зоро поднял его на руки, завернув, как куклу, в простыню. - Нам повезло, что у нашего капитана такой навороченный корабль, мы даже ванну можем принять, даже вместе… - Вместе-то зачем? – слабо пробормотал Санджи. - Чтобы ты не утонул… - заявил Зоро. Санджи вдруг понял, что у него на душе совершенно спокойно. И что он помнит скорее наслаждение, чем боль. Боль просто остатки своеволия Зоро. В голове нет мрачных воспоминаний, которые он обычно прятал за семью замками. Сейчас их попросту нет… - Что ты сделал со мной? - Ничего. Ты просто так три раза кончил… - ехидно сказал Зоро, - а мне даже второго раза не дал… - Обидели бедняжку, надо же… - пробормотал Санджи. Зоро притянул Санджи к себе и нагло поцеловал, от неожиданности тот попытался вырваться, но потом смирился. - Можешь взять меня там… - сдался он. Но Зоро крепко обнял его. - Идиот… Я просто хочу быть с тобой. Санджи посмотрел на него и тяжело прикрыл глаза. На губах появилась слабая улыбка. - Зоро! – это его окликнул Луффи, дернул его за руку, разворачивая. Ему уже из далека было видно, что в ребенка Санджи не превратился, но он боялся, что зрение его подведет. Вернее не зрение. Все та же воля, которая может позволить принять желаемое за действительное. Такого никогда не случится, если в тебе нет страха, но, если он есть – возможно все. - Зоро… - он улыбнулся так, будто гора упала с плеч. - Это же он? - Да, Луффи… Это наш Санджи. Спасибо Чоппи, что сказала, что делать. - Ты понимаешь, что мог натворить? – Луффи решил не комментировать, что Чоппер совсем не это имела в виду. - Да, - Зоро улыбнулся, - но… Тогда бы я ждал его пятнадцать лет, или сколько угодно, и заставил снова влюбиться в себя… - Вряд ли, Зоро, - серьезно сказал Луффи. Мечник улыбнулся, он и так это знал. Если бы реальности поменялись, он бы исчез. А что появилось бы в этой реальности – трудно сказать. Ведь у людей из Некшалга нет подсознания в привычном смысле этого слова. - Зоро… - напряженно сказал Луффи. - Он решил остаться со мной, это главное, - сказал Зоро, открывая отсек с ванной комнатой. - Оставь нас еще ненадолго одних… ** Луффи идет на кухню. Усевшись возле иллюминатора, его мысли скакнули в другом направлении. Он видел тот же огонь, что видел Зоро, только в отличии от него не мог ничего поделать. - Эйс… Как же я хочу тебя увидеть…