Последнее желание

«Только сердцу не прикажешь» Евгений Крылатов

«Жажда» Магелланово Облако

«Смерть королевы» WaveWind

«Ангел» Крематорий

Гелия, неся Стеллу на руках, появился довольно быстро. Больше не медля, они переместились на Эраклион, прямо в центральный зал королевского замка. Их встретил Скай. Не удостоив магов и ведьму взглядом, он быстро подбежал к Гелии и Стелле. — Что с ней? — обеспокоенно спросил он. — Перенапряглась, — ответил Гелия. Скай тут же вызвал слуг. — Мы о ней позаботимся, — сказал он и наконец без энтузиазма посмотрел на остальных. — Можете располагаться, ваши комнаты готовы. Когда случится нападение, вас вызовут. — И это все? — тихо удивлялась Дарси, — Я ожидала более веселый прием от него. — Вы с ним сражались? — поинтересовался Гантлос. Дарси растерянно на него посмотрела. — А вы разве нет? Маги переглянулись. — Да вроде что-то такое было, — признался Думан, — но память у нас отвратная. — Что, прям у всех троих? — Когда мимо тебя пролетаю тысячелетия, многие вещи сами собой забываются, — усмехнулся Гантлос. Они разошлись по комнатам, оставляя Дарси одну переваривать эту информацию. Огрон зашел в спальню, посмотрел на соблазнительную мягкую кровать, залитую светом уходящего солнца, подумал, как будет неплохо на ней спать — и вышел из комнаты. Кровь в нем до сих пор бурлила после сражения. Перед глазами как будто до сих пор летали цветные круги после атаки, выданной Стеллой. А в голове звучало ее «будет ярко». А еще в голове стояла маленькая фигурка, бессильно падающая на землю. И скольких усилий ему стоило не броситься прямо туда, а добить проклятую Тень. Еще вчера Огрон был просто рад, что фея лишний раз не путается под ногами. Да, она определенно действовала на нервы своей кислой миной, но в целом проблем не доставляла. Но после сегодняшнего... Огрон понял, что он искренне ее зауважал. И что ему следует перед ней извиниться. За что конкретно он собрался извиняться, он еще не знал. Пожалуй, за историю их взаимоотношений? Огрон даже почувствовал укол грусти, что теперь он больше не сможет себе позволить подкалывать Стеллу по поводу и без. Стелла... Красивое у нее все же имя. И емкое — удобно звать на поле боя. Не то, чтобы Огрон этой возможностью часто пользовался. Как будто назвать ее по имени значило признать кем-то важным. За тысячи лет в голове Огрона скопилось множество имен, множество лиц, в которых он нещадно путался. Он уже не помнил, как звали последнюю фею Земли. Не помнил, как звали девушку Анагана, хоть ее имя и звучало совсем недавно. С Гелией ему приходилось много общаться — он стал настоящим мостом между ними, магами, почти не покидавшими Землю, и Волшебным Измерением. Но вот имя «Стелла» он помнил просто так. И если раньше оно для Огрона несло за собой глупую светловолосую фею, помешавшую их плану наконец очистить Землю, то теперь оно приобрело новое значение: храбрую девушку, безрассудно бросившуюся прямо на смертоносного врага. Такую... величественную в тот момент. «Товарищ, а у тебя оказывается, есть типаж», — прозвучал в голове голос Думана. Огрон усмехнулся. К чему отмахиваться от мыслей, что фея ему нравится. Возможно, нравилась еще и раньше, но история, его история с феями, мешала ему в полной мере осознать это. Но сегодня он — снова герой Волшебного Измерения, а она — неизменная его героиня. Сегодня у них слишком много общего, и так легко представить их рядом друг с другом перед ликующей толпой, от которой они вместе, смеясь, сбегают, чтобы побыть только вдвоем... Огрон на горьком опыте осознал, что перед лицом опасности лучше давать себе помечтать вволю. Потому что есть вероятность, что только эти мечты у него в итоге и останутся. Замок был просто огромным, Огрон быстро понял, что если хоть кого-нибудь не встретит, то будет бродить по этим коридорам вечность. Вообще дворец Эраклиона ни в какое сравнение не шел с замками на Земле, более поздней эпохи, разумеется. В нем не было излишней пышности и вычурности, он был будто бы замок из раннего средневековья с обновленным ремонтом. И навороченными технологиями. «Хрень какая-то, короче» — думал Огрон, когда уже в третий раз проходил мимо одной и той же вазы. Или это были разные вазы?.. Так что слуга, который быстро спешил куда-то, заставил его едва не кричать от радости. Молодой паренек вздрогнул, когда его громко окликнули. — Слушай, я хотел навестить прибывшую недавно фею, Стеллу, ты знаешь, как к ней пройти? — Да, конечно, — слуга быстро провел его к лечебнице. Внутри на койке лежала Стелла. Она была в сознании, но выглядела бледной тенью самой себя. Заметив Огрона, она высоко подняла брови. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила она. — Нет, я пришел узнать, как ты, — Огрон не решился пройти дальше, встав в дверях. Фея смотрела на него слегка удивленно, но так как злых выкриков от нее не последовало, он решил продолжить: — Было действительно очень ярко. — Солнцезащитные очки не помогли? — Мы предпочли подождать, пока свет погаснет. Тень была обезоружена достаточно, чтобы мы успели нанести по ней два мощных совместных удара. — Зря, хоть раз шли бы в бой стильными, — хмыкнула Стелла. — Ну, раз ты начала шутить, значит точно в порядке. — А я не шучу, — уверенно заявила девушка, — к форме магов Прометии очки бы прекрасно подошли, да и вам бы не помешали, как-то скрасили бы, — она окинула его придирчивым взглядом, — это. — Эй! Что не так с нашим стилем? — Нет, у Гантлоса и Думана все весьма гармонично, — Стелла казалась совершенно серьезной в своих рассуждениях, — у первого такой немного готический стиль, и находка со шляпой весьма неплоха. У Думана потрясающе сочетается его внешность, прическа и одежда. А вот ты выглядишь так, как будто ни при каких условиях не хочешь загореть, поэтому нацепил на себя черный комбинезон. — Нормальный у меня комбинезон, — возмущено ответил Огрон. Стелла критично на него посмотрела. — Можно подобрать что-то получше. — Но я и правда давненько не загорал, — задумчиво произнес он, рассматривая свои бледные руки, — как все закончится, спрошу у Анагана хороший пляж на Земле и поживу там пару месяцев. — На Земле Солнце непредсказуемое, — ответила Стелла, явно предаваясь каким-то своим воспоминаниям, — от него трудно добиться нужного тона загара, приходится пользоваться дополнительными кремами. То ли дело у нас, на Солярии... — Вы говорите: «хочу быть нежно коричневого цвета» и свет лучей меняется? — насмешливо спросил Огрон. Стелла неожиданно улыбнулась. — Нет, конечно. У нас просто есть отведенные места, где солнце дает только определенный загар. Очень удобно. — Интересно было бы увидеть, — сказал Огрон, совершенно не задумываясь. Стелла хотела ответить, даже губы ее дрогнули в улыбке, но она внезапно замолчала. Брови ее нахмурились и сама она напряглась. — Скажи, — медленно, тщательно подбирая слова, проговорила она, — что ты имел в виду, когда сказал, что такую речь ты уже произносил? Огрон хотел уточнить, о чем она, но в памяти явственно всплыл их последний диалог. От слов Стеллы про несправедливость он снова ощутил влажность пещеры, клокочущую в его юной груди ярость и самое первое соприкосновение с магией. — Я говорил нечто похожее Сибилле, когда мы впервые оказались у нее. Я помню, мы шли до нее несколько недель, скрывались от фей, и мечтали, что она поможет нам со справедливым судом. Да... тогда мы еще верили в фей, — Огрон ухмыльнулся, глядя на Стеллу, глаза которой от удивления стали похожи на блюдца. — Но когда мы пришли и обрисовали ей дело, она отказалась нам помогать. Я же, понимая, что против феи я ничего сделать не могу, решил укорить ее хотя бы словом. Высказал ей примерно то же, что сказала тогда ты. И... получил за это Черный Круг. — Я не понимаю, — тихо сказала Стелла, — Черный Круг ведь образовался из-за ваших злодеяний. — Ну мы, конечно, тоже делали много говна, — пожал плечами Огрон, — но тут вам солгали. Хотя как солгали, я думаю, нынешнее поколение фей понятия не имеют, что раньше кругов было сильно больше. Сибилла не в счет, я до сих пор не понимаю кто она — но явно не простая фея, раз она живет сейчас и была жива, когда первые феи прибыли на Землю. А на минуточку, прошло три тысячи лет! — Кругов было больше? — Стелла поспешила вернуть его к изначальной мысли. — Насколько я знаю, первые прибывшие на Землю феи были то ли преступницами, то ли проигравшей стороной в какой-то войне, то ли просто изгнанницами. Они притащили с собой несколько кругов: Света, Земли, Льда и Справедливости. За тысячу лет феи продолжали воевать друг с другом и круг Света поглотил круги Земли и Льда, став кругом Белым, а от тех кругов оставив лишь источники сил. Круг же Справедливости достался загадочной Сибилле. Но это был довольно странный круг, который очень остро реагировал на несправедливости, творящиеся в мире. Уж не знаю, был ли он сломан раньше или его сломала ситуация на Земле, но он наполнялся другой энергией, становясь кругом Мщения — или Черным кругом. И когда мы пришли к Сибилле и рассказали нашу историю, круг решил избрать нас проводниками своей воли. По виду Стеллы было очевидно, что у нее много вопросов, и она мечется между ними. Огрон же задумался, а готов ли он рассказать этой фее все. Они ни с кем не делились своей историей. Но Анаган показал, что феи могут их понять. Да, сначала они жутко злились за то, что он открыл душу своему врагу, но сейчас... Огрон задумался, а не стоило ли им изначально так сделать. С другой стороны, до желания все было иначе. Даже природная фея, пусть и поняла их историю, но позицию не приняла. Они бы просто не смогли договориться. Огрон признавал, что в той ситуации они были скорее неправы, чем правы. Под зорким взглядом Магикса феи не рыпались на господство над людьми, и у них получился неплохой симбиоз. И пока он размышлял над этим, Стелла, наконец, приняла решение. — За что вы хотели им мстить? — спросила она. И Огрон рассказал. Как будучи юным вестготским князем он, со своими друзьями нашли раненую фею, которая была без сознания. Они приютили ее в своем небольшом замке, выхаживали, планируя расспросить, кто она и что с ней случилось, когда она очнется. Они вчетвером отправились в ближайший город, чтобы найти римского посла — римляне в те годы были народом, благословленным феями, общающимся с ними. Но посла не было, и они вернулись обратно. И вместо замка обнаружили руины. В том замке жили их семьи. Их тела они похоронили рядом с замком. После чего увидели ту самую, спасенную ими фею. Кассандру. Она оказалась дочкой короля, будущей королевой. Огрон уже не помнил точно, кто именно замыслил против нее заговор: сестра, тетя, дядя? Главное, что ее попытались убить, а она сбежала. Феи, обнаружив след Кассандры в замке, объявили их предателями и уничтожили. Не выслушивая никаких оправданий. Кассандре, обессиленной, самой еле удалось выбраться. Именно она подсказала, что надо идти к Сибилле. — Она сказала, куда идти, а мы помогали ей в пути, — говорил Огрон с легкой улыбкой вспоминая тот довольно страшный для себя промежуток времени, — ей нельзя было пользоваться магией, а без нее она не была способна на элементарные вещи... А мы очень не хотели обслуживать фею. В итоге нам всем пришлось чему-то учиться. А после того, как мы поняли, что никакого справедливого суда не будет, мы решили, что хватит человечеству жить под гнетом фей. Я не знаю, как обстояли дела в Магиксе, но у нас ты буквально шагу не мог ступить без одобрения феи. Если вдруг у тебя случился неурожай и подношение фее было недостаточным, то ты мог словить самые различные проклятия. Они любили захватывать новые земли, ровнять города с землей, чтобы продемонстрировать свою значимость. Кассандра нас поддержала — она сама выступала за смягчение к людям. И мы вместе начали вести борьбу. — И чего вы хотели этой борьбой добиться? — спросила Стелла, внимательно вглядываясь в его лицо, пытаясь заметить малейшую неискренность. Огрон помолчал немного, копаясь в собственных воспоминаниях. — Сначала мы хотели просто возвести Касс на трон. Но, когда мы пробились в королевский дворец... Касс не стало. И тогда мы воспользовались очень древним заклинанием — о нем нам тоже рассказала Касс. Мы заперли всех фей на Тир-Нан-Оге. Затем начали охоту на тех, кто остался за пределами острова: либо отправляли их на остров, либо, если они сопротивлялись, лишали их сил. Потом мы узнали об еще одном чудесном свойстве Тир-Нан-Ога — Поляне Сна, где можно лечь и проспать сколь угодно долго. Мы опасались, что действие заклинания ослабнет, и феи снова прорвутся на свободу и поработят людей. Поэтому договорились просыпаться с перерывами и проверять, как обстоят дела в мире. А заодно следить за прогрессом. — Но как вышло, что Моргане удалось вырваться? — Заклинание истончилось, и видимо она смогла прорваться в мир людей. Когда я проснулся, я сразу ощутил магию, исходящую от нее и ее подружки Небулы. Разумеется, я отправил их обратно. О том, что у нее есть дочка с даром, я понятия не имел. — Жестоко с твоей стороны, не находишь? — Возможно, — вопреки ее ожиданиям не стал спорить Огрон, — но прошу учесть, что Небула настроена к людям далеко недружелюбно. Я опасался возвращения власти фей. Ну и, когда подоспели вы, победили нас, освободили фей, мы решили, что лучше для всех будет просто лишить всех фей Земли сил — тогда всякая угроза с их стороны перестанет существовать. — Знаешь, — сказала Стелла после долгого молчания, — мне кажется, тут история совершила оборот. Сначала феи, потерявшие голову от власти, разрушили ваш дом, а потом вы разрушили дом Рокси, и от этого ваш план провалился. — Но мы там никого не убивали, — усмехнулся Огрон, — поэтому мы лучше. Стелла покачала головой. — Я слышала вашу биографию в совсем другом ключе. Я помню, еще Текна и Блум недоумевали с нее: Блум знала историю своей планеты, все ее существование полную войн и страданий, когда как нам говорили, что это все началось после фей. А Текна удивлялась, что сначала говорят, что все феи уничтожены, потом они не уничтожены, вы вроде и хотите получить много сил и захватить Землю, а вроде и так уже должны были ее захватывать. Я не понимаю, почему Флора не захотела рассказать всю правду нам. — А это бы что-то изменило? В те дни мы бы ни за что не согласились бы выпустить фей к людям. — А сейчас? — А сейчас я прожил лучшие три месяца своей жизни на Земле за последние тысячу восемьсот лет, — с улыбкой сказал Огрон. — Ну и люди теперь кое-что могут противопоставить феям. Плюс, у нас появилась вера в Магикс, которые в случае чего не допустят беспорядков. Отправят хотя бы вас разбираться. Хотя, учитывая, что мы понятия не имеем, что на Земле происходит прямо сейчас... — Мы не можем знать, вдруг заслонка — ошибка, и Флора и Анаган счастливо нежатся на пляже, — возразила Стелла на невысказанные обвинения, — а если и нет, желание Блум наворотило многое. — Возможно, — кивнул Огрон. Заметив утомленный вид своей собеседницы, он решил, что хватит с них ночных откровений. — Пожалуй, не буду больше тебя грузить. Восстанавливай силы, Стелла. — Спасибо, что рассказал мне все, Огрон, — улыбнулась ему в ответ девушка. Но ей предстояло многое обдумать. Сомнения витали в ее голове. С одной стороны история Огрона была логична, с другой стороны они уже однажды доверились магам Черного Круга. Интересно, Флора знала, что они задумали? Но Огрон показал себя с удивительной стороны — Стелла слышала о том, что произошло на Прометии. Ринуться прямо в центр облака: это ведь форменное самоубийство. Все что угодно могло пойти не так. А Огрон пошел на этот шаг даже не ради родной планеты — а ради измерения, где его все считают злейшим врагом. Мог ли гнусный темный маг быть способным на такое? Дарси сражалась с ними — но Дарси мстила Даркару. А Огрону не было никакого резона так рисковать собой. Но он рисковал. И это так хорошо ложилось на его историю. Стелла знала — логичность рассуждений никогда не были ее сильной стороной. Для этого в компании была Текна или Флора. Но Флора магам поверила. Текна далеко. А Набу... а Набу вместе с Лейлой, жив и невредим, как и Думан. У них с магами все действительно может начаться заново. Стеллу неумолимо тянуло в сон, но прежде чем окончательно провалиться в него, она мельком подумала, что Огрону очень бы пошла чудная светло-зеленая рубашка, которую она совсем недавно видела в одном модном каталоге. *** — Поверить не могу, что сотрудничаю с Магами Черного Круга и с Дарси! — заявил Скай, когда они с Гелией остались наедине. — Ага, — согласно кивнул Гелия, упуская тот факт, что уже сотрудничал с ними раньше. — Слушай, а почему ты не отправился с Блум, — Скай замер ненадолго, скривившись будто от боли, — и остальными в тот мир? — Остался здесь, сглаживать углы между вами и магами, — улыбнулся ему Гелия. Скай поднял брови. — С каких пор ты у нас дипломатом заделался? — Я не понимаю, как это вообще могло произойти! — Если бы я еще понимала, — Флора виновато отвела глаза. — Я... я думал ты нашла себе милого землянина! — Ну... — Который при этом не является темным магом! — отрезал Гелия. Флора молчала, долго собираясь с мыслями. — Я любила его, Гелия, — сказала она наконец, — и это было ошибкой. Я позволила пустить все на самотек, что привело к катастрофе. Но я просто не могу оставить его в Омеге. Если ты мне не поможешь, я отправлюсь туда сама. Гелия тяжело дышал, разглядывая бывшую девушку, вроде такую знакомую и одновременно настолько далекую. Он уже не чувствовал к ней любви. Но она оставалась его другом. — В восемь приходи в Красный Фонтан. — Спасибо, — Флора быстро дернула головой, сгоняя нахлынувшие слезы благодарности, — ты был моей единственной надеждой. Гелия невесело усмехнулся. — Не то, чтобы у меня был выбор. Так уж случилось, что я чуть лучше знаю Черный Круг, чем остальные. Слушай, можно вопрос, — поспешил перевести тему Гелия, — я понимаю, Блум очень подставила тебя, но ты даже не дал ей шанса объяснится. У вас же были такие отношения, почему же все вышло… так? Скай невесело усмехнулся. — Да я-то ее уже давно простил, — Гелия выгнул бровь, — просто… Понимаешь, я понял, что не смогу сделать ее счастливой. Если ей так противно все, что связано с королевским двором, то я просто не вижу смысла продолжать. После ее отказа я остановился и задумался — а смогу ли я ради нее отречься от престола, подставив свою семью? И понял, что нет. Я не виню Блум, — Скай вздохнул, — ладно, стараюсь не винить. Но и ты пойми меня — она поставила меня перед жестоким выбором: либо она, либо моя семья и мой народ. Я не могу бросить всех людей, что так рассчитывают на меня, понимаешь? Гелия кивнул. — Но почему ты не расскажешь все это Блум? — спросил он. — Потому что я ее знаю. Она непременно начнет или упрашивать меня отказаться, или же через силу согласиться стать королевой. И будет несчастна в любом случае. Я хочу, чтобы она забыла меня, двинулась дальше. И, желательно, на Эраклион больше не приезжала. Гелия долго смотрел на него и думал, рассказать ли ему о том, что все это — результат их размолвки и недосказанности. Но потом решил не грузить и так плохо выглядящего друга. Скай постарался пересилить себя и выдавить улыбку. — И вообще, кто мне рассказывает про идеальные отношения? Вы то с Флорой так и не рассказали, как расстались. — Неожиданно поняли, что наши отношения остыли, и мы больше ничего друг к другу не чувствуем. Ну и расстались. — Но вы же весь год на свидания ходили! — Мы не хотели добавлять вам причин для волнений, пока нам угрожали маги. Так что оба нашли на Земле отношения и согласовывали свои встречи. — Ну вы даете. Гелия хмыкнул. — А что насчет Диаспоро? — А что насчет нее? — Почему ты вообще решил жениться прямо сейчас? — Родители надавили, а я сдался, — ответил Скай с легкой тоской, — Диаспоро на седьмом небе была. Ей даже на мою кислую рожу все равно, лишь бы поскорее замуж за меня выйти. Она тут сама к свадьбе готовится, сама что-то творит, все надеется стать королевой и лезть в дела государства, — лицо Ская стало жестче, — Только хрен я ей это позволю! Будет организовывать благотворительные вечера, если захочет, но пусть ко мне не лезет. Гелия вздохнул. — Н-да, отношения у вас, конечно… Скай устало опустил голову на руку. — Чего-нибудь спиртного нам бы не помешало, — заметил он. — Ну, после боя можно будет, — усмехнулся Гелия. — Да, пожалуй, — Скай встал, — ладно, пойду я. Там вовсю приготовления идут, схожу, проверю. *** Огрон спокойно лежал на кровати, отдыхая. Неожиданно к нему в комнату ввалился Думан с восторженным выражением лица. — Представляешь, иду я по коридору, — тут же начал быстро рассказывать он, — и встречаю миленькую такую блондинку. Ну я и спрашиваю у нее, где тут у них кухня. Она на меня так смотрит, презрительно, и отвечает, — Думан сделал голос повыше, — «Зачем вам кухня? Вызовите слуг, они вам все принесут». Я такой: «Прямо все?». Она снова смотрит на меня как на дерьмо, и говорит: «Вы сомневаетесь в мастерстве поваров Эраклиона?». А я ей такой: «А если я захочу вас, мне принесут?». Огрон прикрыл глаза рукой. — Подкаты, уровень: Думан. — Да ну тебя. Короче, она сначала не поняла, потом чуть испугалась, а потом посмотрела на меня так пронзительно, тихо сказала: «Хам», и так мило улыбнулась… Огрон недоверчиво посмотрел на него, но промолчал. — Но самое шикарное, — Думан говорил все быстрее и быстрее, — я возвращаюсь из кухни, и тут идут куча девушек и среди них моя блондинка. Одна из девушек такая говорит: «Скажите, Ваше Величество, а свадьба отложится в связи с последними событиями?». И блондинка отвечает: «Нет, не думаю. И не называйте меня Ваше Величество, свадьба только через месяц!» Огрон уставился на друга. — То есть ты заигрывал с невестой короля? — осторожно спросил он. — И она ответила на мои заигрывания, — гордо заявил Думан. — Ты… ты… — Огрон тщетно искал более менее культурные слова, чтобы не распугать других жителей замка. — Да расслабься ты, — спокойно заявил метаморф, — мы отсюда уедем сегодня же, вся эта галиматься с Тенями тоже закончится, тогда нам расколдуют Землю, и мы туда свалим. И к тому же этой милой невесте короля самой невыгодно хоть кому-то об этом рассказывать. — Да ты оптимист! — крикнул Огрон, — Ты когда воскресал, мозги случаем не забыл? Думан закатил глаза. — Пойду, Гантлосу расскажу, — сказал он, быстро выходя из комнаты. Однако буквально через две минуты он вернулся. — Короче ты единственный, кто в этом замке остался без бабы. Подхожу я к двери Гантлоса, хочу ее открыть, а она заперта. Стучусь, а из-за нее меня посылают последними словами. А потом я услышал женский голос той ведьмы, Дарси. Злость Огрона как рукой сняло. — Да ладно, Гантлос и Дарси? Думан заговорчески кивнул. — Быстро они. — Ага. Их прервал долгий гул. Потом еще один. И еще. — Что, уже? — вздохнул Думан. Огрон кивнул. — Пошли, думаю эти двое нас догонят. И Огрон с Думаном быстрым шагом поспешили к остальным, чтобы дать бой Теням.