Вредная привычка

«Ну не могу я жить без вредных привычек!» — сам себе признается Джаред, отчаянно сжимая кончик члена. Засаленная карточка, до одури замусоленная дрожащими пальцами, комканная и с оторванным уголком, с парой пятен понятного происхождения, она кажется Джареду шедевральным полотном, пока с нее лыбится дурацкая мордашка Вордена. Он совсем не позировал в тот момент — он никогда не согласился бы, стоило бы Джареду попросить. Может, попроси его Стингрей, он бы еще и одежду скинул. А тут — смотрит куда-то в сторону с непонятным выражением пустой улыбки, чистая формальность. Неискренность в каждом пикселе. Но и этого достаточно. Джаред кончает; только ему известно, что за фантазии крутятся в его огромной башке, когда он смотрит на фотку Вордена. Привычный сеанс дрочки на своего шефа — как всегда, по средам, пятницам и воскресеньям. Он привык делать всё по плану, и даже в этом нет исключения. Зато рядом с Ворденом в повседневной жизни он чувствует себя почти нормально. Никаких посторонних мыслей, только работа и еще раз работа. Бухгалтер Тюряги хоть и зависим, но может держать себя в руках, нужно только придерживаться маленьких ритуалов. * — Джаред, ну что ты кривишься, сделай-ка лицо попроще! Он снова одержим бесполезной и опасной идеей, которая будет губить не один десяток жизней в минуту. Не важно, что он задумал, будь то игра в виртуальной реальности или прогулка на воздушном корабле — всё закончится массовой резней. Иногда Джаред думал, что это наверняка заводит директора. Кучи трупов и реки крови вокруг — разве это не нравится ему, еще и так сильно, что он постоянно выдумывает новые способы быть убитым в Тюряге? — Я согласен, сэр, — устало мямлит Джаред, даже не приводя аргументы, почему построить здесь огромный террариум — идея так себе. — Вот и отлично! — Ворден скалится в привычно широкой улыбке — на все лицо. — Тогда зайду к тебе сегодня вечером, в десять тридцать! Только не усни, зануда! Эти слова заставляют коротышку окаменеть и задуматься, что это только было. Ворден что, придет к нему в комнату, поздно вечером… Ну же, большая башка, думай! Что бы это значило?! Джаред бьет себя по лбу, пока Ворден уже отошел и пытается разговорить Алису. Только сейчас ему становится понятно, что сегодня пятница, и как раз перед сном нужно выполнить ритуал с фоткой директора. С оригиналом вряд ли получится, но чем они тогда будут заниматься среди ночи? Обсуждать террариум? Весь день бедняга бухгалтер пытается не думать о предстоящем визите шефа. Но сладкие предчувствия вызывают в сознании бурные фантазии, в итоге работать не получается от слова вообще. — Не спи, коротышка, — басом гугнявит Алиса, когда они стоят в очереди в столовке. Но аппетит куда-то подевался. Джаред лишь глупо лыбится в ответ на реплики окружающих. Теперь рядом с Ворденом становится всё тяжелее находиться. Вечер приходит как спасение. Джаред привел себя в полнейший порядок, словно готовился на свидание. С духами, пожалуй, переборщил, но пусть так, всё равно его тело горит, а пот струится по широкому лбу. В дверь постучали, и сразу же Ворден вошел, словно отлично понимая, с каким нетерпением его здесь ждут. Джаред сидел на краешке кровати, в пижаме, и приготовился было возмущаться, что в такое время его рабочие часы давно окончены, тем более в пятничный вечер. Но так и замер с открытым ртом. Директор выглядел привычно, но одновременно с тем что-то новое добавилось в его облик. Ну да, очевидно же — бабочка на его шее исчезла, а рубашка вызывающе распахнута. Ладони удивительно голые, без перчаток. — О, Джаред, ты еще не спишь! — кривляется Ворден, хотя отлично понимает — тот ждал его. Как и полагается отличному работнику. — Конечно не сплю! — возмутился Джаред, но директор внезапно сел рядом с ним, так близко, что у бухгалтера вдруг перехватило дыхание. — У меня тут возникли некоторые идеи. — Ворден с ниоткуда достал коротенький ножик-перо — такой есть буквально у каждого в Тюряге. Вот только Джаред и не думал, что у директора тоже. — Я думал над тем, что такое жизнь. — Нож в его руках начал пляску, отчего на лезвии заметались блики. — Может, ты скажешь мне? Джаред, кажется, забыл как дышать. Блики очаровывали, а улыбка Вордена, когда тот посмотрел на сидящего рядом коротышку, вызывала ускоренное сердцебиение. Джаред потел как сучка, но это казалось сейчас самой малой с бед. Возможно, дело в пятничной привычке, но в данный момент он ощутил жар по всему телу, в особенности — в районе паха, а близость директора заставляла мелко дрожать. Рука Вордена взметнулась к подбородку помощника, и тот замер. Большой палец левой руки впился в уголок губ Джареда. Он затрепетал под взглядом директора, что неотрывно, с загадочной задумчивостью рассматривал помощника. Но всего лишь мгновение — а затем наклонился и жадно прижался к его губам. Джаред растекся, как растаявшее масло. Он ответил на поцелуй со всей готовностью, он ведь и представить такого не мог! Большинство его фантазий сводилось к тому, что Ворден яростно ебет его во все дыры и спускает прямо на лицо. Или отсасывает у него под столом или еще где-то. А тут он засасывает его так, словно хочет съесть! Рука директора уже под рубашкой пижамы, гладит ниже пояса, требовательно сжимая. Он отрывается от помощника только чтобы прошептать: — Раздевайся. И Джаред спешит избавиться от всего, хоть он и без того почти не одет. Тем временем Ворден сбрасывает пиджак и закатывает рукава рубашки. — На колени. Этот тон не терпит возражений. Джаред падает на пол, голый, потный, полностью осознающий себя во власти шефа. И никак не может оторваться от поблескивающего ножичка в его руке, что словно гипнотизирует и подчиняет себе. — Знаешь, я тут размышлял о жизни… о смерти. О страхе. Ты боишься? Джаред не успевает ответить — Ворден уже прижимает нож-перо к его шее, а глаза совсем рядом, на уровне его лица, смотрят пронзительно и изучающе. — Я хочу, чтобы ты боялся. — Он медленно ведет лезвием по коже, куда-то за плечо, и Джаред боится. Боится дрожать, дышать, смотреть в глаза, не говоря уже о том, чтобы двигаться. Он — каменная статуя, давно мертвая и уже безразличная. И в самом деле, директора заводит кровь. — Ну же, дрожи от страха, — подталкивает Ворден, рисуя замысловатые узоры на спине помощника. Он склоняется за ним, тычась пахом прямо в лицо. Вторая рука Вордена шустро высвобождает возбужденный член с ширинки, и Джаред почти с облегчением принимает его. Это уже похоже на его собственные фантазии. Вот только боль приходит не сразу. Кровь и пот объединяются на спине, отчего раны щиплет, дрожание усиливается. Ворден вставляет в его рот с нажимом, полностью контролируя ритм и придерживая за голову. У Джареда нет ни малейшей свободы, и это внезапно удивительно сильно нравится ему. Пусть он и почти задыхается, когда Ворден грузно вставляет ему в саму глотку. — Что ж, время вернуться на кровать. Становись на четвереньки, — велит шеф, и, откашлявшись и вытерев слюну вокруг рта дрожащей рукой, Джаред повинуется. Он ощущает, как по спине вниз стекают капли крови и пота, но от адреналина и возбуждения боли не чувствуется. Ворден удовлетворенно хмыкает, когда бухгалтер напрягается под его взглядом, и громко шлепает того по заднице. Сначала по одной ягодице, затем сразу же по другой. Джаред вздрагивает и стонет в такт ударам. — Так и знал, что ты, грязная жирная сучка, только о том и думаешь, чтобы тебя хорошенько выебали, — делает вывод Ворден, нарочито медленно снимая обувь и брюки. Джаред закрывает глаза в предвкушении, в каждом мгновении ожидая, как член директора вонзается в него сзади. Пусть даже без смазки — он и так готов к новой боли, он ждет и почти жаждет ее. — Скажи, хочешь, чтобы я отымел тебя в задницу? — интересуется Ворден, и помощник тихо говорит — хочу. — Скажи громче! — требует Ворден, сжимая одну с ягодиц помощника и жамкая ее как кусок теста. — Я хочу, чтобы Вы, сэр, отымели меня в задницу! — кричит Джаред, похотливо выгибаясь. Ворден удовлетворенно хмыкает и становится на колени сзади. Коротышка ощущает его руки на спине — они размазывают кровь, вызывая еще большую боль и жжение. Но он всё так и не входит. Сначала вытягивает ремень с брюк и ловко забрасывает на шею помощника. Джаред испуганно вздрагивает, и сердце на мгновение замирает, но подсознательно он-то уже был готов к подобным действиям Вордена. Не зря ведь они так долго работают вместе! Петля ремня затягивается на шее. Джареду страшно, но он податливо тянется бедрами к члену шефа. Член горячий и влажный, и одна только мысль, что это — благодаря ему, Джареду, вызывает горячую волну внизу живота. — Можешь визжать, как сучка, — благосклонно разрешает Ворден, щедро плюет на руку и проводит по стволу члена. Джаред постанывает только от предвкушения. Хер начальника впивается резко, как змея в атаке, и Джаред не сдерживает крик. Но сразу с этим ремень на шее натягивается — и бухгалтер хрипит от нехватки воздуха. — О да, вот так… — шепчет Ворден, его голос становится низким и хрипловатым, что будит внутри Джареда конвульсивные спазмы. Он что, так быстро кончит? Неужели этот ураган удовольствия накроет его прямо сейчас? Но нет, Ворден останавливается, не позволяя помощнику расслабится. Снова смачно шлепает его по грузным ляжкам, отчего Джаред взвизгивает — и визг моментально обрывается, когда Ворден жестоко тянет к себе петлю с ремня, как будто натягивая поводья. — Не будь такой занудой, Джаред! Кричи громче! — велит Ворден и снова ускоряется. Джаред чувствует, как легкие горят от нехватки воздуха, и в то же время волна оргазма внутри накатывает, грозит подомнуть под себя, потопить с потрохами. А так да, он бы кричал, а не сипел бы, хватаясь за ремень и оттягивая его от шеи. Несколько волнительных секунд Джаред трепыхается, и когда Ворден начинает содрогаться внутри, понимает, что не может противостоять цунами — и его накрывает оргазм, настолько сильный, что бедняга не может держаться и падает лицом в подушку, благо ремень уже не натянут. — Э-эй! Подымайся! — требует Ворден, его голос снова звучит привычно и высоко, хоть уши закрывай. Удивительно, как у него хватает сил после подобного «забега». Джаред пытается перевернуться на спину, чтобы поинтересоваться, как Вордену пришла в голову мысль заняться с ним сексом, да еще и таким… но сил нет, и коротышка лишь мычит в подушку, упираясь руками в кровать. — Да ладно, только не говори, что ты уже уснул! — жалуется Ворден, и его руки (почему-то в перчатках) втыкаются в бок, пытаясь сдвинуть пухлое тельце бухгалтера. — Мы с тобой должны обсудить мега-террариум… — Твою мать, Джаред! — Крик настолько пронзительный — и даже испуганный — что помощник открывает глаза и пытается осмотреться. Вроде бы ничего необычного вокруг не происходит, Ворден стоит рядом с кроватью, уже полностью одетый, и рассматривает своего работника — со странной смесью ужаса и потрясения на лице. Именно это окончательно отрезвляет Джареда. — Какого хрена ты делаешь?! — Ворден аккуратно тянет за ремень на шее помощника, выдергивая из-под его тела. — Ты хотел покончить с собой?! Краем глаза Джаред успевает заметить маленький квадратик картона на одеяле — и спрятать его под подушку. Очень быстро горькая реальность настигает его — оказывается, он решил вдрочнуть на шефа перед его приходом. Сбросить груз, так сказать. Но, видимо, увлекся — и вырубился. Ворден ничего больше не спрашивает, а просто заключает помощника в крепкие объятия. Тот вздрагивает от неожиданности. Если бурный секс с Ворденом — всего лишь плод его разыгравшейся фантазии, настоящий Ворден сейчас ведет себя очень странно как для себя. Когда еще он обнимал Джареда так страстно? — Не вздумай бросить меня, дурачок! Кто будет смотреть за Тюрягой, когда меня не станет? Кто будет помогать мне справляться со всем этим сейчас?! Это трогает Джареда, пусть уши заложило от крика директора, а руки уже начинают неметь от объятий, что скорее бойцовский захват, чем объятия. Но что уж взять с Вордена — так он выражает свои эмоции. — Стоп, а почему ты голый? И что это мокрое на твоем животе? Джаред вздыхает, понимая, сколько всего придется сейчас придумать и объяснить. А с некоторыми привычками лучше, пожалуй, расстаться.