Mince pie

      Обычная, статичная игра шла как по маслу хотя бы потому, что напротив отыгравшей свой сезон Шираторидзавы стояла не самодовольная Карасуно, а всего лишь баскетбольные неумехи из Тоо, прекрасно знающие своё дело, но не волейбол. Капитан первых с невозмутимым лицом провёл по тёмно-оливковым волосам, ровным взглядом оценивая обстановку. Он неторопливо сглотнул, устремляя ленивый взор на команду соперников, бесстрастно ожидающих коронного удара. Наконец виртуоз едва слышный выдох. Плавный перекат мышц, и высока фигура воздаётся вверх, с животной грацией отправляя послушный в руках истинного мастера мяч на поле баскетболистов. И как всегда с блестящим звонким шлепком тот отскакивает от пола в идеальных сантиметрах от границы аута. Лицо победителя всё также однообразно, и лишь уголки губ осторожно дрогнули вверх.       — Как всегда превосходный удар, Ушивака, — Сатори обреченно развёл руками, после запуская пальцы в непослушные ярко-красные волосы. Он дружески ударил по плечу своего капитана, прикусывая губу. Конечно он знал, что Вакатоши терпеть не может подобные прикосновения, почему и сумасшедше захохотал, услышав со стороны аса недовольное прочищение горла. — И снова твоя однообразная морда! Так тебя и за терпилу принять можно.        — Рискни, Тендо, — спокойно ответил Вакатоши, неторопливо двигаясь в сторону раздевалки с проигравшими парнями. — И следующее очко я принесу твоей башкой.       Нагнувшись и одновременно подняв волейбольную сетку, чтобы всем своим ростом пройти на другую половину спортивного зала, капитан Шираторидзавы в обыденном темпе настиг соперников, разодетых в фирменную форму местной школьной команды по баскетболу.       Сегодня среда, а значит единственный спортивный зал принимает еженедельный бой между снопами из Тоо и их волейбольными противниками, решая честным матчем, кто будет делить поле в этот день. Соревнуясь поочерёдно каждую середину недели то с оранжевым мячиком, то с белым, самые сильные команды в своей специальности молча определяли кто будет тренироваться сейчас. В принципе и так понятно, что в день кольца победителями становились Тоо, а в моменты сетки — шираторидзавцы, но их упёртые и хладнокровные капитаны никак не хотели просто так уступать друг дружке зал, сражаясь в юношеском максимализме.       Пройдя в общую раздевалку, чтобы сменить стандартную физкультурную одежду на форму своей команды, Ушивака хозяйской походкой направился в самый дальний угол, к своему шкафчику. Оценивающее напряжение ребят в чёрных майках нисколько не смущало. Он привык быть лидером. Привык смотреть на всё и на всех с одинаковым равнодушием проницательными, умными глазами оливкового цвета, что в такт блестели однотонным волосам, когда его голова поворачивалась в радиус освещения ламп спортзала. Под сомнительные взгляды сегодняшних соперников Вакатоши устало присел на скамью, неторопливо доставая бутылочку с водой. Открыв её, он сделал жадный глоток, не успевая ловить скорую струю освежающей жидкости. Редкие капли посмели соскользнуть со строгих губ, скатываясь по шее, а после попадая под ткань футболки. Облизавшись, капитан поднял край облитой одежды, утираясь ещё раз. Кубики напряжённого пресса влажно блеснули в полутёмной окраине раздевалки.       Баскетболисты неуютно собирались, ощущая тесноту своих соперников, которые не пропустили случая поиздеваться как и всегда над удалявшимся потоком парней в чёрных костюмах, свойственных их отряду. Вакатоши даже не заметил, как шепотки товарищей сопернической команды градиентно утихали. Вскоре он остался один, также неторопливо наклоняясь и завязывая шнурки. Всё равно матч остался за ними, а без него команда не посмеет начать основную тренировку. Ну, во-первых, Сатори будет всяко интереснее «придушить» своим языком какого-нибудь случайного слушателя, чем молча долбить подачи в стену, а, во-вторых, в таких делах, как подготовка, торопливость и суета навряд ли сделают хорошую погоду. Будучи внутри себя верным и расчётливым стратегом, Ушивака никогда не спешил, позволяя возможному случаю произойти. Уже после он трезво оценивал удачу или провал ситуации. Возможно, именно за это парень и являлся капитаном самой сильной сборной по волейболу свей школы.       Стянув через голову мокрую футболку, он оголился по пояс, случайно бросая взгляд на зеркало. Вопреки высокому росту и мускулистости, телосложение Ушиджимы оставалось по истине живописным: узкая атлетическая талия, ровные кубики, теперь чуть влажные от неосторожного насыщения, ярко выраженные ключицы и длинные ровные ноги с упругими бёдрами и ягодицами. Шираторидзавец с лёгкой ухмылкой провёл пальцами крупной ладони по своей груди, наконец, отворачиваясь обратно к шкафчику и вынимая оттуда чистую футболку с непревзойдённым номером один.       — Так это ты тот самый сладкий пирожочек, который известен своими манёврами на волейбольном фронте? — неожиданно раздалось сзади, что заставило парня обернуться, так и не надев форму.       Синеволосый спортсмен с ехидной ухмылкой прошёл со стороны душевых, лениво вытирая непослушные локоны. Полотенце, обёрнутое вокруг острых бёдер, что сравнились бы разве что с останцами, начинало сползать, оголяя стальные мышцы низа живота. По напряжённому прессу игрока команды Тоо ласково стекали капельки тёплой воды, теряясь под махровым прикрытием, какое уже становилось тяжелее от впитывания влаги. Вошедший лукаво улыбнулся, проводя языком по ровным зубам от клыка до клыка, а после и вовсе прикусывая нижнюю губу.       — Вакатоши, если быть точнее, — невозмутимо ответил капитан, смотря в чистые голубые глаза, переливающиеся к радужке оттенком бури. Два ярких огонька постепенно приобретали какой-то сумеречно синий пигмент, прожилками наполняющий всё обратно до зрачка. Ушивака не смог понять, что столь пристально заставило всмотреться в зеркало души неотёсанного баскетболиста, явно не знающего никакой техники, а просто грубо пихающего всё и вся на своём пути. Усмехнувшись, Вакатоши продолжил. — Про тебя я, кажется, тоже что-то слышал. Вроде бы, тот самый номер пять, что безжалостно ломает корзины каждую тренировку.       — Браво! — смеясь, воскликнул синеволосый, обыденно срывая с себя полотенце, чем заставил шираторидзавца поспешно отвернуться в прохладу шкафчика. От взгляда Ушиджимы даже в таком мимолётном моменте не ускользнул быстрый образ стройного греческого тела. Он готов был скрутить себе разум, лишь бы выкинуть навязчивые переливы смуглой матовой кожи, местами блестящей от капель воды. Постаравшись натянуть на лицо привычную маску безразличия, капитан осторожно сглотнул, боясь сделать это слишком шумно. Даже перед важной игрой широкие ладоши парня так не потели, как при этой совершенно дерзкой и непристойной выходке. — Аомине, пирожочек. Моё имя Аомине Дайки.       Аомине медленно нагнулся к своей сумке вытягивая свежие белоснежные боксеры. Встав спиной к недавнему сопернику, он лениво начал одеваться. Эта неспешность позволила навязчивым демонам Ушиваки выиграть. Капитан осторожно посмотрел через плечо на впадины копчика и ягодиц вульгарного знакомца, едва сглатывая пересохшим горлом больные слюни. От вида перекатов мышц на грациозной кошачьей спине Дайки снова участилось дыхание, а пульс, казалось, и вовсе планировал совершить полёт вокруг Земли. Ушиджима терял свою крепость на глазах, не понимая, что с ним происходит.       — Очень нравится? — буднично спросил синеволосый баскетболист, плавно разворачиваясь лицом к асу. Ушивака промолчал, снова утыкаясь в шкаф. — Я имею в виду твой спорт, — в своих словах хищник не скрыл очередной острой улыбки. — Нужно быть настоящим фанатиком, чтобы добиться таких побед, неправда ли?       — Пожалуй, — сухо ответил Вакатоши, бегая проволочным взглядом по вещам, бесстрастно лежащим на полках. — Ты тоже не плох.

«Даже очень, — не добавил он».

      — Льстишь мне, пирожок, — лукаво прошептал Аомине, подходя в один боксерах к замеревшему капитану Ширторидзавы. Парень нагло облокотился боком на соседний шкаф, дотошно ища стыдливого взгляда соперника. Загадочно хмыкнув, Дайки запустил руку в свои волосы, чтобы сделать из копны непослушных синих локонов что-то нормальное. — Знаешь, а ты ведь полный неумеха в баскетболе. Помнишь, на прошлой неделе тебе кто-то чуть глаз локтем не выбил?        — Ну и сукин сын же ты, — нахмурившись выдохнул ас, слегка поворачивая голову в сторону нахального синеволосого парня. — Тебе на сетке тоже пару раз зад надрали, насколько я помню.       Дайки бархатно рассмеялся, облизывая губы. Он плавно приспустил единственный предмет своей одежды, продолжая веселиться. Брызнувшись сладким дезодорантом, что стоял в полуметре возле зеркала для общего пользования, игрок Тоо подошёл к Вакатоши ещё ближе, заходя за грань его привычных дозволений.       — Что правда, то правда, пирожок, — выдохнул Аомине, тяжёлым взглядом рассматривая бесстрастное лицо соперника. — Но я думаю, на свете существует дело, где и ты, и я были бы одинаково хороши. Как полагаешь?       Вместо ответа шираторидзавец грубо схватил его за синие волосы, оттягивая голову назад и впиваясь в дерзкие губы поцелуем-укусом. Ушивака оттянул нижнюю, чуть отрывая частички шершавой текстуры, а после нежно скользя по маленьким ранкам языком. От боли и наслаждения его партнёр рвано выдохнул, с шипением отрывая кровную хватку. Взяв Вакатоши за руки, Дайки поднял их вверх, со звонким бахом колена прямо под самый пах капитана впечатывая того в металлический шкафчик. От неприятного удара волейболист выгнулся в спине, но тут же был возвращён с ещё более грубым порывом назад.       Аомине поднял своё колено выше, чувствуя, как напряжение противника стало каменным. Удовлетворённо улыбнувшись, он снова скользнул своим языком от клыка до клыка, продолжая удерживать капитана за худые запястья. Рассмеявшись с возбуждённой хрипотцой, игрок Тоо медленно и почти невесомо коснулся острых ключиц партнёра, проводя по вспотевшему телу ласковой пятернёй. Дойдя до напряжённых сосков, Дайки наклонился, играюче обводя их острым кончиком языка. Крепость невозмутимости Ушиваки летела в Тартары прямо на глазах, отчего полустон нетерпения машинально сорвался с его приоткрытых губ. Этот голубоглазый чёрт точно сведёт с ума, если он уже этого не сделал.       Поиграв со вторым ореолом, Аомине облизнул подушечку большого пальца, проводя им скользкую дорожку от диафрагмы к линии шорт. Запустив пальцы под мягкую резинку, он чуть-чуть провёл дальше, останавливаясь на самом интересном. Получив в ответ изнывающий выдох удовольствия и досады от того, что хватка так и не произошла, форвард Тоо довольно оскалился, прикусывая кожу на чуть влажной нежной шее. Жилка артерии в молениях забилась под зубами соблазнителя, пока он неторопливо посасывал плоть, желая оставить яркий, болезненный засос. Шаловливый язык Дайки с примесью хриплого, возбуждённого дыхания, точно у него у самого начиналась лихорадка, скользнул вниз по шее, снова встречаясь с ключицами. Передав запястья своей жертвы из одной руки в другу, парень жадно провёл ладошкой по телу приобнимая за талию Ушиваку. Оставив насыщнный багровый след чуть выше яремной вырезки, Аомине терпко схватил партнёра за пах, получая рык неожиданного наслаждения. Вакатоши приподнялся на носочках, сталкиваясь бёдрами с синеволосым демоном. Их твёрдости встретились, напрягаясь просто до болезненного спазма неудовлетворённости. Не выдержав больше, форвард Тоо встал на колени, отпуская резким движением уставшие руки вниз. Ушиджима осторожно потёр затёкшие запястья, еле моргая. Воздух, казалось, содержал в себе раскалённые искры кострища, настолько становилось трудно дышать.       Проглотив слюну, шираторидзавец гортанно выдохнул, опираясь вспотевшими ладошами о скользкий металлический шкфчик, когда так же непредвиденно оказался полностью нагим. Аомине быстро сорвал по поджарым бёдрам шорты вместе с боксерами, отмечая пятно влажности на тканевом гульфике. Улыбнувшись снизу вверх хищной миной, Дайки прищёлкнул языком возле самой головки, ласково дуя. Капитан волейболистов нетерпеливо запустил длинные пальцы в волосы преклонённого красавца, нервно теребя локоны. Баскетболист улыбнулся ещё шире, почти невесомо проводя самым остриём язычка по пунцовому окончанию, с мычанием играя с мутными капельками семя своей жертвы.       — Да ты и вправду сладенький, — промурлыкал наглец, вставая с колен и попутно проделывая дорожку «кусачьих» поцелуев по напряжённому телу Ушиваки. — Мой нетерпеливый пирожок.       Рассмеявшись соблазнительно мягким раскатом бархата от мученического выражения на лице Ушиджимы, Аомине снова облизнулся. Он видел в этих удивительных глазах оливкового цвета всю томную глубину желания, приносящую синеволосому единоличнику нескончаемое польщение. Сильный, стабильный и невозмутимый ас покорно коленопореклонился перед дерзким мучителем, целуя лобковую твёрдость мышц, что стала доступна после спущения боксеров. Стянув ненужную вещь окончательно, Вакатоши собирался встать, но мягкий и одновременно настойчивый жест заставил его снова опуститься. Дайки чуть сжал парня за плечо, пальцами другой руки приподнимая молчаливое лицо за подбородок.       — Добавим немного влажности… — загадочно прошептал баскетболист. Аомине осторожно наклонился, оставляя на чуть приоткрытых губах капитана невесомый поцелуй, а после больно кусая за них. Утерев нарастающие капли крови с уст партнёра большим пальцем, форвард улыбнулся, пододвигая голову шираторидзавца ближе к себе. — Я боюсь лишить тебя удовольствия, пирожок.       Ушивака аккуратно взял в руку смуглый член, проводя по всей длине. Дайки сдавленно зашипел, запуская пятерню в оливковые пряди и убирая их с глаз своего капитана. Скользнув взглядом по тяжело дышащему баскетболисту, Ушиджима лизнул солёную головку любовника, настойчиво обводя сочащуюся борозду. Немного подув на эрогенную точку и получив в награду стон, ас чуть улыбнулся. Длинные пальцы ловко пальпировали возбуждённый орган, пока язык мучительно медленно обводил каждую пульсирующую венку. Форвард нервно теребил вспотевшими от вожделения подушечками оливковые локоны, еле сдерживая удушающий рык. Парень ещё немного подразнил Дайки, прикусывая нежную плоть, а после послушно взял твёрдость в рот, стараясь уместить всё полностью. Один сводил с ума, очень точно подбирая ключики к удовольствию другого. Аомине и сам не понял, как начал настойчиво наклонять голову волейболиста, углубляя всё больше и больше. Тугой узелок внизу живота начал болезненно тяжелеть, выводя синеволосого демона на отчаянное шипение. Пропустив воздух сквозь ряд хищных зубов, он понял, что близок к своему излитию. Резко вынув сочащийся член из тёплого рта партнёра, баскетболист быстро поднял Вакатоши на ноги, нагибая его вперёд, к холодной кафельной стене, чтобы ас смог найти опору ладошами впереди груди. Контраст температур и саднящая боль от грубых объятий с раздевалкой помогли Ушиваке издать теплющийся на дне его существа стон. Дайки вошёл резко и неожиданно, сжимая до покраснения выпирающую бедренную кость капитана. Шираторидзавец рвано выдохнул, прикрывая глаза в сладострастной неге нарастающего блаженства, что так экзотично преподносил ему дерзкий соблазнитель. Ушиджима впивался ногтями в скользкую стену, прикусывая кожу на собственных руках, дабы не показать степень своего удовольствия опасно громко. Вязкий сок из возбуждённого органа стекал по внутренней стороне бедра, сводя волейболиста с ума окончательно. Хрипло простонав из самого дна гортани, он втянул носом раскалённый воздух.       Пространство вокруг пропиталось насквозь запахом секса, кровной дерзости и звуком соприкасающейся плоти в порыве ярой страсти. Пар, шедший из душевых подливал масло в огонь, выводя тела любовников на вожделенный пот. Пальцы Аомине соскальзывали с влажных косточек капитана, поэтому он, наконец, отпустил их, оставив след грубого захвата, в последствии обернувшегося синяком. Дайки с каждым толчком шипел всё ярче, приближаясь к своему финалу. Бросив мутный взгляд на напряжённого Вакатоши, синеволосый демон хитро улыбнулся, облизывая два своих пальца. Прикусив кожу по середине лопаток изнывающего аса, баскетболист коснулся самого кончика его существа, проводя влажными подушечками по сочащемуся органу. Ушивака дотронулся трясущейся рукой до его кисти, накрывая ту своей. Впившись зубами в опорное предплечье, шираторидзавец начал скользить обхватом Аомине по своему члену, задерживаясь у самого основания и ловя разряды от волн оргазмов, накрывающих их одним за другим. Ноги уже начинали подкашиваться, а икры сводило до судорог. Скользнув внутрь капитана крайних два раза Дайки кончил, с усталым стоном касаясь спины Ушиваки лбом. Глаза точно стянуло проволокой, пока пелена темноты не давала ничего рассмотреть несколько секунд. Улыбаясь и покрывая поцелуями-укусами мышцы лопаток, синеволосый продолжал доводить своего партнёра до пика, сжимая его член дрожащими пальцами. Из-за звона в ушах баскетболист не услышал дверной скрип раздевалки, и отчаянный выдох капитана, даже не думая останавливаться.       — Мастер Вакатоши-кун? — Сатори робко прошёл по мокрому кафелю, размахивая перед собой тяжёлый пар. Закрыв дверь душевых, парень провёл рукой по своим волосам, проходя дальше. — Капитан, вы здесь?       Ушиджима до крови впился зубами в свою кисть, в молениях запрокидывая голову назад. Немного успокоившись, Аомине всё-таки почувствовал чьё-то присутствие, улыбаясь ещё шире. Он хищно облизнулся, как можно тише разворачивая мокрое, горячее тело партнёра к себе и мягко облакачивая его спиной к холодной стене. Встав на колении, форвард ловко принял в рот член любовника, старательно обводя языком каждый миллиметр пунцовой кожи. Он послушно глотал каждую каплю запретного сока, помогая негнущимися руками подарить Вакатоши лавину удовольствия. Шираторидзавец уже не знал что ему прикусить и за что схватиться. Содрогаясь в экстазе наслаждения с мученическим выражением лица от того, что он не вправе даже на очень тихий стон, скользкими ладошами ас упёрся в плечи Дайки — своего личного синеволосого дьявола сумасбродной преисподней.       Не получив ничего в ответ, Сатори пожал плечами, возвращаясь назад. Он даже не подозревал, что не дошёл до своего капитана всего несколько метров. Не заглянув за поворот раздевалки, парень шестым чувством спас две порочные души, устало застывшие в липких, но от того не менее сладких объятиях друг друга. Раздвинув острым кончиком языка податливые губы Ушиваки, Аомине осторожно поцеловал его, отдирая только что затянувшиеся ранки снова. Проведя по нижней окровавленной, баскетболист собрал капельки багровой жидкости на свои уста, удовлетворённо слизывая их.       — Мой сладкий пирожок, — промурлыкал форвард Тоо, отходя на подрагивающих ногах от уставшего капитана. — Из-за тебя мне снова нужно принять душ… Не желаешь составить компанию?       — Пошёл к черту, — еле-еле проговорил Вакатоши, медленно подходя к валяющимся около лавки боксерам.       Повезло ещё, что Сатори не такой внимательный, каким мог бы оказаться. Лениво натянув бельё обратно под ласковый смех Аомине, шираторидзавец откинулся назад, жадно глотая остатки своей воды. Синеволосый довольно быстро оделся, затягивая чуть великоватые штаны. Натянув свободную майку, форвард скидал всё в полупустую сумку, доставая из переднего кармана лёгкий перекус в виде упаковки ананасового пюре.        — Впрочем, мой пирожок, — с улыбкой проговорил он, медленно подходя к молчаливому асу. — Я смогу сходить в душ и дома. Если хочешь, конечно, то могу чиркануть адрес и подождать тебя, но…       — Да иди ты уже отсюда, — непреклонно прошипел Ушиджима, надевая фирменные командные шорты.       — Понял, — выдохнул Дайки, с лукавой улыбкой кладя возле партнёра упаковку пюре. — Даже таким сладеньким, как ты, нужно время от времени подкрепляться, пирожок. А учитывая сегодняшние обстоятельства, думаю, это лишним тебе не будет.        Обаятельно подмигнув парню, Аомине направился в сторону выхода, уже в самых дверях сталкиваясь с удивлённым Сатори.        — Тоо? — скептически протянул красноволосый, смотря в след довольному форварду баскетболистов, что лениво прошёл мимо него со спокойствием удава.       Пропустив дерзкого Дайки, парень быстро прошёл в раздевалку, ища взглядом своего капитана. Увидя сидящего с опущенной головой аса, Сатори скоро подошёл к нему, еле-еле миновав мокрый пол.       — Вакатоши-кун? — он осторожно коснулся плеча Ушиваки, отмечая его влажность. — С тобой всё в порядке, капитан?        — Нет, Сатори, — выдохнул Ушиджима, потирая виски. — Со мной явно не всё в порядке…       — Мастер, тебе плохо?       — Плохо? — ас задумчиво посмотрел на подопечного, беря в руки оставленное пюре. Повернув упаковку тыльной стороной, он увидел маленький оборванный листок, приклеенный на жёванную жвачку. Неровный почерк сообщал чей-то адрес. Подняв бесстрастный взгляд на обеспокоенного Тендо, Вакатоши расслабил сведённые к переносице брови. — Нет, Сатори, мне хорошо. Даже не знаю, было ли что-то лучше…        — Лучше чего? Лучше ананасового пюре, капитан? — с усмешкой спросил блокирующий.        — Да… — ответил Ушивака скорее сам себе, чем красноволосому товарищу. — Лучше ананасового пюре.