Альбус Поттер и Нити Судьбы

Лили еще никогда не бегала так быстро. Сердце почти выпрыгивало из груди, но предчувствие чего-то ужасного не покидало ее ни на секунду. Оставив позади Скорпиуса и Лоркана, она неслась вперед, снедаемая глупой мыслью: если остановиться - это случится, если нет, то все будет в порядке. Хотя, определенно, в порядке уже быть никак не могло. Кабинет Минервы Макгонагалл, несмотря на поздний час, был приоткрыт. Сама директор дремала в глубоком кресле-качалке у камина. По мнению Лили, она была уже невозможно стара... - Профессор Макгонагалл, - сказала Лили тихо, но женщина в кресле услышала ее, встрепенулась и медленно повернулась, зябко поведя плечами. - Лили Поттер? - произнесла она со сна скрипуче. - Простите, мисс, я, кажется, уснула. Что у вас стряслось? Лили улыбнулась и подумала, что в этом мире может происходить все, что угодно, закаты сменяться рассветами, войны - мирным временем, но одно будет всегда неизменным: спокойствие и непоколебимость этой женщины. - Мне нужно срочно воспользоваться вашим камином, профессор. Ни капли удивления на лице, лишь немое ожидание пояснений. Лили на секунду замялась, но она знала: время терять нельзя, а значит, надо говорить. Говорить четко и быстро, так, чтобы услышали. - Дома случилась беда. Свяжитесь с моим отцом, пожалуйста! - в ее голосе послышались умоляющие нотки. - Хорошо, - ровно ответила Макгонагалл. - Я свяжусь, мисс Поттер. Подождите минутку. Она поднялась с кресла, подошла к столику возле камина, взяла немного порошка и резким движением кинула в камин: он вспыхнул зеленым и тут же затих. Вызов был отправлен. Минуты две никто не отвечал. Это были, наверное, самые долгие минуты в жизни Лили. Ей казалось, что, если бы вызов продлился еще дольше, она бы точно потеряла сознание, ее мир сузился до единственной точки существования - неспешного огня в камине директора Хогвартса. - Профессор Макгонагалл? - голос отца, уставший, далекий, совершенно незнакомый. Сломанный. Лили замерла, не смея шевельнуться. Вот оно. Беда надвигалась на их семью, как было уже однажды. Ей захотелось скрыться срочно и прямо сейчас. Сбежать, чтобы не слышать того, что скажет отец этим своим поломанным голосом. - Доброй ночи, мистер Поттер. У меня тут... Лили. Она настаивала на вызове. - Лили?.. - отец словно не понял, о ком речь. - Лили, - позвал он. - Подойди. Лили сделала шаг и еще один, ощущая, как гулко бьется сердце в ее груди. - Минут десять назад в лавке Уизли произошел взрыв магического инферно. Я сейчас отправляюсь туда. Еще ничего неизвестно... Известно только... - голос отца внезапно стал жестким. - На ночь там оставался Джеймс. - Джейми, - ахнула Лили, и предчувствие обрушилось на нее с новой силой, стало нестерпимо больно где-то в груди, словно застрявший в горле комок не давал ей вздохнуть. - Папа... - прошептала она, протягивая руку. - Папа, забери меня... - Не сейчас, Лили, - ответил отец. - В Хогвартсе безопасней. Я свяжусь с тобой позже. И постарайся успокоиться, помни, что я еще толком ничего не знаю... *** Рон вернулся в магазин сообщить Джеймсу, что Гарри был у них и беспокоиться о нем не стоит. Он чувствовал, что племянник тяжело переживает происходящее в семье, и не мог смотреть, как парень день от дня становится все мрачнее. Сначала смерть Джинни, а потом и уход Альбуса повлияли на него очень сильно. Конечно, можно было бы отправить Патронуса, но Рон решил, что лучше будет пообщаться с Джимом с глазу на глаз. Джеймс нашелся на диванчике в глубине магазина возле подсобки. Он вымотался за день, перебирая и переставляя товар к Рождеству, и теперь просто спал крепким сном, посапывая, как ребенок. Рон подошел, тихонько потянул плед, который Джеймс скинул на пол и придавил локтем и, вытянув его полностью, аккуратно укрыл племянника. Несколько минут он смотрел на спящего, но в итоге решил не будить: у них еще будет возможность поговорить, а пока пусть отдохнет. Рон вздохнул и пошел снимать верхнюю одежду: придется остаться на внеплановое дежурство. *** Джеймс пошевелился и открыл глаза. Увидел Рона и не смог сдержать улыбку: дядя снова заботился о нем, как никто другой. - Рон... - Джеймс поморгал со сна, встряхнул головой и хотел встать, чтобы отправить дядю домой, потому что дежурить и за себя, и за него - это было слишком даже для трудяги Рона. Но сказать ничего не успел. Прямо над его головой потолок превратился в зияющую воронку, из которой повалил дым. Отчетливо слышался треск пламени. Джеймс оцепенел, не в силах двинуться с места, хотя, наверное, он мог бы уйти из-под удара. Точно бы смог. Но не успел. - Джим! Ступефай! - Рон кинулся к нему быстро и без колебаний, отбрасывая в сторону заклинанием. Джеймс почувствовал резкий толчок, его откинуло в сторону, прямо в витрину с разнообразными зельями. Звон разлетающихся на осколки витрины и фиалов в ней слился в единый звон с ревом огня, который обрушился им на головы. Через пару секунд раздался жуткий грохот, Джеймса отбросило еще дальше, теперь уже рикошетом после срабатывания сильного заклятия. Несколько раз перевернувшись в воздухе, ощущая, как осколки впиваются кожу и кровь струится по лицу и рукам, он ударился спиной о широкий подоконник и вывалился наружу неподвижным кулем. Последнее, что запомнил Джеймс Поттер, были глаза Рональда Уизли, который смотрел на него прямо, глубоко и с полным пониманием происходящего. Рон совершенно точно знал, что собирается сделать. Эта мысль мелькнула и угасла в голове Джеймса, как и мир вокруг него. *** Скорпиус не успел за Лили: она вбежала в кабинет Макгонагалл раньше, чем он добрался до него. Он постоял за дверью, взвешивая и обдумывая свое следующее решение. Что-то подсказывало ему, что теперь только так и нужно. Истина, внезапно открывшаяся ему во время ненужного и нелепого поединка с Альбусом, была очень простой и от этого еще более жуткой. Но сейчас надо было решить задачку посложнее: Лили. Девчонка почуяла неладное, а ее чисто интуитивному предчувствию Скорпиус был склонен верить. Помнится, еще в детстве отец говорил, что не стоит недооценивать ведьм. Досчитав мысленно до двадцати (вполне достаточно, чтобы сказать профессору что-то, не предназначенное для чужих ушей), Скорпиус открыл дверь и шагнул за порог. И тут же остановился, пораженный очень необычным зрелищем. Лили сидела на коленях перед заблокированным камином и плакала. Обреченно и как-то совсем по-детски. - Мистер Малфой... - Минерва Макгонагалл посмотрела на Скорпиуса почти с надеждой. - Добрый вечер, профессор, - ровно сказал Скорпиус. - Позвольте мне проводить мисс Поттер в спальню. - Буду очень благодарна, Скорпиус, - кивнула Макгонагалл и подошла к Лили. - Лили, - она дотронулась до плеча плачущей девушки. - Ваш отец велел вам подождать в Хогвартсе. В сложившихся обстоятельствах это - крайне мудрое решение. Если появятся новости относительно Вашей семьи, я обязательно извещу Вас сию же минуту. Обещаю. - Лил, пойдем, - тихо сказал Скорпиус. Вопреки его ожиданиям, Лили действительно поднялась и, протиснувшись мимо него, вышла из директорского кабинета. В коридоре Скорпиус сразу понял, что она совсем не сломлена, а, напротив, находится в том ужасном и одновременно вдохновленном состоянии, когда кажется, что бездействие порождает беду. И потому нужно что-то делать. Срочно и прямо сейчас. - Помоги мне, - твердо и тихо сказала она, взяв его за руку. - Я должна попасть домой. - Я бы... не был столь уверен... - осторожно начал Скорпиус. - Скорпиус. Гиперион. Малфой. - Перед ним стояла настоящая ведьма, красивая и опасная: Скорпиус невольно залюбовался. - Мне нужно домой. Если не собираешься помогать, не стой у меня на пути! - Почему же не собираюсь, - улыбнулся уголком губ Скорпиус. - Я не считаю это разумным, но это вовсе не значит, что я не буду помогать. Разве тебе откажешь, - добавил он со смешком. - Пойдем. Не только в кабинете директора есть камин. - Ты собираешься взломать камин отца? - ахнула Лили, но в ее голосе проскользнуло восхищение. - Зачем? - поморщился Скорпиус. - Он уже давно оставил мне доступ. Секретный, конечно, ведь у студентов его быть не должно... Однако он посчитал, что у меня должен быть путь к отступлению в случае чего. - В случае, если... - Лили замерла и поднесла ладонь к лицу. - Нет, - мотнул головой Скорпиус, беря ее руку и согревая дыханием. - Нет. Не из-за Ала. Скорее из-за попыток полоумного министра выкачать из меня магию. Альбуса он никогда не считал угрозой. В глазах Лили показались слезы. - Не смей плакать, если решила нарушить правила и идти до конца, - серьезно сказал Скорпиус, стирая пальцами слезинки с ее лица. - Идем. *** Увидев в толпе белобрысую макушку сына, Драко только покачал головой. Он бы скорее удивился, не найдя его... Учитывая нынешние обстоятельства и его патологическую привязанность к Поттерам... Драко глубоко вздохнул, выкидывая ненужные мысли из головы. Кто бы говорил... о привязанности... Если бы кто-то спросил Драко, что он делает здесь, у руин магазинчика Уизли, он бы не смог дать точного ответа. Поддержать Поттера? Тому не нужна поддержка, к нему сейчас и пойди-то страшно... Любопытство? Узнать, в чем дело? Драко старался объяснить свое присутствие здесь беспокойством о сыне, который, конечно, не пройдет мимо беды в семье Поттеров. Но истинная причина была в том, что он просто беспокоился. О Гарри, Альбусе и даже Джеймсе, с которым толком никогда не общался. Поттеры не заслужили быть погребенными под обломками, никто не заслужил. Пора уже признаться себе в том, что его беспокоят жизни других. - Колдомедик! Нужен колдомедик! - истошно закричал кто-то из добровольцев, разгребающих обломки. Драко вздрогнул, встряхнулся, сбрасывая непонятное оцепенение, и шагнул вперед. - Я. Я могу помочь. - Сюда! Драко не удивился, увидев Люпина. Естественно, он здесь, на развалинах... Первым, кого увидел Драко, протиснувшись между кусками обрушившейся стены, был Джеймс. Он лежал на земле, свернувшись, как ребенок в утробе матери. На рыжих волосах осела пыль вперемешку с пеплом, сделав их практически седыми. Глаза были плотно закрыты, а лицо - во множественным порезах. Драко быстро прошептал заклятие первичной диагностики. Он не был колдомедиком в полном понимании этого слова, но определить повреждения и назначить необходимые зелья мог. - Он жив, - бросил он коротко Гарри, который рухнул на колени рядом с сыном как подкошенный. - Внутренние повреждения, поверхностные порезы, оглушение... Он пострадал, но не так сильно, как мог бы. Кто-то принял удар на себя, - пробормотал Драко, быстро проводя палочкой над пострадавшим. - Инферно было сильное, направленное. Оно бы не исчезло, не поглотив жертву... Гарри, уже бледный как полотно, повернулся на звук голоса откуда-то из глубин развалин. - Мы нашли, Гарри, - к нему подошел хмурый Фред Уизли. "Не надо, - пронеслось в голове у Драко. - Не говори...". Он перевел быстрый взгляд на Гарри, прикидывая, какие успокоительные у него в доступе прямо сейчас. - Это Рон... Он мертв, - голос Фреда звучал обреченно и отчужденно, он и сам выглядел как привидение. Гарри резко встал на ноги. - Помоги ему, - прошептал одними губами, чуть дотронувшись до плеча Драко. Тот коротко кивнул. Гарри,пошатываясь, вышел на свет. Спустя несколько секунд мрачный утренний сумрак прорезал женский крик, полный боли и отчаяния. *** Похороны Скорпиус запомнил смутно. Он бы с радостью пропустил это все, но не мог из-за Лили. Торжественная и печальная, она стояла в глухом черном платье, опустив взгляд в землю, держа Скорпиуса под руку, опираясь на него. Она была бы должна стоять с братом или отцом, но Гарри Поттер крепко поддерживал под локоть Гермиону, которая, казалось, не реагировала на происходящее вообще, погрузившись в свои мысли. А старший брат Лили был сейчас на попечении отца Скорпиуса, отпаивающего Джеймса зельями, приводящими его здоровье в порядок. Многочисленные родственники Уизли были повсюду, от каждого исходила искренняя и глубокая скорбь. У Скорпиуса даже мелькнула мысль, что, если уходить, то вот так - под искренние слезы родных, с их светлой памятью. Он появился почти незаметно, темной тенью скользнув между родственниками и друзьями погибшего Рональда Уизли. Волшебники невольно расступались, даже не успев увидеть его лица. Он шел, ступая мягко и твердо, с высоко поднятой головой. Дошел до края могилы, остановился, встретившись взглядом с Гарри Поттером. По толпе пошел шепоток, сначала тихий, потом голоса зазвучали громче, ожесточеннее. Лили до боли сжала руку Скорпиуса. - Ал... - с болью в голосе прошептала она. - Я хочу, чтобы ты знал, - Альбус говорил тихо, но жестко, глядя отцу прямо в глаза. - Это моя вина. Мое Инферно. Толпа ахнула, отшатнувшись в немом ужасе, кто пронзительно вскрикнул. - Это неправда, - одними губами прошептал Гарри, и Скорпиус ощутил сильную жалость к этому постаревшему волшебнику с таким глубоким, уставшим и печальным взглядом. Сейчас он злился на Альбуса за то, что тот пришел с этим заявлением сюда. Мог бы подождать более подходящего момента! Но, с другой стороны, Скорпиус был поражен его мужеством. Он не стал откладывать на потом, а пришел сам, чтобы в глаза сказать отцу, что произошло. - Правда. Но... я этого не хотел, - тихо сказал Альбус. Скорпиус отпустил ладонь Лили, сжав ее напоследок, успокаивая. И шагнул к Альбусу. - Ал, надо уходить, - прошептал он. - За тобой придут. - Беспокоишься? - Альбус резко обернулся, в глазах мелькнуло что-то столь чужое, что заставило Скорпиуса отшатнуться. - Да. Я все знаю. И беспокоюсь. Уходи. Ты сказал все, что хотел. Ты не виноват, это стечение обстоятельств. - Нет! Это. Моя вина. - повторил Альбус твердо. - И это - не единственная смерть из грядущих. Если вы не готовы увидеть очевидное и пойти за тем, кто хочет для волшебников мира без превосходства магглов, мира, где нам не нужно будет прятаться... То это - только начало. - Это все Слизерин, - прошептал кто-то. - Конечно, - Альбус обернулся, глядя на толпу. - Конечно. Но я и есть - Слизерин, - его голос изменился, стал ниже, поменялись интонации. Он усмехнулся и вытянул вверх руку. - Альбус Поттер, - к ним приблизились авроры в синих мантиях. - Вы арестованы за неподчинение магической власти. Альбус рассмеялся, и Скорпиус заставил себя еще раз вспомнить то, что увидел, когда применил к другу легилименцию. Сейчас этот Альбус был безумен. И легко можно было поверить в его намерения. - Арестован? - Альбус снова вскинул руку, теперь уже в сторону авроров. - Ну, так возьмите меня. Над толпой появилась большая тень, раздались тяжелые хлопки кожистых крыльев. Приближался дракон.