Преданные огню записи

Орков напало много. Мне понравилось, как сообщила об атаке разведка: «Айя Феанаро! Врагов много! Больше нас троекратно, но каждый воин-Нолдо стоит шестерых, значит, преимущество у нас!» За время осады многие заскучали по честным сражениям, давно хотелось просто схватить меч и броситься в толпу морготовых рабов. И вот предоставилась возможность. Сборы в бой проходили как во сне, быстро, не запоминались совершенно. Лишь в один момент я неожиданно для себя остановил взгляд на латном нагруднике соратника и увидел на блестящей пока поверхности своё лицо. Искажённое злой радостью и боевой сталью лицо. Пожалуй, именно таким должен быть мой портрет. Я бы нарисовал его на металле кровью морготовых рабов и самого Чёрного Врага. Выглядело бы пугающе, уродливо, вероятно, зато гораздо правдоподобнее любых красивых картин авторства лучших художников Амана. Возможно, вернувшись из боя, я воплощу эту идею в жизнь. А Макалаурэ непременно воспоёт моё эпохальное творение. Главное — вернуться из боя. *** Столь долгожданная возможность выплеснуть столетиями сдерживаемый гнев вскружил головы, тела перестали ощущать тяжесть доспехов и усталость, орки слились в единую кишащую массу, которую необходимо изрубить на куски. Изрубить, не слыша проклятий и жалостливой мольбы на не всегда понятном языке. Изрубить то, что рядом, догнать убегающее и изрубить его тоже. Айя Феанаро! Да, тот, чьё имя мы выкрикиваем, несясь в бой, погиб именно так: слепо преследуя вражеское войско, но с нами будет иначе. Мы победим! Сначала рабов, а потом их хозяина. Мы победим всех! Изрубить! Победить! Айя Феанаро! А после, когда бой стихнет, нужно будет лишь обернуться на городские башни и скомандовать... Отбой! Смена караула!