На дне бутылки

С того момента, как Чимин привез Чонгука в свой особняк прошло около двух недель. За это время Чон уже достаточно хорошо ориентировался в большом доме. Пак предоставил парню одну из гостевых комнат. Она была довольно просторной и светлой. По началу от резкой смены обстановки Чонгуку было неудобно, но вскоре он начал привыкать к обычной жизни, где не нужно было бороться за выживание каждый день. Чимин отправил юношу в частную клинику, чтобы ему взяли все необходимые анализы. Как оказалось у Чонгука была начальная стадия триппера и воспаление наружных геморроидальных узлов. Парню назначили соответствующее лечение, в которое входили антибиотики, свечи, мази, также он приходил ежедневно на процедуры и осмотры. Чимин полностью оплатил лечение и лично контролировал, как Чон соблюдает все наказания врача. Также Пак распорядился, чтобы парню составили диету, способствующую выздоровлению. Чонгуку пришлось на время отказаться от алкоголя, что по началу сильно раздражало его, поэтому ему приходилось себя утешать мыслями о том, что после окончания лечения он точно заглушит свою сильную жажду. За все время проживания в доме Чимина Чон успел привести себя в порядок. Он сбрил свою разросшуюся щетину и очистил все свое тело от застоялой грязи. Пак в свою очередь не прекращал тратить на Чонгука свои деньги, что сильно напрягало парня. Чимин позаботился о новом гардеробе юноши, лично подобрав все необходимые элементы для любой погоды и мероприятий. Хозяин дома разрешил парню пользоваться всеми удобствами, включая тренажерный зал, сауну и бассейн. Пак приобрел для Чонгука телефон и ноутбук, чтобы тот мог чем-то себя занять в свое отсутствие, а также чтобы держать с ним связь. Чон долго разбирался с подаренными вещами, ведь в своей жизни он держал только старые кнопочные телефоны. Вообще Чимину пришлось многое объяснять своему сожителю, ведь в его доме были все передовые удобства, что очень затрудняло для Чона пользование обыденными вещами. Но это никак не отталкивало Чимина, даже наоборот незнание младшего лишь умиляло его и заставляло заботиться о нем. Каждый день Чонгука теперь ничем не отличался от предыдущего. Времени у него теперь было предостаточно, поэтому парень обычно спал до обеда, после чего делал все свои утренние процедуры и принимался за приготовленный прислугой завтрак. Чимин же с самого утра уходил в свой офис, оставляя юношу дома, а возвращался только поздно вечером. Чон до сих пор не понимал такую заботу о нем, ведь особо не верилось в щедрость людей. Пак мог просто снять ему дешевую комнату или маленькую однушку, дать деньги на лечение и приходить к нему по надобности, а не дарить телефоны и приводить в собственное жилище. Все это настораживало Чонгука, поэтому он вел себя с Чимином осторожно и старался не так много контактировать с ним, только для своих обязательств. В период лечения венерологических заболеваний Чон удовлетворял своего клиента только ртом и руками, но Пак был действительно доволен навыками младшего, поэтому каждый раз поощрял его.

***

Наступает очередное утро, сегодняшний день уже с самого рассвета радовал яркими солнечными лучами. Чонгук как и всегда проснулся, когда Чимин уже уехал на работу. Немного полистав новостную ленту в социальной сети, Чон все же встал с уютного и теплого места, чтобы направиться в ванную. Парень любил долго стоять под струями горячей воды, получая приятные ощущения стекающих капель. После каждодневных водных процедур кожа юноши приобрела приятный блеск и свежесть, что тот сразу же заметил. Каждый раз проходя мимо зеркала в ванной комнате, он не мог поверить в реальность своего отражения. Оно слишком сильно отличалось от того, что он разглядывал в своем потертом и отколотым по краям карманном зеркальце. Перед Чоном обычно появлялось отражение уставшего парня с большими мешками под глазами, сухими безжизненными губами, пустым взглядом, слипшимися черными прядями челки, которая выглядывала из-под единственной и любимой шапки. Теперь же он видит молодого парня с большими черными глазами, в которых отражается свет ламп, выразительными скулами и тонкими розоватыми губами. Раньше на теле Чонгука постоянно были какие-то ссадины и синяки от постоянных стычек с остальными обитателями улицы. Сейчас же на коже нe осталось ни единого следа от всех прошлых побоев. Ладони, имевшие грубые мозоли и шершавые резцы от порезов, теперь мягкие и бархатные, что очень непривычно, ведь нежная кожа теперь передает больше тактильных ощущений. Оторвавшись от своего изменившегося отражения, Чон все-таки направился вниз, где располагалась кухня и столовая. Как и ожидалось, на длинном стеклянном столе уже лежали приготовленные к первому приему пищи блюда. Чонгук сел за свое привычное место и принялся за рисовую кашу. Хоть сейчас у парня была прекрасная возможность есть все, что ему хотелось, он все равно не пользовался ею. Он до сих пор ел мало, отторгая практически все, что ему давали. Все что он мог нормально переносить так это супы и каши, порезанные на мелкие кусочки овощи и фрукты. Нет, он совершенно не был привередой, ведь уличная жизнь учила, брать то, что дают. Но после стольких лет неправильной испорченной пищи его организм просто не мог должным образом переваривать сложные блюда, обилие специй и сахара. Любовь к алкоголю сыграла в здоровье парня решающую роль. Проблемы с пищеварением и кишечного тракта не заставляли долго ждать, а жажда манящей горючей жидкости никак не проходила. Спустя некоторое время Чонгук расправился с поданным завтраком, после чего он вернулся в свою комнату. Сегодня у него был плановый осмотр у врача, который наблюдал за его состоянием на протяжении всего этого времени. Чон надел купленную Чимином одежду. Парень не любил обилие красок в одежде, поэтому выбрал белую бесформенную футболку с какой-то серой надписью, широкие черные спортивные штаны и темно-синие кроссовки. Юноша накинул теплую черную куртку с красными вставками, взял с собой телефон и направился к выходу. В это время его уже ожидала машина с водителем, которого приставил к Чону Чимин. Парень быстро преодолел расстояние между входной дверью и черной иномаркой, поэтому уже через пару минут сидел в салоне автомобиля. После очередного визита к проктологу осмотр и анализы указывали на выздоровление, поэтому Чон решил сразу же сообщить об этом Чимину. Он набрал ему короткое сообщение, после чего не дожидаясь ответа, сунул телефон обратно в карман. По приезду домой Чонгук решил подготовиться к вечеру, ведь сегодня будет его первый полноценный раз с Чимином. Чон уж точно не собирался просто так отсиживаться, поэтому решил, что должен отработать по полной. Парню нужно было успеть до возвращения Пака, поэтому он незамедлительно принялся разрабатывать и чистить анус. Время пролетело незаметно, но юноша все-таки закончил, ожидая Чимина в гостиной. Чонгук накинул на себя длинную голубую футболку, которая скрывала его бедра, на которых ничего не было надето. Пак вернулся в тот же время, как и обычно. Парень проследовал в дом, натыкаясь на Чона, который сразу же подошел к нему, когда тот вошел в комнату. От юноши приятно пахло одеколоном и гелем для душа, поэтому Чимин охотно приблизился к младшему. — С возвращением, — Проговорил Чонгук, попутно кланяясь вошедшему. — Я получил твою смс-ку, — Ухмыльнувшись, Чимин провел тыльной стороной ладони по шелковистым каштановым волосам. — Неужели ты готовился к моему приходу? — Конечно, я готов к выполнению своей работы. — Робко ответил Чон, опуская глаза вниз. Пак подошел к парню вплотную и вдохнул приятный аромат. Одной рукой он притянул младшего к себе за талию, а второй накрыл ягодицы, сжимая их ладонью. -Не будь таким официальным, расслабься. — С хрипотцой в голосе проговорил Чимин в ухо парню, после чего тот вздрогнул, немного смущаясь. Чонгук выдохнул и мысленно досчитал до десяти, постепенно расслабляя тело. Пак сразу же почувствовал спавшее с младшего напряжение, после чего вовлек парня в мокрый поцелуй. Чимин сминал губы Чона, оттягивая нижнюю и покусывая ее. Он смело проникал в чужой рот, запуская одну руку в мягкие волосы. Чонгук поддавался и не пытался разорвать поцелуй, хоть новые ощущения создавали тяжесть внизу живота. За всю свою жизнь парень целовался всего пару раз, клиенты обычно желали использовать рот юноши для других целей, поэтому очень редко с ним были так нежны. У Чона был большой опыт, но в него не входили ласка, объятия и поцелуи. Но такое однозначно нравилось парню намного больше, чем групповой секс или минет какому-нибудь старику. От каждого прикосновения Чимина Чон таял и пытался как можно ближе прижаться к своему клиенту. Старший продолжал сминать бедра, проникая рукой под футболку, трогая бархатную кожу. Наигравшись с языком младшего, Пак разорвал поцелуй, жадно глотая воздух. Чонгук немного отстранился, опускаясь на колени. Парень быстро справился с пряжкой ремня и молнией классических брюк. Он спустил их вниз вместе с боксерами, высвобождая разгоряченную плоть. Чимин рвано выдохнул, наблюдая за действиями юноши, который умело касался тонкими пальцами члена, размазывая вязкую смазку по всей длине. Чон посмотрел вверх, получив одобрительный кивок, начал вылизывать головку, смачивая собственной слюной. Чонгук уже ни раз делал минет своему клиенту, но каждый раз Чимин испытывает новые ощущения от рта младшего. Пак пытается не думать о том, сколько членов побывало в юноше, поэтому расслабляется, получая удовольствие. Чон в это время берет по основание, носом упираясь в лобок партнера. Парень ослабляет глотку, чтобы было удобнее брать глубже, поэтому член свободно входит, не доставляя ему дискомфорта. За столько лет подобной работы Чонгук уже привык к горловому минету, его больше не мучает тошнота и боль в горле, что существенно облегчает задачу. Парень всегда старался сделать все быстро, чтобы скорее отделаться от очередного клиента и получить свои деньги. В этот же раз юноша пытается все делать размеренно, получая от своих действий наслаждение. Чимин очень привлекательный парень, и Чону в радость обслуживать именно его, поэтому не упускает возможность отблагодарить своего заказчика. Парень продолжает глубоко заглатывать, пошло причмокивая и сглатывая собственные слюни, перемешанные со смазкой. Чонгук поднимает глаза, чтобы удостовериться в том, что Чимину нравятся его действия. Старший глубоко дышит и старается подавить глухие стоны, когда Чон шершавым языком касается уздечки, посасывая и оттягивая ее губами. Пак чувствует, как член наливается кровью и часто пульсирует. Он чувствует скорую разрядку, но сегодня парень не собирается кончать лишь от рта Чонгука, поэтому он отстраняет юношу от набухшего члена, из-за чего тот недовольно вздыхает. Не успевает Чон встать, как Чимин снимает с него футболку, откидывая ее на пол. Парень все же поднимается с колен и дает старшему рассмотреть свое тело. Пак жадно облизывает губы, обводя рельефное тело глазами, после чего хватает младшего за талию и сильно сжимает бока и поясницу, оставляя на белоснежной коже красноватые отметины от собственных ладоней. Чонгук поддается ласкам и глухо стонет, откидывая голову назад. В мгновение Чимин перемещает Чона на белоснежный кожаный диван, ставя его в колено-локтевую. Младший расставляет ноги шире и раздвигает ягодицы, чтобы Паку было удобнее входить. От такой податливости Чимину становится приятнее, он пристраивается сзади и начинает пальцами раздвигать уже разработанный анус парня, от чего лишь улыбается. Чонгук кивком головы указывает на журнальный столик, на котором лежали презервативы и смазка. Старший берет одну упаковку и одним движением разрывает ее, натягивая плотную резинку себе на член. Парень открывает баночку с лубрикантом и обмакивает в нем пальцы, размазывая смазку по своему органу и загоняя ее в растянутый анал младшего. Через пару секунд Чимин медленно начинает вводить член внутрь парня, срывая первые тихие стоны. Погрузившись полностью, он остановился, наслаждаясь теплыми стенками, сжимающими его плоть. Ему невероятно приятно, что даже после других мужчин внутри юноши достаточно узко. Чонгук же пытается как можно сильнее сжать член упругими мышцами. Пак в это время начинает легонько толкаться, вгоняя член по основание, от чего Чон выгибается, прикрывая глаза. Чимин продолжает поступательные движения, постепенно набирая темп и наблюдая за реакцией чужого тела на собственные действия. Чонгук невероятно чувствителен, поэтому весь изгибается и громко стонет, сжимая руками мягкий диван. После каждого толчка Чон издает пошлые звуки, наполняя ими всю гостиную. Чимин же оглаживает поясницу, спускаясь к бедрам, звонко шлепая по ним. Он периодически меняет угол, после чего получает новую волну стонов, найдя нужный комочек нервов, попадает точно прямо по ним, после чего ощущает, как тело младшего начинает дрожать и покрываться мурашками. После пары таких попаданий Чон слишком сильно зажимает Чимина внутри себя, от чего тот моментально изливается, наполняя надетый контрацептив. Парень не спешит отстраняться, поэтому делает еще пару вялых движений бедрами, переключаясь на член партнера. Пак оглаживает ствол младшего, от чего тот сразу же краснеет и пытается спрятать свое смущение, уткнувшись лицом в диван. Чимин продолжает массировать член юноши. Чон закусывает губу и жмурит глаза, после чего пачкает белоснежный диван, немного попадая себе на живот, вязкой жидкостью. В это время Чимин отстраняется, выбрасывая использованный презерватив и натягивая на себя брюки. Чонгук виновато смотрит на Пака, пытаясь вытереть собственное семя с мягкой поверхности, на что парень лишь улыбается и легонько хлопает тому несколько раз по розоватой щеке. — Оставь, за нами уберут. — Чимин потрепал Чонгука за волосы и направился к лестнице, оставляя младшего наедине с собой. Чон подождал, пока старший поднимется наверх, после чего поднял футболку с пола и надел ее. Парень лениво потянулся и размял конечности, шагая в свою комнату. Чонгук довольно улыбнулся в пустоту, мысленно хваля себя за проделанную работу. Спустя пару минут он уже дошел до своей спальни и сразу же упал на кровать. После приятной разрядки делать больше ничего не хотелось, да и особо нечего, поэтому он решил на этой ноте завершить сегодняшний день.

***