Крупная погоня 4: Стороны баррикады

– Я не понимаю, что я здесь делаю. Сасори опёрся щекой на кулак и посмотрел на хихикающую Конан, и недовольного Яхико. Вот не думал Акасуна, что когда нибудь он будет сидеть в их компании, тем более в таком месте. Место сие всем известно как гей-клуб. Что эта до одури любящая друг друга парочка делала здесь, он искренне не представлял. Но когда они узнали, куда он собирается идти, то тут же последовали за ним. И вот сейчас от красноволосого бегали, как от атомной бомбы. А ведь Сасори хотел расслабиться, может, даже провести горячую ночку перед институтом. Но нет, ему всё обломали. – Да ладно, мы просто хотели удостовериться, что ты не натворишь глупостей, - Хаюми широко улыбнулась, уставившись на парня сощуренными глазами. - Тем более, у всех любовь, надо же и тебе личную жизнь налаживать. – Мне это сейчас не нужно, - кареглазый откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. - Я просто хотел расслабиться. – Ну-ну, расслабляйся, - внезапно вмешался Яхико, обнимая за плечи свою будущую жену и коварно ухмыляясь, смотря за спину Акасуны. Парень обернулся и увидел то, чего бы очень не хотел. За его спиной стоял блондин, волосы которого были заплетены в высокий хвост, чёлка спадала на левый голубой глаз, а другой такой же был направлен прямо на красноволосого. Его зрачки были до безумия расширены, зрачок почти сожрал радужку, губы сложились в понимающую саркстическую улыбку. – Дейдара? - кареглазый полностью обернулся, нахмурившись. – Мастер Сасори, так ты из той же команды, хм, - Тсукури сложил руки на груди, а потом сел на диван точно рядом с Акасуна. Парень поёжился, но глаз с блондинистой макушки не сводил. - Потанцевать не хотите? – Не танцую, - дипломат откинулся и раздражённо закрыл глаза. Дейдара учился на первом курсе актёрского факультета и вместе с ним ходил на собрания педагогического отряда. Там, собственно, и пересеклись. И этот актёришка безумно раздражал кареглазого, и он не понимал чем. Может своим поведением, может своей странной и безумной сексуальностью. Но раздражал. – Так давай начинать, - Тсукури взял красноволосого за руку и вытащил на танцпол. Все вокруг двигались хаотично, пахло алкоголем, потом и травой. Сасори скривился. Блондин двигался элегантно и со знанием дела. Когда он в один момент задрал футболку, обнажая пресс, Акасуна сглотнул и попытался отвести взгляд. Но голубоглазый успел это заметить и, ухмыльнувшись, взял его ладонь в свою и положил прямо на рельефные мышцы живота, смотря прямо ему в глаза. Красноволосый судорожно вздохнул. Как же давно у него не было секса. Тсукури как будто видел это, а поэтому стал двигаться ещё элегантнее, ещё развратнее. Акасуна не выдержал и, подойдя вплотную и подняв слегка голову (этот гадёныш оказался выше него), поцеловал его. Пошло, грязно. Проник в рот языком, проводя по ровному ряду зубов. Блондин победно хмыкнул и, разорвав поцелуй, направился вместе с кареглазым в небольшую подсобку. После того как закрылась дверь, Сасори будто с ума сошёл. Он прижал Тсукури к стене и продолжил его целовать, кусая губы. Но тут случилось что-то странное. Когда же Акасуна смог нормально соображать, его прижали к стене так, что из лёгких вышел весь воздух, а в глазах потемнело. – Дейдара, что за чёрт? - красноволосый пытался вырваться, но его тут же ощутимо укусили в шею, оставив засос. – Знаю, детка, что ты привык быть сверху, по тебе видно, - горячий язык провёл дорожку до самой скулы, которую Тсукури легонько укусил. - Но в нашей паре сверху буду я. Так что, подчиняйся и получай удовольствие. Кареглазый потерял связь с реальностью и пытался понять, что происходит.

-*-

– Темари, ты единственная, с кем я могу поговорить. Девушка вопросительно выгнула бровь, но послушно направилась за красноволосым парнем, не понимая, что вообще могло произойти. Акасуна остановился у подсобки и, оглядевшись, впихнул сначала блондинку, а потом зашёл и сам, закрывая дверь на щеколду. Он тяжело выдохнул и посмотрел на подругу. – Вчера я переспал с парнем из нашего института, - выражение лица Но Собаку как бы говорило: "И что? Не с девушкой же". - С Дейдарой, если быть точнее. – Дейдарой?! - после её громкого крика кареглазый шикнул на зеленоглазую, оглядевшись. Та заговорила уже тише. - Сасори, совсем ополоумел? Он же теперь шантажировать тебя начнёт. – Это не самое плохое, - Акасуна виновато опустил голову, рассматривая мыски своих кроссовок. – А что? Вы, кончая, спермой сбили астероид радиусом километров эдак сто с орбиты, и теперь он летит на Землю? - девушка ехидничала только тогда, когда была до безумия раздражена, и парень это прекрасно знал. – К сожалению нет, - он глубоко вдохнул и посмотрел прямо в глаза своей подруге. - Я был снизу. Блондинка присвистнула, смотря на друга удивлённо расширенными глазами. Акасуна не находил себе места. Хотелось как в детстве закрыть лицо руками, сказать: "Я в домике" и надеяться, что никто не найдёт. Но теперь уж ему не скрыться, по крайней мере, от этой зеленоглазой личности. – И как тебя на это уломали? - Но Собаку потёрла указательным пальцем переносицу (эту странную привычку она заработала от Шикамару) и задумчиво прикусила губу. – Я сам не понял. Просто в какой-то момент я оказался под ним, а мне это ещё и понравилось! - парень закрыл лицо руками, судорожно дыша. – Мда, вот это ты попал... И Сасори был с этим абсолютно согласен.

-*-

– Мастер Сасори! Акасуна с небывалой точностью поменял направление своего движения ровно на сто восемьдесят градусов и практически побежал в сторону ближайшей открытой аудитории. Блондин не останавливался. Он прорывался через толпу как танк: быстро, точно, напролом. Красноволосому хотелось панически завизжать и научиться ходить по стенам и по потолку, но что-то ему подсказывало, что и там его достанут. Со скоростью раненого в жопу Пегаса он влетел в подсобку и панически стал закрывать щеколду. Трюк не сработал. Кажется, это единственная кладовая, где была сломана щеколда. Тогда он просто подпёр дверь каким-то столом, стоявшим тут. Сердце билось с бешеной скоростью. За дверью послышались шаги, а затем кто-то постучал. – Мастер Сасори, я по поводу собрания, хм, - голос Тсукури звучали до жути ехидно. – Говори так! - Акасуна отошёл подальше, боясь, что сейчас голубоглазый пройдёт сквозь стену. – Ты меня боишься, хм? - парень за дверью иронично рассмеялся, на что дипломат только скривился. – Я боюсь только тех инопланетян, которые гонятся за мной! - пусть лучше думает, что он сумасшедший, чем то, что Сасори по какой-то неведомой причине понравилось быть снизу. Но, опять-таки, по той же самой необъяснимой причине, снизу быть именно под Дейдарой. Необъяснимо, но факт. – Попытка прикинуться шизиком провалена, хм, - Тсукури замолчал на долю секунды, а затем уже более серьёзно добавил. - Открой дверь. И Акасуна, повинуясь какому-то неведомому порыву, всё же отодвинул стол и открыл дверь. Блондин ехидно ухмылялся и смотрел в упор. – Ну что, а теперь поговорим о собрании? - он вошёл внутрь и встал непозволительно близко. Стоит ли говорить, что о собрании думать не хотелось?

-*-

– Когда там уже программа колонизации Марса вступит в силу? Я хочу свалить. Темари странно рассмеялась, смотря на друга как на умалишённого. Красноволосый лежал на столе лбом вниз, пытаясь то ли отойти в мир иной, то ли медитировать. Девушка устало вздохнула и, положив парню руку на плечо, слегка того встряхнула. – Что-то произошло? - она обеспокоенно поджала губы и уставилась на друга. Сейчас они сидели у Акасуны дома, вдвоём, как в старые добрые. Оба брата девушки жили в родном доме, сама же она снимала квартиру. И красноволосому несказанно повезло, что сейчас Шикамару занимался с кем-то из одногруппников, поэтому кареглазый мог спокойно поговорить с Но Собаку о том, что тревожит. – Я влюбился в человека, который вступит в серьёзные отношения, только если Солнце с Землёй поменяются местами, - Акасуна тяжело выдохнул и схватился за волосы. - Поэтому Я и не хочу с ним общаться. Ему это не надо, мне страдать из-за всего этого дерьма тоже. – Мда, ну ты и придурок, - Темари покачала головой и приобняла друга, вкрадчиво улыбаясь. - Не попробуешь – не узнаешь, Сасори. Ты ведь не можешь знать, что у него в голове. Поговори с ним. Отношения – не то место, где нужно что-то скрывать и выстраивать по намёкам. Вам нужно поговорить. Акасуна поднялся со стола и обнял подругу в ответ, поджав губы. Он и сам понимал всё, что она сказала. – Ты права, как всегда. И он смелый, он решится!

-*-

– Я хочу кинуть камень в того, кто сказал, что я смелый. Красноволосый стоял и смотрел издалека на свою голубоглазую за(знобу)нозу и понимал, что все крупицы той уверенности, что была в нём ещё буквально вчера, рассыпались песком на ветру. Он уже был готов сбежать, если бы блондин не выцепил его в толпе взглядом и не направился аккурат к нему. Траектория была прямой, сбегать было некуда, поэтому кареглазый застыл на месте статуей и забыл, что хотел вообще сказать. Они были на вечеринке Шикамару и Темари, которую последняя устроила специально для того, чтобы красноволосый признался в своих чувствах (конечно, Нара об этом не знал, довольствуясь тем, что Но Собаку просто хотела повеселиться в компании друзей и знакомых), но Акасуна смело и чрезвычайно решительно потерял всякое желание говорить с Тсукури и просто нёсся по течению со скоростью света. – Мастер Сасори, и ты тут, хм? - блондин чуть ли не вжал парня в стену одним своим присутствием, и тот попытался сохранить своё обычное выражение лица: спокойное, чуть печальное. – Ну да, вечеринка моей лучшей подруги, как никак, - дипломат отпил немного виски из своего стакана, отводя взгляд в сторону, будто изучая толпу, а на самом деле читая молитву об упокоении своей души. – Ты хочешь мне что-то сказать, - и это был не вопрос. Красноволосого потащили за руку в одну из гостевых комнат, где никого не было, а музыка почти приглушалась. Только Акасуна хотел раскрыть рот и начать все отрицать, его тут же перебили. – Я не слепой и не идиот, Сасори. Говори, хм. – Я влюбился в тебя. Повисло гробовой молчание. Блондин, прижимавший до этого дипломата к стене, застыл, неверяще смотря в карие глаза. Внезапно, откуда ни возьмись, у красноволосого снова появилась смелость и решимость, поэтому он поднял взгляд на свою зазнобу, грозно нахмурившись. – И ты последний человек на Земле, который примет мои чувства, - Акасуна постарался оттолкнуть от себя парня, но тот поставил руки по обе стороны от его шеи, почти наваливаясь своим телом, - Да я одиннадцать тысяч йен* готов поставить на то, что тебе хочется всего лишь ещё пару раз со мной перепихнуться, а потом найти кого-то посимпатичнее и сговорчивее! Того, кому не будет странно, неловко и стыдно быть снизу! Того, кому не надо будет шептать всякие успокаивающие глупости на ухо, чтобы тот расслабился! В конце концов, того, кто не будет влюблён в тебя и будет спокойно относиться к тому, что ты уйдёшь. А я не смогу. Так что, съеби в туман, пока не поздно, и пока я ещё могу смириться. Сначала послышался тихий смешок, а потом громкий смех, от которого у блондина слёзы на глазах навернулись. Акасуна хотел уже ударить чёртова актёра, потому что он злился, он тут серьёзные вещи говорил, а этот придурковатый ржёт, как ненормальный. – Чтобы ты знал, я не имею привычки ходить в клубы вообще, не то что по будням, хм, - голубоглазый склонился к шее и поцеловал её, отчего красноволосый вздрогнул. - Я узнал от Конан, что ты будешь там и пришёл. Я на тебя внимание с самого первого дня обратил, только не решался, пока не узнал, что мы по одну сторону баррикады, хм. Я тоже в тебя влюблён. Акасуна застыл на месте, чувствуя мужские губы у себя на ключицах, ощущая, как с него стягивают рубашку. На душе было легко. Поэтому он за высокий хвост поднял голову парня так, чтобы смотреть в голубые глаза и улыбнулся. – Правда, Дейдара? - Тсукури легко поцеловал Акасуну, сощурившись. – Правда, Сасори, - и уже было вернулся на завоёванную территорию, но замер, заглядывая в удивлённые карие глаза. - Но сверху я тебе быть не дам, хм. – Чёрт. А Темари, подслушавшая весь их диалог, только улыбнулась и направилась к Шикамару, радуясь, что её друг наконец-то тоже нашёл себе вторую половинку.