Выпускной с привкусом крови

      Как только вся шумиха этого небесного выпускного закончилась, Вики не могла найти себе места, ведь она так нигде и не нашла маму. Девушка уже мысленно прощалась с возможностью нормально с ней поговорить, глаза медленно наливались слезами, а грудь сдавило от ужасного чувства беспомощности. Выпускница вышла из зала вместе со всеми, но не дошла до школьного общежития, свернув в сторону сада. Больше всего сейчас ей хотелось побыть в одиночестве, не прятать эти эмоции от всех, а выпустить их из себя.       Вики не знала, сколько просидела там, под старым деревом. В эти моменты время потеряло для неё значение. Пытаясь хоть как-то отвлечь себя от мыслей о маме, она вдалась в философские размышления: — А в чем же тогда цель моей жизни? — спрашивала себя Вики. — В чем её смысл?       Возможно, кому-то покажется, что оба вопроса об одном и том же, но стоит слегка углубиться в понятия, и сразу же видна разница — цель конечна, смысл не иссякаем. Когда мы находим цель своей жизни, то начинаем продвигаться прямо к ней, не взирая ни на какие преграды. Как только мы её достигаем, она перестает существовать. И тут у каждого случается развилка: выбрать новую миссию, новый путь или решить, что больше не к чему стремиться. В то же время, смысл — это то, ради чего мы в принципе живем. Это не какой-то отрезок, где нам нужно добраться из точки А в точку Б, как в случае с целью. Нет. Это что-то, чего нельзя достигнуть, и что-то, что негласно поддерживает нас. Что-то, что всегда рядом, но в то же время так далеко. Что-то, без чего жизнь невозможна как явление. Так много людей пытаются найти этот самый смысл, не осознавая, что он у них уже есть. Просто они не хотят открыть глаза и увидеть его. Хотя здесь, наверно, лучше сказать открыть душу, впустить в неё этот самый смысл. — Я практически достигла своей цели… Мы должны были встретиться… Больше такой возможности не будет, ведь я стала демоном, и она это прекрасно знает… Так почему же она не пришла?       Вики не могла остановить слёзы. Её душа разрывалась на мелкие кусочки. Ещё вчера всё казалось таким простым, но уже сегодня разрушилось.       Часы на главной башне школы показывали период между глубокой ночью и ранним утром. Тот самый период, когда разговоры самые честные, а эмоции самые искренние. Девушка уже собралась неспешно возвращаться в свою комнату, как вдруг легкая рука легла на её плечо. От неожиданности Вики вздрогнула и уже была готова дать напор любому, кто потревожил её в такой момент. Она резко обернулась и не поверила своим глазам: — Мама! Это правда ты? Я думала ты не придешь! — эмоции юной демонши были очень смешанными: с одной стороны она была безмерно рада этой встрече, а с другой… что-то её насторожило. Почему она пришла так поздно? Где была всё это время? Как нашла её здесь, в глубине сада, куда не ходит практически никто? «Но ведь это моя мама, как я могу ей не доверять? Но остались ли у нас какие-то узы? Она умерла, когда я была совсем маленькой. Я мало помню её…» — Вики терзала себя этими мыслями. Ей было стыдно, что она не доверяет родному человеку. А родному ли? Можно ли считать их отношения истинным проявлением любви между матерью и ребенком? — Солнышко, прости меня, я не смогла прийти к тебе раньше. — начала оправдываться Ребекка. — Я пришла, как только выдалась возможность. — Как ты нашла меня? — Это очень просто: считывание энергии. Вас должны были учить этому еще на первых уроках. «Оу, я совсем забыла про это» — Вики стало неудобно, за свои подозрения в сторону мамы. Но вокруг стояла кромешная темнота, и Ребекка не смогла бы разглядеть покрасневшие от стыда щёки дочери, даже если бы очень захотела. — Я считала твою энергию там, на сцене. — продолжила серафим. — На это ушло всего пару секунд. — Я так рада, что ты все же пришла! Мне столько нужно тебе рассказать! Я хоте… — Вики не смогла договорить. Мама перебила её на полуслове: — Погоди немного, — слегка раздраженно сказала Ребекка. — сначала мне нужно спросить у тебя кое-что очень важное. Я знаю, что ты пыталась искать того, кто убил тебя на земле. Что тебе удалось узнать? — Но… Разве это важно? Я ведь решила забросить расследование. — девушка была слегка ошарашена таким вопросом. Почему она интересуется? — Поверь мне, это очень важно. Расскажи все, что тебе удалось узнать. Вики задумалась: «Это очень странно. Зачем ей это нужно? Но она не ответит на мои вопросы, пока я не расскажу».       Выпускница начала повествование. Сначала она планировала описать всё в общих чертах, без подробностей и предположений, но сентиментальность взяла верх — это был её первый разговор с мамой, который она смогла заполучить упорным трудом, первый разговор спустя столько лет — поэтому Вики, сама того не осознавая, выдавала все детали, которые только всплывали по ходу дела. Сначала она упомянула черный минивэн и странного водителя, который остановился в дешёвом отеле, затем соседа, который заходил в день её смерти, хотя уже неделю как был мёртв, и о том, что смерть понадобилась кому-то сверху. На последней фразе Вики почувствовала какое-то едва уловимое изменение. Она даже не могла сказать, что конкретно это было. Но что-то определенно поменялось. «Мне же не могло показаться? Её аура стала другой буквально на долю секунды! Я уверена в этом». — мысли девушки никак не хотели униматься. — «О, Шепфа, почему ты такая подозрительная к своей родной маме, Вики? Конечно, её аура поменялась, она узнала, что её дочку хотел убить кто-то из небесного мира. Как на такое не отреагировать? Но почему она сразу спрятала это изменение? Не хочет, чтобы я переживала?» — Солнышко, это просто ужасно! Кому могло это понадобиться? — заволновалась Ребекка. — У тебя были предположения? — Честно говоря, я не успела подумать над этим как следует. Меня тогда чуть не исключили, и я решила отбросить всё, что не касается учёбы. — Я даже не представляю, что ты чувствовала в эти моменты. — голос женщины был очень сладким и каким-то подозрительно сочувствующим. — Попробуй вспомнить, может ты говорила с кем-то об этом? — Ну, вообще, я была вместе с Люцифером, когда узнала об этом. Так что он тоже это знает. — выпалила девушка и только потом осознала, какую ошибку совершила. «Что это за допрос? Это не похоже на разговор мамы и дочки! Она пытается выпытать, что я знаю о моей смерти. И это уже не предрассудки! Она знала, что я захочу побыть в одиночестве, после того, как она не пришла. Она знала, сколько ей стоит ждать, чтобы все в школе уснули. Я уверена, что если бы я решила уйти раньше, она нашла бы способ меня остановить. Таааак, Вики, думай, что делать? Показать, что я поняла её намерения, или попытаться уйти по-тихому и уже после искать решение проблемы? Я все еще не знаю, зачем ей это…» — Вики? Вики, ты меня слышишь? — А, да. Прости, я просто слегка сонная и, похоже, отключилась на минуту. — неумело соврала девушка и тут же об этом пожалела: Ребекка явно распознала её подозрения и ложь по изменению ауры и энергии новоиспеченной демонши. — Тебе не следовало врать мне, дочка! Серебряный кинжал блеснул в лунном свете и сильным ударом вонзился в грудь: — Почему? За что, мама? — глаза девушки заволокла чудовищная боль предательства. А можно ли назвать это предательством? Ведь предают только близкие. Была ли мама действительно близким человеком спустя столько лет? Знала ли Вики хоть что-то об этой женщине? — Прости, но я желала тебе только лучшего.