Собеседники

Волны смешанных чувств захватили разум Вэй Ина. Парень хотел провалиться под землю от стыда, но в то же время, к его удивлению, только сильнее прижался к Лань Чжаню. Чувствуя, как щёки начинают гореть, Вэй Ин натянул улыбку и проговорил: — Ха-ха, Лань Чжань, это ты! А я уже подумал, что это этот… как его… Глава ордена Не идёт! — парень попытался выбраться из своеобразных объятий. — Зачем ты полез на дерево? — спокойно спросил Лань Чжань, даже не думая отпускать Вэя. — Я хотел сорвать сливу! Во-о-о-он ту! — указывая на спелый плод, протянул Вэй Ин, — но, как видишь, упал. Кстати, не мог бы ты поставить меня на… — Зачем тебе та слива? — со вздохом спросил Ванцзы, перебивая Вэй Ина. — Затем, что на этой лечебной похлёбке я скоро коней двину! Неужели нельзя готовить что-то питательное? — дуясь, заявил Вэй. Испустив вздох, Лань Чжань поставил парня на ноги. Сам Вэй Ин хотел было сказать что-то ещё, однако собеседник перед ним резко пропал. Буквально через несколько мгновений Лань Чжань будто материализовался перед Вэем, а в руках он держал несколько спелых слив. Ванцзы с невозмутимым видом протянул их Вэй Ину. В глазах парня отразилось неприкрытое удивление, когда его ладони коснулись спелые фиолетово-синие плоды. — Лань Чжань… — едва слышно сорвалось с губ Вэй Ина. — Эм, братец, я могу идти? — где-то рядом пробубнил Не Хуайсан. — Чтоб тебя! — дернувшись от неожиданности, громко заявил Вэй, — Хуайсан! Иди уже…

***

Вернувшись в выделенные покои, которые, кажется, находились ещё дальше от основного лагеря, чем предыдущие, Вэй Ин и Лань Чжань обнаружили стоящего внутри Сяо Синчэня. Тот недовольно смотрел на вернувшихся. Испустив тяжёлый вздох, он начал: — Ванцзы, я же просил следить за молодым господином. Он получил новые ранения и сразу же убежал на улицу. Молодой господин Вэй, садитесь на постель, а ты, Ванцзы, сходи за водой. Лань Чжань, не замедляясь, вышел, а Вэй Ин прошёл в глубь комнаты и приземлился на ложе. Его мучал один вопрос, на который парень непременно хотел знать ответ. Подобрав момент, он начал: — Ты же тот библиотекарь? — А ты весьма смышленный… — произнёс Сяо Синчэнь, — да. — Какие отношения у тебя с Лань Чжанем? — Я просто занимаюсь его лечением. — Что? — Вэй Ин округлил глаза, — он болен? Чем? — У него расстройства психики. Он невменяем. Разговаривает сам с собой. — Подожди. То есть из-за меня его признали сумасшедшим? — Нет, но из-за тебя это стало заметнее. — Когда это началось? — Что именно? Обострение или сама болезнь? — Болезнь… — У него это с рождения. Он с детства разговаривал сам с собой. Поэтому он настолько замкнут, холоден и необщителен. Я очень удивлён, что ты так просто с ним общаешься, даже мне и его брату это нелегко даётся. Он часто витает в облаках, поэтому общаться с ним сложно. Или наоборот, слишком задумчив, поэтому много не слышит. — Ты же заметил? — недолго помолчав, спросил Сяо Синчэнь. — Заметил что? — Насколько Ванцзы отдален… Его мысли… Речь… Поведение… Даже жилье… — Его изолировали из-за того, что он говорит сам с собой? Это же глупо! — Ты меня совсем не слушал… — со вздохом проговорил Синчэнь, — он невменяем. Его признали опасным для… В это время дверь открылась, и в помещение прошёл Лань Чжань. Сяо Синчэнь быстро проговорил: — И больше не уходите без разрешения! Пока Вэй Ин слушал, с каждым словом что-то внутри него сжималось. Получается, если бы тогда Вэй Ин не позвонил, не написал, то все было бы лучше для Лань Чжаня.

***

Едва ночь тронула небо, порождая звезды, и накрыла тьмой близлежащие земли, каждый из кланов стал собирать отряды для осады Безночного города. Дюжины отважных войнов, готовых биться до последнего, собирались у выхода из лагеря. В отряды входили все, кто могли твёрдо стоять на ногах и держать меч. И каким-то неизвестным образом Вэй Ин попал в один такой отряд. Поначалу, это сильно его напрягло, но увидев среди толпы знакомое лицо, парень заметно успокоился. Пробравшись через толпу, парень слегка хлопнул знакомого по плечу и радостно заявил: — О, Лань Чжань, а мы с тобой в одном отряде! Юноша в белых одеждах, встав в пол-оборота, посмотрел на позвавшего его парня и на мгновение замер. Вэй Ин был одет в белоснежный одеяния, а на лбу красовалась знаменитая белая лента ордена Гусу Лань с вышитыми на ней плывущими облаками. — Откуда у тебя эта лента? — с некоторой медлительностью спросил Ванцзы, неотрывно глядя на Вэя. — А, эта? — указывая на лоб, переспросил парень, — Сичэнь дал её мне. Кстати, Лань Чжань, а почему у тебя и у меня есть облака, а у тех солдат — нет? В этот момент совсем рядом с Вэй Ином раздался грозный голос: — Брат, этот юноша… Кто он? Он хоть меч держать умеет? Вэй обернулся и увидел, что совсем рядом с ним стоял высокий, по видимому, недовольный парнем, мужчина, а рядом улыбчивый Сичэнь. Лань Хуань произнес: — Брат, это один из наших дальних родственников. Возможно он плохо сражается, зато видит будущее. Он нам очень пригодится, не правда ли? — Пусть для начала постарается выжить, — произнёс мужчина и удалился, а вместе с ним и Сичэнь. Вэй Ин, будто ничего и не произошло, обратился к Ванцзы: — Так почему? — Что? — слегка оторопев, переспросил Лань Чжань. — Почему у нас есть облака, а у солдат — нет? Ванцзы хотел было ответить, но его опередил весёлый голос: — Потому что эти солдаты не относятся к роду. Облака — символ ордена Гусу Лань, и имеют его на ленте только кровные представители рода. Молодой господин Вэй, дайте мне вашу руку. — Сяо Синчэнь? — оглянувшись, спросил Вэй Ин. — Именно. Дайте руку. Вэй протянул лекарю руку, предварительно засучив рукав. Синчэнь быстро смерил пульс и, усмехнувшись, произнес: — Вы в порядке. Удачного сражения!