Играй громче, дэчита

      Чимин даже забыл своё изобретение на берегу. Жизнь была важнее этих ненужных безделушек. Джин заметил, что человек, которому уже вяжут руки, показывал а сторону Чимина. А Чимин этого даже не видит, он где-то в своём мире, прощается с этим куском дерева. Ким тут же потянул его на себя, от чего те упали на землю. Чимин не смог ничего даже понять. Сокджин уже убежал под горку, чуть ли не роняя все свои удочки. Чим перевёл взгляд на кусты, а их уже раздвинула охрана и взяла Чима под руки. Брюнет уже начал кричать, что он играет песни при дворце, что его нельзя казнить никаким образом. Военные не верили ни единому слову парня. У Чима в руках не было флейты, только сачок с удочками. От сильных рывков охраны, Пак и вовсе всё растерял. Ему связали руки, и они вдвоём, с тем парнем, пошли в храм императора.       Находился храм императора Юнги очень высоко в горах, где даже по утрам ходил туман. Юнги уже получил информацию, что к нему идут двое. Понятно дело, он привёл свои длинные волосы в порядок и уселся на трон в главной комнате.       Через 1600 ступеней, через которые прошёл Чимин, у него уже затекли руки и ноги. Он ели ногами перебирал. Верёвки натёрли кровавые мозоли и сквозь них капала густая, красная кровь. Их привели к главному входу в храм. Ничего обычного для Чима не было. Пустая площадь, разделенная на визуальные квадраты, стоят ещё не зажжённые факела. Находились они высоко, деревню можно было видеть, как на ладони. Только они подошли к Соккураму*, перед ними расстелили какую-то тряпку, и они упали на колени на эту самую ткань. Чимину и тому парню завязали глаза, это уже значило что-то плохое. Паку натянули волосы назад, чтоб он смотрел вверх, а того парня за повязку на глаза. - Встречайте, император Юнги! – сказал правая рука императора. Это было довольно громко. Мин это отчётливо услышал и поднялся с трона. Эхом раздавались тяжёлые шаги императора, что Чимин чувствовал каждый шаг, будто на себе.       Император Мин был одет в чёрный ханбок и с вышитым из золотистого коралла бисером – феникс в своеобразном кругу. На его голове были красивые, длинные, белые волосы. Часть с затылка и висков всегда уходила вперёд, на плечи, а затылочная часть всегда заплеталась в пучок, а в этот пучок вставляли 2 пинё*. На концах которых был дракон, а в пасти нефритовый шарик золотого цвета. И как завершение причёски, её закрепляли чёрным, шёлковым платком, свёрнутым в прямоугольник.       Юнги вышел к виновным и сложил руки за спиной. Он долго всматривался в их лица. На всей площади повисла гробовая тишина. Был слышен только гул ветра и как золотые серьги императора развевались на ветру и бились, создавая звенящий звук. Юн показал на Чимина, без слов приказал поднять его и снять повязку. Только украшения императора звенели на его праведной руке. Вмиг военные подняли беднягу и развязали глаза. Чимин тут же встретился взглядом с Юнги. Эти глаза полные ненависти и жажды крови, заставили Чима содрогнуться. Да и этот шрам на правом глазу так и не давал покоя. - Ты же играешь на флейте? Я много раз тебя видел… Не помню точно – монотонно спросил император, смотря в глаза Паку Он щёлкнул пальцами, намекая, что Чимину нужен инструмент. После облокотился о перила храма, наблюдая как его подопечные несутся с инструментом в руках. Паку развязали руки и тот с боязнью взял флейту. Был огромный страх, это не тот инструмент, на котором он привык играть. Дрожь в руках младшего позабавила императора и тот усмехнулся - Сыграй, что ты знаешь лучше всего. Если ты именно тот, о ком я думаю, то мы отправим тебя домой. – холодно сказал Юнги. Смотрел и словно сверля его взглядом. Он прокрутил головой, разминая шею и украшения вновь зазвенели.       Чимин ели собрал воздух в лёгких. Он поднёс флейту ко рту, поставил нужный аккорд на отверстиях и громко заиграл свою часть дэчита. Как и любил император, громко и чётко. Мин улыбнулся и начал постукивать ногой, попадая в темп песни. Он надменно улыбнулся, и посмотрел на всех. После не большого выступления, Юнги похлопал и Чим остановился - Прекрасно… Отпустить его. Другого в темницу, завтра посмотрим, что с ним делать! Чимин улыбнулся и поклонился императору. Но тот уже развернулся, звеня украшениями и ушёл в храм. У Пака забрали инструмент и начали уводить с площади. Тот, кого уводили, начал кричать, что он тоже умеет играть, но Юнги то точно помнит, кто у него играет.       У парня до сих пор был не большой шок, что сопровождался мурашками. Пака по короткой дороге вывели обратно в деревню. Он встретил там Джина, и тот тут же подбежал к нему. У него были большие глаза, было страшно за соседа по бизнесу. У него из рюкзака торчали удочки и сачок Чима, он всё-таки забрал их, чтобы вернуть. - Чего ты так на меня смотришь? – с улыбкой говорит Чима и забирает то, что его из рюкзака Кима - Я в шоке… Как тебя отпустили?! Что ты такое нереальное сделал? – с тем же потрясением сказал Ким. Сокджин даже не был против, что у него забирают удочки, не его же - Будда помог… Пошли, я знаю такую речку. Просто с сачком стоишь, а рыба сама туда лезет. За секунду рыб 5 поймаем Ударил Джина в плечо и Ким тут же зажегся, тем, что только что услышал. Парни туда направились, да, далеко нужно идти, только Чимин знал, как через все эти огромные заросли можно пробраться с лёгкостью. Парни как-то сильно заговорились и даже не заметили, как были там.