На дне бутылки

С наступлением рассвета столица не просыпалась, а все также продолжала свои бессонные дни. В большом городе ночная жизнь такая же насыщенная, как и днем, поэтому жители уже привыкли к постоянному шуму, большой загазованности и ярким огням, которые не выключали даже в светлое время суток. С самого утра и до поздней ночи потоки машин по главным шоссейным дорогам так и не прекращались. Пробки были во всех районах Сеула, особенно в утреннее и вечернее время. Лишь ночью большая часть автомобилей ожидала своих следующих поездок на парковках. Сегодняшний день ничем не отличался от любого другого в году. Жизнь в городе шла своим чередом. Многие люди уже выходили из своих домов, отправляясь на работу или учебу. Единственное, что сегодня было не таким, как и во все остальные дни этого месяца — это то, что скоро наступят зимние месяцы. Температура воздуха уже заметно падала, поэтому жители во всю меняли гардероб, пригодный для более холодной погоды. Парень, лежавший на мятом пыльном матрасе, пытался сильнее укрыться своей легкой курткой, но особо это не спасало от наступивших холодов. Его это не радовало. Каждый год этот период, когда нужно искать теплое место или хорошую одежду, всегда выматывал его. Парень был самым младшим в своей компании, поэтому ему обычно не доставалось хороших вещей, а старшие не особо были сговорчивы и дружелюбны. Несколько минут спустя, когда холодный ветер начал продувать тело через дыры в одежде, парень все же начал вставать с места сна. Он нехотя перевалился на бок, облокотившись на локти, медленно сел. Юноша застегнул свою куртку и быстро сунул руки в карманы, чтобы согреть конечности. Помимо холодного утра парня беспокоила резкая головная боль и сухость в горле. Ему просто необходимо было похмелиться. Обернувшись назад, он начал перебирать рядом стоящие с грязным матрасом бутылки. Проверив каждую и убедившись, что все они пустые, он лишь тяжко вздохнул. Необходимо купить что-нибудь выпить. Эта единственная сейчас мысль в голове у парня. Он шарит по всем своим карманам, чтобы найти и пересчитать остатки денег. Видимо, сегодня удача не на его стороне, ведь у юноши не было совершенно ничего. Ни купюр, ни мелочи, совсем пусто. Это сильно огорчило парня, ведь вчера у него еще что-то оставалось, неужели он уже успел все потратить. Долго сидеть на месте не было никакого желания, ведь ветер все еще не успокаивался и с каждым разом все сильнее морозил паренька. Замерзнуть сегодня уж точно не хотелось, сейчас у юноши всего одна задача. Найти деньги на похмелье, иначе голова просто разорвется от боли. Парень встал и направился в сторону общей площадки, где обычно собиралась компания. Здесь же был деревянный обшарпанный стол, такие же стулья, несколько бочек, в которых жгли мусор, большой шкаф, который был наполнен некоторыми вещами, которые они приносили сюда на всякий случай. На этой площадке в такой ранний час уже собрались несколько парней из их компании. Они болтали между собой, сидя за столом, на котором были разложены какие-то объедки и пиво. От вида почти полных бутылок у младшего загорелись глаза, он мигом подошел к своим и сел на свободное место. В горле уже стоял неприятный горький ком, который так и хотелось залить хмельным напитком. Парень уже потянулся к одной из бутылок, но тут же словил подзатыльник от сидящего рядом. — Совсем обнаглел? Куда лапы тянешь?! — Со злостью спросил один из них. — Тебе жалко что ли? — Начал выпрашивать младший, ведь сейчас кроме этой бутылки ему ничего не было нужно. — Слышь! — Он снова ударил парня, чтобы тот прекратил свои попытки. — Блять, ты заебал. У меня совсем ничего, дай глотну. Горло пиздец пересохло. — Эй, Чон, — Притворно улыбнулся сидящий напротив парень, показывая младшему свои серые десна — Ну так иди и глотни у какого-нибудь ебыря, чтобы он тебе денег отвалил! После этой фразы все парни, кроме Чонгука, начали звонко смеяться и стучать по столу ладонью. От подобных шуток и насмешек младшему всегда становилось гадко. Хоть он и помогал своим друзьям, давал им изредка денег, ведь у него обычно их было больше, чем у остальных. Но все равно род его заработка вызывал у старших именно такую реакцию. Это огорчало и давило на Чона, но он обычно старался не подавать вида, а лишь иронично посмеиваться над собой же. Так и в этот раз парень натянул вялую улыбку на лицо, наблюдая за остальными. Все в их компании занимались разными подработками. Обычно они были связаны с тяжелым трудом. На таких работах платили совсем мало, а задач было предостаточно, но старшие особо не жаловались. Благо хватало на соджу, а все остальное не имело смысла. А вот Чонгук уже давно не занимался подобным. Уже многие годы он зарабатывал в основном своим телом, либо находил совсем простецкие дела, хоть за те и давали немного. Старшие были довольны прибылью Чона, поэтому постоянно подмазывались к нему, когда у того были деньги, но когда те заканчивались, то парни начинали свои оскорбительные шутки, подколы, которыми только задевали Чона. Но младший все равно делился нажитым со своими друзьями и соседями по улице, ведь он был благодарен им, что те взяли его в свою компанию и не дали умереть. У них было много перепалок и драк, которые образовывались практически каждый день. Обычно они возникали на почве алкоголя или нехватки денег на него, поэтому на следующий день это все благополучно забывалось. В порыве особой злости парни могли даже сильно покалечить друг друга, но все равно все держались вместе, иначе бы не выжили. — Короче, — Немного посмеявшись, Чонгук выждал момент, когда старшие не будут так бдительны, поэтому резко перехватил одну из бутылок на столе и начал жадно вливать в себя бодрящее пиво. — Какой проныра! — Заявил один из сидящих за столом, тем самым направляя внимание всех остальных парней на Чона. Один из старших в момент поднялся с места, резко взял Чонгука за его капюшон, итак, потрепанной куртки и сильно ударил младшего в живот, чтобы тот наконец перестал высасывать всю жидкость. Чон сразу же начал кашлять, несколько капель вылилось на его одежду. После чего старший вырвал из рук парня пиво и снова ударил его в живот, от чего юноша согнулся и упал на колени, не переставая кашлять и выплевывать горькие слюни. — Какого черта ты творишь? Уже привык, что тебе все с рук сходит? — Старший наклонился к Чону и вновь поднял его, чтобы тот смотрел на него. — Кажется, за все это время ты так и не научился манерам. Мы все тут старше тебя. А ты такая неблагодарная сволочь! — Все, прекрати читать нотации, только их мне с утра, блять, не хватает! — Чонгук никогда не уступал в словесной перепалке и всегда пытался вставить свое веское слово, после чего обычно ему прилетало от парней, но его это никогда не останавливало. — Гун, смотри, какой он дерзкий! — Подлил масло, в разгорающий между парнями, огонь еще один старший, который то и дело сметал все закуски со стола, пока никто особо не обращал на это внимание. — Ты прав, нужно дать несколько важных уроков Чону, чтобы он наконец понял, что старших нужно уважать и не брать чужое, подобно крысе. После сказанных слов Гун потащил Чонгука подальше от стола, чтобы остальные продолжили начатые посиделки, а не глазели на очередные пьяные бои. Тем временем старший уже успел завернуть за забор. Уже через секунду он толкнул Чона так, что тот упал на какие-то тряпки, которые лежали горой в углу забора. Младший потерял равновесие, поэтому не смог устоять на ногах, из-за чего оказался в невыгодном положении. — Как же ты заебал пререкаться! — Старший не на шутку рассердился в этот раз, хоть это далеко не впервой, когда Чон грубит им, но сегодня все указывало на то, чтобы поставить мальчишку на место. Гун поднял Чона за портки и с силой ударил того в грудь, после чего младший начал задыхаться. Чонгук согнулся и пытался выровнять дыхание, но ничего не получалось. Старший повалил юношу на землю, после чего начал бить того ногами по почкам, животу и ногам. Он старался не попадать по лицу, ведь он знал, что младшего тогда не так часто будут брать, а соответственно и денег парень принесет меньше. Спустя пару ударов ногой старший немного успокоил свой гнев. Он сплюнул рядом с Чоном, после чего закурил последнюю сигарету из пачки, что его сильно огорчило. Ведь он хотел сберечь ее хотя бы на день, а не тратить с самого утра. — Сколько раз мне указывать на твое место? — После несколько затяжек старший совсем успокоился. — Мы, кажется, уже ни раз говорили с тобой? Неужели тебе так нравится, когда я бью тебя? Ты только скажи, я пойму, почему ты всегда нарываешься. Чон молча пытался встать, он не собирался отвечать старшему. Парень совершенно не видел смысла оправдываться перед ним. Чонгук не был зол на своего старшего, ведь понимал и знал все законы улицы и их понятия. Ему нужно было лишь смочить горло холодным пьянящим напитком. Парень совершенно не жалел, что сделал, хоть и пришлось за это получить от друга. Чон до сих пор чувствует на своих губах этот хмельной приятный вкус, он вспоминает тот момент, когда победоносно пытался опустошить всю бутылку разом, но был резко прерван. Ему этих нескольких секунд блаженства были достаточны, чтобы пойти в город на заработки. Это как заряд бодрости с утра, который всегда помогает Чонгуку. Старший еще несколько минут пытался достучаться до Чона и все же услышать хоть какой-то ответ, но получив лишь кривую улыбку и взгляд исподлобья, просто решил оставить младшего на едине с собой. Когда Гун скрылся из виду, Чонгук наконец встал и начал отряхивать одежду, чтобы привести себя в более-менее человеческий вид. От сильных ударов и непрекращающейся головной боли Чону стало лишь хуже, поэтому он решил незамедлительно достать себе еще выпивки, чтобы точно отпустило. Парень вернулся к своему месту ночлега, взял свой измученный временем, местами потертый, но зато очень вместительный черный рюкзак, из которого вынул вязаную шапку и натянул ее так, чтобы она закрыла уши. Из рюкзака парень вытащил несколько пустых бутылок, а также какую-то макулатуру, после чего нарыл маленькое замызганное зеркало и принялся рассматривать себя. В нем он разглядел свои уставшие глаза, под которыми были черные мешки от постоянного недосыпа и неправильного образа жизни, потрескавшиеся сухие бледные губы и уже достаточно видную щетину. Парень протер глаза и облизал губы. Он поправил выбивающуюся из-под шапки челку черных отросших волос, чтобы та не мешала ему. Затем младший убрал зеркало обратно в рюкзак и отправился в город в поисках очередной наживы. Чонгук носил одну и ту же одежду, пока не отыскивал что-то получше. Сейчас на нем была шапка и куртка цвета охры, под курткой была черная кофта, а под ней находилась серая футболка. Он специально носил столько вещей, чтобы как можно больше согреваться, ведь он целыми днями на улице, а особенно в преддверии зимы нужно думать о своем тепле. На ногах у него был синие джинсы, которые со временем истерлись в коленях, а в некоторых местах появились явные дыры, которые юноша так и не мог залатать. Также на нем были коричневые ботинки со шнуровкой, под которыми теплые носки. Из-за того, что Чон ходил в одной и той же одежде каждый день, она быстро изнашивалась, поэтому приходилось либо ставить заплатки, либо искать что-то новое. Но сейчас ничего подходящего для Чона не было, а старшие совершенно не хотели делиться своей добычей, поэтому Чонгук довольствовался этим. Парень особо не жаловался, даже когда у него было несколько купюр в кармане, на которые он смог бы что-нибудь купить себе, он все равно спускал все на сигареты, алкоголь и необходимые медикаменты, ведь иммунитет у младшего был не самым лучшим. Так начался очередной день выживания среди каменных джунглей, все как обычно, ничего особенного в этот день Чонгук не ждет. Ведь сегодня у него нет никаких клиентов, и другие заказы тоже все разобраны, поэтому Чон решает сегодня спуститься в метро и насобирать хотя бы на несколько бутылок и чего-нибудь съестного. После минутного раздумья Чон решает не терять больше времени, поэтому незамедлительно отправляется в город, чтобы быстрее насобирать на желанный алкоголь и завершить сегодняшний день в полном беспамятстве.

***