Язык тела.

Агата очень любила его строгую рубашку и черный галстук, девушке просто до безумия нравилось чувствовать тепло Сэма через тонкую белую ткань. Она водила по ней пальцами, касалась целой ладонью и получала от этого странное удовольствие. Вот и сейчас, сидя на диване за вчитывающимся в документы Сэмюэлем, Харрис неспеша гладила его по спине, думая о чем-то своем. На плече при должной внимательности можно было разглядеть образ черной татуировки Сэма. Агата с неожиданным интересом вгляделась в нее, обводя ногтем по краю. — Агата, — тихо позвал Макото, он немного напрягся, — ты отвлекаешь меня. Его голос был ласковым, но настойчивым, однако девушке не хотелось так просто отстраняться. Пока мужчина был сосредоточен на ее касаниях, она осторожно стянула с пояса Сэма наручники и положила их с другой стороны от себя. Харрис проследила один из завитков тату, вспоминая, как Сэмюэль рассказывал о ее происхождении. Занятное прошлое, которое сделало его таким, какой он есть. — Работай, работай, — прошептала Агата, оставляя осторожный поцелуй за ухом детектива и спускаясь губами по шее ниже. По телу Макото прошла легкая дрожь, девушка потянула руки к галстуку и немного ослабила его. — Мне нужно прочитать эти документы, — мужчина прогнулся, вынужденно откликаясь на нежные и теплые руки любимой. — Читай, — Агата прижалась грудью к спине Сэма, медленно расстегивая пуговицы рубашки и горячо дыша в затылок мужчины. Детектив слегка дрожащими руками расправил бумаги и попытался сосредоточиться на тексте, но не мог понять о чем он. Нарочито неспешно задевая торс Сэмюэля пальцами, Харрис потянула рубашку на себя чтобы снять ее. Мужчина нехотя поддался, поочередно выпутывая руки одну за одной. Агата отложила одежду Макото, повесив ее на край дивана. Широкая спина Сэма была напряжена, девушка медленно провела по ней рукой, задевая частые шрамы. И нынешняя работа, и прошлое ее возлюбленного влекли за собой повреждения, некоторые из них оставались вечными следами. — Откуда этот? — тихо спросила девушка, едва ли ощутимо касаясь губами одного из шрамов. — Задержание подозреваемого, — отозвался Сэм, — у него оказался нож и неустойчивая психика. — А этот? — Перестрелка. — А вот этот? — Авария. Агата грустно протянула обе руки к плечам Сэмюэля, несильно массируя их. Макото слегка расслабился, шумно выдыхая. Он повернулся через плечо, посмотрел в печальные глаза любимой и улыбнулся. — Милая, верни мне наручники. Харрис отстранилась на мгновение, а потом игриво улыбнулась. — Может лучше пустим их в ход? — Заметь, ты сама это предложила. Сэм повернулся так стремительно, что Агата не успела ничего понять. Детектив поцеловал ее, одновременно забирая свои наручники и закрепляя их на запястьях девушки. Харрис скептично поднесла свои руки к лицу, потянула в разные стороны и вновь перевела взгляд на Макото. — Серьезно? — Это была твоя идея, — Сэм рассмеялся, забирая свою рубашку и накидывая ее обратно себе на плечи, — а мне нужно работать. — Я задержана? — не поняла Агата, еще раз подергав наручниками в тщетной попытке их снять. — До выяснения обстоятельств, — подтвердил Сэмюэль, — поцелуй меня, и я выпущу тебя под подписку. Харрис расплылась в улыбке и обняла мужчину, закидывая руки ему на шею. До последнего она не теряла своего веселого настроения, пока Сэм не оставил поверхностный поцелуй на ее губах. Когда детектив отстранился, девушка потрясла наручниками у него перед носом: — Ну что? — Ключи у меня на столе в комнате, — ухмыльнулся Макото, — а я все-таки дочитаю документы. Он продолжил одеваться, отворачиваясь от девушки, которая уязвленно качала головой, улыбаясь.