find me in that life

Вы когда-нибудь задумывались о том, что происходит с человеком, когда тот умирает? Определенно, да. Но чувствовали ли вы это на себе? Та легкость и свобода души, о которых так любят говорить при описании жизни после смерти, могут стать всего лишь жалкими надеждами людей на то, что это спасет их незначительные жизни. Человека на протяжении всего его существования сдавливает обыденная рутина, и, в конце концов, он сдается. И умирает, оставляя после себя буквально ничего. Вполне возможно то, что человечество в принципе не должно было появляться и эволюционировать на этой планете. Может тогда… просто забить на все и жить так, как хочется?

***

Юнги идет по узкой безлюдной улочке. Каждый день одна и та же картина. Полоса абсолютно одинаковых мрачных и тусклых домов, стоящих почти вплотную, напротив — небольшие магазины игрушек, которые если раньше и радовали детский глаз, то теперь только отталкивают своими облезлыми вывесками и побитыми в некоторых местах стеклами. — И не надоело тебе здесь жить? Многие знакомые Юнги задавали этот вопрос по нескольку раз. И каждый раз он игнорировал его и переводил тему либо просто отмалчивался. Это стало для него своеобразным риторическим вопросом, ответ на который очевиден. Очевиден всем, кроме него самого. А, действительно, нравится ли ему свой город? Вечно гуляющие серые тучи, солнце, которое показывается всего лишь раз в два дня, если не реже, унылые и суетящиеся прохожие. Прямо город мечты. Но Юнги нравится. С самого детства его не привлекают эти шумные центры, парки, из-за которых аж в глазах рябит от этой цветастости. Пока все ребята гуляли во дворе или ходили на прогулки с родителями, Юнги сидел дома и писал лирику для своих будущих треков. Поначалу его родители были обеспокоены тем, что их сын вместо того, чтобы весело проводить время с друзьями, запирается у себя в комнате и часами сидит на одном и том же месте. Но со временем они смирились и даже стали поддерживать Юнги в этом. Так и началась карьера одного из известнейших исполнителей страны — Шуги. Сейчас Юнги идет, заткнув себе уши наушниками, которые около двух недель назад, на день рождения, подарил ему Хосок. Несколько минут назад Намджун позвонил ему и сказал срочно явиться в студию, потому что они с Хосоком наконец-то доделали тот проект и хотят, чтобы Юнги оценил его и подкорректировал, если придется. Намджун и Хосок — это те, благодаря которым Юнги еще видит надежду в людях. Все то время, что он знает их, они были на его стороне. Были моменты, когда от Юнги отворачивались буквально все, включая и родителей, и фанатов. Но не они. Каждый раз они защищали его и, однажды, даже поссорились с его семьей и забрали Юнги к себе в студию, где долго успокаивали его. Юнги действительно очень ценит и любит их как своих родных братьев. До студии Юнги обычно едет на трамвае, но сегодня он вышел на два часа позже, поэтому решил прогуляться. Темное небо, мусор на дороге, лужи — все это — уже привычная атмосфера для города. Юнги проходит по старой аллее с только позеленевшими деревьями и поворачивает. От здания со студией его разделяет лишь дорога. Юнги спокойно дожидается зеленого света и идет. Странный звук. Звук настолько громкий, что перебивает музыку в ушах. Звук шин. Юнги поворачивает голову. Свет. Разве это видят люди после смерти?

***

— Срочно пропустите! Требуется неотложная медицинская помощь! Толпа врачей тащит на носилках человека с поврежденной левой стороной лица и тела. Из ран течет кровь и пачкает простыню. Возможно, это даже первый настолько серьезный случай в таком захолустье. — Вы уверены, что справитесь с этой операцией? Вам никогда не попадались столь глубокие раны. — Успокойтесь, пожалуйста, и подайте мне тот пинцет. Пациент чудом остался жив, обычно после таких сильных ударов умирают моментально. А теперь, скальпель…

***

— Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, в какой палате находится Мин Юнги? - Хосок стоял у стойки администрации и разговаривал с парнем, сидевшим там. Намджун стоял чуть поодаль от них, поэтому до его слуха долетали только громкие ответы Хосока. Они оба были очень взволнованы, поэтому не слишком заботились об этом. — Да, мы его друзья. — Хорошо, спасибо, - Хосок подошел к свему другу. — Намджун, третий этаж, 307 палата. Хосок и Намджун поднимаются по лестнице, до сих пор пребывая в шоке. Им позвонили практически сразу после инцидента, благо телефон Юнги не разбился окончательно и не был заблокирован. — Здравствуйте, — мужчина лет 30 поклонился им и представился. — Я Чон Джихо, хирург Юнги. А вы его друзья, верно? — Здравствуйте, да. Что с ним случилось? — Боюсь, ничего хорошего. Но ваш друг очень стойкий. Вероятность летального исхода при настолько сильном ударе равна 85%. У него политравма¹. Открытый перелом левой руки, закрытая черепно-мозговая травма с сотрясением головного мозга и повреждение некоторых ребер. Мы провели операцию, и, к счастью, она оказалась успешной. Но сейчас вы не сможете посетить своего друга, так как ему необходимо время на восстановление. Если его состояние не ухудшится, сможете навестить его примерно через два дня. Но имейте в виду то, что он в коме и будет находиться там ближайшую неделю или даже больше, в зависимости от ситуации. — Хорошо. Спасибо вам огромное, доктор, — Хосок ткнул локтем в Намджуна, который все это время не подавал признаков жизни. — Да. Да, спасибо.

***

— Поверить не могу, что такое произошло… Намджун и Хосок сидят на лавочке в аллее перед той самой дорогой. — Намджун… Ты ведь знаешь, что Юнги сильный и никогда не оставит нас. Он столько всего прошел в этой жизни и просто не может так глупо умереть, понимаешь? Завтра сходим и проведаем его. — Угу…

***

Белый свет. Пищание аппарата. — Я в больнице? Юнги медленно открывает глаза и поворачивает голову. — К-кто ты? На соседней кровати сидит… Ангел? Да, именно он. Ангел выглядит как обычный человек. У него очень светлые волосы, и при этом он будто светится. На нем надето что-то вроде белого кимоно без пояса, а на шее тонкая цепочка с четырьмя большими звеньями в центре. — О! Ты наконец-то проснулся?